Skills in Pills

Пауль, спрятавшись с головой под одеяло, спал уже достаточно долго. У меня же уснуть никак не получалось. Состояние на отходняках после этих уколов было ужасное, — как всегда раскалывалась голова, будто в нее вбили гвоздь, а постоянно слезящиеся глаза не шли ни в какое сравнение с ощущением тянущей боли в мышцах, помимо этого меня дико морозило и я жался к спящему Ландерсу, в надежде хоть немного согреться. Рука в месте прокола тоже болела, и казалось, что синяк стал еще больше и потемнел. — На таких кумарах можно и совсем загнуться. — тихо проговорил я, в очередной раз стараясь внимательно осмотреть помещение. Но с кровати возможным было увидеть только стены, выложенные старой кафельной плиткой грязно-белого цвета, и пятна крови на них, часть потолка, но совсем небольшую, которая попадала в поле доступа освещения тусклой лампы. Спускаться сейчас с кровати, ощущать под ногами ледяной кафельный пол из кое-где потрескавшихся плиток, желания не было совсем. Тилль забрал у нас даже обувь, сославшись на то, что здесь она не понадобится. Забрал и ремни, от чего теперь джинсы иногда приходилось подтягивать. Но, не смотря на ушатанное состояние, очень сильно хотелось есть, и я, заранее подготовившись к тому, что окажусь сейчас ногами на холодном полу, быстро вскочил и, немного покачиваясь, направился к столу. Из запасов осталось только немного мяса и хлеб. Перетащив все это на кровать, я устроился поудобнее, и начал думать… Но и это удавалось с большим трудом. Действительно, я не знал, какие у Тилля планы на нас. Может, наиграется, — и пустит, как расходный материал. Или тупо поубивает и закопает в этом же лесу, и никто нас не найдет. Но пока ничего этого не произошло, я действительно, ждал его, и ждал то, что он приносит с собой- ту сказку, в которой все желания становятся осуществимыми, а под препаратом я вообще верил каждому его слову, совершенно безоговорочно. В эти моменты вся критичность мышления исчезала. Пока я находился в эйфории, весь мир становился дружелюбным, позитивным, медленным, и это действовало на меня как самое сильное, ни с чем не сравнимое успокоительное. И почему-то именно сейчас мне вспомнились те его слова- » Это- ваши мечты, ключ от всех дверей подсознания. Всего восемь точек жидкости, — и ваши тайные запретные желания осуществляются. Даже те, о которых вы вообще не догадываетесь, — самые потаенные и грязные.» И теперь, когда я был в относительно трезвом состоянии, мне стало страшно от осознания всего этого. Выходит, что уколы тут играют совсем маленькую роль. Они только помогают высвободиться тем нездоровым влечениям и желаниям, существование которых я вообще отрицал. Хотя насчет моих фантазий по поводу Ландерса я знал давно, и это не стало для меня открытием. Но что касаемо другого… Того, что мне нравится трахаться с Тиллем, — это уже вообще никак не укладывалось в сознании. Я никогда не думал ни о чем подобном, не думал о сексе с каким-то мужиком, кроме Пауля. А получается… полный бред. Нога мерзла от железного браслета и я, засунув ее под одеяло, невольно уставился на закутанного, как в кокон Ландерса. Из-под края теплой мягкой ткани торчали только светлые волосы. «Всего восемь точек жидкости, — и ваши тайные запретные желания осуществляются.» — только почему тогда мое желание до сих пор не осуществилось? Почему я все еще не могу сделать то, что последний год не давало мне покоя? — Ландерс, сука. — я слегка ударил по железному изголовью кровати. Кокон рядом со мной зашевелился, и из него показалось заспанное лицо Пауля. — Это не я сука, а ты. — недовольно заговорил он, потирая глаза. — Сначала заморозил меня своей