То, что ты есть

POV Рикки - Сука! - вошедший Катце со всей дури пнул стоящий на пути стул, - жадная, тупая, озабоченная сука! - Что, не получилось? - от волнения я аж подпрыгнул. Рыжий медленно перевел дыхание и сказал уже вполне обычным тоном: - Да нет, получилось. Просто успели, буквально в последнюю секунду: представь, она уже собиралась сливать Ясона Синдикату. - А если все-таки сдаст?! - Не сдаст... Я ей на пальцах объяснил, что дуть ей в попку и приплясывать вокруг никто не будет. Дроиды просто разнесут все сразу к еб...ням. Ну и кто-нибудь, кого там пришлет Юпитер, проверит: мертв ли Ясон, то есть Аполло, и те, кто был с ним хоть как-нибудь связан. А мое-то предложение - взаимовыгодное. Она, правда, пыталась выяснить зачем он мне, но я так ее запугал, что будь Ясон рядом, она б мне его прямо сразу в руки бы впихнула с бантиком на шее. - Чего бесишься тогда? Много запросила? - Нормально запросила - два миллиона. - Не кисло! - Обычно. Для меня его жизнь... бесценна, пусть для тебя это и пафосно это звучит. А сами технологии, по которым Юпитер создавала Минка... в разы дороже. Просто эта дура так до конца и не поняла, кто попал к ней в руки. И слава Юпитер! А бешусь я ... Она хотела сдать его только потому, что он ее банально не тр..ул, представляешь?! Самолюбие взыграло! И ради вот этого ничтожного самолюбия, эта сучка без малейших сомнений подписалась на убийство. - Можешь ты краски сгущаешь, а Ред? Возможно, она просто мужа приревновала? - Плевать ей на мужа, поверь мне. Она Ясону простить не может, что он его тр..ет, а не ее. Ох, Юпитер! Вот знаешь, что, Дарк, - Меченый тяжело вздохнул, - запомни этот момент - нам продали Блонди, как какую-нибудь секс-долл из Раная-Уго! Я закатил глаза: - Да наср..ть! Забудь ты о ней. Когда можем выдвигаться за Минком? - Утром. Она постарается выпроводить Пейна, чтоб мы могли остаться только с Ясоном. Хотя, конечно, было бы лучше отправиться прямо сейчас. Нам время дорого. *************************** Однако утром, когда мы наведались в выпендрежный особняк Пейнов, все сразу пошло не по плану. Нас встретила сама хозяйка - роскошная рыжеволосая красотка. С перекошенным от страха лицом она истерически выпалила, что муж заперся в комнате с Аполло и отказывается ей открывать. По словам жены, в спальне также был пистолет - старинное террорианское стрелковое оружие теперь вновь было в моде, а чокнувшийся Пейн уже успел приобщиться к тренду. Мы на цыпочках подошли к двери и прислушались: внутри царила гробовая тишина. Одними губами Катце предложил миссис Пейн попробовать вызвать мужа еще раз. Размазывая слезы вместе с тушью по симпатичной мордашке, она подошла к двери и запричитала: - Алекс, Алекс, ну открой! К нам пришли клиенты. Они хотят сделать заказ на Аполло. Если ты не в настроении, то я могу сама с ними переговорить, только выпусти Аполло, чтобы обсудить условия! - Ты думаешь, что я не знаю, что ты сделала?! - раздался из-за двери хриплый, совершенно невменяемый крик. Голос то взвизгивал, как ржавые петли, то рычал, так что понять кому он принадлежит - женщине или мужчине, не знай я, что за дверью Пейн, было бы не возможно. - Я слышал, как ты вчера хвасталась своему еб...рю, что продала контракт Аполло! Ты продала его, как сраную вещь!! И даже меня не поставила в известность! Но я не отдам его... Он - мой, слышишь, ты, Аполло - мой!!! - визжал взбесившийся фотограф. Внезапно интонации изменились, и в них появилось нечто, вроде растерянности : - Ему плохо... Наверное, я убил его... доза была слишком большой... Слышишь ты, сука! - снова начал орать он, - Я убил его из-за тебя!! Я боялся, что он... захочет уйти... А я не могу с ним расстаться. Не могу, ты можешь это понять?! Можешь ты это понять, проклятая тварь?!!! - из-за двери прогремел выстрел. Пуля пробила никчемную антикварную дверь насквозь и просвистела над нашими головами. Девушка с диким криком бросилась прочь, а мы с Катце рухнули плашмя. - Эй, Дарк, я так думаю, что ждать больше не х..