Речная Долина

В одну ночь старик много миль пересёк, И осел на Скалистых горах. Узрел он там сотни мерцающих звезд И стал складывать их на счетах. Он трудился, не зная ни сна по ночам, Ни друзей, ни покоя в груди. Он считал и считал, и не думал тогда, Что ждёт его впереди... "       Пряный аромат забил Зубастик в ноздри, так, что защипало, и грубо вырвал из сладостной дремы. Всю ночь Кошечка спала неважно - вид странного гуми с полосатым черно - белым хвостом, что, как обезумевший, несся на неё, преследовал даже во снах. Она не могла отделаться от тревожных мыслей весь вчерашний день, иполностью отдаться праздничным приготовлениям с сёстрами и подругой тоже. Вид новенького платья, в котором она пойдёт сегодня на бал, первый бал в её жизни, отвлекал, но ненамного.       Тревога накатывала волнами, не давая сосредоточиться. Позитивный настрой, с которым она ввязалась помогать Сане, почти пропал, как только она увидела страшную, опасную сторону любых, даже небольших, приключений. Сложенный в тряпочку артефакт нагнетал, но хуже всего было то, что она не могла этим поделиться с сёстрами. Томить что-то в себе, нести этот крест казалось ей мукой. Она не привыкла хранить такие важные секреты.       Совсем не удивительно, что на кухню девочка вышла совсем в неважном состоянии. Там, в нарядном передничке, наводила порядок, как ни странно, Эвелина. Она смывала тряпкой все крошки со стола, напевая при этом народную песенку себе под нос. Как всегда, её голос ласкал слух, не даром же она славилась им на всю Речную долину!       Увидев на пороге сонную подругу, девушка, наспех вытерев об передник лапки, радостно побежала к ней навстречу и расцеловала в обе щеки. - С днем Звездопада, милая Зубастик! - широко улыбаясь, воскликнула Эви. - Ты чего это, не выспалась?       Девочка в ответ что-то пробубнила и с хмурым выражением лица уселась на ближайший стул. - А где сестры?.. - Как-то безучастно проговорила она. - Ушли помогать мистеру Болиду, ясное дело! Ты до обеда спишь... - Эвелина критично оглядела Зубастик. - И все праздничное настроение портишь! - Настроение? - Кошечка вдруг скривилась и подняла свои зелено - голубые глаза на подругу. - Какое уж тут может быть настроение! Я не понимаю тебя, ты так спокойна, поешь песни... А между тем, в городе, вместе с моим другом находится какое-то проклятое существо! А в сумке, в моей сумке - нечто странное, магическое! Это все конечно интересно очень, но... Мне страшно, Эви.       Зубастик поступила взгляд и шмыгнула носом. Это все свалилось слишком резко, хотя в этом, наверное, и была её собственная вина, но готовой к такому повороту событий она никак не могла быть готова. - Ох, милая! - Эвелина с озабоченным лицом присела на корточки рядом с кошечкой. - Тебе совершенно не о чем беспокоится, правда! Я знаю, что делаю. - Да откуда, откуда же тебе все это известно - про магию и артефакты?! - Чуть не плача, вопрошала Зубастик. - Такое чувство, будто ты мне зубы заговариваешь, непонятно для чего! - Зубастик, я же уже говорила, что в своём путешествии кое - кого встретила... - Гуми встала, сделала паузу, обдумывая что-то и, наконец, решилась. - Так уж и быть, скажу. Я познакомилась с одним магом. Это был... В смысле, и есть, один из самых удивительных людей, которых я только знала!.. Мы стали путешествовать вместе, и он меня о многом научил. Об артефактах, о магии, о волшебных пактах и вообще о мире... Но, к сожалению, нашим путям было суждено разойтись.       Эвелина говорила суховато, изредка поправляя волосы. Ей будто и было все равно на этого мага, но тем не менее, то придыхание, с котором она впервые о нем упомянула, было сложно не заметить. - Маг? Настоящий Маг? - Глаза младшей вновь заблестели азартом, и она вскочила со стула, схватив подругу за руки. - Скажи, он был такой же, как о них и пишут? - Ну... - Эви замялась. - У него была такая же одежда, как и на картинках, да. И носил он тоже пучок из волос... А тело все было его покрыто шрамами. - Ничего себе... Все, как и говорят. Но я считала, что их в наше время совсем не встретишь! - И я так думала. - Но послушай, - Вдруг серьёзным тоном заговорила Зубастик. - Если ты знаешь все, почему мы не могли разобраться с этим до праздника? Что бы никто не переживал... Эвелина отошла от неё и покачала головой. -Э, нет. Слишком мало времени прошло, как их с Долфином разлучили. Силы в артефакте ещё не угасли. Но и сегодня медлить тоже будет нельзя. Слушай, расскажу тебе сейчас свой план. - Ох, так у тебя есть план... - Совершенно успокоенная, вздохнула Кошечка. - Конечно! - Приподняла брови Эвелина. - У меня всегда есть план. Так вот, слушай...

