Опасное желание

      Покрутившись возле зеркала, Гермиона осталась довольна выбранным нарядом. Элегантное запашное платье цвета крем-брюле с открытыми плечами и широким поясом сидело, как влитое. Крой был простым, но это только добавляло его хозяйке загадочности. Тонкая золотая цепочка и туфли в тон к платью идеально дополняли образ. Бросив взгляд на часы, она взяла с тумбочки ключи, подхватила маленькую красную сумочку и вышла из дома.       Гермиона сидела за круглым столиком в небольшом кафе, расположенном в центре города. Несмотря на ранний час, тут было многолюдно, впрочем, как всегда. Хорошо, что Джинни заблаговременно забронировала им столик на круглой открытой террасе, подальше от любопытных глаз. Повсюду разносились удивительные манящие запахи, от которых текли слюнки. Заказав свой любимый эрл грей и пирожное, Гермиона убрала с лица непокорную прядь волос и принялась разглядывать помещение. Как давно она тут не была!       Это уютное маленькое кафе они с Джинни обнаружили во времена своей бурной юности. В то время они частенько не спали до утра, гуляли по ночному Лондону с бутылкой виски, смеялись и говорили обо всем подряд. Тогда Гермиона не была знакома со старшим братом Джинни, она лишь видела его по фотографии и страстно мечтала с ним познакомиться. Подруга всегда шутила, что было бы здорово, если бы Герми вышла замуж за одного из её братьев, и тогда они стали бы сёстрами. Тяжело вздохнув, Гермиона грустно улыбнулась. Как давно это было… Ее каштановые кудри шевелил легкий ветерок, а лучи солнца целовали обнаженные плечи, которые прошлой ночью ласкали сильные мужские руки. От этих сладких воспоминаний Гермиону кидало в дрожь, а кровь приливала к лицу, заставляя его пылать. К тому времени, как официант в белоснежном костюме подал ей чай с нежным кремовым пирожным, она успела перебрать в памяти все мельчайшие подробности прошедшей ночи. Ей до сих пор не верилось, что она решилась на этот весьма безумный шаг. Гермиона думала, что вскоре начнет сожалеть о содеянном, но совесть спала крепким беспробудным сном, а память вновь и вновь подсовывала самые яркие картинки. Чужой член в ней творил просто волшебные вещи, заставляя забыть обо всем на свете. — Дорогая! — услышала Гермиона звонкий голос своей подруги и, тряхнув головой, вынырнула из сладких грез. Обернувшись, она увидела, как стройная девушка с огненно-рыжими волосами, в приталенном синем платье спешит к ней, собирая на себе заинтересованные мужские взгляды. Гермиона усмехнулась. Так было всегда. Её подруга, где бы ни оказалась, постоянно была центром мужского внимания. А потом Джинни познакомилась с Гарри Поттером.       Гермиона не успела додумать, так как Джинни уже подлетела к ней. Поднявшись с плетеного стула, Гермиона с радостью распахнула объятия. Все-таки она очень любила Джинни, несмотря на то, что брак с её братом оказался неудачным.       Немного поболтав о разных мелочах, Джинни наконец-то перешла к делу: — Ну, рассказывай, дорогая. Что там у вас происходит с моим братцем?       Помешивая серебристой ложкой давно остывший чай, Гермиона собиралась с мыслями, не зная, с чего начать. Джинни потянулась через стол и, взяв руки подруги в свои теплые ладошки, ободряюще их сжала. — Герми, — мягко проговорила рыжеволосая девушка, нежно погладив подругу по запястью. — Ты же знаешь, что можешь мне довериться.       Да, Гермиона действительно это знала. Перед глазами вспыхнули те отвратительные моменты из её прошлой жизни, когда только Джинни была рядом и поддержала её. На неё всегда можно было положиться.       Подняв глаза, Гермиона взглянула в озабоченное лицо подруги, сделала глубокий вздох и начала свой долгий, печальный рассказ, под названием «Семейная жизнь четы Уизли».       Когда Гермиона закончила, Джинни сидела, словно громом пораженная, устремив взор своих красивых карих глаз куда-то вдаль. Мимо прошел официант, и подруга Гермионы, словно очнувшись, подозвала его. Заказав бокал красного вина, Джинни озабоченно посмотрела на подругу. — Во дела, — покачала она головой, и её волосы засверкали медью на солнце. — Я и не думала, что у вас все настолько хреново. Признаться, я надеялась услышать что-то вроде — «Ничего страшного, просто Рон подарил мне кольцо на размер меньше, и оно мне мало». Я и подумать не могла, что все идет к разводу. Почему ты молчала столько времени?       