ра, - прошипел Ред, - Сейчас я к этой фигне присобачу кой-какую штучку. Надеюсь, этот сучонок торчит недалеко и его тоже шандарахнет, как следует. Как дверь рванет, сразу ныряй внутрь и отбирай у этого дебила ствол, пока он нас не пристрелил. Справишься? Ты, вроде, у нас в таких делах опытный, небось не впервой. Я кивнул, и Катце ужом пополз к двери. Бабахнуло так, что у меня аж искры из глаз посыпались. Все моментально заволокло дымом. Через гул в голове я услышал выкрик Меченного: - Рикки, давай! - и рванул. Ох..вший фотограф сидел на полу и очумело тряс головой. Из уха у него текла струйка крови, на лбу наливалась огромная шишка. Он дико уставился на меня и одними губами прошептал: - Рикки?!! - Он самый! - ухмыльнулся я, и как коршун кинулся на него, пытаясь отобрать пистолет. Боец он был аховый, но видимо, съехавшая крыша придавала ему сил, поэтому мы возились, как мыши в коробке. Наконец я вывернул ему кисть до хруста - так, что дуло уперлось ему в живот и сказал: - Брось бяку, малыш. Он посмотрел на меня больными глазами и... нажал на курок. Влетевший, чумазый, как последнее цересское отребье, Ред лишь мельком взглянув на него, прокомментировал: - Так проходит земная глупость! - и тут же рванул к Ясону. Эстет блин! Я сплюнул на пол и посмотрел на завалившегося на бок фотографа. Хм... А, пожалуй, он ничего так, даже хорошенький. И лицо такое трагическое в посмертии. Вот только, на данный момент, мне было его совершенно не жаль. Сука! Я поднялся и пошел к гигантскому трахо...му, на котором возлежал Ясон. Только сейчас до меня дошло, что его поведение было донельзя странным. Все то время, пока вокруг творился этот гребаный бардак, Блонди дрых к нам спиной, словно на каком-нибудь тихом Анубийском пляжу. Я поднял глаза на Катце. На лице дилера, словно переводная картинка проступал дикий ужас, губы тряслись так, что не могли выговорить ни единого слова. Наконец он просипел: - Бл..ть.... Что он наделал?! Он же... он же реально убил его... Рикки! Больше не слушая, я рывком перевернул Ясона на спину. То, что дело ху...во, было видно невооруженным взглядом: глаза Блонди закатились, виднелись только белки; из уголка рта, на подушку стекали уже порядком подсохшие струйки крови и кровавой пены. Бледная, приобретшая даже какой-то голубоватый оттенок, кожа была настолько холодной, словно он умер несколько часов назад. В панике, я шарил пальцами по его шее, пытаясь нащупать пульс, пачкая Ясона кровью мучителя. Наконец после нескольких бесконечно долгих, наполненных истерикой минут я уловил слабое, еле заметное биение. - Что стал, как вкопанный! - набросился я на Катце, - Хватай за конец простыни и поперли его к машине! Меченый, видимо что-то поняв по моему лицу, сосредоточенно кивнул и потянул ткань с лежащими на ней ногами Ясона. Бесчувственный Блонди был страшно тяжелым. Задыхаясь, мы молча тащили его, обливаясь потом, стараясь двигаться, как можно скорее. Когда до тачки оставались уже считанные дюймы, я не выдержал: - Бл..ть, на хрена ж она пихает в них столько титана! Катце открыл было рот, собираясь что-то сказать, как тут же со стоном осел на землю. Да епт твою ж Юпитер! Что за день-то такой! Сзади Катце, стоял Лидерман и, мерзко ухмыляясь, целился в меня парализатором. - Давай, Рикки, помоги господину Консулу улечься в салончик и отойди от машины. На плечи навалилась жуткая усталость: - Маркус, ну тебе-то еще какого хрена от него нужно? - Какого хрена, говоришь? - мой бывший любовник широко улыбнулся, - да все того же. Хочу, понимаешь, побывать на твоем месте, ну или хотя бы этого долб..ба - Алекса! - он презрительно фыркнул. Ох..