Вернусь с рассветом

Порой трудно осознавать, что новый день пройдёт не как обычно. Не будет обычных приемов ломания костей, а будет веселый возглас мальчишки. Не будет обычного бурчания и уходов в астрал, будет пустота и обычная драка без вмешивания светлых волос. Порой осознания того, что всё теперь не будет, так как прежде, приносит намного больше боли, чем осознания того, что вчера произошло. Хоть и вернулись старые ушедшие, но им не заметить то место, которое занимали уплывшие. Грустно, очень грустно и одиноко… Такое скверное чувство, что время сделало петлю и вернулось к тому времени, когда покинувшие ещё не появлялись за воротами школы. Уже не нужно крутиться на месте и следить внимательным взглядом за скучающим блондином, уже не придется слышать его бурчание, что б ты отвалил. Не придется убегать за содеянные оплошности и веселится, обнявшись по-дружески. Не нужно больше с нетерпением ждать последнего звонка и спешить в больницу, чтобы успеть на обед за очередной порцией скомканной бумаги с недовольными словами. Не придется выслушивать причитания медсестры, что успела тебя запомнить за столь короткое время и больше нельзя увидеть хмурый взгляд и затаенными искорками радости от твоего появления. Разгневанный одноклассник не станет тебе ломать кости, стараясь выпытать всё происходящее с его сестрой. Больше ничего не будет,… не будет с ними связанного. И даже если время вновь закинет петлю, обязательно что-то измениться. Оно не послушает твоего желание, не услышит зов твоего сердца. Оно само по себе и ты не часть её интереса. «Вернусь с рассветом» - единственная вещь, что не дает кануть в то угнетенное состояние, в котором была когда-то она. Слова, что дают надежду на их возвращение, и будоражат воображение. Картины их появления дома так и строятся перед глазами, сменяясь, на более безумные и сказочные моменты. Но чем их больше, тем быстрее понимаешь насколько бредовые твои мечтания. Но даже это не мешало приятному теплу разливаться по телу и греть душу. Уже прошла неделя, после того как «Nirvana» увезла на себе два маленьких сокровища для хвостатых сердец. Но даже за это короткое время много успело поменяться. Таковы мы, ученики «Fairy Tail» . Такова наша натура - не стоять на месте, а бежать вперед напролом. Каждое сердце разделено на мелкие неровные пазлы, а люди, что занимают каждую частичку, имеют своё место и никакое другое. Они не подойдут в какое-либо другое место, также как и их ячейку никто не сможет занять. Это касается Лисанна и Бисклоу, вернувшихся в школу, но они вернулись в наши сердца на свои места, а не в роли замены двух близнецов-блондинов. И всё, казалось бы, хорошо, но каждую перемену можно было увидеть несущуюся по коридору девушку в кепке с неким мальчонкой под мышкой, а в роли догоняющего был Фрид. Наверное, после её выходки по школьному радио, нашелся-таки храбрец с линейкой. Теперь оба виновника не могут спокойно сидеть на уроках грамматики. Малышка Марвел твёрдо решила практиковаться медицине и в качестве своего учителя она выбрала нашу медсестру, что просто ненавидела людей. На вопросы, маленькая "целительница" отвечает, что хочет быть полезной в любых трудностях, что были или будут похожи с тем случаем двухмесячной давности. Вместе с ней и Полюшкой, что выгоняет вылеченных учеников метлой, можно увидеть и трудягу Шарли. Только её больше волнует учеба, чем медицина. Не удивительно, что и на «Техника» повлияло отсутствие его главного противника и подруги по книголюбию. Хоть он и говорит, что Люс просто сбежал от их спора и без него намного лучше, но видно, что ему не хватает тех разборок и перепалок, что были раньше. Что же касается Хеппи, то мальчишка первые дни упрямился и отказывался уходить из родного дома. Но после нескольких уговоров и обещаний, он всё-таки согласился и переехал к Драгнилам. И сейчас Нацу пытается приучить Кота к другому повороту у школьных ворот. А Нацуми учиться готовить его любимое блюдо – рыбу. Не знаю, как они изменили за столь короткое время внутренне, но внешне ничего не изменилось. Так