железной ногой, потом кровать затряс, поспать не дал, а я еще и сукой оказался. — Конечно, ты спишь, а я- нет. Кто ты после этого? — я чуть заметно улыбнулся, стараясь забыть о боли. — Поешь? Тут еще немного осталось. Передав ему то, что сам не доел, я стащил с Пауля одеяло и завернулся в него. Продукты были уничтожены с бешеной скоростью. — И это все? — расстроено спросил Ландерс, заглядывая на дно пакета. Я молча кивнул. — Заебись. Неизвестно теперь, когда этот псих в следующий раз соизволит принести нам еду. — вздохнув, он швырнул пакет на пол. — И вообще, нас уже по любому должны искать. Сколько мы тут сидим? Несколько суток? Неделю? — Сам ответь на свой вопрос. Я даже не знаю, что сейчас- день или ночь. — я попытался притянуть Пауля к себе, но тот дернулся и, отсев подальше, в упор уставился мне в глаза. — Знаешь, Рих, ты, походу, не особо расстроен, что мы здесь находимся. Я смотрю, и настроение у тебя нормальное, и желания не меняются. Ты и сейчас не против подставить свою задницу. — он говорил настолько серьезно и уверенно, что мне дико захотелось заехать ему по лицу. — Конечно, зачем тебе отсюда выбираться, если тут и уколят, и выебут… — Ты совсем ебанулся? — не сдержавшись, я оттолкнул его, и он ударился спиной об изголовье кровати. Я уже начал понимать, что все эти его перепады настроения скорее всего тоже, — последствия уколов. Просто препарат на нас по разному действует. Меня ломает физически, а его- эмоционально. Но все-равно слушать подобный бред не хотелось. Не хотелось, чтобы это его психованное состояние передалось мне. — А что, по-твоему, я теперь должен слезы в ладошку собирать и ныть, что мы все умрем? Ты этого хочешь? — схватив Ландерса за плечи, я с силой встряхнул его. Он промолчал, глянув на меня исподлобья. — Руки убери. — Пауль вывернулся, и мне пришлось его отпустить. Мы снова не разговаривали. Меня уже конкретно начало раздражать его подавленное настроение. Хоть он и молчал все это время, но напряжение росло с каждой минутой и, сидя на кровати, я старался вообще не смотреть в его сторону. Теперь вместе нас держало только одеяло. И глупо было бы кому-то из нас из-за очередной ссоры и собственной гордости обламываться и мерзнуть. Мы сидели, прижавшись друг к другу спинами, вслушиваясь в шум гудящей под потолком лампы. Звук поворачиваемого в замке ключа, как обычно заставил невольно вздрогнуть. Тилль, остановившись в пороге, окинул нас взглядом, и, убедившись, что мы еще живы, зашел в помещение. В руках у него был большой черный мешок, заставивший на мгновение напрячься. В голове одно за другим стали возникать предположения, для чего его можно использовать. Но, ни на что, кроме расчлененки, фантазии не хватило. Я вскочил с кровати и улыбнулся, как только он, приблизившись к нам, швырнул мешок на пол. Мне хотелось задержать его на некоторое время, хотелось поговорить. Узнать уже, наконец, что вообще происходит, и как долго это будет продолжаться. Но это нужно сделать аккуратно, стараясь не высказывать недовольства, как можно мягче. Если, конечно, это вообще как-то на него подействует. Ну и…я просто волновался, что он зашел. Я ждал этого. Он на мгновение посмотрел на меня, и я смущенно отвел взгляд. — Уже встречаешь? Соскучился? — оскалился он с нескрываемой издевкой в голосе. Я не ответил, спрятав глаза, и он тут-же, уже не обращая на меня внимания, пнул мешок. — Там продукты. Вам хватит. А то, наверное, думаете, что я вас тут голодом буду держать. На хера вы мне больные? — хищная усмешка не сходила с его лица. — Тилль. — нерешительно позвал я его, заранее готовясь к чему угодно. — Ты можешь оставить мне сигарет, хотя бы несколько штук, а