When I Was Older

— Пять концертов в Лондоне, не жирно им? Милли ходила из угла в угол, маяча перед рисующей Билли. Ее внутреннее самообладание стало давать сбой. Так долго находится без дела в закрытом помещении без выхода на улицу, она не могла. За прошедшие четыре дня она выходила гулять один раз, и то на час с Финнеасом. Прогуливаться одной, оставляя Айлиш в одиночестве, ей не хотелось, а от повторного утреннего променада рыжий парень отнекивался с помощью летящей подушки в лицо Ми. С Билли было еще сложнее. До десяти утра ее не выманишь из кровати ни за какие коврижки. — Потерпи, завтра вечером полетим обратно в Америку,— спокойно отвечала певица, водя тупым карандашом по крафтовой бумаге. — В смысле вечером? А днем мы что делать будем? Давай хотя бы прокатимся, Биллс! Младшая О’Коннелл прищурила глаза, хитро улыбаясь. Она давно заметила, что Ми тесно в четырех стенах. Что она сходит с ума от нехватки какого никакого, но свежего воздуха, малоподвижности и тишины. Отложив скетчбук в сторону, она поравнялась с подругой, которая стояла к ней спиной. — Еще эти твои фанаты достали отмечать меня на твоих фотках,— в порыве злости Миллиган не заметила за собой стоящего человека. Она беспощадно удаляла все отметки с фотографий, на которых была не она,— ну что вот они думают, что я покажу тебе ТВОЮ же фотографию и скажу, глянь, Билли, тебя отметила какая-то @sweetcandy, поставь лайк на СВОЮ же фотку! А? Резкий поворот и глухой удар боковой частью ладони о твердую скулу Билли. — Ай, бля! — Айлиш схватилась за щеку, мягко потирая место ушиба. — Биллс, прости,— девушка тут же начала дуть в скулу, попутно ругаясь и извиняясь за свою криворукость,— не хватало еще, чтобы ты с синяками вышла на сцену. — Да мне не больно,— улыбнулась молодая певица, задержав руку собеседницы в своей,— ну и если что, ты выйдешь за меня. — «Выйдешь за меня?»,— засмеялась Ми,— ты предложение мне делаешь? — Не-е-ет,— протянула Билли, — выйдешь за меня на сцену! — Ага, прямо так и представляю - тысячи людей ждут выхода своего кумира, а тут на тебе, чучело огородное, хер пойми кто такая... — Не придумывай! Тебя так хорошо приняли! Не думала о карьере певицы? Выступали бы вместе? Айлиш посмотрела на Милли выжидающим взглядом, на который только она была способна. Физиономия второй девушки изобразила недовольную гримасу. — Ой, нет, спасибо...нет никакого желания петь на площадках большей вместимостью, чем сто человек. Такую жизнь, как у тебя я не хочу. По лицу Билли было видно, что она слишком удивилась такому ответу. Брови поднялись на верх, на лбу образовались три поперечные морщины, рот слегка приоткрылся в попытке ответить, но безуспешно. — Я имею ввиду, что не хочу постоянно ходить с охраной и бояться, что с моими близкими может что-то случится. Популярность - это прикольно, но в определенном масштабе. — А как же люди, которые благодарят тебя за твои песни? Разве это не круто, когда ты можешь помочь человеку, у которого такие же проблемы, как у тебя? Он слышит слова и понимает, что он не один... — При этом ты шага не можешь сделать в реальный мир... — Это единственный минус. И если б мне заранее сказали, что моя известность будет такой, я бы все равно не отказалась...музыкой спаслась когда-то я сама и даже если она поможет только одному человеку, я буду счастлива. — А в зеркало ты себя видела, Ило? Ты же выматываешься с таким графиком. Ты даже отдохнуть нормально не можешь, потому что все свободное время ты тратишь либо на общение с людьми, либо на трехчасовой сон. Даже странно, что сейчас появились лишние десят минут перед интервью! — Но ты же видела лица людей, что приходят на концерты...я нужна им. Миллиган села на край кровати, рассматривая свои отросшие ногти, кивая головой в тишину. В сознании крутился ураган мыслей, подытоженный одной фразой, которую она произнесла, глядя в глаза подруги. — Я не хотела тебя обижать. И я не всегда говорю то, что думаю. Это моя совершенно идиотская проблема - в голове одно, на языке другое... — Честно сказать, я правда думала, что ты согласишься петь со мной,— печальная улыбка Билли заставила заключить ее в объятия ежевичной девушки. — Даже, если бы я согласилась, то точно не таким способом. Я же говорила, что твоим положением пользоваться не собираюсь и если захочу стать знаменитой, то своим путем, а не тобой протоптанным... — Я вообще другое хотела сказать...