Мафия

      За столом было полное затишье. Игроки то и дело бросали мрачные взгляды в адрес друг друга. Если верить словам Марты и Наиба, то убийцей может оказаться кто угодно, не только Деми и Уильям в подозреваемых. Хотя, такова эта игра. Помимо этих двоих в игре есть ещё несколько убийц и маньяк. И вне суда роли раскрывать запрещено! Только угадывать и путать следствие. Хотя, судя по всему, утверждать, что ты мирный — не запрещено, ведь ещё никто не понёс за это наказания…       — Уже пятница. Нам нужно собрать основные признаки, по которым можно было бы выследить убийцу. Или убийц. Может, вновь осмотреть комнаты? — Прошептал Илай. Фиона коротко кивнула.       — В деле с Фредди осмотр комнаты нам не помог. — Девушка вздохнула и опёрлась щекой о ладонь, оглядев напряженных присутствующих. — Сервайс был невиновен, но при этом мы посчитали его таковым только из-за того, что он был достаточно тяжёлым. Мы не можем вновь позволить невиновному отправиться на стул и погибнуть по нашей вине. Точнее, по вине нашей невнимательности.       — Что вы тут обсуждаете? — Эмма наклонилась к ребятам и задумчиво приставила палец к губам. Загадочная парочка переглянулась.       — Мы просто хотели осмотреть комнаты погибших. Ничего более. Хотим найти какие-нибудь зацепки. — Илай не стал ничего придумывать. Фиона утвердительно промычала, подтверждая слова Кларка.       — Ах… Вот как… Ну удачи! — Девушка добродушно улыбнулась. Гилман и Кларк кивнули, выдавив полуулыбки, чтобы не смущать Вудс. Девушка встала с места и отнесла посуду на кухню. Она намылила губку и принялась оттирать остатки еды. Сегодня её очередь хозяйствовать на кухне. Даже несмотря на жуткую атмосферу, кому-то ведь нужно готовить и убираться в поместье.       Жрица встала с места и коротко осмотрелась по сторонам.       — Осматривать комнаты, значит? — Нортон оторвал взгляд от тарелки и расплылся в хитрой полуулыбке. Остальные игроки тоже вдруг обратили внимание.       — Что в этом такого? — Илай скрестил руки.       — Ничего. Однако же, мы с Эмили уже осмотрели комнаты, да и вы тоже. Ничего особенного мы не нашли. — Проспектор ухмыльнулся сильнее.       Эмили увела взгляд в сторону и утвердительно кивнула. Во взгляде её читалась некоторая тоска.       — Нечего там искать. Всё, что было на местах преступления, мы уже собрали. Бутыль вина, сгоревшая записка… Только это.       Кларк и Гилман переглянулись между собой. И ведь действительно. Все улики уже были собраны. Остаётся лишь всё сопоставить на суде.

