Вернусь с рассветом

Простить – хорошо, но лучше забыть.

-Давным-давно. Когда на зелёной планете царили невиданные существа, когда понятие «Царь» ещё не зародилось, когда звёзды душой были обделены, когда маленькие феи природу хранили, а большие звери говорить умели. Тогда и случилась эта история… -И чё, ни слова о драконах? Ну, так даже скучно! -Помолчи и слушай дальше! -Нацуми вредная… -Молчи рыболюб! -…Трудяга Солнце ложился в свою черную колыбель, будучи уверенным, что планета сохранит его подарок и не даст своим детям замерзнуть, когда на небе будет царить его младшая сестра. Земля погрузилась в сон, обитатели её тихо сопели, прижавшись друг к дружке. Тишина и Покой пришли вместе с тремя первенцами Луны. Три ярких огонька зажглись на небосклоне, весело заигрывая своими длинными локонами, даря заплутавшему зверьку ориентир в родную норку. Всё живое дало этим маленьким дочерям Луны одно, единое название на всех. Такое же большое, как Вселенная и одновременно маленькое, как семечка в винограде. Такое же единое, как Вода и такое же разделенное, как камни. Имя им было дано – Звёзды. Трёх первенцев Луны, Земля своими красотами манила, и каждый раз они первее матери и сестёр зажигались. Чтобы больше времени у них было полюбоваться высокими горами, да глубокими реками, зеленой листвой или белым снегом, маленькой травой и диковинными существами. Но манил их больше всех Дракон гордый, что был единственным на земле. Это огромный зверь. Он не был птицей, но крылья его защищали любого обиженного и были похожи на крылья тех, что звались летучими мышами. Он не был злым, но охотился всегда на дичь. Он не был старым, хоть и прожил почти век. Его чешуя искрилась, как лава из-под трещин почерневшей земли, гребень из рогов проходил полосой ото лба до кончика хвоста, давая носителю ощущать на себе длинную и плоскую корону. А глаза походили на сгусток солнечного света разрезанный черным силуэтом листочка рябины. Но не знали сестры, что в тех глазах, хранится тоска по бескрайнему небу, по полету между огромными шарами планет или хотя бы облаков. Когда в очередной раз пришло время уходить с небосклона, младшая сестра звёзд крикнула им вдогонку, указывая лучиком на спящего Дракона: -Смотрите сестры, как прекрасен этот зверь! Не сравниться ему ни с кем красотой своей земной, разве только с дядей Солнцем, хотя и то, наверняка… -Погорячилась бы ты сестра, так кричать эти слова. Но в чем-то ты права. Дракон и, правда, велик, но красота его наверняка равна красе дяди нашего. – Ответила ей средняя звезда, что относилась к дракону с уважением, нежели влюбчивая младшая. -Покайтесь, сестры. Не дай бог, Светило услышит вас, не миновать тогда беды вам. Но с вами я согласна. Гордый хранитель покоя Земли равен нашему Солнцу. – Отозвалась старшая сестра, но она не отличалась сильной любовью или уважением к нему. Он просто для неё существовал, как один из детей земных. Но не ведали сестры, что их дядя родной всё же услышал эти слова. И гордыня заиграла внутри него, и решил он извести соперника своего. Яркое и беспощадное сияние настигло несчастную Землю. И вода в озерах стала быстрее испарятся, и трава увядать да желтеть начала, а звери изнывать от жажды. Но Дракону нипочем был гнев Солнца ясного, он скрылся в пещере глубокой, где царила вечная прохлада. Ещё сильнее разозлилось небесное светило, но поняв, что первенца сестры своей ему не достать, решил он хитростью наказать сестёр. Сказал он им, что могут они ступить на Землю и прогуляться по ней под его присмотром пока мать луна спать будет. И согласились они, совершенно не зная, что вернуться они уже не смогут. Легли звёзды на траву пушистую, замечтались, засмеялись радости своей, но не заметили, как Солнце луч свой убрало, отрезая путь домой…» Нацуми отвела взгляд от страниц на кровать, где прижавшись друг к дружке, храпели Нацу и Хеппи. Улыбнувшись им, девушка тихонько встала, отложила письмена на стол и потушила лампу. Эти двое не успели дойти до конца первой главы, но она точно знает. Завтра вечером, они вновь будут сидеть с лицами