— Айлиш вернула хитрое выражение лица и полуулыбку. — Что?— Насторожилась Ми. Билли встала перед подругой. — Я вижу, как тебя сложно находится в замкнутом пространстве...да и я устала от этой давки...а мама так вообще в прострации... — Блять, Айлиш, не тяни! — Мы сняли домик на окраине, завтра едем туда на барбекю! Милли вскочила с места и захлопала в ладоши. Ее ребяческая непосредственность передалась певице, они вместе закружились в танце. Как дети, которым разрешили вместо брюссельской капусты съесть мороженое. Их заливной смех разошелся по всему гостиничному коридору, по которому в тот самый момент расхаживал Финнеас. — Вы можете ржать по-тише?— Стремительным движением он открыл дверь номера, с лицом полным негодования. — А то что?— Не менее резко спросила его сестра. — Я пытаюсь работать...вы мне мешаете! — Финн, прости, мы просто радуемся, что завтра сможем выбраться из города,— улыбающаяся Милли пыталась встрять в перепалку между родными людьми дабы избежать конфликта. Ей не нравилось, когда она ругаются. Почему-то каждый раз она чувствовала себя виноватой. Финнеас промолчал, поджав губы он закрыл за собой дверь, одарив девушек строгим взглядом. — Достал уже,— закатила глаза Билли. — Наверно, мы действительно ему помешали. — Ты слишком добрая, Мило,— подытожила Айлиш и неспешно принялась собираться на юбилейную сотую встречу с журналистами. **** Дорога до частного дома, снятого на имя неизвестного Майкла Лоуренса, занимала два часа по живописной деревенской местности. Кое-где у трассы удавалось застать милых бабушек, торгующих яблоками из собственных садов. Милли каждый раз с обаянием заставляла цокающего Финнеаса тормознуть арендованный внедорожник, чтобы прикупить пару фруктов, придумывая новый аргумент в стиле «Эта бабуля милая», «Зеленые яблоки самые кислые и вкусные» или «Смотри какие красные!». На деле же, ей было жалко старых людей и купив все у одной, она обидела бы остальных. Одолев два часа пути, семья О’Коннелл и Ми наконец прибыли в назначенное место. Большой деревянный дом с огромной елью в саду не особо выделялся среди других коттеджей. Высокий забор закрывал задний двор от любопытных глаз, что было главным критерием при выборе. Постриженные ровной линией кусты с яркой газонной травой, колосящиеся стебли бордовой и белой мальвы, садовая лавка, мангал - все это выглядело очень лаконично и сдержанно, как типичная британская дача. Пока девочки нарезали овощи и зелень на летней кухне, Финн на правах мужчины принялся разогревать жаровню, чертыхаясь через слово от неудачных попыток. — Пойду помогу,— видя, как тяжело ему дается Ми вызвалась на помощь. — Сам справится, не маленький,— Билли все еще была недовольна утренним поведением брата. — Не злись, суперзвезда,— Миллиган поцеловала подругу в щеку и ушла к мангалу. Громкий стук ножа о разделочную доску не слышал разве, что глухой. Певица отчеканивала каждый кусок огурца со злостью, с силой стискивая зубы. — Ты ревнуешь?— Мягкий голос Мэгги заставил девушку вздрогнуть и вернутся обратно на землю. — Нет,— холодный ответ дочери вызвал улыбку. — Но я вижу, что да. — Она проводит с ним слишком много времени,— Билли принимается за зелень. Пучок травы разлетается в разные стороны. С рвением она отделяет петрушку от кинзы, на которую у ЕЕ подруги аллергия. — Милая, ты и Милли проводите почти 24 часа в сутки вместе. Та прогулка с Финнеасом и помощь ему с барбекю не отнимет ее у тебя. Дай ей соскучится... — Мне кажется им веселее вместе. — Не говори глупостей, Билли,— мама оставляет попытки нарезать нетронутые овощи. Вместо этого она прижимается к ребенку и обнимает ее одной рукой,— иди к ним. — Нет. — Иди, я справлюсь здесь. Отдохни,— она направляет Айлиш слабым толчком в сторону чуть слышных голосов, спрятанных за углом веранды. Билли нехотя отходит от матери, по пути снимая кофту. Солнце хорошо припекает и кожа девушки требует витамин Д. Она не торопится, чем ближе к мангалу, тем голоса становятся громче, слышнее. Билли решает остановиться и немного побыть наблюдателем. Или скорее подслушивателем. — Вот тут можно взять по-выше,— Милли держит в руках исписанный лист. Что-то напевает, меняя положение ладони с низа на верх. Финнеас подчиняется ей. Айлиш видит, что он корчит лицо, беря слишком высокую для него ноту.