***

      Саня проснулся, на удивление, совсем разбитым, хотя спал крепко и долго. Ровно так, как он привык ещё в своей старой, столичной жизни. Открыв глаза, он даже не сразу понял, что что-то не так, пока не услышал грохот из соседней комнаты. Теперь уже стало не до сна и не до валяния в кровати. Он живо вскочил и в своей полосатой пижаме помчался сломя голову на кухню. Там, на полу, совершенно лохматый (не то, чтобы до этого он был расчесанный) сидел Долфин, решивший изрядно покопаться в буфете хозяина квартиры. - Что это тут происходит?! - Чуть не визжал Саня. - А... Прости, я хотел сделать тебе еды, как ты делал. Ну и себе. У тебя это так просто вышло, я думал я тоже... - Так, ладно, не интересует. Просто убери этот хлам как стояло!!! Хотя нет, лучше я сам, расставишь все не как надо.       Писатель присел рядом и начал быстро собирать упавшие банки и коробочки. Долфин было принялся помогать, но на него шикнули: - Ч-ш! То, что ты остаёшься пока со мной, не значит, что ты можешь тут хозяйничать! - тихо бурчал Саня и прогонял жестами 'гостя'. - на плите была еда, если тебе так приспичило.       Долфин молча встал и направился в гостиную. По скрипу писатель понял, что новый сожитель вновь улегся на диван. - И не надоело ему валятся... - Пробубнил Саня, но тут же подумал, что ему, в сущности, должно быть все равно, чем Долфин занимается, пока он ничего не портит.       В остальном кухня была чистой, похоже, гуми просто не успел добраться до реальных припасов. Но все-таки кое-что изменилось - содержимое тарелки, любезно оставленной для гостя, пропало, а рядом лежало грязное полотенце. Похоже, что Долфин ел руками и решил как-то вытереться первым найденным предметом. - Тьфу! - процедил Саня сквозь зубы. - Бескультурье.       Он кинул грязную посуду в медную раковину и отправил за ней полотенце. Настроение было паршивым, и с каждой минутой становилось все хуже: он вспоминал события минувшего дня.       "И что же Эвелина собралась делать с этим гуми? И в первую очередь - зачем? - эти вопросы совсем замучили голову парня. - Непонятный тип, замешанный в магии... Некий "отец", который, похоже, является магом... Не биологический, стало быть. Хотя, думаю, если теперь и гуми окажется магом, я не удивлюсь. "       Он вышел в гостиную, где на диване, с очень серьёзным выражением лица сидел Долфин. Саня почему-то вспомнил о том, как увидел его без одежды. Каким худым он оказался... - Слушай, Долфин, _ окликнул его писатель. - Тебя что, голодом морили? - А? Нет, не то, чтобы, - Он очнулся от каких-то своих мыслей, но все равно выглядел очень печальным. - Мне не надо было есть или спать, мой артефакт держал во мне силу... - И сколько же ты так жил, без еды? - Саня выгнул бровь. - Ох, ну... Несколько оборотов лун, точно.       "Несколько оборотов лун.? Интересный способ счета времени. То есть, несколько месяцев." - Парень решил сварить немного кофе и вернулся на кухню. Он уже совсем не боялся этого типа, но что - то внутри, видимо, инстинкт самосохранения, твердил ему, чтобы он оставался начеку. - Кофе будешь? - Крикнул Долфину Саня. Ответа он не услышал, так что, пожав плечами, он принялся за готовку.       "Бал сегодня вечером... Интересно, как там все будет? Навряд ли похоже на то, что я видел в столице. Здесь как будто совсем другой мир. А сестры лето-коты там будут? Наверняка. Неловко будет их видеть, мне кажется. А старейшины? Заговорит ли кто со мной? А какие, интересно, тут девушки?.. " Он совсем забылся и не заметил, что кофе уже переливался за чашку.       

***

      За окном слышалась суета и смех. Жители городка собирались вместе и компаниями шли к Ратуше, хотя до праздника была пара часов. Саня сам и не заметил, как прошёл день. Долфин все время был очень напряжен, не говорил, только лежал на диване и отвечал односложными предложениями. Писатель не думал особенно о своём новом сожителе. Пока он был тих и не привлекали к себе внимания, Александру до него дела не было.       Парень стоял у широко распахнутого окна, оперевшись руками на подоконник, и вдыхал слегка душный летний воздух. Небо, постепенно темневшее к вечеру, окрашивало в синий цвет, казалось, весь мир вокруг, и Саня уже начал сомневаться, что прочёл приглашение правильно. У Людей уже праздник как будто начался - слышались песни, перебиваемые смехом и криком, Какие - то поздравления... Александр даже почувствовал укол совести, что он не соизволил разузнать о традициях этой местности заранее и понятия не имел, как и о чём следовало бы поздравить друзей, и надо ли вообще что-то дарить? Все случилось внезапно, он и понятия не имел о том, что тут быт и обычаи настолько отличаются от столичных. Всё-таки, это не другой край света. Наконец, когда толпы под окном редели, он решил, что откладывать нельзя. Кто знает, быть может, тут все приходят заранее, и время на приглашении - лишь условности? Ох, как же он жалел, что ничего не спросил у той же Зубастик. Хотя, с другой стороны, с момента, как он узнал о празднике, до сегодняшнего вечера у них совсем не было времени обсуждать такие бытовые вопросы.       Он молча прикрыл окно, что не обошлось без шума, и направился в комнату. Одеваться слишком парадно ему не хотелось, да и не во что - все самые изысканные наряды остались в столице. Тут, считай, деревня, есть ли смысл как-то выделятся? Просмотрев все свои вещи, он наконец выудил на свет рубашку с расшитым воротником, сиреневую полосатую жилетку и галстук - бабочку. Выглядело достаточно празднично и не слишком вычурно, как ему казалось. Он собирался уже выйти из квартиры, как заметил лежащего на диване гуми, о котором и думать забыл. Он, вроде бы, спал и не проявлял никакого буйства, так что Саня со спокойной душой закрыл дверь и отправился на праздник.       

***

      - Я не уверена, что все правильно поняла, Эви... - Зубастик нервно перебирала в руках Артефакт. От такой ответственности и неуверенности внутри вновь разгорался адреналин, но если раньше он прибавлял ей уверенности, то сейчас - только беспокойства.       Они с Эвелиной стояли у чёрного входа Ратуши. Праздник Звездопад ещё не начался, но девушке надо было переодеться и подготовится к выступлению и всему, что они собираются делать позже. - Когда начнутся Костры, у нас будет достаточно времени. - Гуми поправила волосы, серьёзно смотря подруге в глаза. - Никто не заметит, что мы уйдём. Надо, правда, ещё подключить мистера Выскочку, но не будем его пока напрягать. Он и так с Долфином два дня промучился. - А мне пока пойти и помочь внутри? - Да, было бы хорошо. Можешь пройтись по ярмарке, но думаю пока что там ничего интересного нет... Ну а теперь, пока! - Постой!       Эвелина собиралась было зайти внутрь, но её робко остановила Зубастик. - С этой суетой, мы забыли про главное... - С этими словами она протянула Эви печенье в виде сердечка, на котором старательно было выведено карамелью: "С праздником Эвелина" - Спасибо, милая... - Улыбнулась гуми. - Ты права, мы совсем забыли! У меня для тебя тоже есть кое-что...       Эвелина потянулась лапкой в карман и выудила оттуда серебристый свёрток. В удовольствие ей было наблюдать, как Кошечка изменилась в лице.       — Это же... Шоколад! Эви, настоящий шоколад!!! - Она с восторгом осторожно провела пальцем по блестящей обертке. Это была маленькая шоколадка в виде пятиконечной звезды. Шоколад до этого ей доводилось есть когда-то очень давно и лишь однажды, так что она даже не помнила, какой он на вкус.- Но это же безумно дорого... - Зубастик знала, что говорить о деньгах, когда речь идёт о подарках, неприлично, но тут она просто не удержалась. - У меня есть связи. - Эвелина весело подмигнула младшей. Ей уже было пора идти. - Ну, пока! Помни наш план, но все-таки постарайся повеселиться. Это же твой первый бал.       " Да, и мой первый бал действительно будет чрезвычайно особенным." - Подумала Зубастик и аккуратно положила в сумку свой подарок.