попрошаек, и выпрашивать у неё продолжение истории. Но самим прочитать, им судьбой не дано… ведь это будет «не столь интересно». Это утро начиналось более обыденно и бодрее, нежели чем в последние дни. Гажила прямо таки и светилась от счастья, пожевывая новенький гвоздик и вспоминая ту сцену, которую им устроила начальница книжной лавочки. Ещё шире улыбнувшись себе самой, девушка гордо вышагивала себе путь до школы. Но, похоже, целой дойти сегодня вновь не судьба… -Ну и как ты умудрилась вновь напороться на тех упырей? – Сверля взглядом брюнетку, синеволосый в который раз оглядывал на ней пару свежих бинтов и пластырей. -Не я напоролась, они на меня! И вообще, чего ты так печешься обо мне, мелочь? – Огрызнувшись, девушка угрюмо сверлила дырку в окне, не желая слушать причитания со стороны МакГарден. Но это только усугубило её положение. С пульсирующей жилой на виске, парень подтянул её лицо ближе к себе за щеку, при этом выговаривая каждую букву с некой раздраженностью. -Л-е-в-и-с. Моё имя Л-е-в-и-с. Не мелочь, не мелкий, не коротышка, не малыш, не микро малявка и даже не лилипут! Ты дикобраз-переросток, повтори! -ЩАС! -Не «ЩАС», а сейчас! -Да поняла я! -МакГарден! РедФокс! Семейные отношения оставьте для дома, а сейчас марш драить бассейн! – Слова злой Скарлетт прозвучали подобно грому, хотя взглянув на её силуэт, «парочке» показалось, что молния действительно блеснула позади девушки. Но слова были её непреклонны, словно королевский указ, а потому прожигая друг друга взглядом, обещая закончить разговор после уборки, пара разошлась по своим местам. -Опять с Гайкой грызетесь? – Тихо прошептал Грей, когда Техник с чувством вылил раствор в ведро. Окинув оценивающим взглядом Айсберга, холодные нотки прозвучали в ухе эксгибициониста. - Ты, прежде чем в чужие дела лезть, оделся бы. -Чё вякнул? -Вниз глянь. -ГРЕЙ! ОДЕНЬСЯ! – Снова этот злобный и нравоучительный рык члена студсовета. Порой она пугает своей наблюдательностью, словно у неё в глазах датчик на нарушения или ещё что-то похуже. Но хорошо знакомый с её кулаками и другими частями тела, которыми можно бить, Фуллбастер быстро ретировался в поисках своей одежки. А Алая продолжила раздавать команды на право и на лево. -О! Класс Нацу-куна снова заставили убираться? – Выглядывая из окна, Марвел указала на бассейную площадку, где вовсю трудился проблемный класс Fairy tail. -И, правда. Вон и сам братишка Нацу. – вытягивая шею и приставляя ладонь козырьком к бровям, вмешался в разговор Кобальт младший. -Опять, что-то натворили, теперь весь класс за ними должен убирать. -Шарли, ты жестока. – Уныло прошептала маленькая «Целительница», на что Кошка только гордо хмыкнула и отвернула голову в противоположную сторону. -Ты не права Шарли, на этот раз братишка Нацу ничего не вытворял. Это была вина Эльфмана. -Эльфмана? -Угу. Он так радовался. Что наконец-то вернулся в школу, что принес всему классу еды. Но он так им размахивал, что случайно попал на голову Эльзы. Ну, та, конечно же, сразу всех утихомирила. -Из-за какой-то еды так наказывать? – Удивилась девочка, что случайно уронила ручку. -Ну, это была не просто еда. А любимое пирожное Эльзы! – Вылез Хеппи, жуя сосиску-осьминожку и протягивая уроненную ручку. -А ты откуда знаешь? -Если бы это была просто еда, то она б их просто угомонила. А за клубничку, она порвёт любого! – поникши сообщил Кот, кидая сожалеющий взгляд в сторону горбящегося Драгнила. -Эльза страшная! – Хором произнесли четверо малых хвостатых, выпрямляясь от бега мурашек по коже и сотрясаясь от фантазии «Эльзы - монстра» -Бедные… - Утирая платочком выступившие слёзы, Венди пожалела наказанный класс. -О! Гезила с Левисом вновь пересеклись! – Вновь потянул шею Ромео, стараясь разглядеть двух ругающихся за мешающим деревом. -Сладкая парочка! – Улыбка Кота полезла вверх, давая румянцу выступить на щеках, а в глазах заблестеть недоброму огоньку. -Я повторяю, меня зовут Левис! -Уйди, коротышка! -Кого ты назвала микроскопической фасолиной, что даже через лупу не видно! -Вообще-то я такого не говорила! Сходи к