***

      Трейси вышла на крыльцо и вдохнула полной грудью ледяной, обжигающий лёгкие воздух. Снега за последнее время навалило просто по колено… Холод вокруг бодрил лучше, чем самый крепкий кофе. Девушка чуть поёжилась и опустила взгляд в землю.       Чья-то рука упала на плечо. Резник вскрикнула от неожиданности и резко обернулась. Позади стояла Хелена. Она мягко улыбнулась, смотря сквозь Резник взглядом затянутых пеленой глаз.       — Сейчас на улице холодно. Может, лучше провести время внутри? Ты можешь заболеть.       Девушка покачала головой и чуть улыбнулась.       — Нет-нет, мне совсем не холодно!       Хелена наклонила голову и опёрлась на свою трость. Клубы пара выходили при едва слышимом дыхании. На улице действительно прохладно, однако, когда буря кончилась, очень хочется подышать свежим воздухом. Наверное, на Эмили навалится лишняя работа, но это только в том случае, если здоровье Трейси или Хелены подкачает.       — Не люблю зиму. — Резник вздохнула. — Всё леденеет, приходится закутываться во что-нибудь потеплее, ходить, словно снеговик…       — А я вот люблю. — Хелена подняла голову по направлению изредка падающих мелких снежинок. — Папа часто водил меня на прогулки зимой. Мы ходили в лес, он рассказывал мне, что происходит вокруг. Мы вместе сидели на небольших полянах и слушали, как поют птицы. Папа даже помогал мне тихо подобраться ближе, чтобы лучше расслышать пение…       Девушка смахнула выступившие слезы, пока они не заледенели.       — Твой папа хороший. — Трейси улыбнулась. — Несмотря на все трудности всегда был рядом и был готов помочь!       Адамс медленно кивнула и улыбнулась, пока по щекам текли слёзы.       — А твой папа?..       Резник увела взгляд куда-то в сторону.       — Мой папа… Он был очень добрым. Если бы не он, то вряд ли я бы сейчас занималась любимым делом… Он владел небольшой мастерской, где делал часы на заказ. А я ему всегда помогала. — Трейси опустила голову и сомкнула руки за спиной. — А потом случился пожар.       Хелена закрыла рот рукой, чтобы не ахнуть и не перебить девушку.       — Я тогда была ещё маленькая… Столько лет уже прошло. Сейчас эти воспоминания иногда вызывают тоску, однако, вместе с тем какое-то такое… Тепло…       Девушка сжала кофту в районе груди и слегка улыбнулась. Хелена осторожно взяла её руку в свою, словно бы боясь спугнуть.       — Думаю, сейчас твой папа смотрит за тем, как ты растёшь, и не может нарадоваться!       Незаметно для Адамс, Резник вдруг помрачнела. Она увела взгляд куда-то в сторону и приобняла себя свободной рукой.       — Да… Ты права. Думаю, это именно так. Надеюсь, что он всё понимает и всё равно гордится мной.

***

      — Этот особняк действительно очень старый. О-па! Ты посмотри!       Счастливчик подошёл ближе, закрывая нос и рот воротником. Запах горелого мяса и волос всё ещё не выветрился, а наоборот застоялся, из-за чего дышать было практически невозможно. Нортон присел у стены, водя руками по старым каменным кирпичам. Было ощущение, словно часть из них постелили позже, чем остальные. Кэмпбелл легонько постучал костяшками по более блёклым кирпичам, а после по тем, что казались немного ярче. Звук был звонким.       — Там определённо что-то есть!       Проспектор довольно усмехнулся и поднялся на ноги. Лаки быстро помотал головой и подёргал Нортона за плечо.       — Давай лучше уйдём отсюда. Вдруг это запретная территория и нас сейчас дисквалифицируют!       — А ты что, боишься?       Лаки на долю секунды встал в лёгкий ступор. Кэмпбелл расплылся в хитрой улыбке и продолжил ощупывать кирпичи. Щёлк! С громким скрежетом кирпичная стена сперва откатилась назад, а после ушла в соседствующую стену, открывая длинный тёмный коридор впереди.       — О-па! Ты глянь! А у нас тут секретный проход, хм-хм… Как насчёт посмотреть, что там?       — Н-но Нортон, там темно! И нас ударит током! И-и вдруг там лабиринт?! Мы заблудимся и что будем делать?!       Кэмпбелл поднял взгляд в потолок и потёр подбородок. После, щёлкнул пальцами и ещё раз провёл по нажатому кирпичу рукой. Тот принял прежнее положение, после чего проход со скрежетом закрылся. Чтобы не потерять нужное, Нортон достал из кармана старый уголёк и отметил нужный кирпич.       — Тогда позовём остальных. Там уж что-нибудь и придумаем. Но уже, кажется, поздно. Лучше уж завтра, когда все будут отдохнувшими.