* * *

      Александр неспешно прогуливался по вдруг опустевшим улицам. Теперь, вблизи, он отчетливо видел, насколько все дома в этом городке старые. Они точно стояли здесь многие века, видели то, что не видел никто из ныне живущих. Как писатель, Саня был очень мечтательной натурой, и в одиночестве легко терялся в собственных фантазиях. Так и сейчас, его воображение уносило его все дальше, а он шел вперёд, ведя одной рукой вдоль стены дома. Когда он не нащупал знакомой шершавой поверхности под лапкой, то резко очнулся.       Ему внезапно открылась необычная картина: на главной площади, где обычно шла вся торговля, выставлялись столы, зажигались фонарики. Из тишины пустующей улицы он вдруг оказался в потоке жизни, вокруг было шумно. Компании запевали различные песни, каждый на свой лад, слышался смех и веселый крик. Он потянул носом воздух и сразу понял, что в этом городке любят больше всего: пряности. Пряности и рыбу. Рыба, похоже, была главным блюдом сего торжества - сушеных рыбешек продавали все, кому не лень, а также пирожки, маленькие рыбные печеные шарики, и столько еще всего, что у нашего героя от новых ароматов закружилась голова. Но ему уже стало ясно, что само празднество еще не началось — это лишь приготовления. Ставились столы, зачем-то несли куда-то хворост... Каждый был при деле - даже самые маленькие гуми и человеческие ребятишки.       В этой суматохе, при таком количестве людей, Саня вдруг почувствовал себя чрезвычайно одиноким. У него не было тут семьи, которой он бы помогал таскать вещи. Не было и веселой компании, с которой можно распевать на разные голоса песни - да и, честно говоря, никаких особенных песен он не знал. Ни единой душе в этой толпе не было до него никакого дела, и от этого осознания сразу становилось неуютно. Никому не приятно чувствовать себя чужаком, и Александр впервые это почувствовал на себе. Он нахмурился и попятился назад. Здесь он точно никому не сможет принести пользы. И праздничное настроение вдруг пропало. Он вновь свернул в какой-то незнакомый, но тихий переулок, лишь бы не чувствовать себя настолько ненужным и чужим. Тишина и собственное воображение составят ему лучшую копанию, решил сам себе Саня и отправился искать более длинный путь к Ратуше.

* * *

      Для Зубастик же открывалась совершенно другая сторона медали. Она была там же, где только что стоял Александр, но совсем не чувствовала себя чужой. Наоборот, она была в самой глубине толпы. Пускай большие компании она и не любила, для такого дня можно было и сделать исключение. Многие здесь знали её и сестер с самого их детства, и уж точно было с кем повидаться. Некоторые особенно щедрые бабушки дарили ей печенье и леденцы, а вместе с другими Кошечка увлеченно разносила украшения и еду. Сестер ее тут не было - они помогали мистеру Болиду с организацией внутри Ратуши. Она хотела тоже пойти туда, но ее не пустили, дабы не портить интригу Первого бала.        Время летело быстро, и она никак не заметила, что окружающие начали расходиться по домам - прихорашиваться к самому празднику Звездопада. До домика лето-котов, конечно, было далековато, поэтому платья Зубастик и её сестер дожидались в их старой квартирке - над фотоателье Кловер.

