Зима
6 февраля 2021 г., 23:51
— Что могло произойти, что ты оставил меня мерзнуть в постели одну? — спрашивает эллет, открывая дверь в кабинет супруга. Трандуил, склонившись над написанием ответа, усмехнулся ее упреку и отложил перо, повернувшись лицом к ночной гостье.
— Не хотел тебя будить.
— Тебе это не удалось, — пожимает острыми плечиками Королева, кутаясь в вязаную шаль, наспех схваченную с кресла в спальне. Она аккуратно присаживается на колени мужа, который сразу же заключает её в кольцо рук, растирая замерзшие руки.
— У Элронда и Келебриан родилась дочь, — объясняет Трандуил, поймав любопытный взгляд любимых глаз, брошенный на стол. Эллет вскакивает с колен мужа, с восхищением громко вздыхая.
— Какая чудесная новость! Дай и мне написать пару строчек.
Королева склоняется над письмом, что писал Трандуил, внимательно перечитывает и наконец хмурится, дойдя до оборванного ее приходом, предложения. Эльф сразу почувствовал изменения настроения, благо не первый год женаты, и то, что скандала, пожалуй, будет тяжело избежать.
— Из ума выжил? — почти рычит эллет, поднимая гневный взгляд на виновника ее недовольства. В отличии от супруги, Трандуил умел быть хладнокровным, особенно, когда считал, что его точка зрения правильна, отчего на ее выпад не отреагировал. — Не смей, — продолжала та, поднимаясь из-за стола. Ее спина была пряма, как струнка, а взгляд холоднее льда, хранящегося в подземных кладовых. — Со мной этот взгляд не пройдет, Трандуил, и не надейся! Плевать мне сейчас, что ты король. Я не позволю тебе сватать сына с новорожденной принцессой, — словно кошка шипела Королева, защищая сына. — Леголас вырастет, влюбится и женится на той, кого почитает достойной! — тихо продолжала эллет, отчего казалась еще более устрашающей.
— На ком угодно? — с издевкой переспрашивает Король, подсознательно принимая поражение — он не сможет перечить ей. Кому угодно, но не своей драгоценной любви, с боем и штурмом, взятой когда-то им самим.
— На лекаре, если захочет, — отвечает та, и сделав глубокий вдох, добавляет: — И я буду на их стороне, Трандуил. Эльфы влюбляются один раз. Уж тебе ли не знать? — совсем остыв говорит эллет, зная, на что указать мужу. Король с минуту молча смотрит на свою Королеву, в который раз одобряя свой выбор и сминает так и оставшийся недописанным ответ Элронду.
***
— Всё-таки в твоём роду были провидцы, — тихо говорит Трандуил, сжимая в руках маленький портрет покойной супруги, когда-то подаренный ею же. Узнав об отношениях сына, Король молча наблюдал. Получив из Митлонда письмо с рекомендациями о некогда исчезнувшей эллет, Владыка признал, что возможно даже одобрил бы их брак, благо от принца таких заявлений ещё не поступало. До вчерашнего вечера. Что собственно и привело Трандуила к бессонной ночи, воспоминаниям, размышлениям, прогулке и, наконец, к тронному залу, в котором велись последние приготовления к празднику. Скажем честно, Его Величество как-то отвлёкся от течения времени и то, что в бал на праздник Зимы в основном и проходила большая часть помолвок, совершенно вылетело из его головы. Он отчего-то стал рассеян, за что уже успел разозлиться сам на себя и в то же время прийти к выводу, что раз Король может позволить себе о чём-то запамятовать, значит внутри дворца всё прекрасно организовано, — ведь подготовка к празднику прошла без его вмешательства, и прошла хорошо. — Ваше Величество, — поклонился за спиной Трандуила эльф, привлекая к себе внимание. Церемониймейстер, вызванный королем, был готов выслушать правки Владыки относительно предстоящего бала и успеть всё переделать до начала, оттого молчание правителя его смущало и слегка нервировало: дел было много, и даже если эльфов во дворце достаточно, на любые изменения потребуется время, так чего же тянуть. Наконец обернувшись к темноволосому эльфу, Трандуил сложил руки за спиной, и медленно моргнул, прежде чем сказать. — Вели подать чай. Эльф опешил от просьбы, но ничего не сказал, лишь про себя подумав, что данное поручение не в его компетенции и нужно передать его на кухню — пусть там разбираются без него. — Да, Ваше