Love is a stronger virus

С момента аварии прошло всего три минуты, и друзей всё ещё трусило. Гоша отвернулся к окну, а Настя крепко схватила подругу за руку, сильно дрожа. Картинка, как на их глазах перевернули машину, впечаталась в память и никак не желала выходить из головы. Это была их вина. В том, что сбили невинных, что люди, находящиеся в машине, могли умереть. — Мы должны вернуться! — не выдержала Кира, привлекая внимание Паши. — Они могли пострадать, мы должны помочь, Паш. Она впервые за всю поездку посмотрела своими серыми омутами в глаза Вершинина, как бы убеждая в своей правоте. Всего минуты хватило, чтобы нужда в аргументах отпала. И он сдался. Под облегчённый вздох Паша развернул машину, возвращаясь на место ДТП. Вылетев из машины, Кира первой кинулась к машине, пачкая джинсы в зелёной траве и сырой земле. Паша и Лёша выбили дверь и аккуратно, стараясь не причинить ещё больший вред, достали водителя. Паша предложил идею довезти окровавленного мужчину до ближайшего кафе и оставить там, мол, ничего не знаем. Это был единственный правильный выход в тот момент, а потому все согласились. В машине не хватило бы места шестому человеку, к тому же в положении лёжа. Спустя недолгие уговоры Настя и Лёша пошли пешком, пока друзья мысленно понадеялись, что пара сможет выяснить отношения, и тогда станет на одну проблему меньше. Гоша и Паша сидели впереди, а голова мужчины лежала на коленях Ветровой, сидящей сзади. Они за десять минут доехали до кафе «Теремок». С помощью официантки, позванной заранее, ребята уложили раненого на раскладушку и остановили кровь. Совсем скоро подошли держащиеся за руки Лёша и Настя. По их виду без слов стало понятно, что прогулка пошла на пользу. В ожидании скорой все разбрелись по небольшому залу. Настя отсела от остальных за стол, а парни сели смотреть новый выпуск Игоря, который остановился в деревне и попал на русскую свадьбу. Ветрова внимательно смотрела за официанткой, что забрала найденный пистолет и спрятала его с безумным видом. Кира решила подышать свежим воздухом, не желая больше смотреть на Ирину, напомнившую близкого человека. Она уселась на капот машини и достала пачку сигарет. Тонкие, мятные друзья всегда были с ней. Ветрова старалась меньше гробить своё здоровье, но сейчас это было особенно необходимо. Окровавленные руки напоминали о самом ужасном дне её жизни, и Кира, психанув, достала из машины влажные салфетки. Спустя пару минут из кафе быстрым шагом вышел Паша, опять пребывавший в дурном настроении. Быстрыми шагами он преодолел расстояние между машиной и кафе, а после облокотился на Волгу. — Не знал, что ты куришь, — поморщившись, сказал Вершинин. Он сам бросил курить недавно, но сейчас, посмотрев очередное видео ублюдка, очень сильно захотелось. Проще было переключить внимание на новую знакомую и забыться в разговоре. — Мы знакомы всего пару дней, — парировала Кира, выдыхая дым. Ветрова, напротив, совершенно не была настроена на беседу. Ей казалось, что на руках до сих пор была чужая кровь, а в голову продолжали лезть воспоминания. — Почему ты поехала? Что такого важного в этом фотике? — Фотографии, находящиеся внутри. Логично, правда? — А поподробнее? — Он принадлежал моей матери, — сигарета в руках никак не сочиталась с несвойственной Кире нежностью в голосе. — В нем хранится очень много счастливых моментов на протяжении нескольких лет, — она сделала ещё одну глубокую затяжку. — Ты странно смотрела на Ирину, — перевёл тему Паша, видя, что тема о семье заставляет Ветрову нервничать. — Эта странная официантка напомнила о ней. Она также была не в себе, — Кира замолчала на пару минут, а после на её губах растянулась болезненная усмешка. — И на кой чёрт я говорю это практически незнакомому парню? — Это не помешало тебе прыгнуть в машину, когда среди