* * *

      Ночь все приближалась, и праздник был в самом разгаре. По всему городу висели гирлянды, флажки и фонарики, и все они по цветам будто вторили краскам неба: голубой, фиолетовый и синий - холодные темные цвета с россыпью светлых звезд. Веселыми огоньками наполнялись улицы - никто в эту ночь не забывал, на счастье, зажечь в окошке свечу - символ звезды на земле.       Для Зубастик этот праздник всегда казался особенным. Наверное, из-за того, что на лбу у нее самой была звездочка. Разглядывая себя в зеркале, девочка никак не могла понять, означает ли эта метка что-либо? У Лоры - сердце, у Кловер - клевер... Они были у лето-котов с рождения, но не было ни одного человека, кто бы знал, в чем их значение. Но тем не менее, девочка находила в этом дне нечто особенное. Как она думала - что-то, что никто кроме нее не замечал. Раньше всегда её праздник ограничивался ярмаркой и традиционным печеньем, но теперь она могла наконец пойти со старшими сёстрами на бал.       Переодеваясь, она немного замешкалась, не зная, куда положить артефакт, но тут же с радостью обнаружила, что в платье имелся незаметный снаружи карман, в который амулет идеально помещался. Мысленно Зубастик поблагодарила Лору о таком удобстве, ведь ее новое платьеименно сшила Лора собственноручно, как и многую другую их одежду.       Первая часть вечера обещала пройти спокойно, но чем ближе Кошечка подходила к Ратуше, тем тревожнее ей становилось на душе. Будто бы все в ней было не так, и снаружи, и изнутри. Будто её засмеют... “Что за глупости! - Зубастик мысленно спорила сама с собой. - Меня навряд ли даже заметят... Просто буду тихонько сидеть с краю, и все пройдет хорошо.”       Перед ней была большая, полностью открытая дверь, которая своим лучившимся желтым светом словно приглашала внутрь. Собравшись с духом, девочка сделала один шаг вперед, преодолев ступеньку. Вдох, выдох, и она помчалась наверх вместе с другими жителями Речной Долины. Возле входа стоял сам мистер Болид, встречая кивком и улыбкой всех гостей. Зубастик коротко кивнула ему в ответ и быстро прошмыгнула внутрь, на момент ослепленная сменой освещения. А внутри было ярко, даже очень! По краям обширного зала стояли столы, наполненные едой. Каждый приносил свое из дома и угощал остальных. Это Кошечка знала очень хорошо, поскольку накануне праздника Звездопада она всегда помогала Лоре испечь ее знаменитый рыбный пирог. Таким образом девочка стала единственной, кроме самой Лоры, кто знал этот тайный рецепт, хотя самой ей опробовать его пока не разрешали.       За столами сидели в основном люди более старшего возраста, но среди них Зубастик своих сестер не заметила. Это её огорчило, ведь ей хотелось оставить с ними свой пакетик с подарками, который она до сих пор держала в лапке. Да и самойхотелось остаться там же, у стены. Но, дабы найти сестер, ей пришлось проникнуть в центр зала. Под белой лестницей играл местный оркестр на небольшой платформе, а перед ними кружились молодые парочки. Стоило приглядеться, и можно было заметить, что под веселую музыку веселятся так же и люди просто в одиночестве, так и небольшие компании, но сестер лето- котов видно не было, куда ни глянь!       Но вдруг фигурка в ярком платье привлекла внимание девочки…       ***       Боль изнутри становилась все невыносимей. Долфин сжался в калачик, вжимаясь в грубоватое покрытие дивана. Он не знал, сколько времени прошло с момента ухода Сани, но оно тянулось очень медленно, так что можно было бы поклясться, что прошли часы, а может и дни. А может и недели.       Такое было чувство, что изнутри гуми пронизывало тысячи иголок. Его мутило, голова кружилась, лапки тряслись. Он и не представлял, что может дойти так далеко. В его испытательной Миссии все пошло наперекосяк, а поначалу казалось, что всё пройдет безупречно! Если бы только в ту ночь он не остался в башне, а сразу вернулся домой!       На глазах Долфина навернулись слёзы. И от обиды, и от боли, и от злости на самого себя, он горько заплакал. Теперь, он погибнет. А все потому, что оказался слаб. Его Братья и Сестры не будут оплакивать его позорную смерть. Нет, они мерзко посмеются над ним, и повесят его череп на кол, чтобы все запомнили его как труса… А Отец… Долфин весь содрогнулся, и новая волна боли пронзила его тело.       Но погодите, может еще не поздно… Пока Артефакт не уничтожен, он сможет выжить! Он сможет вернуться! Да, пускай Миссия провалена, но он сам останется жив. Главное, успеть умолить Отца простить его. И он смилостивится, в этом у гуми не было никаких сомнений. Боль немного угасла, и Долфин вытер слезы. Решительно он посмотрел на окно – теперь у него появился второй шанс.       

***

      «Боже мой, я надеюсь, что не опоздал! О боги, уже закрыли главный вход! Нет, нет, нет…»       Саня настолько сильно загулялся, что не заметил, как ушел в совсем противоположную сторону от ратуши. Впрочем, он был уверен, что идет в правильном направлении, но узкие улочки плутали уж очень странно, и чужаку заблудится в городке ничего не стоило. Поэтому, наконец добравшись до Ратуши, писатель обнаружил, что праздник в самом разгаре, а он, как всегда, опоздал. Ударив себя по мордочке от стыда, он тихонько открыл дверь и на момент замер. Музыка снаружи слышна не была, а тут она ударила парня по ушам. Мотивы были все незнакомые, как и танцы посреди большой комнаты. Люди одной линией скакали навстречу друг другу, будто вот-вот столкнутся, но тут же лаконично и ловко отлавировали и разделились на пару. Саня поднял голову вверх - с высокого потолка свисали бумажные фонарики синих оттенков. Над окнами и на стенах крепились плакаты и длинные флажки, а посередине висела огромная и красивая люстра с множеством свечей, ярко освещавшая всех гуляющих. Свечки же стояли и на столах, за которым собралось точно не меньше народа, чем и в центре зала.       Удивленный и немного сбитый с толку незнакомыми традициями парень не решился тут же отправится на танцы, как планировал изначально, а вместо этого стал идти вдоль столов, ища себе место.       - Александр! – Он вдруг услышал знакомый и мягкий голос.       Он принадлежал, несомненно, Лоре, которая сидела чуть дальше и теперь махала писателю рукой в перчатке. Всего платья рассмотреть Саня не мог, но четко видел, что оно было розовато – фиолетовых тонов, что вторило ее метке на лбу. Неловко было ему теперь встречаться с ней. Непонятно, с чего это эта лето – кошка вдруг решила взять над ним покровительство, и от этого ему становилось неприятно – он не любил оставаться в долгу.Только пару недель он успел провести в Речной Долине, и уже не раз эта Лето – кошка безо всякой корысти выручала его. А если вспомнить их вторую встречу… Б-р-р! Писателю абсолютно не хотелось сейчас с ней видеться, но правила приличия не позволяли просто развернуться, так что он неловко улыбнулся и отправился прямо к ней.       

