Девочка Ректора

– Собирайся, вот твои вещи, – бросил Егор, отдавая мне одежду и сразу же покидая комнату. Он пьяный вернулся ночью, кричал и приставал ко мне, но я закрылась на втором этаже, и он уже был не в состоянии подняться выше двух ступенек. Я надела ту одежду, в которой была в первый день. Сразу вспомнила всё, что тогда происходило, все те пытки и унижения, проделанные Егором надо мной. Я взяла в руки свой телефон и включила его, входя в социальную сеть. Мигом я увидела десятки пропущенных сообщений и звонков от Кристины и Артёма, даже от Саши было несколько. Чёрт, какой сегодня день недели? Я пропустила свою смену в кафе. Но тут столько всего... Неужели никто из них не понял, что со мной случилось что-то плохое? Но через секунду я поняла почему. Егор разослал всем им от моего имени сообщение, что я срочно вернулась в родной город на несколько дней по семейным причинам. Ладно, Кристина, но какого хера поверил Артём? Я ему столько о себе рассказывала! Я открыла переписку с ним и удивилась ещё больше. «Отец и мачеха попросили выписаться из их квартиры. Теперь я даже не имею права на 1/5 её часть. У меня вообще за душой ничего нет», – так уверенно писал от меня Егор, что я и сама поверила. А теперь даже с трудом не могу понять, откуда он всё это знает. В подобных ситуациях врут «бабушка заболела», «дядя умер», а здесь такая схема, что даже придраться не к чему. Теперь я боюсь его ещё больше. – Ты собралась, блять, нет? – кричал Егор с первого этажа, а от его злого голоса я даже подпрыгнула на месте. Надеюсь, что он сейчас везёт меня обратно в общежитие, но ехать с ним в одной машине, находясь, в паре сантиметров друг от друга – просто невыносимо. – Да, – тяжело сглатывая, ответила я, направляясь к лестнице. Неожиданно я оглянулась и вновь посмотрела на комнату, в которой провела несколько дней, теперь же остаётся только надеяться, что в этот дом я больше не вернусь. – Шевелись, давай. У меня ещё есть дела в городе, – говорил он, громко ходя по первому этажу, видимо, искал что-то. Теперь я уверена в том, что мы точно едем в город, а значит не стоит сильно паниковать. Просто я уже не знаю чего ждать от Булаткина. Поэтому вариант того, что сейчас он привезёт меня в какой-нибудь лес, а не в Москву, будет не просто реалистичным, но наиболее подходящим к его личности. Он просто садист и издевается над девушками, но почему тогда он ректор университета и очень даже авторитетная личность в Москве? Неужели никто не знает его настоящего? Я вспоминаю его друга, которого встретила у Егора в квартире. Значит, на свете есть несколько людей, которые если даже не уверены на сто процентов, но подозревают о наклонностях блондина. Почему они ничего не предпринимают? Этому придурку лечиться надо! Мы вышли из дома и сели в машину. За сегодня Егор практически не разговаривал со мной, завтракала я в одиночестве. Всю дорогу он молчал, а я не собиралась разговаривать с этим человеком, даже если он останется последним мужчиной на Земле, поэтому тупо смотрела в окно. Во мне ещё оставалась гордость, но так хотелось заговорить с ним, вернуть всё назад к тому моменту, когда он был таким нежным и ласковым со мной. Я вспоминаю, как мы ночевали в одной палатке, и он согревал меня холодной ночью. А наша дорога домой была просто незабываемой. Эта же машина, соседнее сидение. Именно на том месте, где сейчас сидит Егор и спокойно ведёт машину, наблюдая за дорогой, а не за мной. Тогда я верила в любовь, в то, что могу быть счастлива с этим человеком. Сейчас нет всего этого, ведь мои глупые мечты жестоко разбились о реальность. – Долго ещё ехать? – тихо спрашиваю я, совершенно забыв о том, что планировала не говорить с ним первой. – Нет, минут пятнадцать. Я надеюсь, ты поняла, что не надо говорить всем о том, где ты была? – чёрт, ну зачем я что-то у него спросила. – Да. А что будет, если я не буду так делать и напишу на тебя заявление в полицию? – говорю я, думая что, находясь в нескольких километрах от Москвы, я уже нахожусь в безопасности. – Я выебу тебя так, что ты в жизни больше не встанешь. Ты будешь стонать подо мной, и умолять о смерти. – За убийство тебя посадят, – ухмыляюсь я. – Не переживай, детка, у меня столько знакомых в Москве, что проблем с законом не будет никогда. – Но... – Но если ты блять сейчас не закроешь свой поганый рот и не перестанешь задавать свои глупые вопросы, то я разверну машину, и мы вернёмся в мой дом. Там мы будем наедине, и уж тогда я точно опробую все игрушки, что были в той комнате! – зло кричит Егор, а я вмиг теряю уверенность и стараюсь вжаться в сидение машины так, будто