***

      Эндрю осмотрел комнату Виктора. На ужин они всегда ходили вместе, несмотря на данные обязанности, но в этот раз Гранца не оказалось в комнате. Мало того, тут творился полный бардак. Подушка и одеяло были в разных концах комнаты, пол был усеян разорванными клочками бумаг, а стол был перевёрнут. Из открытого окна веял ветерок, из-за чего плотные шторы медленно качались из стороны в сторону. Выглядело всё так, словно бы тут прошлась настоящая бойня…       — В-Виктор?!       Ответа не последовало. Мало того, почтальона не оказалось ни в одной из комнат поместья. Кресс не рискнул заглядывать в комнату Организатора. Да и вряд ли Гранца могло занести туда, если он не провинился. А Виктор всегда следует правилам.       Наконец, Эндрю услышал шум из ванной комнаты. Дверь оказалась заперта, и не поддавалась, как бы сильно могильщик не стучал по ней.       — Ви-иктор?! Т-ты там?! От-тветь!       Изнутри раздавались лишь тихие всхлипывания. Никто кроме Виктора не мог там находиться.       — В-Виктор, что с-случилось?! О-Открой ч-чёртову две-ерь!       Ответа не последовало. Эндрю с силой навалился на дверь, пытаясь открыть её. Деревянная дверь, наконец, начала потихоньку поддаваться. Кресс немного отошёл и вбежал в неё, стараясь протаранить плечом. Дверь поддалась, однако, невыносимая тупая боль заставила Эндрю немного помедлить. Но сейчас нет времени думать об ушибах. Парень пулей влетел в помещение.       Виктор сидел на полу и закрывал лицо руками. Вокруг лежали внутренности валявшейся рядом коробки со швейными принадлежностями, которая, казалось, всегда была в этом поместье. Кресс сразу заметил тянущийся от раковины по шкафчику под зеркалом кровавый след, словно бы кто-то долго вёл рукой. Эндрю подошёл ближе и осторожно сел перед Гранцем, взяв его за запястья. Тот дрогнул и сильнее прижал руки к лицу.       — В-Виктор? Ч-ч-что случилось? Ви-иктор?       Эндрю постарался отодвинуть руки от лица почтальона. Последний уставился на него полными ужаса и слёз глазами. Кресс отшатнулся. Виктор улыбался. Его лицо выражало полнейший ужас, но он улыбался. А что вызвало ужас у Кресса — так то, что рот Гранца был зашит. Зашит толстыми нитками, чтобы было сложнее разорвать их.       — В-В-Викто-ор? К-как… Как же… К-как же э-это?       Гранц опустил взгляд на свои перепачканные кровью дрожащие руки. На ладони упала слеза. Ещё одна. И ещё. Кресс был в ужасе и смятении. Он не имел понятия, что делать в такой ситуации, поэтому просто крепко обнял Виктора. Это всё, чем он может помочь, чтобы успокоить почтальона. Виктор никогда ни с кем не разговаривал на памяти Кресса, никогда не рассказывал о себе, а теперь и вовсе зашил себе рот собственными руками. Он хотел молчать уж точно? Но зачем? Эндрю не понимал. Однако, он уж точно понимал, что Виктору сейчас нужен кто-то, кто будет рядом. И Эндрю согласен быть рядом.       Гранц медленно начал успокаиваться. Его глаза стали потихоньку закрываться. Засыпает. Кресс еле слышно выдохнул и провёл по волосам Виктора рукой. Нельзя теперь оставлять его надолго без присмотра… И нужно избавиться от этих нитей. Но лучше этим будет заняться позже, когда будет уже не так больно. Кресс медленно встал и поднял Виктора на руки. Сам Гранц не был тяжелым, хотя был способен таскать людей до самого кладбища. Что ж, сейчас это было даже на руку. Эндрю отнёс его в свою комнату и уложил на кровать, погладив по волосам. Не желая беспокоить сон Виктора ещё больше, тот сел на стул рядом, где вскоре и заснул.

