До дрожи в пальцах

Иногда он боится, что это сон. Иногда, когда ночь падает на плечи монолитом, и за окнами загораются звезды, он чувствует, как страх липким комом встает в глотке. Чувствует, как заходится паническим тремором сердце, как его судорожное, набатное тук-тук-тук стекает дрожью в пальцы. В такие секунды он ненавидит себя чуть больше обычного – где-то на полтонны, под которой беспощадно трещат кости. (почти смешно) Вспыхнувший экран мобильного болезненно режет по сетчатке яркостью. Несколько лишних движений, вот оно – знакомое имя, знакомый номер. Фотография: хмурые брови и острые ресницы вразлет. Пламенеющие солнцем волосы и взгляд со знакомой усталой яростью. Секунда-другая уходит на борьбу с собой. В конце концов, он блокирует телефон и отбрасывает его на кровать; зло стискивает зубы и глушит-глушит-глушит иррациональный страх, топит его в ярости на себя, в ненависти к себе. Эта борьба не всегда заканчивается так. Иногда она заканчивается матом на другом конце телефонной линии и облегчением, тепло разливающимся по венам. Хэ Тянь думал, что давно разучился бояться. А потом Хэ Тянь встретил Рыжего.

***

Иногда ему кажется, что это сон. Иногда Хэ Тянь мимоходом упоминает Рыжего в разговорах с Цзянь И, когда они сталкиваются в школьных коридорах, когда пересекаются случайно в городе, когда изредка созваниваются по какой-то причине – все чаще без нее. Цзянь И, конечно же, ничего особенного в этом не видит. (делает вид, что не видит) Он смеется знакомо легкомысленно, с особым талантом корчит из себя идиота и отпускает дурашливые комментарии в сторону Рыжего, почти незаметно вплетая в них колкие замечания о чьей-то зависимости от злых рыжих котов. Хэ Тянь на секунду прикрывает глаза, чувствуя, как знакомое облегчение разливается знакомым теплом-по-венам. Но с каждым разом комментарии Цзянь И о Рыжем становятся все мягче, теплее. Они начинают наполняться этой странной, почти уязвимой нежностью, из-за которой слепая, жгучая ревность опаляет изнанку и гнилью воет, требуя разодрать чью-нибудь глотку в мясо. Но потом Хэ Тянь видит, как Цзянь И смотрит на своего дружка, Чжань Чжэнси, как липнет к нему, как сияют светлые глаза рядом с ним – и ревность затихает. Сворачивается клубком на внутренностях и засыпает чутким сном, ожидая любой возможности вскинуть свою уродливую клыкастую морду. Цзянь И смотрит на Чжань Чжэнси, а Хэ Тянь думает – может быть, когда-нибудь теплые карие глаза посмотрят на него самого так же. Может быть… Хэ Тянь думал, что давно разучился мечтать. А потом Хэ Тянь встретил Рыжего.

***

Иногда он почти уверен, что это сон. Иногда, когда потребность переваливает за грань, Хэ Тянь прикасается к Рыжему: закидывает руки ему на плечи, сжимает пальцами заднюю часть шеи, будто случайно проводит ладонью по спине, по предплечьям, по волосам, хватает за запястья и тащит за собой. Иногда со временем превращается в часто. Часто – в постоянно. (в нуждается до дрожи в пальцах) Рыжий выворачивается, брыкается, отталкивает, сбегает. Сверкает своими когтями-клыками и плюется ядом – а Хэ Тянь совсем не против. Он глотает этот яд, как свою личную панацею, и чувствует, как вместо того, чтобы разъедать и травить – он что-то внутри медленно заживляет. Исцеляет. Иногда, очень-очень редко, Хэ Тянь разрешает себе упереться лбом в плечо Рыжего и просит срывающимся в отчаянный хрип голосом – постой так. Замирает. Глотает панику с ее липким комом в глотке, с ее тремором в сердце; ждет, когда Рыжий оттолкнет, пошлет, опять чувствуя себя при этом тем слабым ребенком с заплаканным лицом и дрожащими руками, от которого годами пытался избавиться. Но Рыжий продолжает стоять. Не обнимает в ответ, как хотелось бы, как нутро требует – но и не уходит. А Хэ Тянь дышит им, существует им. Наслаждается самим фактом того, что Рыжий не исчезает, не растворяется в воздухе, не утекает сквозь пальцы, стоит к нему прикоснуться. Пока что этого достаточно. Хэ Тянь думал, что давно разучился нуждаться. А потом Хэ Тянь встретил Рыжего.

***

Иногда Хэ Тянь боится, что Рыжий – всего лишь сон. Иногда он звонит Рыжему по ночам, чтобы убедиться – Рыжий существует. Иногда он мимоходом упоминает Рыжего в разговорах с Цзянь И, чтобы убедиться – о существовании Рыжего знает кто-то еще. Иногда – постоянно – он прикасается к Рыжему, чтобы знать. Он реален. Реален. Реален.

***

Если Рыжий просто – очень-очень длинный сон... …Хэ Тянь не хочет просыпаться.