ть! Еще один чокнутый поклонник Блонди! Однако это уже что-то: это ж надо быть настолько тупым, чтоб пытаться замутить роман, по-сути, со своим же конкурентом! Да... ну и идиот же ты, Дарк! Ладно, сейчас не время для самобичевания. Стоп! А откуда Маркус знает, что Ясон бывший консул? Однако вслух я произнес совершенно иное: - Ты возможно не заметил, конечно, но Ясону сейчас как-то не до любовных утех. Может разрешишь нам доставить его в больницу, а уж потом будем расставлять все точки над "i"? - А нечего расставлять, Рикки. Ты оперативно укладываешь Минка в салон и можешь отваливать на все четыре стороны. А уж с Блонди я как-нибудь потом сам, без тебя разберусь. - Мне, конечно, жуть как интересно, откуда ты знаешь, что он - Блонди, да мало того - консул? Но я спрошу не об этом: Маркус, а ты не боишься, что он сейчас сыграет в ящик? Ему реально очень хреново и приклеенный пластырь или, что ты там еще умеешь делать, ему не поможет. Честно говоря, ему даже не каждая клиника сможет помочь. - Да не волнуйся ты так! Я довольно неплохо разбираюсь в анатомии - пришлось, знаешь ли. Справимся как-нибудь. - В анатомии Блонди ты тоже неплохо разбираешься? - на поднявшегося с тротуара Катце было страшно смотреть: лопнувшие от удара током сосуды сделали белок глаз полностью красным, сливаясь с карией радужкой так, что казалось, будто внутри Меченного полыхал рагонов огонь, - Не иначе как ты, твою мать, из Киира? - он согнулся, закашлявшись. - Хм... значит нужно ставить уровень заряда на максимум - быстро оклемался... - задумчиво пробормотал Лидерман, - Не из Киира... Откровенно говоря, я вообще не знаю, что это такое. Но вы ж не переставая трендите, глядишь и соображу что-нибудь, - глядя на мое вытянувшееся лицо, он рассмеялся, - Жучок, Рикки, кро-ошечный жучок в воротнике куртки - и все ваши маленькие секреты - как на ладони. А насчет Ясона... Трудно не поражаться подобной красоте, поневоле начинаешь задумываться. Ну а когда я стал прослушивать ваши разговоры, то быстро сложил два и два. Я со злостью скинул куртку и припечатал воротник каблуком. - И как давно ты на него запал? - Я решил позаговаривать ему зубы, пока Ред медленно, шажок за шажком, по дуге, начал обходить Маркуса, пробираясь ему за спину. - Давненько... Да вот только кроме тебя, он никого и ничего не замечал. Я так подумал: нужно тебя подвинуть, сбагрить куда-нибудь, а потом уж примелькаться перед глазами. Чем я-то хуже? Мне вообще интересно, чем таким ты его зацепил? Что в тебе такого особенного? На мой взгляд, даже этот еб..тый фотограф был куда лучше. Любой бы на твоем месте целовал землю, по которой он ходит, а ты только ныл и ныл... то то - не так, то это - не эдак. А что ты сам-то можешь предложить Ясону? Неплохое тело? Так и у меня оно ничего. У Пейна к телу хотя бы прилагались деньги и слава. А от тебя толку, как от козла молока. Разве что... трах..ся неплохо. Ну так и я в этом вопросе не профан! Вообще-то я хотел тебя грохнуть - если честно, изначально план был такой. Но тут прям подфартило - ты закатил истерику и сам свалил. И все уже было совсем на мази - вот только Блонди взял, да пропал. Я даже растерялся немного. Ну а уж когда он стал на каждом втором фасаде светиться, тут-то я и смекнул, где его нужно искать. - А со мной-то трах...ся для чего? Решил совместить приятное с полезным? - я внимательно следил, как Рыжий, уже благополучно вставший почти за спиной у этого м..ка, готовится врезать ему по ногам, - Сестру подложил. Не жалко девчонку-то? - Эта озабоченная дура сама влезла, - скривился бывший товарищ, - Да и поделом: как говорится: " За что боролась, на то и напоролась", - он хохотнул, - А трах..ся... Очень, знаешь ли, хотелось понять - чем таким ты Консула зацепил? Да и потом: нужно же, как говорится, держать руку на пульсе. Но я честно признаю - трах..