***

      — Я вам точно говорю!       Нортон и Лаки спустились в подвал, заманивая за собой остальных игроков. Те, сонные и немного растерянные даже после завтрака, переглядывались, зевали, но сразу же закрывали лица рукавами, стараясь избежать отвратительнейшего запаха. Кэмпбелл нашёл помеченный кирпич и незамедлительно прожал. Как и вчера, с громким скрежетом стена откатилась назад и слилась с соседствующей, открывая проход в темноту, что здорово напугало и взбодрило собравшихся.       — А-а что там? Вы не ходили? Не проверяли? — Сразу же начала интересоваться Фиона. Нортон медленно покачал головой, указав на закрепленные браслеты.       — Там вряд ли есть камеры наблюдения, а если мы будем вне зоны их досягаемости дольше пяти минут, то нас ударит током. А если там ещё и лабиринт… Нас точно поджарит. — Заключил Лаки.       — Ну, обойти лабиринт способ есть. Однако, что касается электричества… — Нортон задумался, а после вдруг перевёл взгляд на увлечённого особенным кирпичом Лукой. — Эй. Эй, ты.       Бальса, вырванный из собственных раздумий, вопросительно промычал, словно бы совершенно не слышал первую часть разговора. Нортон раздражённо цыкнул.       — Ты как-то умудрился обойти тот запрет пяти минут, когда в шкафу сидел. Как ты это сделал? Можешь повторить?       — Э… Да? А зачем?       Проспектор фыркнул и сильно нахмурился. Его широкоплечая фигура, казалось, была больше каждого оставшегося из игроков раза в два, что не могло не пугать, когда он склонился над, как ему показалось, дурачком. Лаки дернул его за плечо, от чего Кэмпбелл фыркнул и скрестил руки.       — Нужно, чтобы ты разведал обстановку в том коридоре. Есть ли камеры, может, карту составишь. Если ума хватит.       Лука явно оскорбился.       — Извините меня, но! — - Договорить ему не дала Эмили, положившая руку на плечо и потянувшая Бальсу назад. Тот цокнул и скрестил руки. Проспектор победно ухмыльнулся.       — Не хватало вам тут ещё поругаться. Нам нужно решить, что находится там, в коридорах. Нужно собрать то, что может пригодиться: фонарик или свеча, бумага и верёвка. — Эмили потёрла подбородок в раздумьях.       — А верёвка зачем? — Вмешался Счастливчик.       — Ну, или нить. Это чтобы Лука смог вернуться назад в случае чего. А если кончится… Придётся вернуться назад, что уж там.       Игроки переглянулись и быстро покинули помещение в поисках нужных вещей.       — А как же спросить меня? — Лука приподнял брови. А выбора-то и нет!       Спустя некоторое время, игроки вновь собрались в указанном помещении. Эмма принесла свечи и спички, которые достала из старых, не используемых канделябров. Эмили принесла несколько связанных между собой нитей, скрученных в большой клубок, которые она достала, вероятнее всего, откуда-то с чердака. Нити выглядели довольно старыми и ненадежными, но они не претендуют на альпинистское снаряжение. Разве что если в коридоре не будет ловушек. Фиона же принесла несколько скреплённых листов клетчатой бумаги и карандаш. Этого должно быть достаточно для безопасной «экспедиции» по непонятному коридору. Нить закрепили на бирке на кофте Луки, дали свечи, бумагу, карандаш и отправили в тёмный коридор. Конечно, мнение самого Луки спросить забыли.       Как и предполагалось, впереди коридора был резкий поворот налево, за которым была развилка. Лука, опираясь на стену, принялся чертить маршрут, которым пошёл. Было довольно неудобно держать свечу, бумагу и карандаш одновременно, но приходилось выкручиваться. Иначе было никак.       Коридоры выглядели до жути однотипно. Где-то встречались тупики, где-то всё больше развилок, и только прикреплённая нить давала хоть какую-то надежду выбраться. В полном одиночестве во мраке догорающей свечи впереди чудились разные страшные образы, тени паутины и держателей для факелов вокруг играли необычными тенями. Лука почувствовал какой-то зуд в области запястья. Судя по всему, прошло уже пять минут. Что ж, заряд сейчас был последним, о чём стоит беспокоится. Наконец, спустя ещё минут десять блужданий, нить вдруг натянулась. Кончилась? Бальса вытянул свечу перед собой и прищурился. Из-за неосторожности горячий воск вдруг обжёг и без того травмированные пальцы. Лука ахнул и выронил свечу. От удара фитилем об пол та потухла, оставив коридор в кромешной темноте. И в этой темноте где-то вдали стал виднеться тусклый отголосок полоски белого света. Парень прищурился и присел на корточки, нащупывая упавшую свечу. После, чиркнул спичками и зажёг её. Отголосок света пропал.

***

      — Как думаете, там может быть выход? — Фиона разложила зарисовки лабиринта на столе и указала пальцем на часть коридора, которую Лука выделил в круг. — Может, свет исходит из какой-нибудь двери?       — А что делать в случае, если та дверь заперта? Вот придём мы туда, и всё, уже не выйдем. — Подметил Нортон. Фиона кивнула и потёрла подбородок.       — Тогда нам стоит придумать как в случае чего взломать дверь и выбраться наружу. Если там правда выход наружу… Это может сыграть нам на руку.       Ребята переглянулись. Вновь надежда на побег, о которой организатор может не знать. Он ведь не может быть уверен, что коридоры под поместьем ведут на выход? Однако же, если не быть наивным, то можно предположить, что он знает, куда ведёт та дверь, значит он может убить эту идею на корню, поставив охранников там. Ситуация действительно кажется безвыходной, но не стоит терять надежду раньше времени.

