Девочка Ректора

Я открыла глаза от какого-то шума в коридоре. Озадаченно оглядевшись вокруг, я пыталась понять, что происходит. Только спустя пару секунд я вспомнила, что заснула на диване в коридоре общежития, но сейчас проснулась от мужского смеха где-то недалеко от себя. Поджав колени к груди, я устроилась удобнее, стараясь согреться. Похоже на то, что было открыто окно и прохладный ветер, который уже давно не был летним, беспрепятственно попадал в здание. Но вариантов у меня не было, а возвращаться в комнату совершенно не хотелось. Нужно завтра поговорить с соседкой обо всём этом и только в крайнем случае придётся обратиться к коменданту с просьбой о переселении. Я прикрыла глаза, стараясь вновь очутиться в сказочном мире, в котором у меня нет проблем, и я могу кататься на единороге, весело смеясь. Но чужое прикосновение моментально вернуло меня в реальность. Я в ужасе распахнула глаза и рефлекторно отпрянула назад, стараясь защитить себя. Паника вмиг овладела моим телом, в лёгкие перестал поступать воздух, сердце забилось с бешеной скоростью, руки похолодели. Передо мной стояли трое парней в не очень трезвом состоянии. Они смеялись над чем-то очень громко, я слышала их ужасные голоса, но при этом я не могла понять, что они говорят. Меня пугало находиться в одиночку в тёмном коридоре общежития рядом с ними. – Ты глухая что ли? – спрашивает один брюнет, который садится возле меня, по-хозяйски кладя руку на мою коленку. – Не... трогайте меня, пожалуйста, – тихо шепчу я, но слёзы уже бегут по моим красным щекам. Страх и отчаяние. Я не переживу чего-то ужасного ещё раз, не смогу вытерпеть, если меня ещё раз сломают. Уехав из родного города, я надеялась, что больше никто и никогда не сможет меня обидеть. А что в итоге? В первый же день какие-то местные гопники пристают ко мне. За что мне это?! У меня разве на лбу написано "испорть мне жизнь"? Почему именно я? Как вообще Земля носит таких людей? – А чего ты здесь одна сидишь? Не хочешь развлечься? Я не слышу и не вижу ничего перед собой, кроме того, как его рука медленно скользит по моей ноге. Он крепко хватает меня за лодыжку, а затем тянет на себя. Ударившись головой о ручку дивана, я оказываюсь, практически прижата к мужскому телу. Всё это произошло за доли секунды, но они для меня длились как целые сутки. Я успела заметить каждую мелочь. И аромат этого парня, и его карие глаза, и пошлую ухмылку на губах, и родинку под носом и разбитую бровь. Я снова в деталях запоминаю лицо того, кто снова может причинить мне боль. Непоправимую и ужасную боль. – Какая ты у нас стеснительная. Может, немного поиграем? Я смотрю на всё пустыми глазами. Звук будто отключается у меня в голове, остается лишь одна картинка. У меня больше нет инстинкта самосохранения, ведь действовать бесполезно. Я знаю, что я - беззащитна. И если что-то произойдёт, то я потеряю себя окончательно. – Серёга, там, кажется кто-то ходит. Если нас Петрович здесь снова увидит, то выселит, как и обещал. – Чёрт. Какая-то мразь снова обломал мне секс с хорошей куколкой. – Почему сразу обломал? Можем продолжить у нас в комнате, – усмехнулся второй. – И вообще, это была моя идея к ней подойти. Давайте уж по правилу: "Кто увидел, тот и трахнет", – рассмеялся третий, влезая в разговор. – Ну, уж нет, это моя цыпочка. Вставай, красавица, – говорит тот, кто несколько минут назад возвышался над моим телом, раздевая взглядом. Он ударил своей тяжелой рукой меня по заднице, а затем, крепко схватив за запястье, поставил на ноги. – Пошли, – приказал он мне, толкая вперёд. – Серёга, почему всех красоток