Ядовитая лягушка на каменном троне

      Шиу приняла решение. Возможно, оно в корне неверно и принесет лишь проблемы, но это ее решение, по сути, первое самостоятельное решение с тех пор, как она стала взрослой. Оказалось, это непросто, да и сомнения до сих пор не отступили, и все же, девушка не собиралась отступать. Если она совершила ошибку, то примет этот факт и его последствия, ответит за нее перед лицом богов и времени. Со всех ног Шиу мчалась обратно к воину, которого должна была спасти, без которого не смогла бы выбраться из Дома чудовищ. Она должна успеть любой ценой! Вот только перед глазами так и стояло лицо прекрасной Иштлильнот, надменно улыбающейся, знающей больше, чем сказала. Почему все так? Боги должны помогать, защищать людей, так почему богиня не проявила ни капли снисхождения. Все, что Шиу знала, все, чему ее учили, меркло, а реальность оказалась более суровой и жестокой. Девушка бежала все быстрее, словно за ней гнались чудовища, она пыталась скрыться от самой себя и преследующих ее мыслей. Не стоит думать, не стоит сейчас искать ответы. Дом чудовищ не подходящее для этого место. Чем дальше, тем больше Шиу подмечала звуков, запахов, теней, даже видеть в темноте она стала в разы лучше. Мир преобразился! Он уже не казался пустым. Жизнь была всюду, даже в девяти мирах ада!       — Теот! — крик получился слишком громким, но Шиу это не волновало. Сейчас главное убедиться, что она не опоздала, а ее защитник все еще жив. — Теот! Ты как? Особо не задумываясь над тем, что делает, девушка принялась трясти бледного воина. Лаухан был на границе сознания: еще не провалился в беспамятство, но взгляд уже потерял осознанность. Он будто смотрел сквозь нее, не видя, не понимая, что происходит. На лбу Теота проступила испарина, а сам он казался не то что бледным, а почти прозрачным. Шиу коснулась ладонью лица воина — холодный, как снега на вершинах Спящей женщины и Вечного стража, и это в мире, где царствовал огонь, а каждый вдох обжигал легкие. И все же, он все еще жив, что дарило надежду. Шиу отстранилась. Лаухан был в ужасающем состоянии, особо пострадали ноги. На них даже смотреть было невозможно без содрогания. Наверное, это можно сравнить разве что с зажаренным на костре мясом. И как он мог двигаться с такими ранами. Человек, точно бы не выжил. Дрожащими от волнения руками, стараясь даже не смотреть на то, что делает, девушка принялась лить воду на поврежденные конечности. Стоило бы еще и молитву вознести, но Шиу не знала, что сказать, да и стоит ли это делать.       — Шиу? — голос лаухана звучал слабо, но он, хотя бы, пришел в себя. — Ты вернулась?       — Странно задавать подобные вопросы, когда ты меня видишь, — девушка приподняла голову воина, осторожно поднося кувшин к его пересохшим губам. — Пей. Осталось немного, но тебе хватит.       — Что это?       — Уж точно не яд, — огрызнулась Шиу, вновь слыша зловещие шорохи и клацанье, металлическое дребезжание. Они вновь привлекли внимание, а может, и не они вовсе. — Пей быстрей, и пошли уже отсюда. Тебе может, и холодно, но я уже начинаю плавиться. Слишком жарко.       — Что это за вода? — сознания воина начало проясняться, а ведь она уже решил, что для него все кончено. Чудо? Вот только не очень-то похоже, что он его заслужил.       — Из святилища Иштлильнот, она сказала, что исцелит лишь одного.       — Святилище Иштлильнот? Но, его не может быть здесь.       — Не может, но есть, — отмахнулась Шиу, бросая осторожный взгляд на ноги лаухана. Они вновь выглядели, как обычно, не осталось даже маленькой царапины. Обычно вода из кувшинов Иштлильнот так не действовала, но, похоже, в этот раз, богиня решила вмешаться лично. — Давай выбираться. Это место… Оно давит, понимаешь?       — Да, — Теот подскочил на ноги. Голова немного закружилась, но ему быстро удалось взять себя в руки. Мельком оглядевшись, воин попытался понять, где именно они находятся. Он смутно помнил, как двигался, в его голове сохранилось лишь ощущение боли, вытеснившей все остальное. — Врата находятся в безопасной пещере, посреди черного озера. Чудовища туда не суются. Их пугает черная вода, но я знаю, как по ней пройти.       — И где эта пещера?       — Все зависит от того, где именно мы находимся.       — Теот! — и снова слишком громко, но сдержать эмоции было непросто, практически невыполнимо.       — В сторону!       Воин резко бросился вперед, отталкивая Шиу в сторону, как раз вовремя ведь огромная клешня клацнула как раз там, где была девушка еще секунду назад. Чудовище двигалось стремительно и бесшумно, нападая снова и снова, с разных сторон, выискивая слабое место добычи. Теот едва успевал уводить девушку из-под удара, да и самому уклоняться становилось все трудней. Создавалось впечатление, что на них напала сотня тварей разом, а не всего одна, быстрая как мысль. Лаухан отчетливо осознавал, что бессилен, но все равно продолжал сопротивляться, упрямо отказывался принимать судьбу, он даже не замечал, что почти не уступает в скорости грозному противнику, кружащему рядом. Будь он один или окажись рядом другие лауханы все могло бы сложиться иначе. Пронзительный вскрик заставил Теота оступиться, ослабить внимание, и последствия не заставили себя ждать. Мощный удар отбросил его назад, прямо на каменную стену пещеры. Воздух выбило из легких, а во рту появился железистый привкус. Колалт выбрал для себя жертву и ей оказался не от, а уставшая и измотанная Шиу, не способная себя защитить. Ему не успеть! Он не сможет защитить девушку! Это осознание заставило ощутить боль, намного сильнее физической. Все повторялось и казалось насмешкой судьбы над ним. Сколько бы он ни пытался, все равно был не способен исполнить долг лаухана.       — Нет!!!       Узор на теле вновь налился силой, а перед глазами появилась кровавая пелена. Сознание Теота отступало на второй план, давая место чему-то другому, более могущественному и властному, тому, чему нельзя противостоять. Он готов был ринуться в бой, вонзиться клыками в тушу чудовища, разорвать его голыми руками. Лаухан ощущал себя зверем, жаждущим крови, чудовищем, которое заставит содрогнуться даже жителей этого полного опасностей мирв. Но в тот миг, когда он уже оторвался от земли для дикого прыжка, раздался протяжный и гортанным завыванием вой, и что-то ярко сверкнуло вверху. В это самое мгновение сознание Теота прояснилось, вновь вернуло себе контроль над телом. Резко извернувшись, лаухан приземлился на ноги, рядом с Шиу, загораживая собой. Сражаться будет не он! Сердце билось набатом, отбивая бешенный, все ускоряющийся ритм, а в глазах загорелся огонь восхищения, на грани преклонения.       Мощный воин, от которого исходила невероятная аура силы и уверенности, оседлал колалта, танцующего под ним в жалкой попытке сбросить ездока. Но не тут, то было, мужчина мертвой хваткой вцепился в шею чудовища, самое слабое его место. Многочисленные лапы и клешни были неспособны дотянуться до воина, методично обрушивающего на чудовище удары дубинки, покрытой острыми кристаллами. Снова и снова, без устали и жалости, ни разу не промахнувшись. Это казалось невозможным, но происходило прямо на глазах Теота и Шиу. Тонкий панцирь на шее не выдержал, треснул, оголяя нежную плоть. Оглушающее вереща, чудовище неистово брыкалось, кидалось на стены, всюду оставляя кровавые следы, но с каждой секундой оно теряло скорость, силу. Отбросив дубинку, воин со всей силы ударил кулаком по образовавшейся дыре, засовывая в нее руку. Протягивая ее все дальше, он добрался до склизкого мозга. Победная улыбка исказила тонкие губы — твари конец! Резкий рывок и мозг колалта оказался стиснут в сильной ладони, а чудовище с грохотом рухнуло на землю. Дергающееся в предсмертных конвульсиях чудовище было все еще опасно, но долго это не продлится.       — Теперь все будет хорошо, — тихо прошептал Теот, распрямляя плечи.       — Ты… — Шиу громко сглотнула. Кажется, чудовища не самое страшное, что есть в этом мире. Девушка инстинктивно спряталась за своим лауханом, казавшимся непреодолимой стеной в этот миг. — Ты его знаешь?..       — Да, это мой отец... Лучший охотник среди лауханов.