Ведь близится день суда.

***

      Утро никого не радовало. Как всегда, встать пришлось рано, а после завтрака идти в зал суда. Настроение было отвратительнейшее. Казалось, с каждым разом зал становился всё мрачнее. Закрывающие «трон» шторы нагнетали атмосферу. Красный цвет гласил о том, что на сцене будет происходить шоу, однако же, это самое шоу было скорее какой-то страшилкой, ночным кошмаром или чьей-то дурацкой шуткой. Однако же, это всё происходило на самом деле.       — Доброе утро, дорогие друзья! Вот и настал долгожданный день суда! — Организатор раскинул руки, словно бы желал заключить всех присутствующих в свои объятия. — Начнём же представление! Улыбнитесь, люди смотрят на вас!       Дальше всё шло по привычному сценарию: Организатор высветил на экранах информацию о телах, игроки заняли свои места, после чего повисла гробовая тишина. Никто не мог понять, о каких людях, смотрящих на них, идёт речь. Никто и не пытался.       Курт Франк. Смерть наступила вследствие множественных ударов тупым предметом. Орудие убийства: бутыль. Примерное время смерти: 3:55. Улики: Спирт на книге.       Кричер Пирсон. Смерть наступила вследствие сильных ожогов, несовместимых с жизнью. Орудие убийства: -. Примерное время смерти: 5:21. Улики: -.       Деми и Уильям бросили презрительные взгляды в адрес друг друга. Оба были главными подозреваемыми в деле Франка. Бутыль довольно специфичное орудие, и из-за того, какая она тяжёлая, она вполне может стать опасной даже в худеньких женских руках.       — Итак. — Наиб встал с места и прошёл вдоль рядов. Он остановился в центре комнаты и жестом поманил остальных игроков. — Что мы имеем? Вряд ли мы сможем узнать, кто именно был убийцей Кричера. Мотив тут вряд ли играет роли. Осталось определить только то, кого убила Мафия, а кого — Маньяк.       — Думаю, после дела Кевина и того, как Курт определил убийцу в Вере, Мафия могла насторожиться. Наверняка они решили избавиться от помехи таким образом! — Предположила Трейси. Наиб задумчиво кивнул.       — Но смотрите! — Вдруг влезла Фиона. — Маньяк тоже мог насторожиться! Если Мафия работает не одна, то маньяк сам по себе, и для него конец будет чем-то более страшным, чем потеря одного союзника. Понимаете, к чему я клоню?       — Думаешь, что Мафия могла предполагать, что убийца переключится на Курта, и выбрала другую жертву, чтобы сократить численность населения?       Фиона кивнула. Наиб потёр подбородок и уставился куда-то в потолок. Свет тусклых ламп совсем не обжигал глаза.        — Значит, Курта убил Маньяк, а Кричера — Мафия?        — Если так смотреть, то всё могло быть наоборот. Маньяк мог быть достаточно умён, чтобы предположить, что Мафия решит избавиться от помехи-Курта, поэтому решил убить кого-то другого. Но почему именно Кричер? — Влезла Марта. Игроки переглянулись.       — Кажется, Кричер никому не мешал. Может, просто случайная жертва?       — Это не кажется умным ходом. Смотрите, если бы Маньяк или Мафия убили не Кричера, а кого-нибудь, кто активно пытается решить дела, то и шансов на выигрыш у них было бы больше. Это было нарочно или убийца просто не особо блещет умом?       — Это был такой ход. — Вмешался Уильям. — Маньяк просто хотел отвести подозрения и запутать вас.       — Наверное, ты прав… — Наиб потёр подбородок. — Но его действия кажутся странными. А может ли быть такое, что с Мафией он за одно?       — Не может. — Бросила Марта. — Либо Мафия, либо Маньяк. Они не могут раскрываться и доверять друг другу. Маньяк может убить Мафию, Мафия может убить Маньяка, а в конце концов в любом случае выйдет только один.       Девушка мельком оглядела присутствующих игроков.       — Тот, кто орудовал бутылкой, явно действовал спонтанно. Если бы убийца был готов, то ему хватило бы одного-двух ударов, чтобы убить Франка довольно тяжелой бутылью. Думаю, этот кто-то мог быть на эмоциях или просто не знал, что ему делать. — Тихо пробормотал Эзоп. Он так редко что-то говорит, некоторые были удивлены, услышав его голос.       — А, может, убийца был другом Курта? — Предположила Трейси. — Поэтому и действовал на эмоциях!       — Это имеет смысл. Но тут другая загвоздка — у убийцы был доступ к этим бутылкам. А у кого есть доступ к ним? У Деми. — Наиб приподнял брови.       — Что?! — Бурбон явно возмутилась. — Вы подозреваете меня только поэтому?! У любого был к ним доступ! К тому же, перед ночью я давала одну бутыль Уильяма! Не её ли вы нашли в крови на чердаке? Что скажешь в своё оправдание, а, Уильям?       Эллис немного растерялся. Он нахмурился, составляя правильное предложение в голове.       — Кто угодно мог подняться на чердак и взять эту чёртову бутылку, чтобы убить ею и потом поставить на место!       — Но ведь никто не знал, что ты пошёл именно туда. Не так ли? — Деми приподняла бровь и скрестила руки. Эллис цокнул и нахмурился сильнее.       — Ты знала. И ты могла подставить меня! Почему ты так остро возмущаешься, а?!       — А если бы тебя вдруг обвинили в том, чего ты не совершал, ты бы не возмущался?! И почему же ты так напряжен, Уильям?       Эллис цокнул и сделал шаг назад.       — Так-так, значит, это один из вас, не так ли? — Наиб поставил руки в бока. — Может, хоть раз кто-то из вас просто сознается? Вы ведь понимаете, что жизнь ещё одного невинного человека может прерваться по вашей вине? Хотите понести ещё больше жертв на своих плечах?       Деми хмыкнула. Уильям скрестил руки. Видимо, ни один из них не собирается признавать свою вину.       — Хэй! — Вдруг Илай поднял руку вверх. — Убийца ведь бил со всей силы много раз, так? И действовал спонтанно, так? Эй, помните ту ситуацию, когда на нас надели эти браслеты? Уильям придушил того человека!       Игроки вдруг переглянулись. Взгляды были направлены на Уильяма, который сейчас казался зажатым в угол зверем.       — Это ещё ничего не значит! — Он цокнул и сделал пару шагов назад, скрестив руки.       — Сильный, действует спонтанно и не подумав, не было каких-то особых связей с Франком… Звёзды сошлись. — Заключила Фиона.       — Я даже не хотел его убивать!       В комнате наступило затишье. Эллис цокнул и нахмурился.       — Если не выполнять свою роль — тебя дисквалифицируют. Если попадёшься — казнят. Если не попадёшься — рано или поздно до тебя доберётся Мафия. Что такого в том, что я хочу прожить немного дольше, чем остальные?! Разве вы все тут горите желанием побыстрее умереть?! Я не хочу сдохнуть в этом месте, как последняя крыса! У меня не было бляdского выбора!       — Но ты умрёшь тут. Как последняя крыса, чего ты так и боялся. Ты просто лишил другого человека жизни в попытке уцепиться за свою, но не учёл, что всё бесполезно. — Лаки вдруг засмеялся. Это заставило игроков переключить внимание на него. — Все мы тут сдохнем. Бесполезно даже пытаться выбраться, что уж там! Люди такие забавные, когда дело касается их жизней! Они в ужасе, когда об убийстве говорит кто-то другой, они в ужасе, когда кто-то убивает, но стоит загнать их в ловушку — как они сделают всё, ради того, чтобы выбраться, хотя это бесполезно!       Везунчик залился отвратительным хохотом. Вдруг раздался тихий стук. Организатор включил экран и с усмешкой наблюдал за шоу.       — Ну что же, вы готовы сделать свой выбор, не так ли? Думаю, что настало время для голосования!       Уильям был в ужасе от мысли, что скоро окажется на электрическом стуле. Игроки могли лишь смотреть с презрением или сочувствием. В конце концов, у них тоже нет выбора.