то совсем хреново. Он некоторое время молча разглядывал меня, словно раздевая глазами. От его взгляда стало немного не по себе. Это было волнующе, приятно, и в то же время стыдно, но стыдно до легкого возбуждения. — Как же я мог так с тобой поступить? — театрально закатив глаза, он схватился за голову. Все, обломил, теперь еще и издеваться будет. Но, походу, сегодня настроение ему еще никто не успел испортить. Подойдя вплотную, он приобнял меня и чуть притянул к себе. — Можешь сосать, сколько влезет. — и снова этот оскал, но тут же на кровати Пауля оказались две брошенные пачки сигарет и зажигалка. — Если будете играть с зажигалкой и что-нибудь загорится, — я вас вытаскивать отсюда не собираюсь, и сами вы никуда не уйдете. — на этот раз все прозвучало достаточно серьезно и даже страшно. — Мы что, по-твоему совсем дебилы? — тихо отозвался Ландерс. — А ты хочешь услышать правду? — Тилль присел рядом с ним и, схватив за подбородок, повернул его лицо к себе. Естественно, ответ так и не последовал. Меня прямо разрывало от желания задать ему накопившиеся вопросы, но я не решался. И все же, пересилив себя, осторожно позвал его, заставив обратить на себя внимание. — Ты зачем забрал наши ремни? — я замер, намертво приклеенный его взглядом. Тилль молча поднялся и, подойдя ко мне, наклонился чуть ниже. Я стоял, не шевелясь, ощущая его дыхание на шее. — Чтобы вы тут от счастья не вздернулись. — почти шепотом проговорил он. Меня бросило в дрожь, но я держался, чтобы не показывать этого. Тилль больше не задерживался, и уже направился к выходу, но я снова, пересиливая собственный страх, решил его задержать. — Ты в прошлый раз обещал, что мы поговорим… Но так и прервался на полуслове. — Все будет, как обещал. Поговорим. Позже. Дверь тяжело захлопнулась, повернулся ключ, щелкнув в замке, и мы снова остались вдвоем. Ландерс, шарясь в мешке, с явной неприязнью поглядывал на меня. — Ну, и как ты это объяснишь? — язвительно спросил он. — Вскакиваешь перед ним, лыбишься, чуть не кланяешься. Что за херня с тобой происходит? Или ради очередной дозы так стараешься? Похоже, сегодня Пауль решил меня окончательно довести. Я не мог объяснить ему, что со мной происходит, потому что сам еще не разобрался во всем. Да и признавать то, что Тилль вызывает во мне какие-то странные эмоции, тоже было бы глупо. Ландерс точно тогда решит, что я ебанутый. — Херни не говори, тебе просто показалось. — пытаясь скрыть волнение, я ответил как можно спокойнее. — Вскочил я только от неожиданности. Само так получилось. Пауль недоверчиво посмотрел на меня и продолжил рыться в мешке. Я снова забрался к нему на кровать, зажав в зубах подкуренную сигарету. Дым успокаивал, и я смотрел, как белые рваные колечки летят в потолок и медленно растворяются в полумраке. — И о чем же ты хотел с ним поговорить? — не отставал Ландерс, на мгновение оторвавшись от своего занятия. — Хотел узнать, сколько он нас тут еще продержит, ну, и вообще, зачем мы ему нужны. — отвечать желания не было, и я чувствовал, что этот его вопрос- очередная попытка подъебнуть. — Охренеть, Рих, ты просто гений. Конечно, как только ты поинтересуешься об этом, он обязательно расскажет тебе всю правду. — усмехнулся Пауль. — Хотя, зачем он держит здесь тебя- мог бы и сам уже давно догадаться. Все к этому и шло. И теперь он ждет соответствующий вопрос, на который есть заранее подготовленный ответ. — И зачем же? — сквозь зубы проговорил я, представляя, как через пару секунд Ландерс снова заржет над своей же шуткой. — Все просто. Ты же безотказный, и в его присутствии даже свою беспонтовую гордость в жопу засовываешь… хотя, там ей, в такие