Гермиона не успела ответить, так как появившийся официант поставил перед Джинни бокал с кроваво-красной жидкостью, а так же блюдо с фруктами и сырной нарезкой. Джинни коснулась губами бокала, оставив на нем следы бордовой помады, и отпила немного. Сильно нахмурившись, она с тревогой смотрела на Гермиону. — Я, конечно, догадывалась, что у вас что-то происходит, но развод… Такого я и представить себе не могла. Так почему ты не поделилась со мной? В её тоне не было обвинения, скорее недоумение и сочувствие. На глазах Гермионы навернулись слезы и она, быстро смахнув их кончиками пальцев, ответила: — А как я должна была сказать? Твой брат не спит со мной, и поэтому я хочу с ним развестись? По-моему, это звучит по-идиотски. — Нет! — отрезала подруга. — Не по-идиотски. Ты считаешь, что люди тебя не поймут и осудят за то, что ты чувствуешь сексуальное желание? Так вот! Секс, моя дорогая, это крайне необходимая вещь. И это нормально! Если Рон тебя не удовлетворяет столько времени, почему ты до сих пор не завела любовника?       Джинни сказала это так легко и непринужденно, что на какое-то мгновение Гермионе показалось, что она ослышалась. Вскинув брови, она удивленно посмотрела на лучшую подругу. Джинни правда это сказала? — Не надо на меня так смотреть! — вспыхнула Джинни, снова отпивая из бокала. — Да будет тебе известно, что у меня любовник имеется. — Ты шутишь! — неожиданно для себя самой вскрикнула Гермиона, широко распахнув глаза.       В это поверить было совершенно невозможно, ведь только слепой не видел, как Гарри и Джинни относятся друг к другу. Их роман был бурный, стремительный, и уже через полгода после знакомства, Джинни в белом платье и со слезами счастья на глазах, сказала «Да» Гарри и взяла его фамилию. М-да… Вот это новости! Похоже, не у неё одной были секреты. — Где вы познакомились? — поинтересовалась Гермиона, немного отойдя от шока. — О! Ты не поверишь! В библиотеке, пару месяцев назад. Там же и случился наш первый раз. Прямо между стеллажами. Это было словно наваждение! Я увидела его и поняла, что хочу прямо здесь и сейчас. — И вас никто не обнаружил? — выспрашивала взбудораженная Гермиона. — Мы действовали осторожно. Забрались в самый дальний угол, он повернул меня спиной к себе, прижал к полкам… Я еще тогда порадовалась, что на мне была короткая юбка, а не брюки. Когда он в меня вошел, я едва не закричала, но он закрыл мне рот своей ладонью и принялся за дело.       Мимо со смехом пробежала пара ребятишек, и Джинни умолкла. Её глаза блестели, щеки полыхали, и сама девушка как-то разом преобразилась. — Джинни, но Гарри… Ты же его так любишь! — Гермиона все еще не могла поверить в услышанное. — Гермиона, мы с тобой слишком рано вышли замуж, — чуть подумав, ответила Джинни. — у тебя до Рона хотя бы кто-то был, а с воспитанием моих родителей… Сама знаешь. Отец и то мне выговаривал, что видел, как Гарри меня поцеловал, а он ведь даже мне не муж. Если бы не они, то возможно, мы с Гарри не поженились бы так рано. Гарри… Он хороший муж, прекрасный отец. Но в постели он никогда не был… страстным. Я не могу сказать, что мне не нравится секс с ним, нет. Он нежный, чуткий и всегда заботится о том, чтобы я получала разрядку. Проблема в том, что мне этого мало. Мне хочется какой-то спонтанности. Чтобы я пришла домой, а он с порога потащил меня в постель. Я хочу, чтобы он брал меня на кухне, во время того, когда я готовлю ему омлет. Или когда я выхожу из ванной, обмотанная полотенцем. Я мечтаю, чтобы Гарри сорвал с меня его и вошел без всякой прелюдии. Он слишком правильный. А Дилан… Дилан, он другой. Знаешь, мы не занимаемся с ним сексом, о нет! Мы трахаемся. Дико, безумно, жарко! Порой мы даже не успеваем дойти до квартиры и начинаем прямо в лифте или даже в такси. Это какое-то безумие, но именно это мне и нравится.       Гермиона, затаив дыхание, слушала свою любимую подругу и не верила собственным ушам. Джинни! Кто бы мог подумать? Гермиона всегда считала Гарри и Джинни идеальной парой, и всё ещё помнила, с каким восторгом подруга выбирала свадебное платье. А теперь она рассказывает ей такие вещи, и что самое интересное, Гермиона поняла, что не осуждает её, а завидует! — Я теперь прекрасно понимаю, что многое упустила, выйдя так рано замуж. — Тем временем продолжала Джинни. — И теперь восполняю то, чего не было в юности. — А ты не боишься, что Гарри узнает? Да и вообще… Тебе не страшно? — Иногда да, — честно призналась Джинни, проведя указательным пальцам по ободку бокала. — Иногда я понимаю, что мои желания… опасны. Но чем глубже я во всё это погружаюсь, тем больше мне не хочется всплывать. Я лучше буду стонать и кончать под другим мужчиной, чем буду вечно неудовлетворённая. С Гарри я не хочу разводиться, так как в целом меня устраивает наш брак. Да и мой любовник не проявляет ко мне каких-то других чувств и не посягает на мою руку. Просто секс. Точнее не так — охрененный секс! Умопомрачительный! Каждый раз с ним я получаю такой оргазм, что еле в себя прихожу.       