меня здесь нет. – Если я была дома, то почему у меня такие синяки и засосы? – тихо спрашиваю я, ведь сейчас его схема рушится на глазах. – В клубе познакомилась с парнем, была страстная ночь. А синяки и шрамы – в подъезде упала, темно было. Я ответил на все твои вопросы? – Да, – тихо сказала я. – Я не шучу, Марта. Ничего не стоит мне вновь похитить тебя на пару дней. Ты теперь принадлежишь мне, разве не понятно? Никто не поверит, что ректор МГУ смог сотворить такое, так что не пытайся и не порти себе репутацию, она и так у тебя не в порядке. – Егор, можно последний вопрос? – Ну, рискни, – ухмыляясь, ответил он, поворачивая на парковку возле общежития. – Все те чувства влюблённости, заботы, страсти и внимания. Вся та нежность. Что это было? Мой сон? – Нет, детка, просто в своей жизни я слишком хороший актёр, что никто не знает меня настоящего. Даже я сам. Я посмотрела в эти голубые глаза, а затем молча вышла, еле сдерживая слёзы. Почему я не могла встретить здесь хорошего парня, а встретила лишь какого-то неуравновешенного садиста, который теперь вряд ли оставит меня в покое? У меня нет выбора. Остаётся только ждать, когда ему надоест играться со мной, и он выкинет меня как фантик от невкусной конфеты. Сейчас во мне просто пустота и полное непонимание жизни. На меня никто не кричит, не оказывает эмоциональное воздействие, не указывает, что мне делать. Без Егора я потерялась в этом мире. Я настолько привыкла к нему, что сейчас стою и не понимаю, что стоит бежать к себе в комнату. Я свободна. Ненадолго, но свободна. Я зашла в общежитие и стала подниматься на свой этаж. Я видела людей, которые шли мне навстречу или уходили в противоположную сторону и все они смеялись, разговаривали, были живыми, реалистичными. Казалось, что Егор запер меня в том доме, навсегда отделив меня от общества. Но сейчас, находясь здесь среди людей, было такое ощущение, что часть меня так, и осталась в его чёртовом доме. Я поднялась на свой этаж, надеясь, что Кристина дома. Ведь кроме телефона Булаткин ничего мне не вернул и шанс того, что я потеряла где-то ключи – очень велик. Я постучала в дверь, но её мне открыла вовсе не моя соседка и даже не её парень. – Извините, я, кажется, блоком ошиблась, – озадаченно ответила я, но посмотрев на номер двери, я не могла понять, что происходит. – Привет! Проходи, – сказал неизвестный мне парень, открывая передо мной дверь. Может быть, это новый друг Кристины? Или я больше не живу здесь? Но пройдя в комнату, я увидела все свои вещи на местах, но в комнате произошли некоторые изменения. В ней стояли ещё две кровати, а также мужская одежда висела на стуле и в шкафу. – Что происходит? – удивилась я. – Ты же Марта, верно? – ответил привлекательный парень, улыбаясь мне. Его выражение лица было очень безобидным, но вспомнив голубые глаза блондина и его очаровательную улыбку, а затем всё то, что происходило со мной пару дней назад, я насторожилась. – Да. А ты? – Костя, нам Кристина про тебя рассказывала. – Конечно, очень приятно познакомиться. Но понимаешь, когда я уезжала, то жила здесь только со своей соседкой. Сейчас возвращаюсь и встречаю тебя, а Кристины нет. – Она на парах. Просто на нашем этаже было небольшое возгорание. Теперь придётся делать там ремонт, поэтому нас пока что расселили в другие комнаты. – Почему в женскую то? – удивилась я. – Мест нет, а у вас здесь должно жить, по сути, шесть человек. Вам ещё повезло, что нас всего двое, – пошутил он. Но сегодня я была не в настроении смеяться. – Ладно, а где же твой друг? – Тоже на паре. Его, кстати, зовут Вадим, – сказал он, проходя на нашу кухню. Прекрасно, прощай спокойствие, расхаживание в одном белье по комнате и долгое принятие ванны. – Тогда ты почему не на лекциях? – спросила я, садясь за стол. – Чай будешь? – я кивнула, и Костя продолжил говорить. – Ректора сегодня нет, поэтому его единственную пару за две недели отменили. – Давно его нет? - спросила я, но комок в горле не давал продолжать говорить мне в том же непринуждённом тоне. – Не знаю, почти неделю. Говорят, что уехал на какую-то конференцию. Но ходят слухи, что в последний день кто-то увидел его, садящегося в машину со своей студенткой, – в это время я сделала глоток чая, приготовленного Костей. И тут же подавилась, когда услышала последнее предложение, сказанное им. Я случайно задела кружку и весь чай вылился на меня, но, к счастью, он не был горячим. – Всё в порядке? – спросил парень, вставая, и уже вытирая чай со стола. - Да, ничего страшного, только теперь мне нужно переодеться, - неловко ответила я, понимая, что моя реакция была слишком