Интернат

Дин пытается прийти в себя и поднимается с пола. В голове бьет сигнал «Уходи отсюда. Нужно уйти отсюда. Сейчас.» Дин решает пешком вернуться в интернат и запирается в ванной. От захлопнувшейся двери оба братья проснулись и ждали, когда Винчестер выйдет, но этого так и не произошло. Уилл постучался: «Эй, Дин! Ну ты скоро? Через тридцать минут занятия!» В ответ лишь тишина.  — Дин? — спросил Джек.  — Уйдите!  — С тобой всё нормально? Ты пойдешь на уроки?  — Скажите, что я плохо себя чувствую, приду к третьему уроку.  — Ладно, — пожал плечами Джек, — если что, обратись к медику, он на первом этаже. На урок не опаздывай. Математику опять Новак ведёт. С Дином совсем всё ненормально. Он чувствует одновременно и то, что влюбляется в Кастиэля, и одновременно понимает, что Новак с ним всего лишь играет, как кошка с мышью. А ведь должно было быть всё наоборот. Что он с ним сделал? Дин съезжает спиной по холодному кафелю. Внутри словно какой-то давящий комок. К этому ко всему приплетаются мысли, что он совершенно одинок. Со стороны отца нет и не было никогда никакой поддержки. Большую часть времени ему всё равно на Дина, он мог творить что угодно, до этого момента. Мать погибла в аварии. Дин винит себя в её смерти. Тогда в машине они спорили, из-за чего Мэри отвлеклась и не справилась с управлением. Картина была ужасная, особенно, когда маленькая Сэм узнала что произошло. Она плакала целый месяц и ещё пол года пыталась смириться с этим. К счастью, маленькой сестренке удалось это забыть, а вот Дина это настигает до сих пор. Чувство вины, одиночества и абсолютного хаоса как в голове, так и в жизни. У Дина начинает болеть голова до такой степени, что он не может это терпеть. Гнетущие мысли пожирают его мозг и вновь тянут на самое дно. Эти воспоминания о Его касаниях… Возбуждают. Дин чувствует себя грязным. Винит себя. Пытается переубедить себя, что он это всего лишь придумал. Ничего не было. Но это не помогает. Дин после двух часов, проведенных на холодном кафеле, приходит в себя и решает пойти на урок. Рваные черные штаны на коленях, черные конверсы и белая незаправленная рубашка на размер больше. В этот раз совершенно всё равно что надеть. Он спускается вниз. По пути на него глядят с интересом, даже здороваются, но Дину на это всё равно. То, что происходит у него внутри — сейчас намного важнее. Продержаться бы еще три урока. Особенно урок математики. Он подсаживается к одному парню. Здесь было мини-кафе. Частный интернат, так что это не удивительно. Дин заказывает мятный безалкогольный коктейль со льдом, алкогольных тут не бывает. Этого парня, который сидит рядом с ним зовут Кай Миллиган, тот ещё засранец. У него всегда найдется что-то покрепче, чем простой коктейль.  — Кай, мне херово. Помоги, а? В долгу не останусь.  — Понимаю, — Кай достал маленькую фляжку и чуть-чуть незаметно подлил что-то Дину в коктейль.  — Спасибо, — Дин покидает кафе вместе с коктейлем и трубочкой, и отправляется на урок. Кастиэль как обычно сидит в кабинете и заполняет какие-то бумаги. В этот раз на нём белая рубашка, галстук, черный жилет, брюки, ботинки. Джентльмен, мать его. Стоило Дину пересечь порог, как всё тело напряглось, будто бы вот-вот на него кто-нибудь нападет. Сердце бьётся быстрее и он ощущает панику, но старается не подавать виду. Садится подальше от Новака, насколько это возможно. Воспоминание не выходит из головы. Кастиэль наблюдает за ним, словно датчик движения, замечает его неряшливый вид и эта черта Дина ему нравится. Садится назад — значит побаивается. Это заметно по его напряженной спине.  — Дин, сядь за первую парту. Тебе нужно написать контрольную, — произносит Новак, не сводя с него глаз. К горлу подступает возражения, но по какой-то причине, парень не может и звука вымолвить. Он автоматически пересаживается. «Послушал? Надо же!» — думает Кастиэль, при виде того, как Винчестер послушно пересел. Раньше бы он этого не сделал. Он по прежнему сильно напряжен.  — Останешься после урока, тебе нужно написать тест, ты его пропустил, — Кастиэль смотрит из-под низу. Парень не осмеливается двигаться и кажется даже дышать. Всё тело парализует под его взглядом. «Да что с тобой такое? Где прежний Дин?» — кричит голос в голове Дина. Алкоголь помог усмирить боль в голове, но расслабиться никак не получается. Урок начался. Уилл и Джек опоздали и удивились, что Дин за первой партой. Оба сели назад.  — Сегодня вы просто посмотрите фильм. Все радостно заулюлюкали, кроме Дина. Всю пару Дин пытался сосредоточиться на контрольной. Это, на удивление, у него получалось. Из-за того, что в классе выключили свет, он и вовсе забыл про Новака. В конце урока ему пришлось остаться. Кастиэль дал тест и проверял контрольную.  — Дин, у тебя тройка.  — Угу…  — Что угу? Ты когда из двоек и троек вылезешь?  — Когда рак на горе свистнет, — язвит, значит всё нормально. Кастиэль закатывает глаза.  — Назначу тебе консультации после уроков. В этом же кабинете.  — Что?! — Дин вскакивает из-за парты. Эти консультации не предвещали ничего хорошего. Такая реакция Кастиэля немного удивила.  — Консультации. Мне нужно, чтобы у тебя вышла нормальная оценка.  — Не надо! Я сам!  — Сам ты не сможешь подготовиться к контрольной работе. Плюс ты должен переписать двойки. Обсуждать тут нечего. Дин сдаёт недоделанный тест и пулей уходит из кабинета. «К черту эти консультации! Ни за что на них не пойду! Катись в ад, Новак! Надо же, а вот и старый я… Алкоголь творит чудеса» Он пересекся с двумя братьями у кабинета биологии.  — О, Дин, ты как? — спросил первым Уилл.  — Где ты пропадал?  — Опустим тему, где я был. Я в порядке. Разговаривал с мистером Кетчем, он разрешит нам выступить на ближайшей вечеринке через две недели. В честь нового года.  — Ого! — воскликнул Уилл, — вот это новость! Мы успеем подготовиться?  — Конечно, у нас две недели. Плюс мы некоторые песни уже отработали. Отпад! — сказал Джек, — как назовемся? У Дина на лице выступила ухмылка: «Адские псы. Как вам?»  — Адские псы? Нам подходит — усмехнулись братья, взглянув друг на друга. Но была проблема. Как бы Новак до него не докопался с математикой… В течении двух недель эта тройка засранцев большинство времени проводили в музыкальном классе и Дин старался не попадаться на глаза Новаку и всегда быть с кем-то рядом. Того числа, когда намечалась вечеринка, у него был и день рождения. Фраза Кастиэля «Не выводи меня, иначе на твоё восемнадцатилетие не сможешь ходить» его очень тревожила. К тому же на консультациях он так и не появился. Было подозрительно, что Новак его так и не поймал. Наступил день вечеринки. Все собирались в специальном месте. И учителя и ученики. На столах было множество вкусностей, в центре танцпол и напротив сцена. На сцену вышел ведущий и объявил начало.  — Добрый вечер, дамы и господа! Добро пожаловать на предновогоднюю вечеринку! Дин, Уилл и Джек стояли за кулисами. У Дина в руках был маленький стаканчик с какой-то жидкостью в виде колы. Одет он был также неряшливо.  — Это кола? Можно мне? — Джек как всегда выхватил и хлебнул. А это оказалась вовсе не кола. Его лицо сразу же скривило. Он закашлял, — что это?  — Вот прежде, чем хлебать что попало, спрашивать надо! Это мне для храбрости…  — Адские псы! — воскликнул ведущий.  — Наш выход. Сцена затемнилась и парни встали по своим местам. Джек за барабанами, Уилл с гитарой, а Дин у микрофона. На всех них надеты новогодние колпаки. У Джека подкрашены глаза. Ему, кстати, идёт. У Дина клок волос — черный. А у Уилла черная гитара. (исполнялась песня I Don't Care — Fall out boy, читателю рекомендуется послушать, чтобы прочувствовать атмосферу) В толпе сзади сидел Кастиэль со своими знакомыми и пил явно что-то покрепче колы, и конечно же, наблюдал за этим засранцем на сцене. Судя по всему, песню писал сам, его стиль. Такой дерзкий, наглый, неуравновешенный… Дин пересекся с ним глазами. Парень увидел как в его глазах горят огоньки и это прибавило ему ещё больше уверенности. Дерзость проявлялась в его мимике. (музыка в этот момент на фоне 2:53) Когда песня закончилась, Дин тяжело дышал и смотрел прямо на Кастиэля. В толпе все аплодировали и просили ещё. Кастиэль перевел взгляд на своих знакомых, которые ему что-то говорили. Дин фыркнул про себя. Специально меня игнорирует. Джек с Уиллом вдруг подошли к микрофону.  — Мы хотели бы сегодня поздравить нашего друга, который нас изменил в лучшую сторону, если вы не против! Сегодня ему исполнилось восемнадцать! Дин где-то в сторонке замер.  — Мы поздравляем тебя с Днем Рождения Дин! — послышались аплодисменты. Парень поклонился публике, обнял своих друзей. Братья поднесли гирлянду и Дин навесил её на себя. Следующая песню он должен был исполнить сам. На сцене совсем немного подсвечен был лишь Дин. (Песня, которую исполнял Дин — BITE — Troye Sivan) Кастиэль, услышав, что Дину исполнилось восемнадцать, поддался вперед, чтобы лучше слышать. Вот засранец, никому не сказал! Надо будет его "поздравить" На сцене Дин выглядит очень мило, будто подарок на новый год. Мне. После уже была просто светомузыкальная вечеринка. Парням за старания, подарили по подарку. Слишком большое внимание со стороны девушек к Дину напрягало не только самого Дина, но и Кастиэля. Одна его даже мягко говоря, поцеловала. Дин в состоянии легкого опьянения не оттолкнул её. Увидев через неё до ужаса ревнивый взгляд Кастиэля, сразу же оторвался и сказал, что «Нужно побыть одному» и ушел из зала на второй этаж. Кастиэль сжал кулаки, увидев, что трогают Его и через две минуты последовал за Дином. Lost The Game — Two Feet Дин оперся об стену спиной и допивал свою «колу» в коридоре, напевая песню. Он о чем-то задумался и не заметил, как перед ним появился из ниоткуда Кастиэль.  — Черт! Напугал!  — Хотел поздравить тебя с днем рождения, — чуть ли не промурлыкал Кастиэль.  — Спасибо, — такое поведение Новака — Дина напрягало. Не понимаешь чего ожидать.  — Что это ты пьешь? — Кастиэль принюхался и слегка нахмурился.  — Неважно! — Дин отвел стакан от любопытного носа.  — Виски? Где ты это достал?  — Я же сказал, неважно. У меня сегодня день рождения! Сделай подарок, не учи меня морали. Сам вон…подвыпивший.   Кастиэль усмехнулся.  — Что это за девушка?  — Какая? А…Да не знаю. А тебе то что?  — Как-то странно целоваться с другими, когда любишь кого-то другого, — Кас резко перешел на холодный тон.  — Ну это её право.  — Я о тебе, — взгляд у Новака был такой, будто он еле сдерживал себя.  — Откуда тебе знать, кого я люблю?  — Ты любишь меня.  — Пхах, что? Новак, ты много о себе думаешь, — Дин попытался уйти, но Кастиэль перекрыл ему проход, зажав у стены. Он развел ноги Дина и подставил свое колено под его пах.  — Что ты, мать твою, делаешь?! — Дин вздрогнул.  — Я не позволю трогать моё, — слова обжигают ухо.  — Пусти! Иначе я буду кричать!  — Ох, поверь мне, Винчестер, ты будешь кричать, но не здесь, — ухмылка.  — Ах ты…! Кастиэль впился в него губами. Дин не сразу ответил взаимностью, потому что отрицал то, что он влюблен в него. Но это так. Он не может это отрицать и поэтому позволяет утонуть себе с головой. Язык Кастиэля заставляет разомкнуть губы и пробирается дальше. От такого поцелуя у Дина в животе всё сдавливается, а ниже живота даёт знать о себе возбуждение. Кастиэль отпускает одну его руку, которая в дальнейшем пытается его оттолкнуть. Дин чувствует чужую руку у паха и вновь вздрагивает, приподнимаясь на его колене. Рука Дина расслабляется. Кастиэль отрывается.  — Твой подарок — это я, — после этих слов, он берет за руку Винчестера, заводит в пустой класс, закрывает дверь на замок, и толкает Дина к столу.  — Кас, что ты…? С учетом того, что у Дина никогда не было с мужчинами, его пятая точка изрядно паникует.  — Я буду нежным, — Кастиэль усмехнулся, взял Дина за ноги и усадил на стол. Очень быстро они оба оказались без лишней одежды. Кастиэль стянул с него брюки, оголяя полностью. Дин чувствовал себя уязвимым. Перед Кастиэлем он полностью обнаженный. Он явно не собирался быть с ним нежным.  — Черт, какой ты красивый, — произносит Кас. Дин краснеет от таких слов. Кастиэль вновь его целует и переходит от губ до шеи, затем до живота. Затем откуда-то из кармана достает смазку и наносит себе на член.  — Будет немного больно, потерпи, — произнес Кастиэль и вошел в Дина, до этого разработав тщательно растянув. Наблюдать, как Дин извивается и скулит от чужих пальцев внутри себя — одно удовольствие. Винчестер почувствовал вспышку боли и прижался сильнее к Кастиэлю, ища поддержки.  — Вот так, хороший мальчик, — произнес над ухом Новак и прикусил мочку. От Дина послышался стон, который ещё больше возбудил Кастиэля. Он начал толкаться внутрь, постепенно набирая темп. Мышцы послушно растягиваются, отдаваясь болью. Кастиэль не даёт коснуться Дину своего члена, отчего тот обиженно скулит. Кастиэля это умиляет. Он знает, что Дин гордый и сам не попросит. Дину остается только подчиняться. Ощущение члена Кастиэля внутри — сводит с ума и растекается по всему телу. Дин специально сдерживается от стонов и криков, что Кастиэля злит и он уже полностью забывает о своем обещании, и трахает жестко, тем самым вырывая крики из Дина, которые ласкают слух. Член Каса проходится по чувствительным точкам, отчего перед глазами Дина — искры. Вскоре он кончает в и Дин чувствует, как сперма растекается по его внутренним стенкам. А вот плоть остаётся без внимания.  — Хочешь, чтобы я прикоснулся к нему? — от таких пошлых вопросов, Дин краснеет вновь. Жар разливается по щекам,  — Я прикоснусь, если ты скажешь это вслух.  — Прикоснись ко мне, — чуть ли не молит Дин. Алкоголь затмил разум и он сам не понимает, что говорит. После этих слов Кастиэль взял его член в рот. У Дина перехватило дыхание. Парень прогибается в спине.  — Черт, Кас! — стонет Дин. Настолько стыдно ему не было никогда. Кастиэль издевается над ним, то ускоряя темп, то замедляя вновь. В конце концов Дин уже умоляет и кончает, всё внутри сводит от удовольствия. Кастиэль выпрямляется и сжимает подбородок Дина. Дин тяжело дышит.  — Ты мой и не чей больше, понял? Дин может лишь кивнуть.  — Отлично, а теперь едем ко мне.  — Зачем?  — Будешь отрабатывать пропущенные консультации, — усмехнулся Кас, целуя его в щеку. У Дина открылся рот. Он позволил себе утонуть, сломать себя. И сломался.