бы мне хотелось думать. Заходя к ним в класс на очередную проверку поведения, я убеждалась, что атмосфера немного опустела. Оно и не удивительно, ведь нас покинули члены нашей большой семьи, и не известно вернуться ли они, а от этого становиться только больнее. Но мы хотим и будем верить, что всё будет хорошо. Ведь Люс бы наверняка предпринял свои приёмчики, узнав о том, как сильно успели соскучиться по ним хвостатые. Частенько я замечала в руках Джерарда фигурку ключа, и неизменную привычку Нацу крутиться на месте лицом к Ключнику, Нацуми на каждой перемене заглядывала в кабинет, в надежде увидеть улыбку этого оболтуса. Хотя… может она и беспокоилась за своего брата, а может и всё одновременно, ведь эти двое сидят рядом друг с другом. Однако, когда я пытаюсь с ней заговорить, она словно по волшебству исчезает с этажа. Меня это напрягает, неужели я настолько страшная? Но это касается только учеников, учителя же почти остались неизменными. Например, Альберона дуется на всех за то, что лишилась отличного собутыльника. Сейчас же гадалка решила вернуться к учебе и это не столько её решение, сколько прихоть папаши - Гилдартса. Но больше всех пугает директор Макаров. Наш старик сидит в кабинете, о чем-то договариваясь по телефону, а когда выходит то с такой хитрой улыбкой, что секретарша заподозривает что-то не ладное. Надеюсь, эта тайна не будет долго сидеть за занавесом… -Эльза…Эльза! – Словно из далека до меня дошло моё имя из чужих, но родных уст. Вздрогнув и удивленно взглянув на нарушителя моего уединения, я наткнулась на обеспокоенный взгляд Фернандеса. -А? -Опять витаешь в облаках? – Облегченно вздохнул парень и легко улыбнулся. Под глазами виднелся легкий намек на бессонницу,… опять гулял по виртуальному миру вместе с Предателем. -Да…прости. – Не знаю, но почему-то со мной это стало случаться слишком часто. Хождение в прострации, мечтание о светлом будущем, анализ поведения… всё слишком стало волновать и забиваться в голове. -Идём. Не присвоило Титании опаздывать на занятия, мало ли чего ребята подумают. Грешник уже давно ждал меня у двери, вместе собранными сумками, пока я пыталась надеть единственный ботинок около получаса. Стыдно, черт возьми. Взявшись за протянутую ладонь, мы покинули дом, отдаляясь от него по знакомому до тошноты пути. Жалко, что наш путь проходит через тот самый порт, где нам приходилось пережить тяжелый разрыв. Но хуже было не именно от этих воспоминаний, а от того, что каждый раз из окна душного трамвайчика открывался вид на восходящее солнце и одиноко сидящую на краю пристани фигуру с растрепанными волосами и развивающимся шарфом. Теперь становиться понятнее, по кому переживает Саламандра и почему Драгонслеер спит на первых уроках. Похоже, именно эти двое больше всех ждут возвращения двух близнецов блондинов. -Нацуми, ты чего такая кислая с утра пораньше? – Ставя кружку горячего шоколада рядом с посетительницей, хозяйка кафе присела рядом в нетерпении узнать причину стольких загадочных вздохов со стороны розоволосой. -Ох, Мира…- Вновь вздохнула девушка, обхватывая кружку руками и поднося её ближе к лицу. Взгляд серых глаз выражал крайнюю степень расстройства и печали. -На такие вздохи есть только две причины.… Да не переживай ты так, вернётся твой ненаглядный! - Загадочно улыбнулась Дьяволица, скрещивая пальцы и кладя на них подбородок. На столь неожиданное «объяснение» у собеседницы мигом вспыхнули щеки, а шоколад отказался течь в горло, вызывая приступ кашля. И всё под невинно-недоумевающее выражения лица Штраус. -Да не в этом дело, Мира-чан! Я за братишку волнуюсь. Он каждое утро пропадает, едва солнце успеет встать… -Неужто Люсеньку дожидается? -Похоже на то… -Ох уж эта любовь!