ты всегда забираешь себе, а всех "так себе" отдаёшь нам. Должна же когда-то наступить справедливость, – жалостливо говорил один из парней, вкладывая в свой голос всю всемирную печаль. – Я – главный, а значит всё лучшее мне, – прошептал он мне на ухо, но это было одновременно и слишком громко, чтобы и его друзья смогли услышать это. Я поёжилась от его противного голоса и дёрнулась левее. – Ты уже не сможешь никуда убежать, малыш, – зло проговорил тот, которого я уже ненавижу всем сердце. Уже сейчас я теряю надежду на своё дальнейшее существование, надежду на то, что сейчас можно что-то изменить. Огромная проблема людей в том, что они теряют веру и надежду в самом начале пути. Наоборот их всегда нужно оставлять на конец. Вдруг попадётся шанс, когда они действительно останутся последними? Сегодня для меня был тот день, когда Ангел-хранитель вспомнил о моём существовании и решил предотвратить очередную катастрофу. Пока парни оживлённо спорили, кто же переспит со мной, я была далека от этого мира. Я вспоминала всё самое хорошее, что было в моей жизни. Что-то прекрасное, связанное с мамой. Но всего было так мало, что не хватило даже до того, как дойти до комнаты этих насильников. У них я уже явно не первая жертва, но куда смотрят все остальные люди? Верно, точно не в душу. Я заметила, что хватка Сергея перестала быть крепкой, а он уже будто и забыл про меня вовсе. Неожиданно мне показалось, что звонит мой телефон в левом кармане. Опустив взгляд вниз, чтобы проверить свою догадку, я заметила приоткрытую дверь какой-то комнаты, в которой громко играла музыка. Я даже не заметила её. Это мой последний шанс. Я резко вырываюсь из рук парня, делаю шаг влево, открываю дверь, а затем закрываю её перед носом трёх обескураженных парней. Видимо сегодня им не удалось обхитрить маленькую девочку. Я засунула руку в карман, чтобы всё-таки узнать, кто звонил, но телефона в нём не было. Он лежал в соседнем кармане. Я свихнулась или это знак свыше? Кто-то там предотвратил ужасное, не позволив мне снова сломать жизнь, а значит ли это то, что данное спасение должно послужить мне знаком к тому, что не всё в жизни бывает ужасно? Что чего-то можно избежать, главное бороться? Что я должна просто жить дальше и не терять главной потребности – выжить. Я вспоминаю, что до сих пор стою в неизвестной мне комнате, а не сплю спокойно в своей постели, как хотелось бы. Я оглядываюсь вокруг, замечая толпу людей, но никто не заметил меня. Может быть здесь безопасно? Хотя о чём я могу говорить. Здесь громко играет музыка, много людей, пахнет кальяном и сигаретами, а по всей комнате большое множество разного алкоголя. Я посижу здесь пару минут, пока те парни не уйдут, и вернусь в свою комнату, чем бы там не занималась моя соседка. Спустя пять минут я решила, что можно уходить. Но как только стала открывать дверь, то услышала голоса тех парней. Блять, им было так сложно уйти отсюда? Чего они хотят от меня? Почему именно я, чёрт возьми? Я тихо закрываю обратно за собой дверь, и отхожу от неё, надеясь, что они не заметили моей попытки сбежать. Но сразу врезаюсь в кого-то. – Простите, - извиняюсь я, пересекаясь взглядом с зеленоглазым брюнетом. – Привет. А ты кто? – А ты? – вопросом на вопрос отвечаю я, разглядывая парня. Ямочки на его щеках выглядят довольно безобидно, но пирсинг в носу немного смущает. – Я здесь живу. А вот ты, юная леди, что забыла в моём королевстве? – сказал он с приятной улыбкой на губах. Неужели здесь остались хорошие люди? – Ой, извини, я правда не хотела врываться в чужой дом. Просто... мне надо было спрятаться от