странной, да и скорее всего, моё лицо сейчас цвета помидора, а на глазах наворачиваются слёзы. Что будет, если кто-то узнает о нас? Вряд ли люди будут думать, что я стала лишь его жертвой, которую постоянно унижают и заставляют беспрекословно выполнять всё, что он скажет. Они будут уверены в том, что я раздвинула ноги, чтобы получить диплом, а действовать решила прямо с первого курса. Я зашла в ванную и прикрыла за собой дверь, быстро стягивая с себя футболку, но неожиданно дверь открылась, и на пороге ванной появился Костя. Я закричала и прикрылась футболкой. - Стой, где стоишь и не смей подходить ближе! - испуганно сказала я, но мой голос на удивление звучал очень уверенно и настойчиво. Костя отвернулся, но я видела, что только хорошие манеры заставили его сделать это. – Тебе телефон позвонил, а я забыл, что ты шла переодеваться. Извини. – Выйди, пожалуйста, – тихо сказала я, ведь понимала, что сейчас мы в комнате одни, последняя пара закончится нескоро, а парень вновь сильнее меня. Спасибо, Егор, я теперь всех парней считаю козлами. – Что с твоим телом? Кто-то обидел тебя? – спросил он, и неожиданно повернулся ко мне, но не для того, чтобы вновь посмотреть на моё тело. Костя смотрел мне в глаза, и я видела в них сожаление. – Всё нормально, но это не твоё дело. – Точно? Может, стоит показаться врачу? – сказал Костя, делая шаг мне навстречу, а моё сердце из-за этого ухнуло вниз. Я прижалась ягодицами к раковине, отступления назад больше не было. – Не трогай меня! – крикнула я, и на моих глазах появились слёзы. – Я не хотел тебя напугать, прости. Вот, я не трогаю тебя, – сказал он, поднимая руки вверх и выходя из ванной. Я тяжело выдохнула и села на пол. Действительно, выгляжу ужасно, а чувствую себя ещё хуже. Я до сих пор не могла отдышаться из-за того, что волна паники окатила меня с головой. Но вспомнив поступки Кости, я поняла, что он догадался о многом, ведь сейчас я вела себя как самая настоящая жертва сексуального насилия. Я быстро натянула на себя сухую футболку и штаны, затем немного накрасилась с помощью той косметики, которая была в ванной, и поспешила выйти. Никто не должен знать, что произошло со мной, поэтому мне стоит держаться стойко. Костя не хочет меня обидеть. Надо верить в это. – Всё нормально? – тихо спросил парень, когда я прошла мимо него. – Да, извини за такую реакцию, – краснея, ответила я. – Это ты меня прости, пожалуйста, что напугал тебя. Я не имел права так врываться в ванную. Повисло неловкое молчание, я просто не знала, куда деть себя. Хотелось лишь залезть под одеяло, разреветься и забыть и этот очередной неудачный день. – Марта, скажи честно, кто-то изнасиловал тебя? – неожиданно спросил Костя, а я была поражена его прямолинейностью. – С чего ты взял? – безразлично попыталась сказать я, но мой голос немного дрогнул. – У тебя на теле много синяков, царапин и... засосов. А когда я зашёл к тебе, ты очень испугалась, у тебя почти началась истерика. Я учусь на психолога, понимаешь? Можешь даже не отвечать мне, ведь я знаю, что ответ положительный. Я могу тебе помочь? Когда я услышала от незнакомого человека подобные слова, то просто слёзы покатились по моему лицу. Никто никогда не предлагал мне помощи и моральной поддержки, ведь всем было просто плевать. А я так хотела сейчас рассказать кому-то всю правду, всё то дерьмо, что творится у меня в душе. Но я не могла. Это было слишком опасно, а я не могла рисковать своей жизнью вновь. Не знаю почему, но я знала одно, что Косте можно доверять в этом плане. – Помоги мне скрыть это, пожалуйста, – попросила я, ведь больше не могла терпеть. Все те эмоции, которые я пережила, находясь в загородном доме Егора, вдруг снова нахлынули на меня, заполняя каждую часть моей души. Меня охватила паника и отчаяние, я стала понимать, что не смогу жить с этим дальше. Мой мобильный телефон просто разрывался от звонков и смс, но у меня не было сил даже дойти до стола, не то, чтобы ответить. Костя осторожно приблизился ко мне, а затем, приобняв за плечи, довёл меня до кровати. Он расстелил постель, а затем укрыл меня одеялом, подоткнув уголочки, как обычно это делала мама. Я была очень ему благодарна, но погрузилась в сон быстрее, чем успела сказать ему спасибо. Последнее, что я слышала, так это то, что Костя поднял трубку и сказал: – Марта сейчас спит, но как она проснётся, то я обязательно попрошу её перезвонить Вам. Всего хорошего. Вдруг это звонил Егор, а тут неизвестный ему парень ответил вместо меня. Что же тогда, чёрт возьми, будет? Я не успела развить эту мысль, ведь сразу заснула крепким и относительно спокойным сном.