Опасное желание

      Клуб «Золотой Лотос» находился в шикарном коттедже в оживлённом районе Лаймхаус, расположенном на востоке Лондона, с видом на Темзу и город. Именно сюда в поисках опиума приходил Дориан Грей, а Джек-потрошитель выискивал тут новых жертв. Сейчас в Лаймхаус совсем не страшно, и даже романтично — чайки проносятся над водой, спокойно дрейфуют яхты, по берегу Темзы прогуливаются семьи с детьми и влюбленные пары. Именно в этот район направлялась Гермиона Уизли, сидя на заднем сидении роскошной машины, и нервно постукивая пальцами по кожаной обивке.       Большой черный лимузин, с затемненными стеклами, моргнув желтыми фарами, плавно затормозил возле высоких зубчатых ворот. Водитель посигналил, и металлическая решетка медленно поползла в сторону, освобождая въезд во двор. Проехав еще немного, автомобиль остановился возле белой мраморной лестницы, по обе стороны которой светились фонари в виде факелов, и девушка поняла, что пути назад нет. Прикрыв на секунду глаза и сделав глубокий вздох, чтобы унять нервозность, Гермиона вышла из машины.       

***

       В золотой маске, изображавшую греческую богиню, натертая блестящей позолоченной краской, Гермиона стояла посреди великолепного зала. От роскоши и блеска захватывал дух. По обе стороны просторного холла располагались широкие лестницы с резными перилами, ведущие на второй этаж. Под высоким потолком висела огромная люстра в виде цветка лотоса, распустившего свои белые лепестки.        Внутри было прохладно, и обнаженное тело Гермионы изредка вздрагивало от поцелуев промерзлого воздуха. Холл дышал терпким ароматом лотоса, горьковато-сладким запахом корицы, мяты и роз. В центре располагался небольшой мраморный фонтан, ласкавший слух посетителей плеском лазурных вод, на поверхности которых плавали нежные цветы лотоса. Возле лестниц стояли обычные с виду статуи Богов, но присмотревшись повнимательнее, можно было обнаружить, что они живые. Вот Афина, моргнув, плавно качнула округлыми бедрами и, подняв руку, поприветствовала гостей. Аполлон смотрел надменно и величественно, словно желая показать, что простые смертные не достойны дышать с ним одним воздухом. Прислушавшись, Гермиона уловила сладостные мелодии, которые издавали арфы в руках у нимф, появившихся словно из неоткуда.       Повсюду стояли люди в золоченых масках и с любопытством смотрели по сторонам. «Новички», так их назвал Верховный Жрец, стоявший на небольшом круглом балкончике. Это был невысокий тучный мужчина в красном балахоне, чье лицо скрывала черная лакированная маска. Он радостно приветствовал собравшихся и выказывал надежду на то, что пребывание в «Золотом лотосе» для каждого вновь прибывшего окажется радостным и принесет им множество удовольствий и наслаждений.       По правую руку от Гермионы стоял чуть полноватый мужчина, с довольно крепкими руками и толстой шеей. С левой стороны от девушки находился, судя по его телу, молодой парень. Одной рукой он ласкал себя, медленно поглаживая рукой внушительных размеров член вдоль ствола. Напротив Гермиона заметила женщину весьма аппетитных форм, достойных пера самого Рубенса. Пышные бедра, большая грудь, массивный зад. Несколько мужчин уже обратили на нее внимания и, судя по их восставшим членам, эта дама явно приходилась им по вкусу. Гермионе стало понятно, почему парень рядом с ней так возбудился. Сама же Гермиона пока испытывала только чувство волнения и страха перед неизвестностью. Кого ей приготовили для первого раза? Правильно ли она поступила? Эта мысль снова и снова вспыхивала в ее голове.       Новички стояли вокруг фонтана, в воздухе витало предвкушение чего-то нового и удивительного. К ним по очереди подходила обнаженная девушка и протягивала красивую серебристую шляпу, в которой находились листочки с именами их партнёров на эту ночь. Тот, кто доставал имя, следовал за провожатым по ярко освещенному коридору, находившемуся между лестницами.       