парочки парней, – честно ответила я, краснея, ведь врать я никогда не умела, да и придумать какую-то историю на ходу не так-то просто. – Поклонники? – усмехнулся он. – Типа того, – с сарказмом ответила я. – Ну, правила моей вечеринки такие же лёгкие, как и сложить два и два. Все, кто находятся здесь, обязаны пить. – Что? Нет, прости. Я не пью, – ответила я с дрожью в голосе, осознавая только сейчас, как странно горят его глаза. Он либо сильно пьян, но хорошо держится, либо употреблял кое-что покрепче. Марихуану, например. – Тогда тебе придется покинуть эту комнату. Что же лучше: выйти к тем, кто тебя изнасилуют в ближайшем тёмном углу или выпивать в незнакомой компании? Пока что второй вариант, мне кажется, безопаснее. – Хорошо. Что у вас здесь есть выпить? – ответила я, пытаясь искренне улыбнуться, ведь пока что здесь меня никто не обижает, хотя и заставляют пить. – Водка, вино, коньяк, шампанское, пиво. Всё, что душе угодно. – Мм, не откажусь от вина. – Держи, – говорит мне хозяин квартиры, протягивая бокал с красной жидкостью. Я делаю первый глоток. – Эм... Вкусно, – выдавливаю я из себя. – Развлекайся, – отвечает он, возвращаясь к своим друзьям. Как только его фигура скрывается в толпе, я ставлю стакан на место. Этот приторный вкус, а точнее, послевкусие вина, вовсе мне не понравился. Тем более, сейчас не подходящий момент терять рассудок. Прошло около часа моего нахождения здесь. Я уже три раза подходила к двери и возвращалась обратно. Как этим парням не уймётся? Чего они караулят меня здесь? Может отсюда можно как-то перелезть в другую комнату? Я видела здесь балкон, стоит осмотреться. – Марта, стой, – окликнул кто-то меня, а я замерла на месте. – Да, Макс? – обернулась я к хозяину всей вечеринки. – Не можешь оказать мне услугу? – Какую? – осторожно спросила я. – Мне нужно сходить к кое-кому за выпивкой. Составишь мне компанию? – Куда именно нужно сходить? – Этажами выше живёт комендант. У него всегда есть пару бутылок коньяка, которые он не прочь продать нам после одиннадцати вечера. Так что? – Я... не знаю. Наверное, мне лучше остаться здесь, – говорю я, ведь остаться с ещё одним неизвестным парнем наедине? Лучшего нельзя было и придумать. – О чём болтаете? – услышала я женский голос справа от себя. Молодая блондинка оказалась возле нас. Такое чувство, что она защищает свою территорию. – Лик, сходишь с Мартой к коменданту за коньяком? – Куда? Ты что, с дуба рухнул? – удивленно переспросила она. – Нет. К Петровичу, не тупи, Лика. – Ааа, к Петровичу. Марта, ты первокурсница что ли? – Да, а что? – спросила я, когда все мои внутренние органы сжимались от страха. Что они все хотят от меня? – Ничего. Просто никогда тебя здесь не видела до этого. Пойдём? – Может, вы сами справитесь? – наивно спрашиваю я. В этот раз я сражалась до конца. – Да ну этого Макса. Пойдём, поболтаем по пути, познакомимся. Я посмотрела на часы. Прошло ещё двадцать минут. Умоляю, пусть те парни уйдут. Ну, зато после этого я смогу вернуться в свою комнату, да и станут ли они трогать меня, если я выйду с Ликой? В случае чего, она же позовёт на помощь? – Хорошо, пошли, – соглашаюсь я, ведь у меня снова не было другого выхода. Или был? Я открываю дверь первой и шумно выдыхаю, когда в коридоре никого не оказывается. Приглушенно горит свет, за окном давно светит яркая луна. – Так ты только сегодня приехала? – спросила Лика, пока мы шли к лифту. – Да, – ответила я. Эта девушка не очень меня привлекала, она выглядела какой-то... подозрительно милой? Я не хочу ей что-то рассказывать о себе. – Из какого ты города? – Пенза, – отвечаю