Рожденные луной

***

Следующий день он проводит дома, безбожно прогуливая не только пары, но и открытую лекцию Паука о системах защиты информации. Ночь проходит почти без сна, на него неотступно взирают неподвижные, ужасающе-холодные глаза вампира, поблескивают клыки и медленно стекает по бледным губам свежая кровь. Задремать удается только под утро. Привычные уже кошмары сменяются гулкой безликой пустотой. Он просыпается внезапно, сильно вздрогнув всем телом. Ощущение стиснувшей горло холодной стальной ладони настолько реалистично, что еще несколько секунд он с хрипом хватает воздух, чувствуя ноющую боль и дрожа всем телом. Накатившаяся было холодная тьма медленно отступает, вновь неохотно прячась в дальних уголках его души. Вергилий медленно потягивается, усилием расслабляя напрягшееся, будто перед неведомой опасностью, тело и поднимается. За окном уже темнеет и полукровке волей-неволей приходится подумать о том, чтобы выбраться из дома. Выглянувший из-за соседнего дома край еще бледной, но все еще полной луны напомнил о предстоящей ночи. Вергилий вздохнул и потянулся к кувшину, припал к холодной влаге. Он знал, что вода не сможет утолить голод. Пора было подумать о тактике охоты на сегодняшнюю ночь. Ночной клуб? Случайный прохожий? Или просто тихо забраться в квартиру к какой-нибудь одинокой женщине? Перспектива неожиданной встречи с приезжим вампиром, который, наверняка, тоже выйдет на охоту его совсем не прельщала. Если не сказать — вводила в ужас. Уже совсем стемнело, когда он заставил себя выйти из дома. План был до невозможности прост и краток. Максимально быстро найти жертву, выпить столько, сколько потребуется, чтобы просто утолить жажду, и исчезнуть.

***

Часы на башне Академии со скрежетом пробили полдвенадцатого. Вечер умирал. Наступала ночь. Свежий ночной ветер приподнял край тяжелого черного плаща. Обладатель скинул с головы капюшон и позволил ветру разбросать по плечам обычно ровно уложенные черные волосы. Серые пронзительные глаза скользили по площади и прилегающим к ней улицам, выглядывая кого-то. Но улицы были пусты, а по площади только тоскливо бродил бездомный старый пес, которого прикармливали кухарки из академической столовой. Цель, которую он ждал, все не появлялась. А стрелка неуклонно ползла к полуночи. Сильные пальцы сжались на рукояти прямого меча. Время, принадлежащее людям, истекало. Стрелка чиркнула по выступающей цифре и замерла. Без пяти минут полночь. Вампир запрокинул голову и вдохнул резко потяжелевший воздух. Он знал, что подчиненные только и ждут его знака, чтобы прилететь и склониться перед высшим. Тысячи бесшумных голосов сплетались в один. По полам плаща поползли всполохи кровавого пламени, черная дымка окутала его ночной прохладой, вкрадчивыми голосами упрашивая, умоляя. Завибрировал воздух, когда зазвучали первые отголоски мелодии… — Прикажите, прикажите играть Ваш Вальс. Мы все ждем приказа, Ваше Всетемнейшество. Мы готовы к празднеству… Мы ждем… Мы жаждем приветствовать Вас! Усилием воли он не позволяет закружить себя в безумном ритме мелодии, рассеивает взмахом плаща дымку. Не время. Еще не время. У него есть сейчас дело важнее. — Позже, — обрывает он шепчущие в его спину голоса. — Я созову вас всех позже. А сейчас оставьте меня. Обернувшись, он едва успевает заметить темный силуэт, свернувший на узкую темную улочку. По нервам словно пробежал ток. Это существо не было человеком. Итан Грейт несколько секунд напряженно смотрел вслед мальчишке, определенно надеявшемуся, что его не заметят, мысленно прикидывая траекторию его движения. За спиной клацнули челюсти, но вампир с легкостью увернулся от броска крупного демона, отдаленно напоминающего модифицированную версию рейджа. Всего на несколько долей секунды Князь Итан становится смазанным призраком. Длинный меч с необычно узким лезвием оказался смертоносным оружием в его руках. Рассеченное пополам тело демона неуклюже переваливается через край крыши и рухает вниз. Но Итана не особо интересуют собственные следы. Он спрыгивает с крыши и ныряет в ту же узкую улочку. И хотя прошло уже прилично времени, присутствие мальчишки ощущается слабо, но все же ощущается. Он уверенно выбирает дорогу в череде запутанных перекрестков и тупиков. Князь недовольно морщится от резкого запаха затхлой воды и гниения. Улицы большей частью грязные, кое-где из дороги вывернуты булыжники, а в углублениях собралась