моменты, наверное, тесно становится. — как я и ожидал, Пауль злорадно усмехнулся своей собственной шутке. — Я бы мог тебе помочь, ну, чтобы вы на прелюдию не сильно отвлекались. — тихо посмеиваясь, Ландерс, извлек из мешка упаковку сарделек, оглядел ее оценивающим взглядом. — Нет, что-то не то. Не подходит. Размер не тот. Покрутив в руках упаковку, он закинул ее обратно, и через секунду в его руке оказалась колбаса. — Вот это в самый раз будет. — Пауль, уже вовсю ржал, завалившись на кровать. — Можешь прямо сейчас начинать, и не придется потом время тратить. Я пытался не обращать внимания на все его подколы, но лимит терпения был уже на грани, и на последние слова Ландерса я уже не смог не отреагировать. — Мой тебе совет, — чтобы не пришлось долго ждать, используй это. — взяв в одну руку колбасу, он шлепнул другим ее концом по своей ладони. — И, как только услышишь звук поворачиваемого в замке ключа, — занимай свою привычную позицию, сразу напротив двери. Ты представь только, какое впечатление это на него произведет. Можно будет прямо с ходу засадить. Пауль, заливаясь истеричным смехом, катался по кровати, но в этот же момент та самая колбаса больно ударила его по голове. — Заткнись! — прижав его плечами к матрасу, я заорал ему в самое ухо. — Мы находимся в каком-то морге. В подвале, сука. В заброшенной психушке. Думаешь, что мне здесь весело? Да мне еще хуевей, чем тебе. Тебя хотя-бы не кумарит, а ты, мало того, что сам не в адеквате, так еще и меня хочешь довести до помешательства? Руки тряслись от нервов, есть совсем расхотелось, хотя до этого выступления Ландерса я тоже рассчитывал заглянуть в мешок. — Придурок. — прошипел Пауль, и, отвернувшись от меня, спрятался с головой под одеялом. В последнее время это стало нормой его поведения. Я долго ворочался, пытаясь все-таки хоть немного поспать. Завидуя Ландерсу, что у него с этим вообще нет проблем, я лежал на кровати и, глядя в потолок, снова и снова прокручивал в голове все, что он мне наговорил. Раньше я никогда не видел его таким. Конечно, к его шуткам, даже злым и неуместным, я уже давно привык, но то, что было сказано сегодня- перешло все границы. У меня с чувством юмора все обстоит немного хуже, поэтому я и не смог сразу сообразить, что ответить ему на все это, не смог в ответку угнать его также, как он пытался это сделать со мной. Сегодня он окончательно меня выбесил. Я нехотя поднялся с кровати, чувствуя под ногами ледяной пол и, усевшись на стол, вытряхнул сигарету из пачки. Лежит, спит, придурок. Выговорился, поржал, легче стало. — не выходило из головы. От скуки я выдвинул верхний ящик стола. Грязных в засохшей крови бинтов уже не было- мы выбросили весь этот срач еще в тот день, когда искали выход. Теперь там лежала пачка салфеток и тюбик смазки- той, которую Тилль оставил здесь в прошлый раз. «Можете себе забрать. Вдруг пригодится.»— всплыли в памяти его слова. Ландерс сонно зашевелился, перевернулся на другой бок и, шумно вздохнув, снова провалился в мир сновидений. Может, и пригодится. — улыбнулся я, держа в руках черный тюбик. «С охлаждающим эффектом» — прочитал я на обратной стороне, вся последующая инструкция меня уже не интересовала. И, хотя я сейчас был не в самом лучшем состоянии, но думаю, что все же справлюсь. Надо только как-то аккуратно подкатить, чтобы не спугнуть его. Затушив окурок об одну из заляпанных плиток, я осторожно вернулся на свое место рядом с Паулем и, стараясь сильно не скрипеть провисающей металлической сеткой кровати, улегся под одеяло. Тюбик я убрал в карман, чтобы смазка хоть немного согрелась. Ландерс лежал ко мне лицом, и сейчас, находясь в трезвом состоянии, я даже