на автомате я. – Круто. А я коренная москвичка. – Почему тогда живёшь в общаге? – Во-первых, к университету близко. Во-вторых, не самые лучшие отношения с родителями сложились. Постоянно следят за моей жизнью, туда не ходи, с тем не общайся. В клуб не отпускают, денег дают мало на расходы, за каждую новую помаду орут нереально. А здесь... я сама по себе. Правда, в этом месяце они выслали на двадцать тысяч меньше, но я уже поругалась с матерью, и она обещала вернуть долг. – Долг? – удивленно переспросила я. – Ну да, она же обязана высылать явно больше, чем делает. – Почему обязана? – говорила я, действительно не понимая Лику. – Потому что они мои родители. Они должны меня обеспечивать. Я взглянула ещё раз на эту молодую девушку, и теперь её внешний вид вызывал во мне лишь отрицательные эмоции. Она вообще не ценит и не любит своих родителей, видя в них только деньги. Почему, таким как она, достаётся хорошая семья, а я обречена всегда, быть одной? Ненавижу этот мир за такую несправедливость. Остальную дорогу мы провели в полном молчании, ведь я больше совершенно не хотела поддерживать разговор с ней. – Ой, прости, мне звонят. Срочно надо ответить. Петрович живёт 1030 комнате. Просто попроси у него три бутылки коньяка, я деньги тебе потом отдам, – сказала Лика, оставаясь за углом, доставая свой телефон. Я удивленно пожала плечами и пошла дальше по коридору. 1028, 1029 и наконец, 1030. Как-то странно здесь комнаты пронумеровали... Я тихо стучу, ведь уже давно за полночь, надеясь в глубине души, что комендант спит и мне не придётся просить у него алкоголь. Боже, как низко я сейчас выгляжу. Что я здесь забыла? Почему я обязана это делать? Может, стоит уйти? Но дверь передо мной уже открывается, а значит, что пути назад нет. – Доброй ночи, – говорю я с улыбкой на губах, пытаясь сдерживать свои нервы. – Что-то случилось? – хрипло спросил мужчина лет пятидесяти, стоя в одних спортивных штанах. По нему видно, что я его разбудила. – Нет. То есть да. Мне сказали, что вы можете дать мне три бутылки коньяка. – Что? - переспросил он. Наверное, не расслышал. – Три бутылки коньяка дайте, пожалуйста, – чуть громче повторила я. – Вы что, девушка, совсем с ума сошли? Какой коньяк в два часа ночи?! Вы что ещё и пьяная? Я сейчас ректору позвоню, вмиг вас выгонит из приличного университета! – Нет, нет, что вы... Мне просто... – Из какого номера? – грозно прокричал мужчина, а внутри меня всё сжалось. Неужели всё должно закончиться именно так? Неожиданно я услышала громкий смех. Я оглянулась вокруг и увидела смеющегося Макса, а рядом с ним стояла Лика, схватившись за живот, умирая со смеху. Вокруг ещё было много людей, которые были на той самой вечеринке. Чёрт. Снова облажалась. Слёзы потекли по моему лицу от обиды. Что я сделала этим людям? За что они так со мной? Разве я похожа на наивную дурочку? Ладно, похожа. Хватило же ума идти к коменданту в два часа ночи и просить у него алкоголь. Боже, Марта, ты рождена не для этого мира. Я вымолвила тихое: "Простите", а затем убежала в противоположную сторону от всех людей. Мне было практически ничего не видно из-за слёз. Я села на пол около стены и обняла себя за колени, медленно раскачиваясь из стороны в сторону. Меня снова обидели. Меня выставили дурой перед всеми этими людьми. Как я смогу учиться здесь дальше? Неожиданно дверь открывается, и яркий свет из комнаты проникает в коридор. – Кто здесь плачет? – слышится у меня над ухом, а я в ужасе пытаюсь встать на ноги, чтобы убежать. Но в последний момент крепкая мужская рука хватает меня за запястье и прижимает к себе.