Джинни расплылась в довольной улыбке, ещё щеки порозовели, а дыхание участилось. Тряхнув копной огненных волос, откидывая приятные воспоминания, она звонко рассмеялась. — Ну вот, каждый раз, как вспоминаю это, хочется набрать номер Дилана и сказать, что безумно скучаю по его члену. Девушки теперь уже вместе залились смехом, и Гермиона наконец-то расслабилась. — Где вы встречаетесь? — От рассказа подруги между ног стало жарко и она еле сдерживала порыв засунуть руку под платье и начать мастурбировать прямо тут. — У него в студии. Он скульптор. Знаешь, это очень сексуально — трахаться на огромной кровати, в окружении десятков скульптур. Кажется, что все они живые и смотрят на тебя. Меня это так заводит. Боже, Гермиона! Что он со мной делает! — Джинни театрально закатила глаза и томно вздохнула. — А ещё мне нравится смотреть, как после секса он голый надевает на себя заляпанный фартук и, пританцовывая, готовит нам бутерброды. Это так сексуально!       Внутри у Гермионы бушевал пожар. Раз уж подруга рассказала ей свою тайну, значит и она могла довериться. Выхватив из рук Джинни бокал с недопитым вином, она одним махом осушила его. Джинни в недоумении уставилась на подругу. Горячая терпкая жидкость скользнула в желудок, обжигая горло и внутренности. По всему телу Гермионы разлилось блаженное тепло и она, набрав в грудь побольше воздуха, выпалила: — Джинни, вчера я была в свинг-клубе, и трахалась с каким-то незнакомцем. Рыжие брови Джинни медленно поползли вверх. — Знаешь, это на самом деле потрясающе, — не давая подруге вставить слова, тараторила Гермиона, глядя на свои трясущиеся руки. — Ты не думаешь ни о чём, а просто получаешь удовольствие. Хотя сначала я думала, что не смогу. Я думала о том, что изменяю Рону, о том, что все это неправильно. Но когда этот незнакомец вошёл в меня, я забыла обо всем на свете, даже собственное имя. И все было именно так, как ты рассказываешь! Охрененный, умопомрачительный секс! Я стонала, словно одержимая, как какая-то последняя потаскуха, дрянь. И я не хотела останавливаться. Его член внутри меня… Я… Боже, Джинни! Я не могу подобрать слов, чтобы все это выразить.       Вывалив всё, как на духу, Гермиона, наконец, осмелилась посмотреть в глаза подруги. Джинни потянулась к Гермионе через весь стол, маня её пальцем. Гермиона подалась вперед. Прищурив глаза, Джинни впилась взглядом в смущенную подругу, залившуюся краской, и совершенно серьезно сказала: — Ты должна взять меня с собой.       Ожидая лифт, Гермиона размышляла над словами Джинни. Взять её с собой? Но как? Может, поговорить с Джорджем и попросить у него ещё одно приглашение? Тогда придется сознаться, что она воспользовалась его подарком, а делиться этим она не планировала ни с кем, кроме подруги.        Лифт, звякнув, остановился и девушка вошла в услужливо распахнутые дверцы. Подняв голову, она уткнулась в серые, с серебряным отливом, глаза. Они принадлежали высокому стройному парню, с идеально уложенными платиновыми волосами. Мазнув по ней равнодушным взглядом, он посторонился, пропуская девушку в кабинку. Тряхнув каштановой копной волос, Гермиона встала позади блондина и уткнулась взглядом в его затылок. В нос ей ударил аромат дорогого парфюма. Пахло сандалом и кедром. Удивительный аромат, который просто сводил с ума. «Должно быть, у него много поклонниц», — подумала девушка, рассматривая его великолепную фигуру, облаченную в черную водолазку и узкие джинсы. — Вам на какой этаж? — внезапно услышала она бархатный, чуть надменный, голос блондина. Черт! Дурочка. Засмотревшись на этого красавца, она совсем забыла нажать нужную кнопку. — Двадцатый, пожалуйста, — выдавила она из себя, заливаясь румянцем. Хорошо, что она стояла к нему спиной, и он не видел её смущение. Молодой человек тем временем дотронулся тонким пальцем до кнопки и лифт, снова звякнув, плавно поплыл наверх.       Зайдя в темную квартиру, Гермиона включила свет, сбросила с ног туфли и прошла на кухню, выпить холодной воды. Хорошо, что Рона не было дома. Он уехал в Манчестер по делам фирмы, от которых зависела какая-то очень важная сделка. Ей, по большому счету, это было совсем не интересно. Сейчас ее заботило совсем другое…       Пройдя в комнату, Гермиона достала вибратор, скинула с себя платье, стянула колготки и кружевные трусики, и улеглась на постель. Раздвинув ноги, Гермиона принялась ласкать себя, вспоминая незнакомца в маске и все то, что он делал с ней, но перед глазами вдруг возник образ того платинового блондина и его пронизывающие серые глаза.