- Миражанна мечтательно приложила ладошку к щеке и блаженно прикрыла глаза. Каждый хвостатый знал, что такими выражениями и действиями девушка записывала в свой длинный список влюбленных ещё одних бедолаг. И она не отстанет от них, пока точно не удостовериться, что эта пара уже чуть ли не законные молодожены. Это странное чувство пустоты, что остаётся рваной раной на том месте, где некогда было самое теплое местечко. Ведь дыра эта рядом с сердцем, ведь дыра в нём самом. И ведь потерянный кусочек нельзя заменить другим лоскутком, нельзя зашить, закрасить или о нём просто забыть. Он один единственный и неповторимый, как сама душа человека. И даже если в мозаике что-то поменяется, то эта дырка останется неизменной. Останется ждать своего единственного наполнителя. Если мы так привыкли к присутствию хотя бы одной светлой макушки то, что же с нами будет, если эти макушки исчезнут навсегда. Уверена, братишка скучает по Люси не меньше чем я по Люсу. Но Нацу не унывает, он просто ждёт. Ждёт и верит, что они вернуться в лучах восходящего солнца. Это одна из лучших его сторон, хоть он и ведет себя, как наивный ребёнок, но это даже только поддерживает и не дает кануть в уныние нашим друзьям. Но как ни старайся, братец изменяет сам себе. Эти глупые поиски мечтания вместо несбыточных стремлений, которые он умудряется сделать сбыточными. Эти витания в облаках и пропажи по утрам изредка показывают себя, хоть он и старается вести себя как раньше. Странно просыпаться по утрам от тишины, а не от громкого храпа на весь дом. Странно видеть на столе гору грязной посуды, вместо того, чтобы встречать его сонного с подушкой в руках и с текущей слюнкой. Он убегает из дома, едва солнце окрасит небо в алые тона. И по пути в школу, мне остаётся только волноваться, не опоздает ли он, не забудет ли он, что экзамены не за горами. Но, не смотря на это, в квартире всегда висит атмосфера веселья. Малыш Хеппи сдружился с братишкой, словно они были знакомы двести лет, а может и больше, и теперь мне приходиться убираться уже за двумя оболтусами, что полюбили всё делать вместе. Они оба заставляют готовить им любимую еду, оба пыхтят над учебниками, потом несутся к мониторам за ответами, ну и, конечно же, крушат дом они тоже вместе. Нацу сильно ответственно относится к порученному Люсом заданию, но такое рвение ему будет даже полезно. Так печальные мысли о близнецах Хартфилиях обходят его стороной и возвращают в прежнее русло. Порой жестока, бывает Любовь, давая свои испытания. Но благодаря им, люди понимают, как прекрасны моменты единения, и как ужасны случаи разлуки. Как бывают, сладки поцелуи встречи после долгой разлуки, и как солены слёзы при виде удаляющейся фигуры возлюбленного. Возможно, и нам дано такое испытание - дождаться. И мы будем ждать, Хартфилии стали неотъемлемой частью нашего мира. Они стали не просто друзьями, для некоторых они лучшие, для некоторых нечто большее… -Сестра…Се-е-естра-а-а! СЕСТРА! – Недовольный рык, раздался прямо над ухом, выводя из глубоких раздумий свою близняшку. -МАМОЧКИ! – Вздрогнув и вернувшись в реальность, девушка по привычке ринулась в сторону ближайшего шкафа. Но, увы, воротник рубашки отказался куда-то исчезать и отдалился в обратную сторону. На что следующим мгновением, розоволосая уже расположилась в руках брата. -Стоять! Я не мама и не бабуся Эльза… - удивленно моргнув на столь забавные слова, Нацуми подняла голову и встретилась со своим отражением в серой дымке глаз близнеца. Поняв, что опасности никакой не ожидается, девушка облегченно вздохнула и вернулась на прежнее место на краю кровати. Оглянувшись, она заметила, что за окном уже смеркалось, а теплый свет от прикроватного ночника окрашивал яркие цвета в более мягкие и убаюкивающие. -На чём мы остановились? -Мы ещё и не начинали. Хеппи, только сейчас отыскал её. – Следя за манипуляциями синевласого, ответил парень. И только тогда, когда кипа исписанных бумаг оказалась на коленях Саламандры, Драгнил и Хартфелий удобно уместились под одним одеялом и отправили нетерпеливые взгляды. -Сказку! – Хором сказали мальчишки и зажали кулачки, не смея сдерживать широких наивных улыбок. Улыбнувшись им в ответ, девушка прошлась взглядом по названию истории, что так старательно писала Хартфилия старшая для своего маленького кузена. -Ну, слушайте… Давным-давно. Когда на зелёной планете царили невиданные существа… -И драконы? -И летучие рыбки?