Не тот, кем кажется

Ричи сидел на камне и нервно рвал руками траву, что росла вокруг, отбрасывая её в сторону, и смотрел, как течение потихоньку сносит накопившийся мусор в водосток. В его голове крутилось сотни мыслей, а ещё прочно так засело чувство вины. Он украл у Эдди его первый поцелуй, а ещё одним только неосторожным и крайне импульсивным действием, разрушил их с Эдди долгую, многолетнюю дружбу. Ричи не знал, куда себя деть. Даже здесь, в Пустоши, он чувствовал себя чужим и лишним, хоть и сидел тут в полном одиночестве. Он ненавидел себя. Изнутри его съедала совесть и чувство вины. Поддавшись инстинктам и своим желаниям, он поцеловал Эдди без разрешения, и не видел оправдания своему поступку. Теперь Каспбрак и на километр к нему не подойдёт, и от осознания этого хотелось орать, рыдать и разносить всё к херам. Но Ричи просто тихонько плакал, давая слезам вольно скатываться по лицу, по шее и падать на траву. Он давился этими слезами, не позволяя эмоциям вырваться наружу, потому что в последний раз для него это обернулось настоящей катастрофой. Тозиер даже боялся подумать о том, что же будет дальше... Да и думать не хотел, ведь знал — будет только хуже. Внезапно его посетила странная, даже немного пугающая мысль — побродить по канализации и предаться воспоминаниям. Ему не страшно, ведь страх у него только один, и это вовсе не клоуны. Спрыгнув с камня, Ричи бездумно поплёлся прямиком к вонючему водостоку. Конкретной цели у него не было — его просто тянуло туда. В любом случае, если этот вонючий клоун не сдох, и сейчас поджидает Ричи где-то там, внутри, коварно потирая руки и противно улыбаясь, Тозиеру терять будет нечего. Когда он вошёл внутрь, в его голове вдруг возник образ маленького Эдди: его обеспокоенный взгляд с толикой страха, и те самые слова, сказанные в оправдание того, почему он не хотел идти в канализацию искать Джорджи: «Сточные воды. Просто предупреждаю, моча и дерьмо, моча и дерьмо. Вы, ребята, плескаетесь в миллионе деррийской мочи.» Рич невольно улыбнулся. Мимика Эдди в тот момент была просто потрясающей, так и хотелось его обнять тогда. Сказать, какой он милый, но Тозиер своими действиями только ещё больше отпугнул Каспбрака, хотя это и не портило общей картины. Воспоминания грели душу, особенно когда они были связаны с Эдсом. Выгнав из головы образ одиннадцатилетнего Каспбрака, Тозиер пошёл дальше. И чем глубже он туда заходил — тем сильнее воняло внутри, оттого и противнее становилось. «Моча и дерьмо, моча и дерьмо» — вторил его мыслям воображаемый голос Эдди с неповторимой, и свойственной только ему, интонацией. Рич бродил здесь долго, и до сих пор не понимал, каким чудом его сюда занесло, и зачем он вообще сюда пошёл? Видимо, мало ему и его заднице на сегодняшний день приключений. Ещё подавай! Но ведь сточные воды определённо не были хорошим местом, чтобы предаваться здесь былым воспоминаниям, не так ли? Однако Ричи, почему-то, выбрал именно это место. Когда путь вёл к ещё одной развилке, и вокруг стояла просто невыносимая вонь, да такая, что глаза сами собой слезиться начинали, Рич наконец включил свой мозг и таки решил вернуться обратно и съездить в какое-нибудь куда более приятное место, чем эта канализация. Тозиер был далеко не из брезгливых, но с каждой минутой, проведённой в кромешной темноте, сопровождаемый невыносимым чуткому носу амбре, выносить такую взрывную, почти убийственную, смесь из не самых приятных запахов становилось всё сложнее. Именно поэтому Ричи и принял единственное правильное решение — похлюпать обратно, пока он здесь окончательно не заблудился, или того хуже — не задохнулся. К сожалению, за всё время, что Рич провёл здесь, признаков Танцующего Клоуна, а по совместительству и главного мудака этого никчёмного городишки, Пеннивайза, не было обнаружено. Вот где это стрёмное рыло, когда оно так нужно? «Налево, потом направо, а потом снова налево, и прямо» — повторял про себя Тозиер, чтобы не забыть и не заблудиться. Шёл он спокойно, точно по проложенному в голове маршруту, как вдруг впереди услышал какие-то подозрительные шорохи и насторожился. «Да ладно?.. Быть