***

- Ну-ну, кто это пришел? А я думала, она никогда не явится… - Девочка в ярко-оранжевом платье вышла из толпы и пошла прямо навстречу Зубастик. – Не то, чтобы я следила, правда... Зубастик наблюдала, как эта девочка, ее одноклассница, медленно приближалось. Чуть поодаль за ней стояли и другие ее знакомые. «О боги, это же Элис… - Она подумала с досадой. – Вот уж до кого мне дела сейчас нет, так это до нее!» - Естественно пришла, мне же уже давно четырнадцать… - Кошечка нахмурилась и отвернулась, не желая продолжать разговор. Но упертая Элис не желала отходить. Скандалы и преследования –ее страсть, это знал любой в Речной Долине, и найдя новую жертву, ее уже было не остановить. - Хм, так удивительно, что кто – то смог сшить на тебя платье… С этими отростками… Кажется, это должны быть крылья на этом месте? Зубастик от обиды прижала ушки и вновь развернулась к ней. Элис была обычной девочкой. Ее каштановые волосы были чуть завиты и уложены к празднику, нос привычно вздернут, а глаза хитро прищурены. - Заткнись ты, Элис. – Она нахмурено пробурчала, глядя ей в глаза. -Ты ничего в этом мире не понимаешь, и навряд ли поймешь до старости. - Ох, простите, Ваше Интеллигентство, что не сможете снизойти своим умом до нас, простых смертных. – Она сделала реверанс, и Зубастик уже почти успела убежать, но тут же Элис ее схватила за руку. - Ну ладно тебе, не сердись. – Она опять странно заулыбалась, а потом скривила мину «жалости». – Побежала жаловаться сестричкам? А вон же они! - Ну и где? – Раздраженно обернулась Зубастик, но ничего увидеть не успела – прямо в ее мордочку какой-то мальчишка кинул пирожное с миндальным кремом, которое тут же упало и на платье, пачкая его. Растерянно стирая крем с лица под довольный смех Элис и ее друзей, Зубастик почувствовала слезы на глазах и поняла, что стоит прямо посередине зала. «Нет, нет! Я не могу плакать у всех на виду!» И она убежала в толпу, ища хоть какого утешения от этого унижения, а вслед ей подсвистывали ровесники.