вода и помои. Судя по маршруту, мальчишка все продолжает петлять и всячески путать следы. Будто специально выбирая именно эту дорогу. Он выбрал самую отвратный путь? Хотя Итан не может не признать, что следы он путает мастерски. Если бы не чувствительный внутренний локатор высшего вампира, даже опираясь на резервы своего аналитического мозга, не факт, что получилось бы столь удачно и быстро разгадывать эту загадку. Еще через пятнадцать минут напряженного бега, когда след и сигнал локатора внезапно оборвались на перекрестке, Итан Грейт был уже абсолютно уверен, что преследует будущего гения в сфере IT. Ровно державшееся чувство присутствия чужого вампира внезапно отрезали, как ножом. Как он смог заставить заглохнуть его локатор было недоступно пониманию. Князь еще несколько секунд постоял на перекрестке, а потом пошел наугад. Он выбрал верную дорогу, в луже валялась голубая латексная перчатка. Он поднял ее двумя пальцами и потянул запах, взаимодействуя с тающей энергетикой хозяина. Мальчишка пах… Странно. Итан не мог разобрать составляющие его ауры, и это интриговало. Обычно он сразу мог определить, к какому классу и уровню принадлежит вампир. Это был уже второй облом за только начавшуюся ночь. Он брезгливо вытер грязь салфеткой и затолкал драную перчатку в карман. И направился дальше по улице, в тщетных поисках еще хотя бы одной малейшей подсказки. Нужно было дождаться мгновения, когда молодой на хотя бы секунду ослабит контроль над ситуацией. И тогда будет легко вычислить его. Поэтому, особо не теряя времени, Итан вернулся к передвижению по крышам. Минуты тянулись мучительно медленно, а найти брешь в стене контроля новообращенного не удавалось. Итана это жутко злило и раззадоривало. Через полчаса ожидания это стало казаться ему личным сражением на стойкость. И он не мог позволить себя обыграть. Студент первого курса смежных факультетов Программирования и Информационной Безопасности сумел обвести вокруг пальца самого «Паука».

***

Вергилий ощутил преследование практически сразу. Электричество пощелкивало на кончиках пальцев, тело вновь напряглось, готовое ко всему. Тянущее холодное ощущение в груди заставляло все ускорять и ускорять шаг. И слегка кружилась голова. Он буквально видел исходящий от себя хвост энергии, выдававший нечеловеческую сущность, но что сделать с ним не знал. По мере приближения старшего вампира, мир изменялся на глазах. Становились четче очертания зданий, проявлялись кровавые отблески. Невыносимо жгло горло, но он не мог позволить себе остановиться. Совсем незаметно, он сорвался на бег. В голове грохотал кровоток, сердце чуть было не выскакивало из груди. Он не особо осознавал, куда идет, полностью отдавшись на волю интуиции. И она не подвела. Медленно, слишком медленно, но ощущение близости с вампиром притуплялось. Кажется он начал терять след. Вергилий на короткое мгновение остановился и схватился за край неровной стены дома, с хрипом хватая воздух. Ладонь скользнула по щербатому камню, латексная перчатка порвалась. Он стоял перед перекрестком. Ноги гудели после долгого бега, он понимал, что больше так не выдержит. Но и стоять на месте, ждать приближения этого монстра он не мог. Неожиданная мысль молнией промелькнула в голове. Он стянул с руки разодранную перчатку, молнией метнулся в глубину улицы, уходящей влево, будто нечаянно уронил ее в лужу. А потом вернулся обратно и опустился на колени посреди перекрестка, хватаясь пальцами за виски, стараясь успокоить пылающую голову. Он снова чувствовал приближение врага, красными всполохами мигали в голове маячки о присутствии демонов, но все это усилием воли было сдвинуто на дальний план. Вергилий лишь смутно знал, что должен сделать. Он запрокинул голову и зажмурился, обращаясь к себе. В той частице себя, которая оставалась неизменной все эти долгие годы. К частице, чуждой и отчаянно отторгаемой вампирской сущностью. Он обратился к прошлому себе. Любой ценой сейчас нужно было погасить внутреннего вампира. Он не сомневался, что именно эта сущность выдает его присутствие. Медленно замолкли все звуки вокруг, он почувствовал, что совсем один сейчас. И только вихри ветра закруживались вокруг него. Или это была истекающая из тела вампирья энергия? Луна вынырнула из-за туч и залила голубым светом неподвижный силуэт. За его спиной змеились тени. Каждое следующее мгновение разные, они мелькали, сменяя друг