Для будущих фанфиков

— Доброе утро, мам. – сладко потягиваясь и зевая, шатенка вошла на кухню и открыла глаза. – Ульвсон? А ты что тут забыл? – резко приняв положение по стойке смирно и одергивая рукав, возмутилась девушка. — Доброе, доченька. Твой друг захотел проводить тебя сегодня до школы. – улыбнулась мать, указывая на сидящего напротив светловолосого парня, мирно пьющего чай. — Привет, Йоханссон. Что-то ты долго спишь. В школу через полчаса. – посмотрев на наручные часы, поздоровался Джастин. – Ты ведь не хочешь опоздать? — Я всегда просыпаюсь в это время. – отрезала Хоглата, разворачиваясь в сторону ванной.

***

Дверь закрылась, и одноклассники не спеша покинули дом, направляясь в школу. — Что за цирк ты устроил? – возмутилась Йоханссон. — Ты о чём? — Какого лешего ты припёрся в мой дом?! — Тише-тише. Успокойся... Не надо так — Мать твою, Ульвсон! Живо отвечай! — Ладно... Я просто решил, что после того случая тебе нужно... Общение... — Спасибо большое! А то у меня нет с кем поговорить! — Ну и контроль... Чтобы ты больше так не делала... — Ахах, ты сейчас это серьезно? Ульвсон, я делаю это уже полгода, думаешь, будешь каждый раз провожать меня из дома в школу и обратно, так я тут же прекращу? — Я всего лишь хотел помочь... — Кто тебя просил?! Мне не нужна твоя помощь! И вообще, отстань от меня! – шатенка ускорила шаг, крепче схватившись за лямки рюкзака. Пройдя пара шагов, она затормозила. — Ах да, шантажировать меня тоже не получится. Если так хочется, расскажи всем, что Хоглата Йоханссон уже полгода увлекается селфхармом. Мне плевать! — Да что с тобой такое?! Почему ты такая агрессивная к людям?! — Ты серьезно? Ха! Я не буду с тобой это обсуждать. — Почему? Это какая-то детская травма? — Отстань, а. — Значит нет... Эм, тебя обижали в прошлой школе? — Тебе то какие дело? Вообще, чего ты ко мне прицепился?! — Значит я прав. — О боже, за что мне это? — Постой! – парень схватил одноклассницу за руку, от чего та резко вскрикнула и одернула руку. — Не трогай меня! — Прости, прости... Я схватился за свежие порезы, да? — Нет, я правша. Они на левой руке. — Тогда... О боги... Кажется я понял. Прости меня! Я же не знал... – голубоглазый медленно и аккуратно приблизился к девушке. — Что? Ульвсон, что ты вытворяешь? Что ты понял?! — Ты боишься парней... Тебя пытались... Гм, того? Йоханссон с шоком смотрела на блондина. — Как ты...? — Элементарно. Моя мама психолог. И дедушка тоже. Я в жизни не поверю, что простой стресс смог довести тебя до лезвия, значит было что-то другое. Какая-то психологическая травма. Если не детская, то недавно полученная. Ты перевелась к нам из другого города, в первый день казалась забитой и запуганной. А через пару месяцев стала вести себя вот так... Агрессивно по отношению к сверстникам, потому что боишься повтора ситуации. Шарахнулась, когда я схватил тебя за руку. Отсюда следует вывод: ты боишься парней, потому что они хотели совершить с тобой нечто плохое в прошлой школе. – довольный собой заключил Джастин. — Ну ты... Даёшь, конечно... – дар речи постепенно возвращался к Хоглате. — Послушай, селфхарм рано или поздно приведет тебя в больницу с какой-нибудь болезнью. Надо прекращать. Постепенно и медленно учится подавлять гнев, печаль, вину и другие чувства, заставляющие делать это. Ну или хотя бы направлять их в другую сторону. Я готов и хочу тебе помочь, но если ты не хочешь... Я пойму. – с улыбкой парень протянул руку. — Ладно, но с условием. Не лезь ко мне, когда я этого не хочу. И никому не рассказывай о своих выводах. — Договорились. Девушка осторожно вложила свою бледную руку в сильную и большую ладонь одноклассника. От нее исходило такое тепло, что не хотелось вынимать ее обратно, но с другой стороны, внутренний страх велел дать этому наглецу по яйцам и бежать куда по дальше. Рукопожатие закончилось. — Ну что, пошли в школу? До начала занятий осталось 5 минут. – пожал плечами Ульвсон. — Д-да...