не знал с чего начать. Я немного придвинулся к нему и, опустив руку на голову, начал поглаживать растрепанные волосы. Пауль едва заметно улыбался во сне, и я вглядывался в знакомые аккуратные черты лица. Проведя рукой вниз, я остановился на талии. Ландерс лежал на боку, и в таком положении формы становились более выраженными. От прикосновений пальцев к его теплой коже, в штанах постепенно начало расти напряжение. Я приблизился вплотную, ощущая на лице его дыхание. Рука плавно скользнула еще ниже, поглаживая ягодицу. Я уже потянулся к его губам, но он вдруг зашевелился, стараясь перелечь. Нужно было ловить момент, и я, уже сильнее схватив его за задницу, навалился всем весом и все же поймал его губы, нежно покусывая, попытался засунуть язык ему в рот. Пауль резко распахнул глаза и уставился на меня в полном непонимании и недовольстве. — Ты вообще охренел. — отвернув лицо, фыркнул он. — Лежи и не дергайся. — я улыбнулся, стараясь стащить с него джинсы, но Ландерс намертво вцепился в них одной рукой, а другой отчаянно сопротивлялся. — Рих, ты совсем ебнулся. Поугарали, -и хватит. Уже не смешно. — Пауль с силой отпихивал меня. — Никаких шуток. Это вполне серьезно. — я, как мог, пытался удержать его. — И совсем не страшно. Не бойся. Хотя, если честно, я даже сам не представлял, как это без укола. Но мне просто ужасно хотелось, член стоял, упираясь Ландерсу в ногу. — Рих, пошел нахер. Ты совсем уже нихуя не соображаешь, что делаешь. — заорал Пауль и, изловчившись, заехал головой мне в нос. В носу сразу неприятно защипало и на глаза навернулись слезы. Ландерс продолжал орать и вырываться, как бешеный. Моя очередная попытка снова не удалась. Я слез с него и, отвернувшись, присел на край кровати. — Знаешь, я уже тебя бояться начинаю. — голос Пауля доносился из-за спины. — Что это вообще сейчас было? Я молча вытащил из пачки еще одну сигарету, закурил, стряхивая пепел на пол. Я надеялся, что он будет не против. Но, выходит, что нет, и я в который раз спалился. И тут уже глупо сваливать все на уколы. Ландерс теперь точно не поверит. — Сказать нечего? Не придумал еще отмазку? — не отставал он. — Можешь не утруждать себя. Все и так понятно. Ты такой же, как и этот псих, только еще хуже. От него хотя бы знаешь, что нихрена хорошего можно не ждать, а вот ты… Пауль замолчал, но я чувствовал на себе его осуждающий взгляд, полный неприязни… Лежа под одним одеялом, мы больше не прижимались к друг другу. Но на этот раз мне удалось уснуть. Походу, я окончательно забил голову мыслями о Ландерсе и теперь, даже во сне казалось, что он гладит меня по голове. Это было настолько приятно, что я не хотел просыпаться, стараясь продлить этот кайф как можно дольше. Теплые пальцы осторожно перебирали мои волосы, и мне было совершенно спокойно. Но что-то все-таки заставило открыть глаза. Я мгновенно замер. Это был вовсе не Пауль. Я лежал головой у Тилля на коленях, и он, продолжая все также гладить меня по голове, жестко улыбнулся. — Тилль? — я не мог понять, правда ли это, или продолжение сна. — А ты кого хотел увидеть? — с прежней улыбкой спросил он. — Не знаю. — тихо отозвался я и, смутившись, опустил глаза. — А где Ландерс? — Спит на своем месте. — Тилль неотрывно смотрел на меня и от этого снова стало неловко. — Ты поговорить хотел? — с некоторым безразличием в голосе спросил он. — Говори, я послушаю. Я ждал этого, когда наконец, можно будет задать мучающие меня вопросы, но в один момент все мысли исчезли, и я не знал, что сказать. И тут мне в голову пришла идея. Конечно, совершенно невообразимая и, наверное, жестокая, но походу, по другому добиться желаемого было невозможно. — Только