Величество, — поклонился он, собираясь уходить. — Ангрист, — окликает его эльф, не дав сделать и шага, — в Нефритовом наборе, — добавляет Трандуил, прежде чем двинуться к выходу из зала, шурша длинным, огненного цвета, плащом. — И вызови ко мне ювелира. — Кому его подать? — наконец сбросив оцепенение и догнав короля уже у выхода, спрашивает Ангрист. — В покои Королевского Лекаря, — не оборачиваясь ответил Трандуил, направляясь в эти самые покои. Сама же госпожа Нулир под чутким руководством своей помощницы Эниан убирает волосы наверх, закалывая шпильками, купленными ещё во времена её путешествий и так кстати пригодившимися. Хотя эллет предпочитала распущенные волосы (за столько лет они даже перестали мешать), соблюдать традиции стало её обязанностью. Как-никак она Королевский Лекарь, ко всему прочему состоящая отнюдь не в дружеских отношениях с наследником престола. — Вам так идёт голубой, — в который раз за вечер восхищается эллет, рассматривая платье, что висело на манекене, дожидаясь своего часа. — Я все ещё считаю, что оно слишком… — обернувшись к своему наряду, пытается подобрать слово лекарь, но не успевает. В дверь несколько раз стучат. После разрешения войти в кабинет лекаря, а все действие, как ни странно происходило именно там, поскольку девушка была вечно на своём посту, входит уже знакомый нам церемониймейстер. — Его Величество желает Вас видеть, — оглашает он, после короткого приветствия. — Что-то случилось? — спрашивает Нулир, машинально ища глазами свою сумку, которая стоит на своём привычном месте — на подоконнике возле стола. — Он приглашает Вас разделить с ним чайную церемонию, — заговорческим тоном отвечает Ангрист, вызвав приглушенный вздох Эниан и полное недоумение Нулир. Девушка поднимается из-за стола, бросив вопросительный взгляд на свою помощницу, но от неё получает только одобрительный взгляд. Нулир, совсем ничего не понимая, следует за эльфом в королевское крыло, здороваясь с проходящими мимо эльфами, которые начинали готовиться к вечернему балу. Она впервые видела такой размах и с восхищением рассматривала развешанные фонарики, свечи и веточки рябины, так выделяющиеся на фоне зелёных ёлочных гирлянд, даже проходя мимо уже десятый раз за этот день. В голове был рой мыслей. Если король хочет её видеть не потому, что ему нужна помощь, то зачем? И почему за ней пришёл церемониймейстер, а не кто-нибудь из стражи? И с каких пор вот так среди дня устраивают чаепития? Хотя, возможно, это была традиция Трандуила, о которой она просто не знала? Тогда с чего вдруг ей такая честь? Ко всем прочим её вопросам добавился ещё один, когда они остановились у её собственных покоев, перед дверьми которых стояли два стража. Один из них открыл перед ней дверь, пропуская внутрь. У окна стоит Трандуил держа в руках так и не дочитанную девушкой книгу о традициях Лихолесья, длинными пальцами переворачивая выученные наизусть страницы. Эллет приседает в реверансе, поправляя белое платье. — Вы хотели меня видеть, Ваше Величество, — стараясь не выдать волнение, говорит девушка. Король откладывает книгу и поворачивается к хозяйке покоев, жестом приглашая её присесть за стол, который, на сколько помнит Нулир, ещё утром стоял в другом месте. На нём уже расставлены нефритовые чашки, такой же чайник с причудливой длинной ручкой и несколько блюд со сладостями. В голове эллет успела досчитать до 147, разливая по чашкам чай, прежде чем Трандуил начал разговор. — Вчера я получил прошение от Леголаса, — и, выдержав длительную паузу, добавляет. — Он просит твоей руки. В эту секунду Нулир благодарила Эру за то, что следуя примеру собеседника, тоже не притронулась к своей чашке, иначе, если бы не выплюнула всё содержимое, так подавилась бы точно. — Отчего же не спросил об этом сначала меня? — удивленно подняв брови вверх, ответила эллет, понимая, что копает себе яму, отвечая вопросом. — Ты должна оставить пост королевского лекаря, — выдвигает свои условия Король, рассматривая прекрасный букет лилий, украшающий стол. — Хотите, чтобы я пачкала мольберты, да думала какой наряд надеть с утра? — горько усмехнувшись спрашивает