Дневник.

Они не общались полгода с тех пор, как он неожиданно уехал в тур по Америке, забив на всё, что они так кропотливо с Тиной строили. Чем он руководствовался, она не знает. Иногда сомневается, любил ли её. Все эти месяцы Тина находилась в состоянии неопределенности и могла избавляться от накопившихся вопросов только в своём дневнике. Чувства, которые он в ней пробудил, нельзя было просто заглушить одним сеансом психолога. Она верно ждала его решения, хотя и знала по слухам, что тот снова с Настей. Истерзанная душа отказывалась верить, что Потап может её бросить. Он никак не попрощался - это давало надежду наивной малышке. И вот, сегодня они увиделись. Столкнулись в буквальном смысле слова в толпе артистов, ожидающих своего выхода на сцену для репетиции. Потап, совершенно не смотрящий себе под ноги, едва успел ухватить за ручонку субъект, который чуть не снёс, и увидел копну чудо-пшеничных волос. Девушка недоуменно подняла голову на того, кто перед ней так внезапно оказался, оправляясь от небольшого испуга. Он посмотрел в её лазурные глаза и...потерял среди других артистов. В этот вечер она всё-таки сделала звонок. А он взял трубку. Вот только Тина не знала, что надо говорить. Приезжай? Мне не хватает...чего? Я хочу к тебе? Ей нужен был просто он. Хотя бы его голос. Они молчали так порядка минуты, и Тина была удивлена, что до сих пор не прозвучало элементарного «алло». - Лёш, - произнесла наконец, - я скучаю по тебе. - Я тоже, - он ответил, как и она, шёпотом. - Мне одиноко. - Но ты ведь не свободна? - Ревниво и глупо с его стороны было вспомнить об Антоне. - Я никому не нужна. - Ты нужна! Я просто не знал... - Лёша-Лёша, - на душе вдруг стало горько. - Я понял. Ты пустишь? - Ммм? - Я где-то за городом, еду со съёмок. Сейчас развернусь, и к тебе. - Ты уверен? А Настя? - Плевать, на самом деле. - А при чём здесь Настя? Я еду, Тин. Тина выдохнула с облегчённым сердцем. Ох уж эти слухи. - Будь внимателен. Метель такая невыносимая... Не говори за рулём! Я отключаюсь. - Лечу, милая-я. Тина бросила телефон на тумбочку, немедленно подорвалась с кровати и быстро убрала все неровности на одеяле, которые образовались после её долгих часов грусти. «Ты ведь не свободна?» - к чему это?.. Ведь знает, какая преданная. Тина ломала себе голову, пытаясь понять, когда что-то пошло не так. Встречаться несколько месяцев, чтобы потом пропасть из жизни, и как ни в чем не бывало задавать странные вопросы. Очевидно, он во время разлуки одиночеством не страдал. В главном отделе холодильника как всегда только пара коробочек с готовой диетической едой, а мужчину этим не накормишь. Она приготовила лучшее, что могла на тот момент, закинув два куска мяса в гриль, который всё сделал сам. Клетку попугая Аркадия она накрыла тканью, чтобы он не мешался. Тина никогда не любила держать на кухне верхний яркий свет, и вечером оставляла только скромную, иногда издающую странные звуки, лампочку над столом. Создавалась уютная, а, если надо, и интимная атмосфера как при свечах. Обойдя стол, она тихо хлопнула по его краю и взяла из мини-бара бутылку вина. Место готово, но ей всё ещё не верилось, что она увидит ЕГО. Над одеждой Тина не думала совсем, оставшись в привычном ей тогда синем длинном платье в белый цветочек, фишкой которого были два выреза: под грудью и на спине. Во дворе загудела подъезжающая машина, Тина открыла ворота с помощью специальной панели, и на территорию дома заехал тёмно-синий внедорожник. Она наблюдала, как Потап поставил машину в гараж и на своих двух пошёл к дому. Сердце почти выпрыгивало из груди, так оно бешено билось в ожидании гостя. В животе появилось ощущение тех самых неистовых бабочек. Как же ей этого не хватало. Тина открыла дверь, жмурясь и ёжась от мороза этой глубокой ночи и снега, тающего на её щёках. Из-за угла дома показался Лёша, интуитивно посмотрев наверх, на крыльцо, и увидел приоткрытую ему дверь, но следов любимой не было. Смотря под ноги и сурово стуча по лестнице, он поднялся, пару секунд потоптал ногами на месте, чтобы отряхнуть налипший по пути снег с ботинок, и вошёл в дом. В его объятия бросилась девушка с такой скоростью, что он не успел разглядеть её прекрасное личико, увидев уже только макушку. Она уткнулась лбом в его грудь, потом носиком в шею, показывая как скучала. Медленно ведя ладони по его плечам, Тина встала на носочки. - Доброй ночи, - прошептал Лёша, скрещивая тёплые руки на том уровне, где ощущалась её обнаженная спина. Он обладал подлым умением - одним словом сносить крышу. Она резким движением зацепилась руками за его воротник и с огромным желанием слилась с его губами. До чего страстное приветствие... «К чёрту всех твоих Насть! Сейчас ты мой», - вертелось в её мыслях.