— Видишь, так лучше. — Хм, ты права, давай еще раз,— парень вытирает со лба капельки пота. Ему жарко рядом с пышущими углями, которые так легко разожгла подошедшая на помощь. Финн включает запись фортепианной записи и что-то тихо напевает, меняя тональность на высокую. — Отлично,— Ми улыбается и отбивает ему кулачок,— тащи сосиски без вкуса мяса. Рыжая голова юноши с явным удовлетворением удаляется в дом за съестным. В Билли что-то кипит, какое-то странное чувство. В последний раз оно появлялось, когда Финнеас занял позицию главного ребенка в семье. Неужели мама права и это ревность? Высоко подняв голову она выходит на свет, частыми шагами подходя к подруге. — Ты вовремя, Биллс,— Милли улыбается и танцует, под слышимую только ее мозгу, музыку,— сейчас будем жарить не вкусные сосиски. — Ты отказываешься петь со мной, но с радостью делаешь это с моим, блять, братцем,— Айлиш наступает раньше, чем Миллиган замечает ее недовольное выражение лица. — Что? — Не делай вид, что не поняла меня! — Во-первых, сбавь тон,— сейчас спокойствию Ми позавидовала бы она сама, будь той, что была год назад,— во-вторых, я не собиралась с ним петь, а просто помогла в написании песни... — Ты пела с ним...— не унималась Билли. — Так же как пою и с тобой,— девушка перехватывает одеяло на себя. За то время, что они вместе, она научилась чувствовать подругу и время от времени переменяет мысли Айлиш, продолжая говорить за нее. — То-то я смотрю вы часто уединяетесь вместе! Тебе с ним лучше,— но певица не слышала ее, в голове звучал рой пчёл больно жалящих ее самолюбие. — Замолчи сейчас же,— Миллиган в плотную подошла к подруге,— забери свои слова назад. — Нет! — Забери. Свои. Слова. Назад. Билли. Две маленькие девушки, словно два барашка, смотрели друг на друга играя в гляделки, тяжело дыша теплым воздухом. Билли не хотела уступать, уверенная, что она права. Что Ми лучше с Финном, чем с ней. Милли не хотела оправдываться перед ней за то, чего не было. За больное воображение Айлиш. — Милли рассказала мне о Шелдоне. Об их знакомстве, о том, какой он человек. Финнеас не мог смотреть на пустую ругань кармических близнецов и решил встрять в ссору против своей воли,— Мы думали на что это похоже - потеря друга. Это вдохновило меня на новую песню, Билл. Она помогла с мотивом и тональностью. А не то, что ты напридумывала. Не выдержав первой, Миллиган осторожно дотронулась до кончиков пальцев второй девушки. Та отвернулась, сгорая от стыда. Ее щеки покрылись румянцем, моментально бросая тело в жар. Как она могла поверить в то, что выкинул ее нездоровый мозг. — Блять, я идиотка,— выдохнула она,— какая ж я идиотка. Я подумала...что вы... — Может вы споете нам,— неожиданно попросила Мэгги, ставя на стол овощи. — Нет,— отрезала Ми. — Пожалуйста,— настояла певица,— я правда хочу послушать. Прости меня,— прошептала она, заключая девушку в объятия,— Прости, Финнеас, я дура... Финн включил запись музыки на телефоне, отдав лист со словами, которые он уже знал наизусть, Милли. Они пели по очереди - про ключи, кошелек, сон, деньги, время и все, что можно потерять так же легко, как и друга. Женский голос почти не звучал, отдавая главную роль автору. Но в припеве она взрывалась, сдвигая брови, сжимая голос, пронизываясь болью, как бусинами, Снова и снова. Билли смотрела на ее изящные руки, которые будто дирижировали. Следила за дыханием, оно было мягким, не скакало пунктиром, как у нее самой. Осознавала, что наконец-то слышит настоящий голос подруги - чистый и чуть ниже ее сопрано. Она тонула в ней, не боясь, что не умеет плавать. Милли смотрела на завороженную Билли и осознавала, что та начинает слишком привыкать к ней. Эти маленькие вздоры утром и сейчас отозвались звоночком в ее голове. Айлиш не желает никого подпускать к ее единственной подруге, а значит дальше будет больше. О чем и говорила Миллиган маме - «настанет пора расставаться, но будет поздно». Пора перерезать ленточку. Как бы больно это ни было.