присутствующих ты знала только Настюху. Паша улыбнулся, видя, как она не хочет признавать маленькое поражение в перепалке. — Откуда столько денег, Вершинин? Кира видела, как он смотрел, и её с головой накрыло волнение. Чёртова улыбка этого парня смущала, заставляла отвести взгляд, хотя ранее никаких проблем с мужским полом не было. И Ветрова просто перевела тему, желая, чтобы он не делал так. — Бабушкину квартиру продали. Хотели новую купить, но кто же виноват, что я такой лох? — наигранно засмеялся Павел, ещё больше желая сигарету. — На лоха ты не похож, — в знак поддержки улыбнулась Кира. — И на том спасибо. Они долго смотрели друг другу в глаза, и, кажется, между ними начало зарождаться что-то новое. Это не любовь, нет, до неё ещё далеко. Но то, что эти двое не являются незнакомцами, уже точно. Их зрительный контакт прервал крик Гоши, который выбежал из кафе, на ходу пытаясь застегнуть куртку. — Паш, в машине, когда везут преступников, стоят два регистратора. Мне дед рассказывал. Один снимает дорогу, а другой салон. — И что? — Давай съездим на место происшествия, посмотрим, что же случилось? Ну, тут ехать пять минут. — Прыгайте в машину, — согласился Паша и сам сел за руль. — Нет-нет, с меня крови хватит. Я лучше скажу остальным, что вы отъехали, — Ветрова потушила сигарету носком ботинка и вернулась в здание. — Ты похожа на мою дочь, — Ирина подсела к Мадышевой, протягивая конфету. — Спасибо. У вас есть дочь? — Да, сейчас, — женщина начала доставать из кармана фартука разные предметы, но нужное, очевидно, так и не нашла. — Фотография была. Мимо них в туалет тенью скользнула Кира, мрачно взглянув на официантку. Спустившись по деревянным скрипучим ступенькам, Ветрова прошла к раковине и с усилием начала мыть руки с мылом. Когда кожа показалась ей достаточно чистой, Кира оторвала от рулона бумажное полотенце. Внимание привлекла окровавленная салфетка, лежащая в мусорном ведре. Обернувшись, Кира заметила вытекающую лужу крови около одной из дверей в туалет. В кафе раздался протяжный крик. — Блять, Кира говорила, что эта официантка странная! Паша вновь давил на газ, стараясь успеть. Рядом, на переднем сидении молчал Гоша, втайне желая, чтобы никто не пострадал. Безысходность – отвратительное чувство. Вершинин гнал, не зная, что происходит в кафе, все ли там живы. Так пугающе, что он ничерта на может и остаётся лишь надеяться, что успеет. Волга остановилась около здания как раз в тот момент, когда из него выбежали напуганные Кира и Лёха. — Она мужика грохнула и Настю увезла! — в секунду оказавшись в салоне, прокричал Горелов. Кира вжалась в сидение. Она всегда старалась жить в реальности, но сейчас молилась Богу, чтобы с подругой ничего не случилось. В ушах всё ещё стоял собственный крик, а перед глазами мелькали трупы. — Быстрее! — орал Лёша на лучшего друга. Сердце сильно стучало и, казалось, вот-вот выпрыгнет. Правильно говорят, что пока не потеряешь – не поймёшь. Горелов испытал это на своей шкуре и был готов сам выброситься из машины и бежать-бежать-бежать. Лишь бы с Настей всё было в порядке. — Быстрее! — Всё, что могу, это Волга, а не Феррари! За годы отношений Лёха привык, что она первая извинялась, прощала тупые шутки и обидные слова. Сейчас Горелов казался сам себе полным идиотом, так как, возможно, последние минуты рядом с ней тратил на ссоры. Внезапно раздался громкий хлопок, перед лобовым стеклом повалил пар. — Блин, сломалась! Там движок слабый был! — прокричал Гоша, заходясь в истерике. — Да пошло оно нахуй! — рыкнул Горелов и выпрыгнул из остановившейся машины, не желая сидеть и ждать. — Лёха! — тщетные попытки Паши остановить друга не увенчались успехом. В кармане джинс зазвонил телефон, и Лёша, едва увидев имя, сразу ответил. Огромное облегчение поселилось в душе, пусть даже