друга, черно-белые и молчаливые, на доли секунд воплотившие в себе всю хронику лет молодого полукровки. Вергилий дрожал от перенапряжения, по вискам струился холодный пот. Он чувствовал, как отступает холод и страх, как давно желанное тепло растекается по венам, успокаивая его. А потом все стало таким как прежде. Узкие, насквозь продуваемые ветром улицы, луна в тучах и лужи под ногами. Только чувство изменилось. Он больше не ощущал себя чудовищем. И жгучее ощущения голода почти совсем улеглось. Просто хотелось что-нибудь выпить. Он поднялся с колен, отряхнулся и направился дальше по улице. Где-то здесь недалеко был ночной бар. Уж туда то вампир вряд ли сунется искать что-нибудь кроме еды, а если и сунется, навряд ли найдет. Все таки это единственное помещение в городе, где молодежь может собраться ночью.

***

Итан бесцельно бродил по ночным улицам, напряженно прислушиваясь и приглядываясь. Но город молчал, даже ветер улегся. Вновь напасть на след мальчишки не удавалось. А ведь у того был голод, причем сильный, долго сдерживаемый, жгучий, почти невыносимый для его возраста. Неужели сумел его подавить? Если да, он лично поаплодирует ему стоя, когда найдет. Если найдет. Незаметно он добрел до большого темного здания, слабо мерцающего неоновыми огнями, с красноречивым названием «Запретный плод». Сквозь плотно задернутые гардины пробивались отблески танцующих огней стробоскопа. Вампир медленно поднялся по ступенькам, заглянул в узкую полоску света. Внутри танцевали, где-то в глубине дома пело караоке, мерцали огни прожекторов, звенели бокалы. Он толкнул дверь и решительно вошел. Раз уж мальчишка умудрился его провести, стоило получить хоть какое-то удовольствие от впустую потраченной на поиски ночи. Он оставил плащ в гардеробе и вошел в зал. На танцполе змеей изгибалась полуобнаженная девушка в наряде из блесток. Парочки и одиночки танцевали на полу вокруг возвышения, то и дело подбадривая танцовщицу выкриками. Но вот освещение сменилось, яркие розовый, белый и красный цвета сменились на более глубокие и интимные лиловый, синий, фиолетовый. Огни больше не мельтешили перед глазами, сменяли один другой в каком-то неторопливом неуловимом танце. Изменилась и музыка. Живая и быстрая, она замедлилась и стала более насыщенной, яркой, сочной, захлестывая слушателя и смывая своей волной его в океан страсти. Она то усиливалась накрывая с головой, то снова отступала, неуловимо увлекая за собой, заставляя пылать желанием еще немного продлить этот момент. Люди задвигались в такт, то и дело то здесь, то там страстные парочки целовались, а иногда и больше себе позволяли. А мелодия все ускорялась. Кружила головы, заставляя захлебываться эмоциями, не давая спокойно выдохнуть. Бешеным течением она влекла за собой в самую пучину морскую, и даже Итан, поддавшись ее чудесному воздействию, позволил оказавшимся так кстати рядом девицам в откровенных нарядах увлечь себя в танец. Погружаясь, в мелодию, он успел отметить, что весь зал танцует. Все без исключения, даже бармен, и тот вышел из-за стойки и теперь изгибался всем телом, стараясь впечатлить хорошенькую официантку. А музыка все звала и звала за собой. Вот еще один, ослепительно яркий взлет до самого гребня волны, Итан прислушался и различил в мелодии слова. Идеальный английский язык, совсем без акцента. Низкий, слегка вибрирующий мужской голос идеально вплетался в музыку. Чистый, звучный, грудной, проникающий в самую глубину души…       — The earth sleeps       Smoky clouds cover the fields and cities       Thrown overboard       As ballast of the path,       Is our entire life and home       Enveloped by sleep       Silence takes us       To a foreign unreality Люди в зале восторженно закричали. Певец был популярен. Вампир внимательно огляделся, стараясь разглядеть того, кто владел столь божественным голосом, но ничего не увидел. Было слишком темно, все люди казались одинаковыми. А песня все лилась. Она звучала отовсюду. Кажется, самый воздух был пропитан мелодией и обжигал страстью.       — Through the fog       We hurry to other worlds to escape the worry of our souls       There is no more Love, which keeps so many of us on Earth       There is no hope!       