***

*Спустя 2 дня* На уроке было настолько скучно, что все кидали друг в друга бумажки, общались в пол голоса и рубились в телефоны. Учителю было все равно. Хоглата сидела за последней партой, накинув капюшон толстовки, как вдруг ей на парту прилетел самолётик с надписью "Топ наших девок". Девушка оглянулась по сторонам, но отправителя так и не нашла. От нечего делать Йоханссон развернула лист. "Самая умная: Виктория Густафссон Самая тонкая талия: Дженифер Ларссон Самые шикарные волосы: Алана Смит Самые огромные титьки: Роуз Андерсон Которую хочет каждый: Элизабет Ко Хоглата Йоханссон Самая милая: Рокси Джексон" Дальше читать она уже не стала. Мир перед глазами начал расплываться, потому что слезы навернулись на глаза. Все опять повторяется... Джастин, сидящий на соседнем ряду, заметил состояние своей знакомой. Шатенка как можно тише шмыгнула носом и аккуратно достала из пенала лезвие, пряча его в кармане толстовки. Это не укрылось от голубых глаз будущего психолога. Смяв лист в комок, Йоханссон подняла руку. — Извините, можно выйти? — Да, конечно. Одернув подол толстовки, шатенка быстрым шагом направилась вон из класса. — А можно мне тоже выйти! Пожалуйста! – подорвался Ульвсон, едва хлопнула дверь. — Ладно. – согласился учитель. — Что, не терпится прижать ее к стене, да, Ульвсон? – подал голос накачанный брюнет, пошло ухмыльнувшись. — Для сведения, Эриксон, в туалетах ходят в туалет, а не лазят у девушек под юбками. К тому же, уборные на разных этажах. — Так все, мальчики, не ссорьтесь. Джастин быстро покинул кабинет, ища глазами одноклассницу.

