Матвей, никогда не говори "никогда"!

Целую неделю Илья ходил как зомби и бесил меня этим неимоверно. Но ещё больше я за него переживал. Я прекрасно понимал, что сам он не расскажет о том, что с ним происходит, правду из него надо было вытряхивать самостоятельно и вместе со всей той хуйнёй, которая поселилась в его голове, сделав из моего лучшего друга унылое говно, не спящее по ночам. Конечно, блядь, я догадывался, по какой причине Илья мог так себя вести. Однако прижать его к стене, не имея доказательств, не мог, хотя хотелось так, что просто пиздец! И в пятницу почти поймал его с поличным. А он за это пригласил меня в клуб. Расценив, что это его предложение весьма не плохó, согласился. Но даже в клубе Илья умудрился соскочить, сволота! Однако я к лучшему другу прислушался и напирать не стал, потому что понял, что он испытывал небывалое смятение и совершенно не знал, что делать. И рассказать не мог, не потому что не хотел, а потому что сам не мог в себе разобраться. Поэтому мы решили просто оторваться, а для этого нужен алкоголь. Много и желательно очень крепкого. Я очень надеялся, что этот выход в люди поможет моему другу расслабиться и перестать быть тенью самого себя. И, как ожидалось, вечер после выпитого перестал быть томным. Яркие огни танцпола манили, а мы не стали противиться им, бросившись в пляс. Прикончив текилу, начали пить водку. А что такого? Всяких моралистов я всегда слал на хуй. Бывало, что и на свой. Как правило, такие отлично сосут, когда набухаются в слюни. Всегда радовало, как они с пеной у рта отстаивали свои типа "принципы", но ровно до тех пор, пока не попробуют внутрь чего-нибудь горячительного и не возьмут в рот кое-что продолговатое, горячее и пульсирующее. Поэтому гомофобов на дух не переношу! Кстати, именно по этой причине очень уважаю Илью. Его вообще не ебёт, кого я ебу: парня, девушку да хоть коня (не, бляя, ебать коня — это жесть). Он просто дружит со мной, не оглядываясь на то, насколько разнообразна моя сексуальная жизнь, он не осуждает, только иногда смущается и краснеет. Он очень хороший друг. Я рад, что нашёл себе такого. Пусть он и косячит, ошибается и принимает неправильные решения, Илюха — хороший человек, хоть так он сам о себе и не думает. Главное, что я это вижу. И мне этого вполне достаточно. Очень бесит, что все эти мнимые гомофобы геев ненавидят до того момента, пока им кто-нибудь не отлижет и не трахнет так, что кончать будут дальше, чем видеть. Мне нравятся люди, которые не стесняются своих желаний и точно знают, чего хотят. — Извините, — вдруг над головой, вытаскивая меня из мыслей, раздался бархатный мужской голос, отчего мы с Илюхой оба синхронно подняли головы. — Вы не против, если я составлю вам компанию? Я оглядел подошедшего. Определённо в моём вкусе. Я улыбнулся, тут же оповещая парня, что не против, чтобы он к нам присоединился. А что, он очень даже ничего. Хорошо сложённый, симпатичный, светлые, уложенные в творческом беспорядке волосы. Правда, судя по всему, старше нас на несколько лет. Короче, явно уже не студент. Однако: — Конечно. Присаживайся, — предложил я, чуть сдвинувшись в сторону. Парень сел рядышком. Определённо наклёвывалось что-то интересное. — Я, кстати, Игнат, — он представился, мило улыбнувшись. Этот нехитрый жест мне понравился, сердце в ожидании чего-то приятного стало биться чаще. — А я Матвей, — ответил любезностью я, на что парень кивнул и почему-то перевёл взгляд на Илюху. — А меня такие вещи не интересуют! — тут же рассмеялся он, как мне показалось, от неловкости. — Общайтесь, не буду мешать, лучше пойду пока, погуляю, — и тактично поспешил ретироваться. Какой же он хороший! Как же я его люблю. Я проводил взглядом чуть пошатывающегося друга. — Это твой друг, да? — парень решил завязать разговор. — Да, причём лучший! — А тебе здесь нескучно? — он перешёл в наступление, открыто выказывая свои намерения относительно меня. Короче, меня откровенно кадрили! — Да не особо. Хорошая музыка, крепкая