страх не прошёл до конца. — Настя! — счастливый выдох сорвался с губ вместе с таким родным именем. — Лёш, забери меня. Мне страшно. Пока мальчики катили машину, Мадышева шагала впереди, а рядом на всякий случай всегда была Кира. После того, как они забрали Настю, подростки заночевали в машине и с утра пораньше двинулись в путь, надеясь на ближайшую шиномонтажку. — Ты как? Может сядешь в машину? — Ветрова заботливо коснулась плеча подруги. — Переломов нет, и на том спасибо. Голова немного болит, а так всё в порядке, — однако она всё же замедлила шаг. — А я видел, как Гоша дрочил сегодня утром! — встрял Лёха, заставляя Петрищева покраснеть. — Нет, я пятно очищал, правда... — Ты что, реально? — Паша выпрямился, смотря на Гошу и едва сдерживая смех. — Я-то думал, он просто шутит! — Нет, он шутит. Гоша в конец растерялся и, сгорая одновременно от стыда и отвращения к Горелову, понурил голову. Лёша тем временем продолжил издеваться, испытывая всеобщее терпение. Внезапно Петрищев сжал кулаки и сильно толкнул обидчика прямо на столб с венком. Завязалась небольшая потасовка, в которой парни выплескивали весь свой гнев и боль за прошедшие сутки. Паша с помощью Киры попытался остановить драку, а у Насти просто не хватило сил. — Да сколько можно! — громко сказала разозлившаяся Ветрова, когда Паша, наконец, встал между покрасневшими парнями. — Мы в полной заднице, без денег, у нас сломана машина, а вам лишь бы пар выпустить?! — Завались уже, а? Достала, честное слово, — глаза Горелова буквально искрились от злости. Всё то дерьмо, что он испытал при похищении своей девушки, выходило наружу, так и наровясь ранить кого-нибудь. — Думаешь, одна такая правильная? Строишь из себя непонятно кого! Паша знал, что нужно остановить друга, что сейчас Лёха скажет что-то обидное, но, как и Настя, смотрел на разгорающийся скандал. — А на самом деле ты – просто дочь такой же ебнутой, как та официантка из кафе! Че, не так что-ли? Повисло напряжение, которое, казалось, могло порезать из-за остроты произнесенных слов. Паша не желал смотреть в глаза друга, уже осознавшего, что сболтнул лишнего. Эмоции Киры менялись каждую секунду. Сначала злость на Вершинина, потом стыд, что доверилась, а после наступило разочарование. Такой горький привкус во рту, когда осознаешь, что сказать нечего. Да и не хочется, если честно. — Браво. Серые глаза Ветровой наполнились безразличием ко всему происходящему. Стало плевать на неуравновешенного Горелова и его слова, а также на реакцию остальных. Кира просто обошла притихших ребят и поправила венок, который слетел из-за драки. — Послушай, Кир... — Настя понимала, что сейчас Ветрова меньше всего хочет слов утешения, но не могла не попытаться. Сзади раздался визг тормозов, хлопнула дверь красной Нивы. Молодой парень встал около Киры, с улыбкой кивая и поочерёдно оглядывая каждого из компании. — Сломалась машина, молодёжь? — Вроде того, — первым, как ни странно, опомнился Гоша. — Можете помочь? — А чего не помочь-то? Прыгайте в тачку, я вас зацеплю и отвезу к местному механику. Меня Андрюхой звать. — Ладно, ребятки, дом Васьки в конце этой улицы, — произнёс Андрей, выходя из машины и становясь перед попутчиками. — Я не смогу дальше, там будет трудно развернуться. — Мы должны тебе что-нибудь? — Ну что вы, — усмехнулся парень. — Даст Бог, свидимся. — Спасибо тебе, — кивнула Кира и, даже не посмотрев на компанию, зашагала в указанном направлении. Настя не решилась окликнуть её, понимая, что сейчас Ветровой нужно одиночество. Парни переглянулись и в полном молчании довезли машину до небольшого гаража. Из него вынырнул парень лет двадцати семи, одетый в запачканный маслом костюм. Протерев руки тряпкой, Василий молча принялся за осмотр. — Ну что, — захлопнув крышку машины, заключил механик. — У вас движок