Дневник.

Она резким движением зацепилась руками за его воротник и с огромным желанием слилась с его губами. До чего страстное приветствие... «К чёрту всех твоих Насть! Сейчас ты мой», - вертелось в её мыслях. Тина скучала по этому ощущению. Как он умело целуется, не выходило из памяти. Он отвечал на поцелуй откровенно, но не пошло, при этом сохранял внешнее спокойствие в отличие от Тины, лишь немного меняя положение своих рук на её теле. Ей было сложно себя сдерживать, она покачивала головой, иногда вцеплялась ногтями в его шею и сильнее прижималась к нему. Это продлилось минут пять, пока Потап не понял, что его подруга жутко промёрзла; её стало потряхивать, ведь дверь никто так и не закрыл. Они медленно разорвали связь своих губ, но Тина потянулась за ещё одним, коротким поцелуем. - Подожди, - шепнул Потап ей в губы и легко улыбнулся. Он отошёл, быстро прокрутил ключ и стал закрывать на верхний замок. Он повернулся к ней и присвоил Тину на её законное место, в свои руки. Она ещё ни разу не улыбнулась, но смотрела на него с восхищением, с искоркой в глазах, приоткрыв губы. Неописуемо скучала по этому подонку. В дневнике месяц назад она на эмоциях написала так: «Когда же судьба сведёт нас снова? Я не знаю, как связаться с ним! Я не знаю, где он и с кем... Но я так скучаю... Я хочу к тебе, подонок!» - Я пришёл, - в своём неизменном тоне сказал Потапенко и попытался снять куртку. Тина принялась помогать и сама потянула за собачку вниз по тугой молнии. Какие флэшбеки она испытывала! Словно это обычный вечер и всё по-старому. Не удержалась, привстала и поцеловала его. Хотела совсем легко, но задержалась дольше, наслаждаясь мягкостью его губ, и поцелуй затянулся. Потом она убрала его куртку в шкаф, а когда обернулась, он уже снял и обувь. - Ты со съёмок...Наверное, хочешь в душ? - Заговорила неловко Тина. Хотя мысли обоих были полны другим. - Там успел помыться, - он махнул лапой. - Тогда пойдём тебя кормить. - О, фортануло, - первая шутливая нотка за этот вечер. Тина толкнула его локтём, заулыбавшись, и подбежала к грилю. Лёша успел осмотреться и присвистнуть, заметив желанный напиток на столе. - Когда ты успела всё подготовить? - А? - Мощно вылетело из её груди, пока та украшала, как могла, стейк свежей зеленью. - Я ничего не делала. Лёша тронул пальцем висящий на лимонном деревце красный шарик. Дерево стояло возле его места. - Налетай, - она маняще улыбнулась, поставив перед ним чёрную квадратообразную тарелку. - О-о-у! - Он заговорил не своим голосом, увидев заманчивый вырез на платье под грудью. - Это тоже мне? - Ешь, приятного аппетита, - кладя на это место руку, захихикала она. - Захочешь ещё, скажи. Она села напротив. Потап отрезал ножом продолговатый кусочек мяса и поднял его на вилке, рассматривая. - Ммм, прожарка rare, - он поиграл бровями и запихнул кусок в рот. - Ммм! Мм...- зажмурился от удовольствия. - Охуенно! Кароль... - Замолчи, - смутилась та. «Веня два месяца не выезжал из Лондона, и я вообще не готовлю. А я хочу готовить. Как могу. Для тебя. Помню все твои предпочтения в еде». Спустя какое-то время Потапенко сообразил, быстро справился с бутылкой и налил напиток в два бокала. Тина никак не могла придумать тост. - За..? - Заебали все, - хрипнул он, вертя кристальный бокал в руке. - Ты прав, - она смущенно прикрыла глаза тыльной стороной ладони, - и всё-таки? - За печень, которая терпит наши выкрутасы с алкоголем. - Теперь пить не хочу, - обиделась Тина, оставляя бокал на столе, и поднялась. - Ну я ж пошутил!.. Она встала у окна, задевая двумя пальцами жалюзи. Потапу открылся вид на её трогательную спинку, видневшуюся сквозь нежный водопад золотистых волос. Он взял в другую