Нас больше чем один. Знакомство

Женщина, закутанная какой-то тряпкой, крепко прижимает к себе трясущегося от страха и холода мальчика. Он тихо всхлипывает, боясь привлечь тех плохих дядек, что притащили их, угрожая оружием, пару часов назад. Они бросили их здесь, в камере, с подстилкой и какой-то тряпкой вместо одеяла. На улице стояла зима, а их вытащили из дома в одной домашней одежде: ситцевом платье и переднике, что были надеты на женщине, и короткие шорты с футболкой — на ребёнке. В фартук она укутала мальчика, ему всего восемь, а он сейчас переживает такой ужас. Нана не хотела, чтобы её ребёнок вообще такое видел даже по телевизору, что уж говорить про жизнь. Её сейчас волновал исключительно сын, что мёрз в этой промозглой камере. Она не знала, что делать, было страшно, а неизвестность давила ещё больше. -…Спите, дети, сны в лукошке Под подушкой тихо спрячу, Щечки в тёплую ладошку Засыпай скорее, крошка*… — напевала Нана, тем самым пытаясь успокоить не только себя, но и Тсуну, что уже начал икать от плача.

***

Савада сонный взгляд переводил то на сковородку, где жарились грибы для макарон, то на никак не хотевший закипать чайник, макароны уже стояли в сторонке и ждали своего часа для готовки. Сегодня ему что-то снилось, что-то не очень приятное, но он никак не мог вспомнить, что его заставило подорваться с кровати три часа назад, отчего он первый час своего бодрствования и решил провести над тем, чтобы спрятать все свои записи. Пришлось сначала включать компьютер, искать обложки какой-нибудь манги, распечатывать её, а уже потом сложенные листки укладывать в них и ставить на полки. Осталось только как-то папки замаскировать и можно будет легко впускать Реборна в комнату, не пронюхает ничего, чертяка такая. Поджарив достаточно грибы, Тсуна стал заранее подготовленное молоко с травами заливать в них, и в этот самый момент заявился слегка помятый киллер. Тсунаёши его шаги ещё на лестнице услышал, но решил сделать вид, что тот удивил его своим появлением. — Утро, — буркнул брюнет, хватая за варившейся чайник, отчего шатен подпрыгнул и как бы случайно слегка обрызгал туфли репетитора. Тот на это только цокнул языком и пошёл к шкафу над мойкой, в котором хранились чашки. — Х-хорошо спалось? — попытался спрятать злорадство под растерянностью Савада, ведь Нана и он специально поселили так внезапно нагрянувшего гостя в небольшом чулане на полу, при этом сделав невинный вид и сказав, что, мол, не готова гостевая спальня, и ему придётся ночку перекантоваться так. Тот просто не мог отказать доброму и милому Нане, впрочем, он не один такой, у этого милого омежки прямо талант на такое. — Замечательно, — с хорошо скрываемым сарказмом ответил тот. — Это хорошо, — кивнул шатен, начиная натирать сыр прямо над сковородой, — а то мы с мамой волновались, что ты плохо выспишься, — улыбаясь, весело проговорил он. — Ах да, завтракать будешь? — обернулся он на него всего на секунду, Реборн уже сидел за столом и пил растворимый кофе, слегка жмурясь от отвращения. — Это съедобно? — приподнял он одну бровь, поднимаясь и выливая почти полный бокал в раковину. — Раз мы с мамой ещё не отравились значит «да», — надул губки Тсуна. Сейчас он был очень искренним, в первый раз со вчерашнего дня. — А и если хочешь кофе, мог сказать, я бы сварил, а тот я использую только когда спешу и нет времени варить. — Тогда буду, хоть в чём-то ты должен быть хорош, никчёмный Тсуна, — проговорил брюнет, садясь обратно и исподлобья следя за уверенными движениями парня. Сегодня он был одет скромнее, чем вчера, вместо коротких шорт штаны, но футболка осталась той, что кокетливо свисала с одного плеча. — Злой вы, Реборн, — вздохнул Тсуна, беря макароны и добавляя на сковороду. — Так кофе варить? — обернулся он, скрестив руки на груди. Реборн, хмыкнув, горделиво кивнул и отвернулся к окну, мол, разговор окончен. Парень, закатив глаза, отвернулся в сторону полки, где лежала турка. «Мы прямо жёнушка…» — с ноткой недовольства протянул Ангел. «Окстись, ехидна, не надо нам такого счастья, — с трепетным ужасом пробормотал Демон, вздыхая. — И послал же Бог репетитора, не мог там Девятый кого по лучше найти, а?» «Сам знаешь, что нет… — вздохнул с ним в унисон Савада, ставя турку на плиту и выключая конфорку со сковородой. — У нас тут такая легенда, что мог справиться с нами только этот… Блин, вот и надо было нам так лохануться?! Надо было не продолжать поддерживать имидж предыдущего, но вы такие: «Это будет прикольно, ну давай потроллим!» «Тсуна, не кипишуй…» «Мы выживем…» «Тут надо добавить наверное», — произнёс мысленно шатен, замолкая. Теперь он весь был поглощён варкой кофе. Когда кофе закипел и побежал наверх, Савада стал переливать его через мелкое сито в кружку и, удержавшись от добавления остатков молока с травами для готовки, он отдал напиток киллеру. Тот, пригубив напиток, меланхолично произнёс: — Неплохо, — и продолжил пить, пока шатен раскладывал завтрак по тарелкам. «Тогда в следующий раз я тебе туда яда подсыплю!» — зашипел про себя парень. Присев за стол, Тсунаёши пожелал приятного аппетита и начал есть. Реборн слегка обиделся, что еду ему пришлось накладывать самому. «Ничего, у нас тут самообслуживание, — пропел злорадно Ангел. — Пусть хоть так попахает. Ручки, надеюсь, от такого не отвалятся?» Хмыкнув, шатен продолжил жевать. Закончив трапезу, репетитор, потянувшись, достал из кармана пиджака записную книжку. Мужчина подошёл к парню, что складывал грязную посуду в мойку и кашлем привлёк его внимание к себе. — Это твой распорядок дня, — выдернул он бумажку из ежедневника и засунул её под резинку небрежно собранного пучка волос. — И не смей сегодня прогулять школу, а иначе отправишься туда за шкирку со мной, и мне будет всё равно, что после этого будут говорить ученики, — махнул он рукой, отвернувшись от разгневанного взгляда Савады, и пошёл наверх собирать вещи, решая самому приготовить для себя гостевую комнату, потому что повторно он не будет ночевать в этом «гробу». Савада, поморгав пару раз, глубоко втянув воздух и также выдохнув, вытянул листок из-под резинки.