There is the point of no return from our dream       We must fly towards the light of a mysterious star… Точка невозврата… Итан прищурил глаза, приобнимая за талию прижавшуюся к нему в экстазе девушку. Глаза той были закрыты, она всей душой была поглощена музыкой. Загадочный солист полностью подчинил себе все мысли покачивающейся в ритм музыки молодежи. Его голос то снижался до жаркого, интимного шепота, так что телу ползли мурашки возбуждения, то вновь гремел обличающе, грозно, восторженно, радостно. Заставляя прочувствовать каждое движение, каждое мгновение мелодии. Грейт поймал себя на желании окончательно влиться в очарованную толпу. И раздраженно встряхнулся. Музыка не действовала на него ТАК. Никакая. Никогда. Кто же он такой?       — Maybe, we're naive       And there are no orbits       Of another Fate       Maybe, darkness will       Forever cover the path       To where Time sleeps       There is a point of no return from a dream       And we were able to pass it Девушка в его объятиях внезапно забросила руку ему на плечо, вдохновленно что-то мурлыкнула и потерлась головой о его плечо. Итан наклонился ниже, оставил влажный поцелуй на ее белой шее. Ладонью огладил спину, скользнул ниже, вкрадчиво сжал, оглаживая девушку между ног, томительно медленно и приятно. С удовлетворением услышал хриплый стон и подхватил содрогнувшееся в экстазе тело. Жертва совсем потеряла над собой контроль. Сквозь кожу он видел пульсирующие алые вены, ощущал жар живого тела, биение жизни в них. Отстраненно подумал, что никогда еще не делал такого под столь прекрасную мелодию. Позже определенно нужно будет узнать, кто пел. Острые клыки коснулись тонкой кожи. И в это мгновение музыка финальными, самыми яркими и сильными волнами обрушилась на них. Итан наконец таки разобрал стиль, восхитительную композицию тяжелого рока и баллады. Голос певца набирал силу вместе с музыкой, вибрировал, проникая не только в тело, но и душу, гремел в ушах, добравшись до невиданных частот. А замерев на самой вершине, водопадом обрушился на слушателей. И это было так прекрасно, что вампир почти позабыл про свою жертву.       — The star draws us in like a magnet       There's light everywhere, the dark is full of it       It is the sign of discovered depths       In the search for fickle Fate       Worlds rise up against us       A new explosion throws us into the Abyss!       And that's it- now we're all nothing       In the bright moment of our fusion with our dream! Было в этом чарующем голосе что-то странное. Непостижимое его пониманию. Итан прожил долгие века, многие считали его истинным ценителем музыки. Но подобного он еще никогда не испытывал. Впервые у вампира возникло ощущение уязвимости. Открытости. Слишком ясно он прочувствовал исходящую от певца сильную ауру. Он царил в этом море музыки, владел душами и телами присутствующих. И ему не хотелось сопротивляться… Итан медленно выдохнул и зажмурился, впервые позволяя себе слабость. Он отдался безумию музыки. Певец определенно не мог быть простым смертным…       — To swim in the silver       Exanse of lunar seas       The sun will send its wind after us       To swim across waves       Towards that sea       Called Immortality. Последнюю фразу он повторяет еще раз, на этот раз, на немецком. Но произношение все такое же чистое, только интонации немного меняется.       Es gibt einen Punkt der nicht-Rückkehr aus dem Traum. Голос звучит… Возбуждающе-страстно… Так, что Грейт чувствует волну тягучего жара, прокатывающуюся по всему телу сверху вниз. И зал взрывается аплодисментами, не дожидаясь, пока музыка умолкнет. Пользуясь неразберихой и воплями фанатов вокруг, Итан скользнул клыками по горлу полубессознательной девчонки и прокусил тонкую кожу. Все еще пьяный после пережитых ощущений, он втянул в себя острый железный запах и сделал глоток горячего живого тепла. За спиной что-то с грохотом упало. По нервам мощной волной ударила вырвавшаяся наружу аура вампира. Грейт молниеносно оглянулся. Прямо перед ним в серебристой маске, с вложенным в потрепанные ножны клинком в одной и микрофоном в другой руке замер высокий длинноволосый молодой человек. На левой его руке все еще была надета голубая латексная перчатка. Итан слизнул с губ капли крови, медленно выпустил из рук потерявшую сознание девчонку и развернулся к нему. Сделал шаг, другой, но стоило ему протянуть руку и открыть рот, чтобы что-то сказать, как мальчишка растворился в воздухе, выронив микрофон из рук. Князь недовольно зашипел и ринулся к выходу. Он успел увидеть белую рубашку и бросился за ним.