***

      Саня неуклюже пробирался вперед, и уже добравшись до своей знакомой, чуть на неё же не упал, споткнувшись о скамью. Лора ловко подхватила его под локти, от чего писатель смутился еще хуже прежнего. Даже единого мгновения не получилось у него вести себя, как джентльмен! Но девушка этого даже не заметила. Она, мило улыбаясь, помогла Сане сесть и легко завела беседу:       - Как вам праздник? Вы ведь еще никогда не праздновали день Звездопада?       Парень, весь сконфуженный, не сразу даже смог поймать нужную мысль:       - Эм… А… Да, конечно, я впервые… В столице никогда… Не видел… Не бывал на таких праздниках…       - О, это понятно. – Лора все же заметила замешканность своего знакомого и ободряюще ему улыбнулась. - Знаете, это событие сугубо местное, только в Речной Долине и в окрестностях его празднуют. Вы уже, наверное, слышали легенду о Звездочете?       -Что? – Саня сразу же навострил уши. – Нет, пока не слышал.       - Ох, тогда я обязана вам рассказать! История, конечно, довольно детская, но все-таки считается истоком праздника. Но сначала – вы не хотите попробовать мой пирог?       Писатель и правда уже проголодался, но празднично накрытые столы, ломившиеся от снеди, он рассматривал скорее с печалью – к его вкусовым привычкам тут никто не располагал. Лора, увидев его меланхоличный взгляд, не поняла в чем дело и решила спросить напрямик:       - Что – то не так?       - Нет, просто… Я не привык к местной еде. Дома я никогда не ел мяса или чего – то столько же белкового. Такие гуми, как я, к этому не приспособлены.       - А, вот в чем дело. – Понимающе закивала Лора. -Нет, не переживайте, я знаю о таких гуми как вы. Здесь, в Речной Долине, их даже много, в том числе и среди моих друзей! Вы ведь знаете, что раньше здесь жили только гуми и монахи?       - Нет…       - Как нет? – Лору это озадачило. Она предполагала, что именно культурное наследие его расы заставило Александра приехать сюда. – Ну, значит еще узнаете. Не буду вам предлагать мой рыбный пирог, возьмите лучше этот!       Саня послушно положил себе на тарелку кусочек, попробовал и просто растаял изнутри. В пироге теста было мало, зато начинки хоть отбавляй! Чувствовался вкус чего – то сливочного и кисленького, а также пряного и слегка пикантного. Александру было сложно сказать, что именно было в этом пироге, ведь он был уверен, что никогда не ел ничего подобного.       - Не торопитесь, Александр. Еще подавитесь! – Лора довольно рассмеялась.       - Просто великолепно! – Парень весь сиял. – Что же это такое?       - Просто шпинат и парочка секретных ингредиентов! – Она загадочно подмигнула. – Доедайте, а я вам пока расскажу историю дня Звездопада…       . . .              В одну ночь старик много миль пересёк,       И осел на Скалистых горах.       Узрел он там сотни мерцающих звезд       И стал складывать их на счетах.       Он трудился, не зная ни сна по ночам,       Ни друзей, ни покоя в груди.       Он считал и считал, и не думал тогда,       Что ждёт его впереди…       Однажды сияла на небе звезда       И даже совсем не мигала.       Старик удивился: «Не уж то беда?       Ах, как же это все странно…»       И так с каждым днем, глаз не сводя,       Следил он за этой звездою.       Но вот в один деньнаконец так устал,       Что все же предался покою.       А во сне явилась тому старику       Богиня красы небывалой,       И молвила: «Тебя, о старик,       И потомков я благословляю.       Дарю тебе тысячи, тысячи звезд       Если ты разгадаешь загадку –       Что за звезда во мраке ночи,       Что никогда не мерцает?»       И вот наш герой головою поник,       Ответа ведь он не знает…       Но тут воскликнул мудрый старик:       «Богиня, я знаю разгадку!       Та звезда во мраке ночи,       Что никогда не мерцает –       То не звезда. Это все вы!       Следите, как я считаю…»       И вот удивилась Богиня небес,       Даруя герою награду.       А после спустился обратно он в лес,       Но там его и не ждали.       Тогда он сказал: «Не вижу       Смыслая в этой награде.       Хотел бы я сам обратиться звездой,       Чтоб меня уж другие считали…»       Так и случилось. Но до сих пор,       Свой лес старик охраняет.       И ровно раз в год он внукам своим       Богатства небес посылает.       . . .        - Грустная история. – Вздохнул Саня, внимательно дослушав до конца. – Бедный старик предпочел умереть, чем жить остаток своих дней в богатстве, ведь разделить его было не с кем…       - Да, печально вышло, но в одном вы не правы…       - В чем же?       - Он не умер в привычном нам понимании… Он покинул земную жизнь, но обрел новую, вечную, на небесах. Но, это всего лишь легенда.       - Хм-м… Ну, наверное, я понимаю, очем вы. – Писатель задумался, но тут же резко вспомнил о Зубастик и том, что сегодня им предстояло сделать. - Кстати говоря, а где же ваши сестры? Я их сегодня еще не видел.       - Кловер, верно, помогает мистеру Болиду или с кем – то танцует, а Зубастик я тоже не встречала. Думаю, она уже где – то в зале, веселится с ровесниками. Для тех, кому только исполнилось четырнадцать, этот бал – первый!       - Как интересно… – Он встал из-за стола, поправив праздничный жилет. - Знаете, я пойду встречусь с ней, поздравлю.       - Хорошая идея, Александр! Я бы не стала ее отвлекать, но вы к ней по возрасту ближе…       - Ну что вы, не хотите ли вы сказать, что слишком стары для танцев? – Широко раскрыв глаза, удивился Саня. – Да вы выглядите гораздо лучше меня!       - Ох, все, Александр! – Она снова рассмеялась и мягко подтолкнула его от к центру зала. – Идите и веселитесь!       Он еще раз поздравил Лору с праздником и направился к толпе. Танцы и музыка уже стали как будто боле привычными, или ему это только казалось. Саня плавно лавировал меж танцующих парочек и действительно наткнулся на группу подростков, которые над чем-то громко смеялись. Желая узнать, что могло привести местных детей в такой восторг, он подошел ближе, как вдруг увидел Зубастик, убегающую в другой угол зала.       - Хей, Зубастик, постой! – Он ринулся сквозь зал за ней, и без труда догнал. – Зачем ты убегаешь, это же я!       Саня развернул ее мордочкой к себе и тут же заметил, что все ее новенькое и очень даже красивое голубое платье было испачкано, а из ее глаз лились слезы.       Впервые ему приходилось видеть девочку плачущей, и он совсем растерялся, но лишь на мгновение.       - Что случилось? – Он взял ее за руки и покосился на центр зала. – Это они сделали?       Зубастик шмыгнула и кивнула головой. Стыдно было плакать перед своим другом, но все же лучше, чем под гогот одноклассников.       - О боги! – Писатель закатил глаза и быстрым движением руки достал из внутреннего кармана носовым платком. – Ну и дети! Совсем дураки. И чего им не сидится? Вечно находят себе этих, козлов отпущения… Он принялся очищать платье и лицо подруги, пока она безмолвно и смущенно наблюдала. Когда он закончил, то бесцеремонно запихнул грязный платок себе в карман и подал Зубастик лапку. - Ну а теперь мы им покажем. – С этими словами он решительно потащил девочку к центру зала, расталкивая людей. - Саня! Что ты задумал?!- Пораженная Зубастик не сопротивлялась, только от смущения поджимала ушки – на них со всех сторон смотрели люди. - Пф, не бойся. Доверься мне. – Он встал ровно в середине зала с таким видом, будто собирался выступать на сцене, развернул подругу к себе и положил ее руку себе на плечо. – Я уже через такое проходил. - Ты собираешься т - танцевать?! – Она изумленно озиралась по сторонам. – Прямо здесь?! - Ну а где же еще? Не переживай, просто делай как я и не наступай мне на ноги. Тут же оркестр грянул с новой мелодией, и Александр подхватил Зубастик за талию. - Ох! – только и успела она вздохнуть. Саня закружил ее в быстром ритме, вытворяя такие па, каких никто в Речной Долине не видел. Но для столичного жителя это не было чем – то необычным – скорее, стандартный набор движений для танцев. Он отдалял ее от себя и снова прижимал ближе, крутил и резко останавливался. Все остальные пары остановились, завороженные красотой и выразительностью танца. Наконец, темп песни сменился на более умеренный, и Саня ловко утанцевал подругу из центра внимания, и они слились с толпой, неспешно вальсируя. - И что это было? – Зубастик еле-еле переводила дыхание. - Просто показываю твоим «друзьям», что крутой джентльмен из столицы предпочел тебя их красным мордам! – Парень самодовольно улыбнулся и подмигнул девочке. - Пускай теперь завидуют. - Ха-ха! Крутой джентльмен? Ты про себя что ли? – Зубастик захихикала. - Очень смешно. – Саня скривил мордочку. – Вот увидишь потом, подойдут они к тебе или нет. Но одному я все же удивляюсь… — Это чему же? - Как это такая леди как ты, которая не испугалась даже страшного полосатого гуми с артефактом, заплакала от несчастного кекса? - Ну… - Кошечка смутилась и потупила взгляд. – Во-первых, я очень испугалась… Я сегодня почти глаз не сомкнула. А во-вторых, ты не слышал, что они мне говорили. Это уже не первый раз, но повторять их слова я не буду.       Про себя Зубастик еще подумала, что на самом деле говорила только одна из них, но исправлять себя не стала.       - Бред! – Александр фыркнул и снова закрутил Зубастик в танце. – Я видел, с каким мужеством ты накинулась на него со спины… Держу пари, ни один из этих… Кхм, в общем, ни один из них не делал ничего подобного. О, смотри, кто это там?       Зубастик обернулась и увидела, что по широкой мраморной лестнице медленно спускается Эвелина.

