fuck me,daddy

***

2003 год. Осень. Я тогда с классом ездила на экскурсию в Лондон. Мы были в каком-то музее. Я как всегда долго и пристально рассматривала разные экспонаты, которые находились в музее. Не успела я подойти и посмотреть следующую фигуру животного, как поняла, что моя группа ушла и я одна осталась среди толпы неизвестных мне людей. Голова начала сразу лихорадочно работать и вспоминать в какой выставочный зал они могли пойти. Ребёнку 9 лет, он находится в незнакомом городе, среди множества посторонних взрослых людей, в голову начинают лезть страшные мысли о том, что он больше никогда не вернётся обратно домой. Я села на лавочку возле музейного фонтана и надеялась, что хоть кто-то из моего класса начнёт искать меня. Но меня никто так и не начал искать. Я сидела на лавочке и плакала. Но вдруг меня кто-то окликнул: Возможно, в каком-нибудь клубе, у кого-нибудь на вечеринке, в магазине, да где угодно, главное, что я его видела. Голова начинает перебирать всю информацию за 17 лет и, кажется, до меня начинает доходить, где я могла его видеть. 2003 год. Осень. Мы тогда с классом ездили на экскурсию в Лондон. Мы были в каком-то музее. Я, как всегда долго и пристально рассматривала разные экспонаты там. Не успела я подойти и посмотреть следующую фигуру животного, как поняла, что моя группа ушла и я одна осталась среди толпы неизвестных мне людей. Голова начала сразу лихорадочно работать и вспоминать в какой выставочный зал они могли пойти. Ребёнку 8 лет, он находится в незнакомом городе, среди множества посторонних взрослых людей, в голову начинают лезть страшные мысли о том, что он больше никогда не вернётся обратно домой. Я села на лавочку возле музейного фонтана и надеялась, что хоть кто-то из моего класса начнёт искать меня. Но меня никто так и не начал искать. Я сидела на лавочке и плакала. Но вдруг меня кто-то окликнул: — С тобой всё хорошо? — Не совсем! – я не очень понимала его произношение, так как этот мальчик говорил с акцентом. — А что тогда случилась? Почему сидишь одна и плачешь? — Я просто долго смотрела на экспонаты животных, потом поняла, что мой класс куда-то пропал. — Так ты потерялась? Ведь так? — Да! И не знаю, что теперь делать, куда идти! – я подняла свои заплаканные глаза вверх и увидела просто на карие глаза. Они были будто кукольные. — Ты главное не плачь! Сейчас мы с тобой вместе пойдём искать твой класс! — Угу. – я лишь качала головой, так как была полностью очарованна красотой этого мальчика. На вид ему было лет 10-12. Он был очень милый и постоянно улыбался. Через некоторое время мы, наконец, нашли мой класс. Классная руководительница чуть с ума не сошла, когда узнала о пропаже одного ребёнка, но когда увидела меня, то сразу начала допрашивать, где я была всё это время и почему не обратилась к охраннику музея, чтобы мы с ним вместе нашли класс. Вот я уже стояла с Мэдди под руку, и мы должны были поехать дальше изучать все достопримечательности Лондона, как я вспомнила своего спасителя и хотела просто сказать ему: спасибо. — Да не за что, с кем не бывает! – он улыбнулся, а затем добавил мне на прощание, — Помни, если ты ещё раз где-нибудь, не дай Бог потеряешься, просто улыбнись, и все решения придут сами собой, этот мир не без добрых людей, а если что, то всегда на помощь приду я! Не забывай меня! А то вдруг настанет тот день, когда мы снова с тобой встретимся и я помогу тебе, снова…