***

Вергилий настолько отдался музыке, что и не заметил, как в зале появился «Паук». Он вдохновенно пел свою лучшую песню, наслаждаясь полным вниманием публики, своей силой, властью над ней, как вдруг ощутил острый железный запах. Слишком близко… Внутренности обожгло огнем, запылало горло и слегка закружилась голова. Он внезапно почувствовал присутствие, а потом и увидел темноволосого господина, от которого так и фонило вампирскими силами. Сущность вампира вырвалась из под контроля, желание разорвать кого нибудь и напиться стало слишком острым и невыносимым. Он должен был пересилить себя и уйти. Не дожидаясь, пока его увидят, он спрыгнул с танцпола, но вот незадача, споткнулся о стоявший рядом столик и перевернул его. И в этот момент вампир обернулся. На мгновение полукровку приморозило к полу, но когда он увидел, как вампир выпустил из рук свою жертву, поднялся и направился к нему, сердце пустилось вскачь. Он понял, что не может повернуться спиной к столь ужасному врагу. Выход был только один. Раньше времени сообщать врагу о своих способностях было глупо, но больше козырей у него не было. Конец катаны коснулся пола, Вергилий с хрипом втянул воздух и позволил бушующей внутри ярости выплеснуться наружу. Вихри энергии скрыли его от глаз врага, с треском разошлась материя, и он нырнул в черный разрыв. Чтобы вынырнуть из портала уже снаружи и броситься бежать. Но теперь вампир знал куда бежать, более того, он видел его. Вергилий было попробовал свернуть во дворы, но сбить Паука со следа не удалось. Постепенно, но он нагонял его. Причем делал это абсолютно молча. И от этого становилось еще страшнее. Вергилий хрипло хватал воздух, задыхаясь от усталости. Он слишком перенапрягся сегодня. Ноги дрожали, рубашка промокла насквозь от пота, он с трудом удерживал в руках казавшийся слишком тяжелый меч. Внутренних резервов почти не осталось. Он с горечью осознавал, что не успеет, не сможет уйти… Вампир настиг его в темном переулке. Крепко ухватил зв плечи и впечатал спиной в каменную стену вынуждая глухо застонать. Ноги подогнулись, Вергилий попытался сползти на землю, лишь бы не смотреть в глаза чудовищу, но ему не дали. Рывком подняли на ног, поддержали под руку. Вопрос он услышал словно сквозь пелену. Глубоко в груди бурлили бешенство, обида, горечь… — Это ты пел там, в клубе? — Он заторможенно кивнул и вжался спиной в стену, желая раствориться в ней, зло оскалил длинные клыки. По губам Паука скользнула усмешка. — Я впечатлен. Никогда не слышал ничего подобного. — Что тебе нужно от меня, грязная тварь? — сквозь зубы процедил он, судорожно сжимая в пальцах рукоять катаны, свою последнюю константу. И вздрогнул, когда вампир заглянул в его глаза своими, серыми, глубокими, блестящими. Во всем теле разливалась странная усталость и слабость. Вергилий судорожно дернулся, стараясь заставить тело подчиняться, и ему это удалось. Гипноз ослаб, и он отчаянно схватил за горло старшего вампира. Тот явно не ожидал этого, но вместо ожидаемого удара хрипло рассмеялся. — Это же просто неповторимо. Ты первый, кто сумел вывернуться из моего контроля и вообще меня тронуть. Хвалю. А уж как ты меня геометрическими методами шифрования сегодня путал… Я преклоняюсь перед твоим талантом, мальчик. Формула Виженера на карте города была неподражаема. Он наткнулся на тяжелый холодный взгляд Вергилия и замолчал. Но ненадолго. — Кто обратил тебя? — Откуда мне знать, — полукровка неожиданно вывернулся из сильной хватки и отступил в сторону, берясь за меч. — Не подходи ко мне… Ты такой же, как