***

Вода шумно лилась, пока девушка, сдерживая слезы, смотрела на свои порезы. Глубоко вздохнув и посмотрев в зеркало, Хоглата поднесла лезвие к коже и приготовилась сделать порез. — Хог! – парень влетел в женский туалет, чем вызвал вздрагивание и испуг одноклассницы. — Это женский туалет, Ульвсон, убирайся! – поднимая с пола лезвие и глотая слезы, ответила шатенка. — Нет. Помнишь, я обещал помочь тебе? Отдай мне лезвие и расскажи, что случилось? — Просто убирайся отсюда! — Нет! Я хочу помочь тебе! — Помочь?! – Йоханссон швырнула в парня скомканный лист. – История опять повторяется, Джастин! Опять этот Чертов список! — Постой, что за список и причем он здесь? — А при том... – у нее началась истерика – Я не всегда была такой. Я была женственной, носила косы, хвосты, юбки, платья, косметику, улыбку... Все было хорошо до одного момента. До одного гребанного момента... – лезвие упало в раковину, со звоном ударяясь об нее. – Мы сидели на уроке, пока в меня не прилетел похожий листок. Только там я была не девкой, которой хочет вдуть каждый, а самой ахуенной задницей. Ты заметил, что мое имя выделено жирным? Значит много человек с этим согласны. И там было тоже самое. Только один парень написал другое имя, а все остальные подтвердили мое. Это был первый удар. – вытирая руками слезы, Хоглата закрыла кран. – Через пару дней ко мне начали прилетать записки по типу: Эй, красотка, согласишься дать мне за доллар или За сколько берешь в рот? Этот человек не подписывал послания, но я прекрасно понимала, кто это был. По его взгляду, которым он буквально раздевал каждую девчонку... Однажды меня шлёпнули по заднице... А потом... – от бессилия Хоглата упёрлась спиной в стену – Они начали прямо приставать. Сначала просто подбегали, обнимали за шею и талию, некоторые даже за задницу.. они шептали мне на ухо отвратительные вещи и я просто сбегала от них. Тот самый парень, который присылал эти записки, он... Он как-то подсел ко мне в столовой и залез рукой под юбку прямо при всех... Он предлагал заняться этим прямо в школьной кладовке или в туалете и всего за пару долларов. А когда я его отшила... Он наорал на меня, обозвал шлюхой и сказал, что рано или поздно он все равно сделает это. Пустит меня по кругу со своими друзьями... – рассказчица шумно и прерывисто втянула воздух, как бы пытаясь успокоить себя. – На месяц они отстали, и я уж посчитала, что все закончилось... Пока не настала моя очередь дежурить в классе. В тот день у нас было 8 уроков, поэтому когда я убиралась, в школе почти никого не было, кроме техничек и вахтерши. В тот момент и случилось... Это. Они тихо вошли в класс, пока я мыла доску... – шатенка зажмурилась, вспоминая это и осела на пол, обхватывая колени руками. – Тот самый парень... Он.. он сказал что-то вроде: я же говорил, что это случится. Один из его друзей достал 10 долларов из своего кармана и швырнул мне со словами: плачу за всех. Да, их было 10... Все 10 членов школьной команды по футболу... Я попыталась закричать и бросилась к выходу, но не смогла. Это был третий этаж, а весь персонал максимум на втором. Третий парень закрыл дверь на ключ, пока тот самый схватил меня за талию и начал нести куда-то. Я пыталась вырваться, но это было бесполезно... Он смахнул стулья с трёх парт, его друзья сдвинули их вместе и меня повалили туда... Джастин с вниманием слушал каждое слово. Он аккуратно присел возле подруги, осторожно кладя руку ей на плечо. От касания тело девушки вздрогнуло, она подняла к нему свою голову. Лицо выдавало всю боль, которую причиняли ей эти воспоминания. Повинуясь своему сердцу, парень отодвинул руку чуть в сторону, как бы зазывая одноклассницу в объятия. Та подвинулась к нему чуть ближе, положив голову на широкое плечо. — Потом они схватили меня... Держали за руки, пока он лез под платье... После этого синяки не сходили пару недель... Он порвал мое платье... И кофту... И колготки... я просила его остановится, прекратить, оставить меня в покое, но он просто заткнул мне рот рукой... Потом он начал быстро снимать свои штаны и пошло улыбаться. Его друг в это время гладил мой живот и снимал нижнее белье... А потом... Он сделал это... Было адски больно... Я даже укусила его, за что получила пощёчину. После него начал его друг.. а потом ещё и ещё пока все 10 человек не удовлетворились... После этого кто-то из них схватил меня за волосы и повалил на пол. Они начали бить меня.. ногами и руками... Говорить что я шлюха. В тот вечер я вернулась домой поздно вечером... Мама была в командировке и вернулась лишь через месяц, поэтому она ничего не знает. На следующей неделе после этого случая оказалось, что во время этого всего один из футболистов вытащил свой телефон. Мои фото были у всей школы. Я... В тот момент я хотела покончить с собой. Но... Я не смогла. Как бы сильно плохо мне не было, я понимала, что без меня моя мама потеряет смысл жизни... За неделю до ее приезда я перестала ходить в это адское место, потому что больше не могла там находится. Это всё: взгляды, усмешки, стены... Все это давило на меня... Мне пришлось соврать, что я заболела. А через несколько дней после маминого приезда мне удалось уговорить ее переехать в этот город... Я думала.. я надеялась... Мне очень хотелось хотя бы просто верить, что ничего не повторится. Но... Ты сам все видел... — Мне очень жаль, Хог. Я бы мог тебя утешить, сказав, что такого не случится, но я не хочу тебе врать. — Врать? — Когда я выходил из класса... В общем, я догадываюсь, кто может совершить подобное... Девушка расплакалась с новой силой, уткнувшись парню в грудь. Джастин аккуратно приобнял её, поглаживая по растрёпанным волосам. — Что со мной не так? Почему это происходит только со мной? Почему это повторяется? Я не хочу... Не хочу.. не хочу... — Ну ну, тише. Я обещаю, я сделаю возможное, чтобы этот ублюдок не последовал примеру тех парней.