не здесь. — я нехотя приподнялся, покосившись на отвернувшегося к стене Пауля. — Мы можем поговорить наедине? — У тебя какие-то тайны? — с издевательской усмешкой спросил Тилль. — Ну, типа того. — я быстро перебежал на свою кровать, чтобы не заморозить ноги и, усевшись, сжался от холода. Тилль последовал за мной. Сейчас меня поражало его непривычное спокойствие, я даже не знал, что он может быть таким, — вполне нормальным. Остановившись напротив, он внимательно смотрел на меня. Но его взгляд, — жестокий и тяжелый, все же выдавал нечто страшное, но в то же время притягательное. — Ну, и о чем будет разговор? — в голосе не было никакого интереса. Я не знал, как это сказать, как это вообще будет выглядеть, и как на это отреагирует Тилль. Но, с трудом собравшись с мыслями, я выдал на одном дыхании: — Я хочу Ландерса. — я застыл на месте, ожидая ответной реакции. Тилль глянул на меня, как на дурака, с явным непониманием, чего мне нужно от него. — И дальше что? — все также безразлично, его это явно не интересовало. — Понимаешь, в чем вся беда. Я хочу его трахнуть, а он этого не хочет. Я уже пытался с ним поговорить, и уломать, но все бесполезно, а теперь еще и на меня гонит… — я замолчал, думая, стоит ли говорить дословно, что сказал Пауль, но все же не стал. — Говорит, что я псих, и что не знает, чего от меня ожидать… — Ну, если он считает тебя таким, то какой смысл доказывать обратное? — оскалился Тилль. — Будь тем, кем он тебя видит. Он, походу, так этого хочет. — А что тогда делать с тем, чтобы его… — я снова замялся, тупое стеснение мешало нормально общаться. Мне не хватало той расслабленности и лёгкости, которая появлялась под вкалываемым препаратом. От холода меня дико трясло и я обхватил себя руками, чтобы немного согреться. Тилль, присев рядом, неожиданно снял с себя куртку и набросил мне на плечи. Я не знал, как к этому отнестись и, потупив взгляд, тихо сказал — Danke. — Так ты хочешь, чтобы я тебе помог с этим? — вдруг спросил он и, прижав меня к себе, наклонился к уху. — Хочешь, чтобы я помог трахнуть твоего кента? Походу, этот мой вопрос его развеселил. — Ну, да, если можно. — улыбнулся я в ответ. Взяв за подбородок, Тилль немного поднял мою голову. Я не мог вынести его взгляд, во мне в этот момент все начинало переворачиваться. Мозг отказывался соображать, и я просто тонул в эмоциях. От влечения внутри все тряслось, и я вообще терялся, не зная, как себя вести. — Ладно. Считай, что договорились. — он провел пальцем мне по губам и, немного надавив, заставил приоткрыть рот. — Надеюсь, ты понимаешь, что все это будет не просто так. Я закрыл глаза, ощущая его язык у себя во рту. Меня колотило от возбуждения, бросало в жар, не смотря на то, что еще пару минут назад зубы стучали от холода. Поцелуй был достаточно долгим, губы щипало от укусов, но это было приятно и, конечно, я уже рассчитывал на продолжение, но… Тилль резко отстранился и, снова оскалившись, схватил меня за волосы. — Я так понимаю, это типа твоя мечта? — издевательски спросил он. — Да. — мне пришлось признаться. — Завтра осуществим. Только с одним условием. — отпустив мои волосы, Тилль поднял меня как пушинку и усадил к себе на колени. — Сначала ты сделаешь то, чего я хочу, а потом- все остальное. От его слов меня снова бросило в дрожь. Я прекрасно понимал, что это значит, и что мне придется сделать, и уже почти чувствовал, как вену приятно обжигает, и теплые волны медленно покачивая, несут меня по сказочной стране… — Отдыхай пока. — стащив свою куртку, Тилль спихнул меня на пол и направился к выходу. Забравшись на кровать к Ландерсу, я повернулся к нему спиной и с головой залез под одеяло.