не может.» — подумалось Ричи, и он резко обернулся, полагая, что клоун захочет его запугать, а потом напасть сзади, а Тозиер все эти штучки знает, и готов был к нападению. Но никого сзади не оказалось. Только грязная сточная вода и разлагающийся мусор, плавающий в ней. Хмыкнув, Тозиер пошёл дальше, вновь воспроизводя в памяти обратный маршрут. С каждым шагом хлюпающие звуки, доносящиеся откуда-то спереди, усиливались, и мысленно Ричи готовил себя к встрече с ним. Он притаился и старался идти как можно тише, хотя и выходило это с трудом, учитывая, что он идёт по «воде». Посторонние звуки становились всё громче, а сердце стучало сильнее, заходясь в бешеном ритме. Ричи немного потряхивало от ожидания и волнения, но шёл он уверенно, не боясь взглянуть в эти чудовищные глаза. Всё ближе и ближе он подходил к повороту, и там на несколько секунд притаился, прислушиваясь. Звуки тоже утихли. Видимо существо, что шло за ним, сделало тоже самое, и сейчас поджидает, пока жертва сама к нему выйдет. Что ж… Ричи медленно и осторожно начал высовывать голову из поворота, а одновременно с ним, с другой стороны, точь в точь высовывалась чужая голова. А дальше всё происходило словно в замедленной съёмке: Ричи почти впритык встретился с лицом Эдди и от неожиданности заорал. Испугавшись, Каспбрак заорал в ответ, и бросился в бега, а за ним и Ричи. Не успели они опомниться, как уже стояли у входа в канализационную трубу, и упираясь руками в колени, пытались перевести дыхание, а Эдди ещё и унять боль. В голове у обоих творился полный хаос, а ноги потряхивало от страха. На мгновение у Ричи в голове проскользнула мысль, что он жалеет о том, что источником всех этих звуков оказался не Пеннивайз. Его, в данный момент, и в данной сложившейся ситуации, он рад был бы видеть его больше, чего нельзя сказать об Эдди. Пока Тозиер, отходя от шока, вспоминал, что Каспбрак всё ещё тут находится, и хотел уже броситься наутёк снова, Эдди уже стоял перед ним, совсем рядом, и смотрел своим проникновенным взглядом, пытаясь высмотреть в его взгляде то, чего он не видел ранее, будто бы пытался найти ответ на вопрос, который мучает уже так долго. Ричи вновь округлил глаза, и уж было дёрнулся, чтобы таки попробовать осуществить свой план побега, но Эдди ловко успел схватить его за запястье, и развернуть к себе. — Даже не думай сбегать, Рич. Нам нужно поговорить, — серьёзно, с примесью волнения в голосе сказал Эдди, ослабляя хватку, в надежде на то, что Тозиер не вырвется и не убежит опять. Ричи стоял, опустив взгляд в пол и просто не мог смотреть на Эдди. Он не выдержит осуждающего взгляда, это будет слишком, даже для него. — Нам не о чем говорить, — выдавил из себя Ричи, продолжая сверлить взглядом носки своих кед. — Посмотри на меня. Тозиер не реагирует и упрямо смотрит в одну точку, уже готовясь к гневной тираде о том, какой он противный, и как Эдди жалеет, что потратил на него лучшие годы своей жизни, ведь думал, что они друзья, а тут вот оно как оказалось… А ещё, что ему тут не место, ведь он… — Ричи. Слышишь? Пожалуйста, посмотри на меня. Тозиер вертит головой в разные стороны и пытается сдержать подступающие к глазам слёзы, потому что голос Эдди нежный, и, возможно, он слышит этот тон в последний раз… Каспбрак вздыхает и осторожно берёт Ричи за подбородок, поднимая его вверх. Тозиер чувствует себя беззащитным, но вызов таки принимает, глаза не зажмуривает, а наоборот — широко распахивает, сквозь толщу стекла впиваясь в глаза Эдди, которые, на удивление, не излучали никаких негативных эмоций. Скорее даже наоборот — теплоту... — Рич, я… — теперь уже растерялся Эдди. Потупив взгляд в пол, он закусил губу, и от волнения начал до хруста костей сминать свои пальцы, судорожно начиная соображать, что же говорить дальше. Когда он ехал за Тозиером, сквозь зудящую боль в коленках, Каспбрак до мелочей продумал то, что он скажет Ричи, когда увидит его, и как всегда был настроен решительно, но когда посмотрел в карие глаза Тозиера, у него тут же отняло всю речь, а мозг напрочь отказывался складывать слова в цельные предложения, как-бы говоря: «Разбирайся с этим