полетел. А, ну, вы так и говорили. Сделаю часа за три. — А можно немного быстрее? Просто очень спешим, — попросил Паша. — Тогда часика два. Да, через два приходите сюда. — Хорошо, а денег сколько? — На тысяче сойдёмся? — Потянем. Тогда мы погуляем тут и потом вернёмся. — Добро, — кивнул Василий и вновь исчез в гараже. Недружным строем компания отошла от мастерской и двинулась по дороге. Мадышева нагнала Киру, но не говорила ни слова, за что та была благодарна. Паше и Лёхе оставалось лишь лицезреть два ярких затылка и молча переглядываться. Гоша замыкал цепочку, нажимая кнопки на планшете. Уже около пруда, на котором стоял шаткий деревянный мостик, они разбрелись по сторонам. Горелов утащил Настю поближе к мутной воде, Гоша остался сидеть на лавочке, а Паша намеренно двинулся за Ветровой. — Кир, мне есть, за что извиниться. — Да? — она развернулась к нему. — За то, как повёл себя при первой встрече. Ещё и за Лёху... — его грубо перебили, не оставляя и шанса на нормальный разговор. — Не стоит, Вершинин. Друзья всё говорят друг другу, верно? — Паша всем своим телом почувствовал напряжение, когда Кира сделала шаг вперёд. — В любом случае это не важно. Потому что я никогда не стыдилась свою мать ни при жизни, ни после её смерти. Ветрова сделала второй шаг и привстала на носочки, так как Паша был выше её почти на голову. Вершинин буквально почувствовал её горячее дыхание около своей шеи. И это сводило с ума. — Знаешь, теперь мне кажется, что, будь я на месте Насти около той официантки, ты бы не стал меня спасать. Кира заставляет его ещё раз почувствовать вину, причиняет боль своими словами. Отстраняется и, на секунду подняв свои серые омуты, уходит на мостик, оставляя Пашу наедине со своими мыслями. Я тоже умею делать больно, Вершинин.

От лица Киры.

Я молча прошла к мостику, оставляя Пашу позади. Не знаю, какие чувства он испытал после моих слов, но точно не сожалела о них. У меня не было ненависти к этому парню даже после того, как он не сдержал свой язык. Может быть, отчасти потому что Лёша просто был в ярости и не понимал, что несёт. А может быть, потому что он был прав. Долго заниматься самокопанием и рыться в мыслях мне не дали. Подкастер, который уже безумно раздражал одним своим видом, как сказал Гоша по навигатору, всё ещё гулял где-то здесь, давая настоящий шанс вернуться домой. Не медля ни секунды, мы сорвались с места. Парни, за исключением Гоши, убежали вперёд, а после и вовсе решили догнать вора на машине уже знакомого нам Андрея. Но, к сожалению, попытка не увенчалась успехом. Странный чёрный джип, про который Горелов говорил ранее, загородил единственный выезд из деревни. О том, кто нас преследует, что за джип и кому он принадлежит, рассуждали парни за свадебным столом. Второй причиной, почему мы ещё не ехали в машине, была коробка, которую Андрей попросил передать обручившимся. Никто и не обратил внимание на чужаков, словно молодожёны и сами не знали, кого пригласили. Лично мне, как и Насте, есть особо не хотелось. В тарелке так и осталась лежать нетронутая еда, когда мы поднялись, чтобы отдать подарок и догнать, наконец, подкастера. И как бы я не мечтала, чтобы этот день закончился, этого не произошло. Едва они открыли подарок, как невеста упала на стул. Глаза жениха расширились, лицо побелело, он даже попытался ударить Пашу. — Ну-ка на выход! Быстро! Мужчина, под кожаной курткой которого виделась форма полиции, вывел нас на улицу. Множество зевак, которым так и хотелось увидеть зрелище, окружили нас. — Да что в коробке было? Мои нервы были натянуты до предела, хотелось домой вместо того, чтобы разгребать очередное дерьмо. Паша попытался меня успокоить касанием руки, но настроение портилось с каждым мгновением. — Андрюха и Катька встречались со школы и решили пожениться. За день