ся ты неплохо. В этот момент Катце со всей дури лягнул Маркуса по ногам. Лидерман полетел вперед, а вместе с ним и бело-голубая электрическая дуга. Прямо мне в рожу. Я бросился на него и со всей силы толкнул линдермановскую руку с парализатором обратно. Раздался истошный крик, запахло паленым мясом. Не глядя, на свалившегося кулем Маркуса, я пнул его под ребра, сплюнул и сказал: - Вот уж, действительно, так проходит земная глупость! Погнали, этот говнюк, и так отнял у нас до х..я времени. ************************************* Как мы добрались до больницы - я плохо помню. Помню только, что гнал, как сумасшедший. Как когда-то в гонках на Амои, и мне было абсолютно плевать на всякие там правила и законы Анубиса: в голове стучала одна мысль: "Только бы успеть!". Катце, предупредивший о нашем приезде уже знакомую нелегальную клинику, сидел сзади с головой Ясона на коленях, отражаясь в стекле кровавым старотеррарианскм божеством. Нас уже ждали. Ясона увезли сразу, а нас с Меченным препроводили в бокс перед палатой. Дилеру тоже предложили медицинскую помощь, но он отказался и теперь стоял у окна, разглядывая урбанистический пейзаж. Я немного расслабился: Ясон, наконец-то, в руках опытных врачей, к тому же знакомых со своим необычным пациентом и всеми его... особенностями. От усталости сознание отключалось. Мимо пробежала одна медсестра, следом за ней припустила из палаты, а потом чуть ли не вприпрыжку вернулась обратно - другая. Затем в палату быстрым шагом вошел еще один врач. Я выпал из прострации: - Какого рагона там происходит? Что за движуха? Чего они носятся взад - вперед? Потревоженный мной Ред отвернулся от окна, и в ту же минуту дверь отворилась. Бледный доктор утирал испарину дрожащей рукой: - Мистер Катце, я боюсь... Сердце мистера Минка остановилось. Мы старались его запустить, но... Мне очень жаль, но я боюсь, что он... - Какого хрена! - я влетел в палату, отшвырнув его со своего пути. Всех моментально выдуло в коридор, оставив огромную комнату практически пустой. На негнущихся ногах я двинулся вперед. Все происходящее казалось каким-то дурным сном, в котором от двери мне был виден только профиль блонди, бледный настолько, что практически сливался с постельным бельем. Было очень тихо и только неприятно гудел на одном высоком, бесконечном звуке, один из мониторов. Наверное поэтому я не сразу понял, что вой за спиной издает человек. Обернувшись, я увидел Катце стоящего на коленях и издающего эти звуки: нечто среднее между воем, стоном и криком. Глава темного рынка сейчас больше напоминал маленького ребенка, сжавшегося в комок. Это было странно, и по-своему страшно. - Катце... - шагнул я к нему. - Не смей, не вздумай называть меня так! - внезапно заорал он, правда тут же сдулся, - Меня зовут Доминик. Это он... он назвал меня... Катце... На аукционе было много фурнитуров и у меня было мало шансов, практически никаких... Я был слишком взрослым, плюс плохая родословная... Покупатели проходили мимо, не обращая на меня никакого внимания. Я даже слышал, как хозяева обсуждали не продать ли меня в Раная - Уго. Найдется ли извращенец на кастрата? Я настолько отчаялся, что все вокруг стало мне безразличным. И вдруг по рядам покупателей пробежал шепот. Они расступались словно волны перед Моисеем - Блонди. Многие ахали: высший из высших! Сам консул Минк почтил торги своим присутствием! Толпа жадно рассматривала его, стараясь подойти ближе, но отряд дроидов отлично сдерживал и нетерпение, и любопытство, и... похоть. Ясон спокойно шел вдоль экспозиции, неторопливо рассматривая товар. Внезапно он остановился прямо передо мной и распорядитель кинулся к нему со всех ног. - Мне нравится вот этот, рыженький, - негромко проговорил он своим бархатным голосом. Я не мог поверить, что это происходит наяву. Высший из высших не просто проявил любопытство, которое вовсе не было брезгливым, как я привык, он... выбрал меня