сам, Каспбрак. Мужик ты, или нет!?» — Да валяй уже! — не выдержав паузы, заорал Ричи. Отросшая чёлка спала на глаза, закрывая обзор, и он яростно её сдул, чтобы видеть лицо Эдди, и продолжил: — Хотя знаешь, я уже понял всё, и к чёрту тебя и твоё несносное бормотание, я просто- Эд решает заткнуть болтливого Ричи единственным взбредшим в голову способом — поцелуем. Зажмурившись, он наклоняется к губам Ричи и быстро чмокает его, тут же отстраняясь. Подействовало. Тозиер резко замолчал, и сейчас стоит в шоке, не понимая, что только что произошло. Его щёки горят, а слегка влажные от короткого поцелуя губы опаляет холодный ветерок. — Отлично. Ты молчишь. А теперь послушай меня, — Эдди сделал глубокий вдох и продолжил, пользуясь моментом долгого молчания Тозиера, — Я не знаю, как ты узнал об этом, но да… Ты давно мне н-нравишься. Я не знаю, п-пошутил ты, или н-нет, но я хочу знать правду, потому что для меня это очень в-важно, — договорив, выдохнул Эдди, и добавил про себя, — Кошмар какой, я уже и заикаюсь как Билл, — нервно при этом улыбаясь. А Ричи опять проглотил свой язык, просто смотрел на Эдди, и, откровенно говоря, тупил. У него отняло не только дар речи, но и способность двигаться, потому что он замер, словно статуя и не шевелился вообще, переваривая в голове полученную информацию. Каспбрак стоял, молчал и очень сильно нервничал, теребя края своей футболки, рассматривал два сердечка, нарисованных Ричи, на своих коленях, и покачивался из стороны в сторону, трепетно ожидая, что же ответит Тозиер. А Рич, в свою очередь, судорожно начал себя щипать и часто-часто моргать, чтобы понять: это иллюзия, или он уже бредит, потому что правдой это просто не может быть… — Ричи, — подал подавленный голос Эдди, совсем уж расстраиваясь, — Не молчи. Не доводи меня до истерики, я тебе тут в любви признаюсь, а ты смотришь на меня так, будто я ненастоящий какой-то, или подшутить над тобой решил, но я ведь правда… — Что ты делаешь!? — в панике закричал Ричи, будто бы приходя наконец в себя. Эдди снова вздрогнул, а лицо Ричи вспыхнуло, и приобрело радостные нотки. Он всё ещё не верил, но так хотелось улыбаться, а ещё от радости высоко прыгать, но что-то терзало его сердце и сомнения не сошли на нет окончательно. Эд испугался такой реакции и резкой смены настроения. Он немного отшатнулся, в который раз жалея, что затеял этот разговор, ругая себя за свой длинный язык, который ещё и конкуренцию тозиеровскому составить может. Но отступать ему уже некуда, и если уж начал — говори всё. — Тозиер, я тут для чего распинался? — вскипел Эд, возвращая себе самообладание, — Я же подумал, что ты тоже в меня… Ну… — Каспбрак замялся и покраснел, нервно улыбнувшись. А потом его брови сдвигаются к переносице, уголки губ вниз опускаются, и на лице образовывается кислая мина. — О чём я вообще думал, ты же ведь никогда… Нужно было понять сразу, когда ты сбежал… И тут до Ричи наконец дошло окончательно. Улыбка таки вырвалась наружу, и озарила всё его лицо. Он сгрёб в охапку своего Эдди и уткнулся ему в висок, начиная шептать на ухо всякий бред вперемешку с признаниями в любви. Из всего этого бессвязного потока речи, Эдд понял главное — Ричи любит его, и всегда любил. Наконец сказав три важных слова самому дорогому и любимому человеку, Ричи будто сбросил с себя все оковы и резко осмелел, выбрасывая из головы все сомнения, страхи и опасения. Теперь он готов надрать зад каждому, кто скажет хоть слово против их с Эдди отношений, а если уж кто посмеет хоть пальцем его тронуть — будет иметь дело с озверевшим Ричи Тозиером, и уж без пущенной крови тогда не обойдётся. Ради Эдди он готов послать весь мир нахер, а потом и в жопу, если мало окажется. Они стоят в объятиях ещё долго и на перебив шепчут друг другу всякие милые глупости, и всё так же глупо улыбаются, чувствуя себя самыми счастливыми парнями на свете. — Можно я тебя поцелую? — тихо спрашивает Ричи, отрываясь от Каспбрака, и заглядывая тому в глаза своим щенячьим взглядом, увеличенным за счёт огромных очков. Эдди смеется и треплет Ричи по взъерошенным волосам. — Дурак. Целуй быстрее, пока я не передумал.