врачу, тебе слух проверить надо! -Я в порядке! Это тебе нужно проверить зрение и память! -Нарываешься, мелочь? -Меня зовут Левис! -Достал! – Отталкивая парня в сторону, девушка твёрдым шагом пошла в сторону, игнорируя желание врезать в лицо этой «маленькой» проблеме… И так каждый день… Нам просто противопоказано находится рядом друг с другом. Стоит увидеть, как тут же собачимся, но это только на глазах у одноклассников. В обычной жизни, мы уже врятли сможем друг без друга… Возможно именно тогда, когда я случайно столкнулся с ней в переулке, моя жизнь сделала значимую петлю. Она перестала быть скучной и однообразной. Прошлая лавочка, где я проводил часы за прочитыванием очередных книжек, теперь пригревает у себя других прохожих. Эта девушка, всего одним ударом, заставила меня изменить своё мировоззрение, хоть после него я и провалялся в больнице с переломами. А после той драки, в которой Нацу вправил и ей мозги, даже не смотря на то, что она девушка, так её поместили со мной в одной палате. А после я всё же услышал желаемые извинения. Не помню, что я тогда думал, но меня не охватывало чувство гордости или радости. Я был удивлен. Сильно удивлен тем, что даже она может быть милой, не смотря на весь этот пирсинг по всему лицу. Только обидно было за уши, в которые она орала, чтобы я никому не проболтался о её «унижении», ну ещё и шишка прибавилась. Странная она была, вроде смущающаяся, но и дерзкая одновременно. Для меня было ново видеть что-то подобное, даже просто мысль, что такой характер может существовать, оказался для меня открытием. Ну а дальше, она сказала, что хочет меня защищать. Причём так грубо, что отказ так и вертелся на языке, но тогда до меня дошло. Её темный мир был разрушен, и пока она только пытается свыкнуться со светом и другими чувствами, что были противоположны её прошлым. Тогда я сделал самый большой шаг к изменению наших судеб, хотя иногда и жалею об этом. Но с другой стороны… -Держи. Заслужила. – Недоумевающий взгляд впился в мою ладонь, держащую новенький гаечный ключ. Мне нравилось видеть, хоть и мельком, такое выражение её рубиновых глаз. -Чё?! – Заказчица всё-таки приняла мою работу, хотя выражение лица осталось неизменным. Странно, что она вообще пришла ко мне за починкой своей погрызенной техники. Вроде она тоже неплохо в этом разбирается. Так почему же? -Заслужила, говорю… - Эти алые искрящиеся глаза, я не привык видеть в них это чувство. Удивление. Оно ей не подходит. Девушка принюхалась, ожидая от меня какой-нибудь подковырки, ведь сегодня в школе было много всего сказанного. Да и благодарить её за что-либо причин не находилось. Не найдя никаких подвохов, она смело приняла ключ на зуб, но глаза так и задавали этот глупый и ненужный вопрос: «За что?» Но он почти сразу же исчез, стоило языку прикоснуться к металлу, на её лице отразилась гримаса удовольствия и блаженства. Довольно хмыкнув, я принялся за дальнейшую работу. А точнее продолжение операции по спасению бедного ключа. И как она вообще могла подумать о том, чтобы съесть его. Страшная женщина! -Как думаешь, они вернутся? – Пока я работал и раздумывал о её характере, она успела ретироваться и вернуться уже с кружками горячего кофе. Хозяйственная, черт побери… -Кто «они»? -Ну, эти! Болельщица с блондином костоломом… - Только вот с деликатностью она не дружит. -Ты про Люси-чан и её братца костолома? -И почему ты только изменил «Люси-чан»? - Отпивая из кружки, девушка нахмурила брови. Сразу видно, что Люську она недолюбливает, а если вспомнить их первую встречу, так вообще ненавидит. – Так как думаешь? -Не знаю, но хотелось бы, что бы Люська всё же вернулась,… заметила Драгнил? -Да. Эта девчонка почти на каждой перемене заныкивается за дверь и наблюдает за своим братцом-балбесом. -Хорошая у них семья. Идиоты, но преданные. – Откидываясь на стул и вытягиваясь, я с удовольствием отдал ей отремонтированные ключи, на что Гаечка только благодарно кивнула. Может она противная и раздражающая девица, но с ней весело. И я уже точно знаю, без этих рубиновых нахальных глаз врятли долго проживу.