Наконец подошла и ее очередь. Гермиона, трясущейся рукой, вытянула свернутую записку и вручила ее своей провожатой. Взглянув на написанное имя, незнакомка поманила чуть живую от страха Гермиону за собой. Они шли по длинному коридору, освещенному бесчисленным количеством свечей в виде лотосов, и Гермионе становилось все страшнее. «Правильно ли я поступаю?», — вновь пронеслось у нее в голове. Но вспомнив о своем муже, она отбросила сомнения.        До встречи с Роном, Гермиона не особо была знакома с искусством секса. У нее было несколько половых партнеров, не сильно отличающихся друг от друга. Все они мнили себя настоящими мачо и после секса неизменно интересовались, понравилось ли девушке. При этом весь их вид кричал о том, что уж они-то в себе уверены на сто процентов. Особого удовольствия от соития Гермиона не испытывала, но боялась в этом признаваться, не желая обижать парней, которые целых пять минут пыхтели на ней.       Когда появился Рон, Гермиона влюбилась практически с первого взгляда и ее не смущал тот факт, что в постели у них было все вяло, пресно и без огонька. Она искренне считала, что для семейной жизни это не важно. Со временем Гермиона начала понимать, что ей чего-то не хватает. После каждого раза с Роном она чувствовала незавершенность и неудовлетворенность. Тугой узел внизу живота болел и тянул. И вот пришел тот день, когда девушка впервые сама дотронулась до себя. А затем, как-то под покровом ночи, она наведалась в секс-шоп на окраине города и, сгорая от стыда и смущения, купила свой первый вибратор. Рон об этой покупке не догадывался, как не знал он и о том, чем занималась его жена после того, как он отходил в блаженное царство Морфея.       Пару раз Гермиона даже пробовала говорить с мужем на эту тему, но тот лишь злился и уходил в другую комнату, не желая слушать претензии жены. По его мнению, проблем не было, и Гермиона слишком уж драматизировала.       Она все еще не вручила Рону заявление о разводе, в надежде что-то исправить. Все таки их связывали десять лет супружества… Неделю назад Гермиона поняла окончательно — ничего уже нельзя изменить. Секс с Роном, как обычно, свелся к паре вялых телодвижений, затем он кончил и довольный уснул, уткнувшись в подушку. Испытывая сильнейшее раздражение и не угасшее возбуждение, Гермиона решила позвонить по номеру, который был указан в том необычном приглашении.       Больше всего ее интересовал вопрос, так ли необходимо присутствие обоих супругов? Но приятный голос на другом конце телефонной связи, заверил Гермиону, что это вовсе не обязательно. — В нашем клубе вы можете найти то, чего нет в вашем браке. Вы раскрепоститесь, получите уникальный опыт и, возможно, благодаря этому вам удастся наладить отношения со своим партнером.        И вот теперь, спустя всего лишь неделю после звонка, Гермиона, на трясущихся ногах, голая и покрытая золотой краской, следовала за странной девушкой. Остановившись напротив двери обитой красным бархатом, провожатая распахнула ее и жестом пригласила клиентку войти. Сглотнув и сделав глубокий вздох, взволнованная Гермиона переступила через порог и вошла внутрь. Дверь за ней плавно захлопнулась, и она оказалась в таинственном полумраке.       Когда глаза привыкли к темноте, Гермиона наконец-то смогла осмотреться. То тут, то там были расставлены небольшие светильники в виде лотосов, от которых исходил слабый желтоватый свет, окрашивающий все вокруг в странный цвет. Комната была обставлена в том же античном стиле, что и весь дом. В углу стоял огромный шкаф с резными ножками. Посреди комнаты располагалась массивная кровать, на которой возлежала голая мужская фигура. Тело незнакомого мужчины с ног до головы покрывала все та же искрящаяся золотом краска.       Лицо незнакомца скрывала маска, которая изображала какого-то бога, но Гермиона не знала, какого именно. Тяжело задышав, девушка шагнула к нему навстречу. Мужчина протянул ей руку, и Гермиона вложила в нее свою влажную ладонь. Маски снимать строго запрещалось и Гермиона могла видеть лишь красивое поджарое тело, с литыми мышцами, которые краска подчеркивала еще сильнее. Мужчина явно следил за собой и регулярно посещал спортзал.       