* **

      Долфин стоял на черепичной крыше и вдыхал ночной воздух. Отсюда открывался удивительный вид на город - можно было увидеть каждое окошко с фонариками и разноцветные украшения. Но у парня не было времени на любования. Он прыгал с крыши на крыши там, где дома стояли близко и снова бежал вперед. Это было привычно для него - только так он и передвигался эти две недели. Его сознание точно знало, куда его вести. Даже с закрытыми глазами, двигаемый неестественным инстинктом, он бы смог найти свой артефакт. Как он и искал реликвии, так и найдет сейчас то, что принадлежит ему по праву.       Интуиция привела его к центру городка, на площадь с ратушей. На улице почти никого не было, а из окон белого здания лился желтый яркий свет и глухо звучала музыка. Он чувствовал, что ему нужно попасть туда любой ценой. Крадучись, он добрался до ближайших к ратуше крышам, но все равно расстояние было слишком большим. Надо было прыгать, забыв про страх и высоту. Внутренний инстинкт был сильнее. Прыжок - и он еле успел зацепиться лапкой за белую стену. Подтянувшись, он оказался на ратуше с куполообразной крышей. Но отсюда пробраться внутрь было невозможно... Или возможно?       Долфин прикрыл глаза и почувствовал, что рядом должен быть люк, ведущий вниз. Он без труда его нашел и спустился по-практически прогнившей лестнице. Парень оказался в старом и покрытым паутиной кабинете, заставленным разными странными вещами. Долфин почувствовал сильную эмоциональную энергию, которая от них исходила, и от этого закружилась голова. Но надо было держаться. Ради себя и Отца... Долфин быстро обнаружил дверь и вышел, вздохнув с облегчением. Оглянувшись, он понял, что находится в темном коридоре, но с одного конца доносился звук и был виден свет... Парень побежал в том направлении.

***

— Это же Эвелина! - Воскликнул Александр. — Это что, сейчас и будет тот самый "сюрприз", о котором проговорился мистер Болид? - Не знаю... - Зубастик не могла оторвать глаз от Подруги. Она была одета в красное атласное платье с разрезом на ноге, а на шее повязан бант того же цвета. Даже на празднике Эви прикрывала шею, и это показалось девочке странным.       Музыка вдруг прекратилась и все танцующие тоже остановились, устремив свой взор на лестницу, где стояла и загадочно улыбалась Эвелина. Оглянув гостей быстрым взглядом, она отвела от себя руку и завела песню. Голос ее был чистым и звонким и переливался, словно весенний ручей. Но Саня, как бы не пытался, не мог разобрать ни слова. — Это не Общий язык?.. - Он недоуменно почесал затылок. - Нет, это местный... - Зубастик еле смогла отвлечься от выступления. - Его понимают только те, кто родился в Речной Долине. Даже я, хоть и жила тут всю жизнь, не знаю его... Но я узнаю эту мелодию. Эту песню сложили первые монахи...       Она наблюдала над медленными жестикуляциями Эвелины и будто погружалась в некий транс... Под рукой, в кармане, вдруг что-то пошевелилось. Один раз. И еще раз. - Что это? - Прошептал Саня, почувствовав странное движение, но девочка его будто не слышала. - Зубастик, что с тобой?!       Ее глаза и метка вдруг побелели и засияли желтоватым светом. Из ее кармана вырвался наружу артефакт и завис в воздухе, засветившись огнем и ослепляя всех гостей. Прошли испуганные возгласы, песня прекратилась, а свечи погасли. Александр пытался трясти и кричать что-то подруге, но она не реагировала ни на что. Зубастик смотрела лишь на Артефакт. - Что происходит?! - Закричали люди вокруг и в панике начали выбегать из здания.       Вдруг около Эвелины оказалась старейшина - Аврора. - Немедленно всем покинуть помещение! - Воскликнула она. - Мы не знаем, что произошло, но сейчас же со всем разберемся. Уходите в свои дома и не бойтесь!       Народ продолжил выбегать, крича и спотыкаясь, но только Лора, Кловер, Саня и Эвелина оставались в зале. Эвелина хотела подбежать к Зубастик, но Аврора остановила ее. К ней побежали сестры, но не успели они до нее добраться, как из артефакта выстрельнули желтые лучи. Люди вскрикнули и начали оттаскивать лето-кошек подальше от очага опасности. - Пустите, там моя сестра! - Лора вырывалась изо всех сил, а Кловер уже утащили в толпу. - Всем убираться отсюда, это слишком опасно! - Вторила ей Аврора. Вокруг артефакта становилось заметно жарче, он крутился в воздухе вокруг своей оси, создавая шум и ветер. Александр только сильнее прижался к Зубастик: - Ну же, очнись!!! Нам надо бежать! - Он посмотрел наверх, туда, где стояли Аврора и Эвелина и обомлел.       На несколько ступенек выше стоял Долфин. Глаза его горели, и он их так же не спускал с Артефакта. Саня крикнул что - то, но его голос утонул в потоке невыносимого шума.       Долфин, также ничего не замечая, встал на перила и начал стремительно съезжать вниз. Прямо перед концом лестницы он подпрыгнул, попадая прямо на Артефакт. Он успел едва коснуться его пальцами, как вдруг взгляд его и Александра пересеклись. Лицо его переменилось, глаза потухли. Долфин вновь посмотрел на артефакт, схватил его и со всей силы ударил об пол. Все это произошло меньше, чем за мгновение. Шум прекратился, артефакт разбился об пол вдребезги. Метка Зубастик погасла, глаза закрылись, и она без сил повалилась на пол, утягивая за собой и Саню, который все так же держался за неё. А посередине зала, в обломках магического амулета, сидел Долфин, испуганно оглядывая собственные лапки.