«Распорядок на сегодня для никчёмного Тсуны: 1. Дойти до школы; 2. Обязательно дойти до школы; 3. Дойти до класса; 4. Познакомиться утром с новичком; 5. Участвовать в волейбольном матче.»

— Реборн, чтоб тебя черти драли! — разнеслось на весь дом, отчего проснулся Нана. Спустившийся вниз Савада-старший увидел, как Тсуна, вымещая всю свою злость на листке бумаги, с садисткой улыбкой разрывая его медленно на кусочки, прямо смакуя это. — Тсу, ну не нужно быть таким злым… — произнёс он, подходя к сыну и, обнимая того за плечи, прижимал к груди. — Что такое произошло? — Ре-е-еборн, — всхлипнул тот, прижавшись. — Он с нами случился, мам, он. — Ну, Тсу, ты же сам хотел, чтобы так было, — начал гладить он Тсунаёши по голове, тот сразу от этого жеста начинал успокаиваться. — Ты у меня сильный, справишься, да и Дем с Аном тебя не бросят, ведь так? — Да! — звонко произнёс парень, и в его глазах заиграли голубые и синие всполохи. — Ещё бы мы его бросили… — закатил глаза уже с красным сиянием тот. — Вот, так что выше нос! — засмеялся Савада-старший, отрывая от себя успокоившегося и начинающего улыбаться сына. — День только начался, и грустить ещё слишком рано. — Да! Мы ещё покажем им!