они все… Кровосос, тварь, исчадие ада. — Вот тут ты ошибаешься, — меч со звоном упал на булыжники. Итан выбил его одним быстрым точным ударом. И вжал молодого вампира стену, заламывая ему руки за спину. — Я не исчадие ада. И ты тоже. Земля — наш мир. Тебя обратили насильно? — Меня почти убили, — зло прошипев, Вергилий судорожно забился в его руках, но вырваться не удавалось. — А потом я стал… Вот этим… Итан неторопливо разглядывал его, и это ужасно бесило. Вергилий чувствовал себя бесполезной куклой, беззащитной, всем доступной. Его трясло от злости и обиды. Прохладная ладонь прошлась по спине между лопаток, и Вергилий выгнул спину, стараясь избежать прикосновения. А потом загривка коснулся влажный язык. — У тебя жажда, Младший, — низко промурлыкал ему на ухо «Паук», вынуждая покрыться мурашками. — Тебе нужна кровь… — протянул он, смакуя каждое слово, а потом ухватил полукровку за волосы, заставляя откинуть голову, прикусил его горло, пуская тонкую струйку крови. — Да иди ты… Я не… Вергилий задрожал всем телом, когда влажный язык собрал кровь, и глухо вскрикнул, когда острые клыки вонзились в загривок. Все тело стремительно слабело, поддавалось, плавилось под руками Старшего. Прохладные руки огладили его бока, задирая рубашку, сжали бедра, расстегнули застежку на джинсах. Вергилий обессиленно ухватился за стену, стараясь удержать равновесие. Его всего трясло, но уже не только от страха. От предвкушения. Кожа вся покрылась мурашками, став слишком чувствительной. Итан Грейт наклонился, лизнул плечо и жарко выдохнул ему на ухо: — Ты такой сексуальный. Твоя песня так меня завела, что я хочу отодрать тебя… Прямо здесь и сейчас… И Вергилий почувствовал, что не может воспротивиться. С него стянули джинсы, а потом прохладные, длинные и восхитительно влажные пальцы Итана оказались там, лаская растягивая, заставляя потерять себя в мучительном тягучем удовольствии. Губы и клыки вампира терзали его шею и плечи, тогда как пальцы все двигались внутри, ни на секунду не останавливаясь, доводя до безумия. Грейт не мог понять, что же происходит. Кровь мальчишки, сладкая и горячая сводила его с ума. В ней не было присущего вампиру острого привкуса. Ему мучительно хотелось выпить мальчишку до дна, без остатка. Он не мог от него оторваться... Итан отпустил его лишь на мгновение. А потом его растрескавшимся от жажды губам прижалось разодранное запястье, и в пылающее горло потекла живительная жгучая прохладная влага. Кровь высшего вампира. Вергилий жадно сглотнул и припал губами к ране. Кровь Итана обжигала изнутри ничуть не хуже алкоголя, а потом стремительно разливалась по венам, поджигая все тело нестерпимым желанием. Он даже не заметил, как исчезли пальцы. И глухо застонал, выгибаясь, когда Грейт вошел в пылающее узкое тело. А потом весь мир полетел кувырком. Осталось только яркое нестерпимое желание и властные движение Старшего вампира внутри, каждым толчком дарящего экстаз. Вергилий, давясь стонами, зализал затянувшуюся рану на запястье, а потом запрокинул голову, откинув назад длинные волосы, застонал в голос, хрипло и необычайно сексуально, так что у Итана сорвало крышу. Он вцепился когтями в горло обезумевшего полукровки, вбиваясь в жаркое дрожащее влажное тело, и отпустил себя. Молодой вампир стонал и вскрикивал под ним, а когда удовольствие стало совсем нестерпимым, глухо взвыл в голос, вновь вцепляясь клыками в его запястье. И Грейт позволил это ему. Он уже признал. Никогда раньше ему не доводилось испытывать ничего подобного. Он чувствовал, что сам пылает вместе с