* * *

      В полуночной тёмной чаще шелестела листва. Всеобъемлющую тишину нарушало лишь спешное, прерывистое женское дыхание. Она бежала, ломая на пути ветки и кустарники, сложив крылья - они лишь бы её только задержали. Ей не хотелось лишних глаз, а лето-кошка, парящая над лесом, да ещё и под звёздным - интересное явление для любого зеваки.       Наконец она, двигаемся каким-то внутренним чутьем, преодолела густую поросль и выбежала, судорожно переводя дыхание, к поляне. Казалось, в эту минуту даже небо задрожало, что неудивительно - тысячи белых полос каждое мгновение появлялись и исчезали на небосводе. Но молодую девушку не волновали чудеса природы.       Поляна отнюдь не была пуста - перед ней были высокие, бревенчатые врата, слегка поросшие снизу сорняками, над которым возвышались колья со зловеще покачивающимися черепами. Но и до них лето-кошке не было дела. Она уверенно подошла к маленькому окошку и постучала, не минуты не колеблясь, ровно шесть раз.       Задвижка щёлкнула, и этот звук разнесся эхом по всему лесу. За дверцей, что не сразу и лениво поддалась, была пара ярких серебристых глаз. Да, именно серебряных, даже чуть светящихся в темноте.       - Пусти меня. - Севшим голосом проговорила девушка.       - Ну-ка, кто же это к нам пожаловал? - за дверцей послышался звонкий баритон. - Сколько лет ты не приходила к нам? Пять, или может, шесть?       - Я не пришла сюда не для того, чтобы дружбу водить. Я ищу его.       - Ах да, ты же не ценишь наше общество. - Некто за дверью воздел глаза к небу. - Мы бы не стали тебя впускать, но Верховный же приказал открывать врата, коли ты решишь явиться. Он, небось, все надеется...       - Раз приказал, так открывай. - Лето-кошка чуть не шипела.       - Ой-ей, нашлась послушница. - стражник прищурился, и лето-кошка знала, что он в эту минуту скривился. - Но будь по-твоему.       Тяжёлые ворота с тяжёлым скрипом раскрылись, заставив черепа задребезжать. За окошком все это время скрывался парень с длинными, в тон глаз, волосами, лишь на макушке стянутые в пучок. Он был одет в странную, тёмную и скрывающую все конечности мантию.       - Тебя проводить, или сама вспомнишь путь?       Его не удостоили ответом.       Лето кошка быстро и уверенно вошла в лагерь. Да, это был именно лагерь, занимающий всю поляну. Повсюду были расставлены шатры и палатки. Кое где некие люди, гуми и другие существа спали просто на расстеленных на траве одеялах. Повсюду возвышались точно такие, как и на воротах, колья с черепами, и девушке казалось, чтоих пустые глазницы все были направлены на неё. Она шла в самый центр поляны, туда, где стоял самый большой шатер, покрытый кучей одеял и ковров различных цветов.       Всё это время она ни на минуту не колебалась, но перед тем, как войти, замерла. Но только лишь на мгновение. Стоило ей приподнять подол ткани, обозначающей вход, как во всем шатре зажглись свечи, парящие над землёй. Изнутри все было устлано красными, расписными коврами, стояли маленькие столики с предметами, разного размера и непонятного предназначения, а в середине восседал, скрестя ноги, человек. Но лица его лето кошка не видела - его закрывал коровий череп, посеревший от старости. В чёрных глазницам мерцали синие огоньки, заставляя невольно трепетать от страха.       Непонятно было, заметил ли её человек, и она не решалась заговорить первой. Наконец он наклонил голову, шевельнув чёрными, длинными волосами, и произнёс.       - Кловер...       - Как жаль, что я не могу позвать тебя по имени в ответ. - Лето- кошка, хоть и старалась смотреть ему в лицо, но вид серой маски устрашал, так что она опустила взгляд. - Хотя, у такого существа как ты, навряд ли оно может быть.       - Ох, как грубо... - Человек чуть наклонился вперёд. - Хотя, с нашей последней встречи этого и следовало ожидать. Так для чего же ты вернулась, дитя моё?       Девушку передернуло.       - Я не дитя, и уж тем более не твоё. - Сказать это так грозно, как ей хотелось, не вышло - голос предательски дрогнул. - Я бы и не хотела приходить и иметь с тобой дело, если б ты не нарушил клятву.        Можно было подумать, что мужчина был удивлен. Он тряхнул головой, заставляя жуткие огоньки в глазницах часто замигать.       - Клятву? Милая Кловер, неужели ты думаешь, что наш простой договор можно так назвать? - Из-под коровьего черепа была видна его ядовитая ухмылка.       - Пускай договор, - Кловер дёрнул плечами и шагнула вперёд. - Но твои люди в Речной Долине. Кажется, кто-то обещал не трогать...       - Из моих людей? Как интересно, - Перебил её человек. - Я не помню, чтобы я... Только если... Ха! Малыш Долфин таки раскрыл себя? Занятно.       - Не знаю его имени... Но у него был тот артефакт.       - И что же ты хочешь, дитя моё?       Кловер лишь на момент замерла. Ей не нравился этот натянуто - дружелюбный тон диалога с Тёмным. Она оглянула странную, поддернутую красной дымкой "комнату". Свечи, паря над землёй, стали описывать странные полуокружности, от них исходил пряный аромат, от которого становилось душно.       - Я хочу, чтобы убрался отсюда и перестал использовать магию. А самое первое - отозвал своего "Долфина".       - Боюсь, не могу тебе с этим помочь. - Он вдруг поднял руки, и оказалось, что кисти его покрыты длинными шрамами, как будто от ожогов, которые как ленты покрывали кожу. - Видишь ли, этот маленький Долфин уже ослушался меня. Думаю, твоя проблема решится сама собой, или иначе...       - Мне это надоело. - Чуть повышенным тоном сказала Кловер и одним взмахом руки достала из-под плаща револьвер, нацелив его тут же на Верховного. - Ты играешь с чужими жизнями, словно они ничего не стоят. Используешь всех, кто только не повернётся тебе под руку. Страдала я, пострадают другие. Настала пора прекратить этот безумный цикл!       - Милая малышка Кловер... Ну хорошо, отожми курок. Отожми, но что тогда будет с тобой?       Глаза, что лето-кошка сузила, на момент раскрылись, и Тёмный понял, что попал.       - После всего, что было... Неужели ты думаешь, что останешься жива? А что тогда будет с твоими сёстрами? А обезумевшие люди, гуми, артефакты... Ты действительно хочешь всего этого?       Кловер, задумавшись, уставилась в пустоту перед собой, представляя страшную картину. Руки её невольно опустились вниз.       — Вот и умница. - Наконец, мужчина выпрямился во весь рост и нагнулся к лето-кошке. - А теперь ступай домой. - Он дотронулся к метке на её лбу большим пальцем, и она засияла зеленоватым светом. Глаза кошки потускнели, голова безвольно опустилась на грудь. - Кажется, нас ждут весёлые деньки. - Верховный Маг улыбнулся.