руку её бокал и подошёл, мурлыкая что-то романтичное. - Держи. Тина приняла бокал и вдруг решила сказать: - Цветы, которые ты подарил перед уездом, стояли ещё три недели, - она вглядывалась в вино, напоминающее ей бордовые розы, преподнесённые мужчиной. - Кто-то очень кропотливо за ними ухаживал, бубусик? - Произнёс Лёша, задевая пальцами её плечо. - До последнего не хотела их выбрасывать. Тосковала без тебя. И почему ты неизменно называешь меня так, как будто я маленькая? - Она обернулась. - А ты взрослая? - Они попутно чокнулись. - Да, - улыбаясь, она попробовала вино. - У меня где-то был сыр. Хочешь? - Не. Ты же взрослая. Разговор не о чем. Он явно не собирается сегодня «исповедоваться» ей. Она вела дневник и тогда, когда у них начинались отношения: «Сегодня 8 марта! И я не могу вспомнить, когда этот день в последний раз приносил мне настоящую радость. Но сегодня! Лёша Любимый пришёл ко мне в пять утра, потому что позже у него самолёт, и просто с порога впервые признался в любви. Мы провели милые часы вместе. Он рассказал много смешных историй, а я хохотала как ненормальная! Сейчас уже вечер, а живот до сих пор побаливает от смеха». Тина смутилась и допила до дна. Потап последовал её примеру и отставил бокалы на подоконник. Он только успел посмотреть на неё, как Тина обвила его шею и поцеловала вновь. Отчасти он был удивлён её открытости. Они целовались в тишине, прерываемой редкими причмокиваниями их губ и тихими завываниями вьюги. Тина постепенно отклонялась назад из-за своего роста, заставляя его сгибаться, и в порыве чувств приобнимала его ногой за бедро. Но и Потап не терялся. Он до предела сжимал её талию, порыкивая, а когда первый её стон прервал их поцелуй, не медля перешёл на шею. Он целовал вразброс, иногда попадая на волосы, которые и мешали, и одновременно безумно привлекали его. Тина откинула голову назад, задевая ею раздвинутые жалюзи, и тихонько застонала. Она поглаживала мужчину по голове, пока он целовал её, и вдруг обратила внимание на пустые бокалы. - Хочу ещё вина. Потап посмотрел на неё, нехотя отвлекаясь от своего занятия, ведь он почти добрался до заветного выреза на платье. Тина победно хмыкнула; он так сильно обнимал её, не хотел отпускать. Миг, и он хватает её на руки. Она пискнула, вцепляясь в него руками и ногами. Потап быстро поцеловал её и усадил на стол. - А есть что-нибудь покрепче? - Протягивая ей уже полный бокал, спросил он. - Мы же не хотим затуманить себе рассудок до нуля. Это у нас всегда плохо заканчивалось. Помнишь? «Сегодня ночевала у Лёши. Вечером он намешал нам какой-то коктейль, после которого меня понесло! Как сейчас стыдно. Хорошо, что только он видел меня в этом состоянии, и никому не расскажет». - Какая строгая Тиночка, а плётка имеется? - Может, найду, - замечталась она, проводя свободной ладошкой по его груди, животу. Потап взволнованно напряг своей пресс. Она дотронулась до бляшки его ремня и с энтузиазмом схватилась за неё. - Нашла. Он посмеялся коротко и предложил выпить на брудершафт. - За киевские ночи, Лёшенька. Они выпили. Второй бокал был куда приятнее. - А почему киевские ночи, Тин? - Он подошёл к ней ещё ближе и взялся за её колени. - Я люблю их, - она немного раздвинула ноги, но этого хватило, чтобы Потап взялся и втиснулся между ними. Это вызвало у неё непроизвольный вздох. Она сглотнула и почувствовала собственное напряжение, когда он приблизился к ней. Снова её любимое - его поцелуи в губы. Потапенко становился внешне только спокойнее, вальяжно оперевшись одной рукой о стол, а другой держа её за талию. Тина, согнув руки в локтях, обнимала его за шею. - Ты любишь ночи, а я тебя, - сказал он и несколько раз поцеловал её ключицу.