и, кажется, намерен был купить. Я был так поражен, что не мог даже молиться об этом. - Господин Минк, - распорядитель вдвое согнулся в поклоне, - я бы посоветовал вам другой товар. Простите, но у этого экземпляра есть определенные минусы... - Нет, я хочу этого, - удивительный голос - ласковый и стальной одновременно, от которого подкашиваются ноги, которому невозможно противостоять, - Он мне нравится, и лицо смышленное. Он посмотрел на меня своими синими глазами и мое сердце остановилось, - Я буду звать тебя Катце - "лисенок", малыш. Ред закрыл лицо ладонями и тихо, как-то обреченно заплакал. Я подошел, опустился на колени и обнял его. Действительно, словно маленький, испуганный лисенок он уткнулся мне в грудь: - Он был тем немногим, что было мне дорого. Как... что мы теперь будем делать без него, Рикки?! Ах, Катце, если бы я знал... Держа его содрогающееся от рыданий тело в объятьях, я думал о том, что наверное из всех нас, одержимых красотой Ясона, только Катце по-настоящему любил его. Любовь Катце была практически бескорыстной и безусловной. Его маленькому, изуродованному счастью всего-то и нужно было: знать, что Ясон в нем нуждается, что он его по-своему ценит, и что... его Голубая звезда счастлива. Пусть вопреки, и пускай с другим. Но счастлива. Весь мир Катце, по сути, крутился вокруг нее. А теперь, когда ее не стало - мир рухнул. А потом я подумал о том, что и мой мир точно такой же. Как бы я не отрицал этого, не закатывал истерики или сбегал, без Ясона все казалось ненужным, тусклым, бесполезным. Да, множество раз я рвался к свободе... от него. Но что есть свобода? Блуждание в одиночестве, бесконечная смена партнеров? Нет, это все - не свобода. Свобода - это выбор. Когда-то, на том самом аукционе Катце сделал его, также, как и я - в Дана Бан - сделал свой. Принесло ли мне это счастье? Да, пожалуй. Просто я долго не мог понять, что это именно оно, а потому и рвался изо всех жил. Но если этого странного, во всех смыслах "нетипичного" Блонди нет рядом, то ничто не приносит мне радости: ни крепкий стаут, ни компания друзей, ни секс, ни работа или красоты Анубиса. Одним своим присутствием он освещает даже самое рутинное занятие или унылую берлогу, вроде той дыры, в которую я привел его впервый раз. Поэтому твой вопрос, Катце - в самую точку. Что мы будем делать теперь? Теперь, когда его не стало?.. Внезапно меня обуяла настоящая ярость. Отпустив Меченного, я бросился к больничной койке и, схватив Ясона за плечи, начал трясти его изо всех сил: - Не вздумай сдохнуть здесь, и оставить меня одного! Вставай, сволочь!!! Это я должен убить тебя за все то, что ты с нами сделал! Я, а не этот гребаный Пейн! Как ты можешь, вдоволь поизгалявшись, вывернув наизнанку и приручив, теперь вот так запросто нас бросить?!!! Что мы... как я должен жить, если я только-только начал понимать, за что я люблю тебя?... Силы кончились также внезапно, и я осел на пол, прижавшись лбом к холодной, свешивающейся с кровати руке. Все расплывалось перед глазами. Я понял, что тоже плачу, вытер слезы рукавом: - Ясон... я уже терял тебя однажды, не позволяй... я не хочу... я не вынесу этого снова... Слезы текли и текли беспрерывным потоком. Я и не знал, что умею плакать. Даже в тот, наш первый смертельный раз, слез не было вовсе. Сердце, переполненное болью билось везде: в груди, в горле, даже, казалось вовне. Оно стонало и пульсировало, издавая громкий, отрывистый звук. Я настолько погрузился в это чувство, что не замечал ничего вокруг, как внезапно горячие руки вцепились мне в плечи, вынуждая поднять голову. Лицо Катце было совершенно безумным. Цепляясь за меня, он смотрел куда-то вверх, на мониторы и шептал: - Слава Юпитер! - Ч-что?... - Слава Юпитер, Рикки! - он перенес взгляд страшных, сумасшедших, залитых кровью глаз на меня, - Ясон - Блонди. Это - перезагрузка!