Гермиона с гулко бьющимся сердцем легла на гору мягких подушек и облизала пересохшие губы. Из прорезей в маске на нее смотрели красивые ярко-синие глаза, светившиеся похотью и вожделением, а не любовью и нежностью. От этого обжигающего взгляда внизу живота все скрутилось в тугую спираль, и Гермиона хотела лишь одного — чтобы ее трахнули. Жёстко и грубо. Такого в ее жизни еще не было. Ей двигало странное желание — дикое, низменное, первобытное. Оно существовало задолго до ее рождения и будет жить вечно.       Незнакомец тем временем принялся гладить руками ее истосковавшееся по ласке тело. Его сильные руки действовали очень настойчиво и умело, заставляя Гермиону трепетать и тихонько постанывать. На удивление, девушка не чувствовала стыда или отвращения, ей было совершенно все равно на то, что она изменяет мужу. Сейчас ее тело с радостью откликалось на эти головокружительные ласки, и жаждало большего. То, что этот незнакомец делал своими руками, оказалось настолько потрясающим, что уже через несколько минут Гермиона совершенно расслабилась и позволила своему телу отзываться.       Теплые ладони гладили ее грудь, а пальцы, как бы ненароком, задевали соски, которые моментально набухли. Сильные руки начали свое путешествие вдоль гибкого тела Гермионы, прокладывая себе дорогу к сокровенному месту, скрытому между ног девушки. Прогнувшись в пояснице и протяжно шикнув, Гермиона развела в стороны бедра, и мужская рука, не найдя никакого сопротивления, накрыла сочившееся влагой женское лоно. Палец проник между ними, нежно поглаживая и совершая круговые движения вокруг клитора. Вот он быстро юркнул внутрь, словно проворный зверек, но тут же выскочил обратно. Гермиона, едва не задохнувшись от восторга, протестующе заскулила. Человек под маской довольно ухмыльнулся и вновь проник пальцами внутрь женского тела.       Все, что происходило дальше, Гермиона помнила с трудом. Доведя партнершу пальцами до полного изнеможения, и сорвав с ее губ хриплые всхлипы и стоны, мужчина приставил свой налитый кровью член к ее разгоряченной плоти, потерся головкой о половые губы и ворвался в возбужденное тело, словно таран. Быстро, сильно, без промедления. Громко охнув, Гермиона развела ноги, как можно шире, желая, чтобы этот восхитительный, твердый член, наполнил ее всю.       Все это приводило Гермиону в неистовый восторг. Чужой член идеально помещался в ней, хоть и был довольно внушительного размера.       Незнакомец, слегка выждав и дав возможность любовнице привыкнуть к нему, начал двигать бедрами. Сначала он двигался осторожно, замирая, войдя в нее до упора. Гермионе было этого мало! Она хотела, чтобы он взял ее по-настоящему, и принялась нетерпеливо ерзать на твердом, набухшем члене незнакомца, показывая всем видом, что жаждет большего. И он сжалился над ней. Выйдя из нее, он одним рывком приподнял Гермиону и поставил в позу «собаки». Закусив губу, она вся затрепетала в предвкушении. Сильные руки сжали ее талию и могучий, набухший и влажный орган, вновь ворвался в ее глубины до самого конца. Громко вскрикнув, Гермиона уткнулась лицом в подушку и вся задрожала. Еще один толчок, мощнее предыдущего. Удары сыпались один за другим, не давая ей прийти в себя и унося в пучину наслаждения.       Больше не существовало ничего — только член внутри нее, окрасивший весь ее мир яркими красками. Этот танец страсти был долгим и упоительным, их стоны и крики слились в одну чарующую мелодию, наполнившую комнату до отказа.       Чувствуя приближение оргазма, Гермиона максимально сосредоточилась на пульсирующей точке внутри себя, которая разрасталась до размеров пузыря, готового вот-вот взорваться. И вот волна высшего наслаждения вырвалась на свободу, разбивая пульсирующий шарик на тысячи осколков. Гермиону трясло в сладком оргазме, и она непременно упала бы, если бы не руки, удерживающие ее на весу. Член незнакомца продолжал наносить мощные удары, ускоряя темп. Внезапно он вышел из нее, и Гермиона почувствовала, как липкие капли обожгли ее трясущиеся ягодицы. Рухнув на подушки, она слушала, как с приглушенным стоном кончает незнакомец.       Вернувшись домой, Гермиона решила, что пока не станет давать ход бракоразводному процессу, иначе вход в Клуб ей будет запрещен. А она не могла этого допустить. Устроившись рядом с мирно сопящим мужем, Гермиона томно улыбнулась.