Уильям Эллис был признан виновным.

      Красные шторы распахнулись, открывая вид на гордо стоящий электрический стул. Не давая продохнуть, неведомая сила заставила взмыть его в воздух и влететь в трон. Руки и ноги оказались мгновенно пристёгнуты. Уильям считал, что его сила может помочь ему выбраться и избежать наказания, но это оказалось ошибкой.       — Поздравляю! — Продолжил Организатор. — Уильям Эллис держал роль Маньяка. Теперь же, он получит заслуженную казнь!       Свет в зале потускнел. Раздался звук накопления заряда, а после пошёл ток. Уильям сильно сжался и несколько долгих секунд молчал, но после выгнулся и закричал во всё горло. Его мощные связки, казалось, разрывались. По комнате пошёл отвратительный запах горелого мяса. Лампы начали моргать. Ток прекратил идти, однако, Уильям всё ещё тихо хрипел. Он хрипло бормотал просьбы прекратить эти мучения. Электричество ударило вновь, но Уильям уже не мог кричать. Его рот раскрылся в немом крике боли, но сам он не мог издать ни звука. Лампы в помещении полопались, заставив Трейси и Эмму вскрикнуть от неожиданности. Спустя долгую минуту, всё кончилось. Запах дыма и гари кружил голову, и, как только возможность появилась, игроки сразу же покинули зал суда. Зрелище было отвратительным.

***

      За обеденным столом никто так и не притронулся к еде. Перед лицом всё ещё стояло покрывшееся волдырями тело Эллиса. Никто не заслуживает такой смерти, однако же, организатора это, видимо, забавляло. Смотреть, как люди убивают друг друга. Смотреть, как люди корчатся от боли. Какой же он псих.       — Мафия сегодня делает свой выбор. Как и доктора. — Напомнил Нортон. — Постарайтесь на этот раз не оплошать, как в этот раз, кем бы вы ни были.       — Не дави на докторов. Мало ли, разозлятся на тебя и решат не помогать! — Лука подкрутил гайку в коробочке, с которой постоянно возятся.       — Это их обязанность — помогать мне, хотят они того или не хотят. — Кэмпбелл хмыкнул и расплылся в улыбке. — Я их с того света достану, если они ошибутся.       Бальса недовольно прищурился.       — Ты тут не король, чтобы все тебя слушались. Мы все на равных, так что будь добр, замолчи и не дави на тех, на ком и без того ответственность выше крыши.       Проспектор встал с места и одним взмахом руки отшвырнул коробочку из-под носа Бальсы куда-то в сторону. Та со звоном упала на пол — некоторые детали вовсе вылетели. После, завершая своё дело, Нортон несколько раз со всей силы ударил по ней ногой. Лука вскочил и явно собирался сказать пару ласковых, но Эмили потянула его за рукав, заставив успокоиться и сесть. Парень тихо рыкнул на усмешки Кэмпбелла.       — Молчи, молчи, собачка.

***

      — Что ж, на одну опасность меньше.       Собравшиеся коротко кивнули.       — Есть у кого предложения?       — Эта девчонка совсем уж раздражающая. Может, прихлопнуть, чтобы меньше действовала на нервы?       — Нет уж.       — Да, ещё слишком рано. Есть другие предложения?       — Что насчёт него? Он до жути меня бесит!       — Хм. Возможно, это хорошая идея. Можно убить двух зайцев сразу. Мафия готова сделать свой выбор.

***

      — Как там Нортон сказал?       — Что достанет с того света.       — Он меня пугает!       — Тогда… Предлагаю сменить цель. Если он уверен, что достанет нас с того света, то и помощь по возвращению оттуда ему не нужна. В любом случае у нас есть те, кому помозь будет нужнее.       Собравшиеся переглянулись и кивнули друг другу.       — Лучше защитить тех, кто может находится в опасности. Её или его. Возможно, ещё его.       — Да, думаю, лучше будет перестраховаться и помочь ему.       — Тогда Доктора готовы сделать выбор. Надеюсь, мы не совершим ошибку. На кону стоит множество жизней.

Наступает ночь. Город засыпает, просыпается Мафия.