эллет, всё-таки делая первый глоток. На данное замечание эльф мысленно закатывает глаза: ей еще столько предстоит выучить, ведь принцессы не выбирают себе наряд самостоятельно. — Простите, — тут же добавляет девушка, прекрасно понимая, что Король в праве запретить этот брак вообще. — Я подготовлю на своё место кого-нибудь и оставлю своё место. Трандуил сдержанно кивнул. Что ж, он не ошибся, ради Леголаса она была готова отказаться от своего занятия. Сейчас он будет непреклонен, ведь прекрасно знал, что совсем скоро к нему в кабинет придёт сын, предлагая свои варианты. Король поднимается со своего места, направляясь к выходу. — Ваше Величество, — окликает его девушка, вскочившая следом за ним. — Я… Я благодарна Вам за разрешение, но… Почему? — Тяжеловато дышать без воздуха, — отвечает Трандуил, протягивая эллет бархатную коробочку. Девушка хватает ртом воздух, не совсем понимая ответ и принимает подарок, вновь приседая в реверансе. Ответ приходит к девушке неожиданно, когда она, будучи полностью готова к балу, стоит возле зеркала, категорически осматривая себя ещё раз. На ней небесно-голубое платье, затянутое в корсет, так удачно выделяющееся её декольте, переходящее в летящую юбку, украшенную в нескольких местах вышивкой цветов, такого же цвета. На груди покоится подаренное Королем ожерелье в виде сложных сплетений нитей. Девушка плохо разбиралась в драгоценностях, поэтому не могла с ходу назвать материал, но позже точно собиралась спросить об этом у Леголаса. Принц не заставил себя долго ждать, придя в покои в назначенное время. Замерев перед эллет, отчего та сразу залилась румянцем, эльф произнёс, сразу сделав несколько шагов к ней: — Ты просто потрясающе выглядишь. Дай мне получше разглядеть тебя, дорогая. Нулир заливисто смеется, делая несколько кругов вокруг себя, отчего юбка развивается, путаясь под ногами, чуть не сбивает девушку, благо крепкие руки тут же подхватывают, притягивая к себе. — Откуда это у тебя? — спрашивает Леголас, пальцами касаясь нитей ожерелья и разгорячённой кожи, отчего девушка вздрагивает. — Твой отец подарил, — тихо отвечает она, пытаясь разглядеть украшение, но без зеркала это не получается. На лице принца тут же засияла улыбка, разглаживая хмурые морщинки, зарождавшиеся на его лице. — Сам? Лично? — спрашивает он, не веря своим ушам, чем изрядно пугает Нулир, но та всё равно отвечает: — Да, мы пили чай и он отдал мне перед уходом… — начинала было девушка, но её увлекают в долгий поцелуй, сбивая дыхание обоим. Эллет широко улыбается, копируя эмоции принца, хотя и не понимает, отчего тот вдруг светится ярче, чем свечи в тронном зале. — Я не… не понимаю, что происходит, Леголас. Объясни мне, — просит девушка, когда её возвращают на место, после долгих кружений на руках по комнате. — Выброси к чертям эту книгу, Нулир, — бросая взгляд на подоконник, смеется эльф. — Ты теперь только моя. Дальше следовала чреда долгих разъяснений традиций: от букета белых лилий, как символ единственной и истинной любви, до чаепития с членами семьи именно из нефритовых чаш. Правда данное событие пришлось откорректировать, ведь у Нулир нет родных и представлять себя ей пришлось самой. И подарок был не простой — это украшение матушки Леголаса. Здесь тоже есть оговорка: по традиции украшение стоило надеть лично отцу, но тот упустил этот момент намеренно, тем самым показав, что против этого союза, просто ничего не делает, в память о его погибшей любви. Нулир растерянно смотрит то на книгу, в которой так и не дошла до главы о браке, то на Леголаса, то на бархатную коробочку, оставленную у зеркала. Эльф притягивает эллет к себе, целуя ещё несколько раз её пухлые губы, нежные щёки, глаза, руки, ловя себя на мысли, что послал бы сейчас к черту этот праздник и остался бы здесь встречать рассвет в двоём. — Ты станешь моей женой? — спрашивает Леголас, остановив череду поцелуев и прижавшись ко лбу Нулир своим, закрыв глаза. Девушка усмехается, проводя по его щеке пальчиками. — Как же я могу отказать, когда уже даже Королю дала согласие? — отвечает она, вовлекая тем самым себя в новые кружения под её заливистый смех.