мальчишкой. Это было странно и… До безумия приятно. — Как… — он задыхался, ощущая близкую разрядку. Когти сильнее вцепились в горло и бедра полукровки, оставляя яркие глубокие царапины. — Как тебя зовут? Молодой вампир с трудом повернул к нему вымазанное в крови лицо, с безумными, мокрыми от слез экстаза глазами, и хрипло выдохнул, кусая губы: — Вер… Верги… Вергилий… И в то же мгновение взвыл в голос, судорожно забившись в руках Итана, забрызгав белыми каплями стену. Тот едва успел выскользнуть из мальчишки, но все же запачкал не только его рубашку, но и свой плащ. Хотя сейчас до этого ни одному, ни другому не было дела. Вергилий обессиленно сполз на землю и уткнулся пылающим лицом в холодный камень, отходя от оргазма. Кажется, ему было очень стыдно. А еще он злился и, похоже, не понимал. Неужели для него это впервые? И Грейт удовлетворил потребность в крови сексом у еще совсем неопытного мальчишки? Мда, ниже падать было совсем уже некуда. Хотя Князь не мог отрицать, что ему самому все даже слишком понравилось. Что сам он был бы не прочь повторить. И даже не один раз. Итан, стараясь выглядеть невозмутимым, застегнулся и заправился, наклонился, чтобы помочь Младшему, но тот слабо зашипел, отодвигаясь от него, кое-как сам натянул джинсы, подобрал с земли меч. — Не подходи ко мне, — бросил он, сопроводив слова таким взглядом, что Итану невольно стало не по себе. Мальчишка медленно уходил, пошатываясь и опираясь рукой о стену. Итан было сделал шаг к нему, но Вергилий резко остановился, обернулся и оскалился. — Еще один шаг, и будешь собирать себя по всему кварталу. Он остановился, звякнул обнаженным мечом. А потом произошло что-то, Грейт не успел точно рассмотреть. Молнией сверкнул клинок, рассекая пространство, и прямо перед полукровкой из ниоткуда открылся черный разрыв. Князь кинулся к уходящему вампиру. — Постой. Нужно поговорить… — Не желаю больше иметь с тобой ничего общего, — оборвал его стальной голос Вергилия, тонко свистнула сталь, и прядь волос с головы Итана упала на землю. Вергилий усмехнулся с едва уловимым торжеством, а спустя мгновение разрыв сомкнулся за его спиной. Итан остался на улице в полном одиночестве. Впрочем, теперь у него было более чем достаточно вещей, о которых нужно было подумать. И прежде всего нужно было ответить на один единственный вопрос. «Почему он горячий?»

***

Вергилий с трудом нашел в себе силы дотащиться до ванной. Он до сих пор не мог поверить в то, что его только что отымели. Как грязную шлюху, в подворотне… Да и еще его худший враг, Вампир… Которому он просто взял и подчинился. Все это не укладывалось в голове. Он остервенело поскреб когтями кожу на руках. Выступила кровь, но ощущения от прикосновений Итана, мучительно приятных, стыдных и отвратительных не стирались. Ни водой, ни мылом, ни даже вместе с кожей. Он приподнялся, с отвращением промыл себя. Осознание, что он не только получал, но и сейчас получает удовольствие от прикосновений там, неприятно обожгло изнутри. Он зло прикусил губу, посмотрел на себя в зеркало, не в силах осознать, кем же себя теперь считать. Чувствовал он себя на редкость плохо. Несмотря на то, что по телу все еще перетекали остаточные ощущения после оргазма. Голова была тяжелой, тело почти не слушалось. Выходя из ванны, он заметил в другом зеркале еще одну белую прядь среди чёрных. Но чувствовал себя настолько усталым, что даже не обратил на это внимание. Просто уронил себя в кровать и забылся беспробудным сном. Ему снился яркий солнечный свет. И играющие на поляне мальчики-близнецы…