до свадьбы он погиб, а вот с этой фотографией его похоронили! — мужчина показал на фото двух молодых счастливых людей. — Это, как видите, полароид, копии быть не может. — Да что мы там видели? Просто мужик на красной Ниве решил пошутить. Даже... — Он сказал, что поедет к механику, — я перебила Горелова, вспоминая разговор с загадочным Андреем. — Да ты посмотри на них, Вить. По ним же видно, что не врут, — встрял другой гость, видимо, друг полицейского. — Поехали, разберёмся. Человек пятнадцать решились ехать, в числе которых был до смерти перепуганный жених, Александр. Екатерина, так звали невесту, не отошла от шока, а потому осталась с остальными гостями. Нас усадили в микроавтобус, некоторые сели в служебную полицейскую машину. Проехав от силы три улицы, мы добрались до нужного дома и вошли в гараж. Кто-то включил свет, и перед нами оказался Василий. Около стула, на котором сидел механик, валялась бутылка водки, а в руках он держал ружьё. — Назад все! Назад, я сказал! — толпа непроизвольно сделала шаг назад. Мне же было настолько страшно, что я не могла пошевелиться, оставаясь впереди всех. Паша бросил на меня испуганный взгляд, но он стоял слишком далеко. — Всё... Всё, не могу я так больше, не могу! Я виноват, я сам себя накажу. — Василий, что случилось? — Да у него белка, дядь Вить! — жених был испуган, но мне почему-то казалось, что явно не ружья, теперь направленного в его сторону. — Заткнись, сука! Заткнись, гнида! Из-за тебя всё, слышишь, из-за тебя! — Отдай ружьё! — Саша сделал шаг вперёд, выставив руки. — Назад, твою мать! — по лицу механика потекли слёзы. — Это я сделал... В прошлом году Андрюхина Нива у меня на ремонте была. А он, — механик кивнул на испуганного Александра, — дал мне две тысячи баксов, чтобы я тормоза испортил. На скорости слетели... — Что?! — прошептал Виктор, в неверии глядя жениха. — Да белка у него! — словно мантру твердил тот, больше не делая попыток приблизиться. — Замолчи, скотина! Не хотел я, не хотел... Мама болелала, деньги нужны были. Я этот год ели протянул. И мама умерла, и человека загубил. И не могу я так больше! — взвыл Василий. — Хотите не верьте, но ко мне Андрюха приходил сегодня, приходил. Я поклялся ему, что расскажу. Я рассказал... Машину я вашу починил. Он рухнул обратно на стул, освободившись от правды, которую хранил слишком долго. Дорожки от слёз высохли, а в глазах появилась твёрдая уверенность. Никто и опомниться не успел, как механик быстро открыл рот и вставил в него ружьё. Раздался единственный выстрел. Я стояла к нему ближе всех и смотрела на бездыханное тело, на то, как по окну стекали капельки крови. Сил, чтобы отвернуться при выстреле или хотя бы после него, не было. Чёртовы воспоминания вновь закрутились в голове, грудную клетку больно сдавило. Мама лежит в собственной луже крови, в её руках пистолет, а на губах застыла сумасшедшая и одновременно счастливая улыбка. Моё детское сознание отказывается принимать смерть близкого человека, сколько бы я не трясла материнскую руку. Я не помнила, как выскочила из гаража, пока остальные беседовали с полицейским. Отойдя как можно дальше от злополучной мастерской, попыталась вдохнуть сквозь боль и ком в горле. Жмурясь, кусая губы, я пыталась остановить горячие слёзы, но они предательски покатились по щекам. Похищение Насти, дальнобойщики, официантка, мама – всего этого было слишком много для двух дней и могло превратиться в настоящую истерику. Сама себя не понимая, я трясущимися пальцами разблокировала экран телефона, найдя нужную фотографию. Улыбающаяся женщина держит на руках пятилетнюю дочь. Они вместе смотрят в камеру фотоаппарата, на который отец запечатляет счастливый момент. — Я скучаю, мам. Мне так сильно тебя не хватает, — тихо шепчу, поднимая глаза в небо. Загорались первые звёзды.