***

Когда я наконец-то добралась до своей квартиры, я сразу пошла в ванную, что бы принять тёплый душ и «смыть» с себя все плохие эмоции за сегодняшний день. Когда я вошла в квартиру, там на моё удивление никого не было. Мне казалось, что Хосок тут должен быть. После душа я решила пойти к ним в квартиру и найти Хосока. Когда я подходила к их двери, она оказалось открытой. Я вошла в квартиру. В большом зале никого не было, я решила пойти дальше, на кухню. И вот удача, Юнги был там. — Юнги, а где все остальные? – спросила я парня, который стоял, облокотившись на стол. — Я не знаю. – его взгляд был устремлён куда-то вдаль. – Ты не хочешь выпить чего-нибудь? — Можно, у вас есть лёд? Хочу бросить его в бокал, – парень просто покачал головой и направился к морозилке. Достав из холодильника форму с кубиками льда, Юнги хорошенько стукнул ею по столу, и кубики льда разбились на множество маленьких льдинок. — Дженни, ты мне доверяешь? — Да, а что? – его вопрос меня насторожил. — Я хочу кое-что попробовать. Ляг, пожалуйста. – он указывал своим длинным указательным пальцем на кухонный стол. Я легла на спину, а ноги держала в коленях. Парень подошёл ко мне, и начал очень долго осматривать меня. — Сними свою футболку. – приказательным тоном сказал он. Сняв свою футболку и кинув её на пол, я осталось в одном нижнем белье и шортах. Хотя постойте, из нижнего белья на мне были только трусики. Надо думать, перед тем как, что-либо делать. И если начать следить за выражением лица и взглядом Юнги, ему это очень понравилось. Юнги взял одну из льдинок к себе в руку и начал водить ею по моему полуобнажённому телу. Он начал прикасаться льдинкой к впадине между моими ключицами, затем он медленно начал вести льдинкой по моей груди, тяжело дыша, и кусав свою нижнюю губу, переходил плавными холодными движениями к моему животу. Капли, стекавшие и падающие на мой живот, стекали в мой пупок. Желание быстрыми темпами начало рости, я больше не могла тихо лежать на столе, я хотела большего, чем просто прикосновения. Хотя, они были очень жаркими, несмотря на холодный кусочек льда в его руках. Я рукой оттолкнула льдинку со своего живота. Он окинул меня своим холодным привычным взглядом. В его глазах читается похоть и страсть. Он резким движением снял с меня шорты. Пододвинувшись на край стола, я сама начала раздвигать ноги. Его огромная ладонь схватила в кулак спереди край моих трусиков. Он сорвал их с меня так же быстро, как и шорты. Его руки властно взяли меня за бёдра, и он придвинул меня к себе ближе. Затем он сам избавился от всей своей одежды. Он взял меня за талию и притянул меня ещё ближе к себе. Моя грудь касалась его груди. Его руки сильно прижимали меня к себе, и мне не оставалось ничего делать, как уткнуться своим лицом ему в грудь. Он резко входил в меня и также выходил. Входил он не просто, а с хриплым протяжным стоном, вырывшимся из его горла. Я закрыла глаза и наслаждалась его мужественным сильным телом и приятным на слух голосом. Когда я открываю глаза, то начинаю видеть его довольную ухмылку на лице. Он продолжал трахать меня грубо, жёстко, уверенно. Я устаю находиться в одном и том же положение сидя. Я решила улечься на стол, и потянула его на себя. Теперь стол начал странно скрипеть под весом наших разгорячённых тел. Частенько из моего рта вырывалось имя Юнги. Он так грубо со мной обращается. Он накручивает мои волосы на руку и оттягивает голову назад, сжимает мою грудь и соски до того состояния, что я начинаю кричать от боли, кусает мою кожу, что кровь начинает стекать по моему влажному телу, и мне всё это ужасно нравится. Мне ужасно нравится боль. Боль, которую он мне дарит от своих прикосновений. Я готова просто умолять его, чтобы он ещё раз укусил меня так, что кровь могла бы просто фонтаном выплёскивать из меня. Хочу ощутить его жёсткий и тяжелый удар по моему телу. Хочу почувствовать ток, бегущий по телу, исходящий от его грубых рук, которые прикасались к моей нежной кожи. Я хочу, чтобы он овладел мною полностью. Я жажду стать частью его безупречного и такого жесткого мира. Кровь и пот стекают по нашим телам. Я жажду продолжения. Но, к моему сожалению этого не будет, так как мы и так который час трахаемся без перерыва, и боюсь, что стол не выдержит нашего напора страстей и сломается под нами. Кончив, Юнги слезает с меня и устраивается рядом со мной на большом белом столе. Я никак не могу набрать в лёгкие достаточно воздуха, чтобы снова окунуться в аромат, исходящий от Мина. Я прижимаюсь к нему ближе и шепчу хрипловатым голосом на ухо: «Если вдруг тебя когда-то не будет дома, то знай, я найду тебя и оттрахаю так, как не трахал никто в этой жизни, ибо в этот раз владел ты мною, но в следующий раз буду я, и тебе мало не покажется.»