выпивка. По-моему, отличное времяпровождение, — я делал вид, что его намёков не понимал. — Знаешь, там, куда я хочу тебя пригласить, будет не менее интересно, — промурлыкал Игнат мне на ухо, лизнув мочку. Даже так! — Заинтриговал. Поехали тогда. Но смотри, если вдруг мне не понравится.. — я, чуть приоткрыв рот, пошло провёл кончиком языка по верхней губе, тем самым обильно смачив её слюной. — Обещаю, — Игнат, прочистив горло, порывисто прошептал, — ты не пожалеешь. И мы поднялись со своих мест, чтобы выйти на улицу. Возле клуба стояли таксисты, перебирая чётки и зазывая нетрезвых клиентов в салон. Игнат сразу подошёл к одному, видимо, договариваться. Я стоял в сторонке и наблюдал, как они размахивали руками и о чём-то оживлённо спорили. Да так долго, что я не только покурить успел, но и даже в телефон залез. Отправил маме смс-ку о том, что затусую с Илюхой, поэтому приду под утро. Она у меня понимающая и никогда не запрещала вот такие попойки. Другой разговор, что сейчас я и близко не с Ильёй. И неожиданно вспомнил, что надо было бы за наши посиделки Илюхе денег на карту перевести, а то своими тремя тысячами он ту поляну не оплатит точно. — Поехали, — подошёл Игнат. Наконец-то! Мы забрались в такси. На заднее сидение. Парень назвал адрес — и мы тронулись с места. Я тут же уставился в окно, типа мне вообще похуй на то, что происходит. Однако такое моё поведение, очевидно, Игната не устроило, он, как только мы выехали с парковки, начал гействовать действовать. Парень придвинулся ко мне очень близко, настолько, что мы стали соприкасаться бёдрами. И положил ладонь на моё колено, принявшись его слегка наглаживать. На это я, увлечённый удивительно прекрасным пейзажем за окном (ночь же, хули, всё видать за версту), повернулся к нему и красноречиво изогнул бровь. Игнат усмехнулся, кажется, довольный моей реакцией, после чего его шаловливая ручонка поползла по ноге вверх, к моему члену. Но не добралась до цели, остановившись на бедре. Я невольно чуть сильнее расставил ноги, тем самым позволив его руке скользнуть чуть глубже. Игнат принялся гладить внутреннюю поверхность моего бедра. Бляя! Я немного запрокинул голову назад и чаще задышал. Его движения распаляли и заводили. Так он ещё и задевал мой стремительно твердеющий член, который сквозь джинсу уже отлично прощупывался. Я возбуждался от нехитрой ласки парня. И уже совсем был не против перехватить инициативу, опрокинув Игната на лопатки. И срать мне хотелось на пидора-таксиста, который с премерзкой улыбочкой палил нас в зеркало заднего вида. Скалился, облизывался. Вообще очень интересно, как мы только доехали в целости и сохранности, потому что я бы не удивился, если б этот "горняк" влетел в зад какой-нибудь машине. Ммм, "в зад", прямо так же, как и я собрался провести сегодняшнюю ночь. Короче, мы приехали. И очень, блядь, вовремя, потому что я был уже на грани. И сдерживался из последних сил. Так хотелось, так хотелось, блядь! Кто бы знал! И только когда я вышел из машины, сумел разглядеть, даже несмотря на сумасшедшее возбуждение, куда это меня мой неожиданный любовник завёз. Элитный райончик. Многоэтажки практически до небес. Не, парень, конечно, был одет стильно, по моде, но не производил впечатления мажора. Хоть и снимал меня в открытую, даже не скрывая этого. Мне кажется, он немного прихуеет, когда поймёт, кто сегодня будет на коне хуе скакать. Невооружённым глазом было видно, что Игнат хотел меня. Хотел именно взять и отъебать. Да вот только хер он угадал. Я не знаю, как выглядел со стороны сегодня, но обычно у меня с распределением ролей не возникало никаких проблем. Я никогда не брезговал сосать, даже наоборот, мне неважно, анус или клитор, я всё готов вылизать до блеска, но когда дело доходит до основной части, уж простите, я сверху, и никак иначе. Да, я в будущем очень бы хотел попробовать себя в пассивной роли, я раскрепощённый ведь, да и интересно получить хотя бы раз анальный оргазм. И я буду таким пассивом, что все активы позавидуют и вмиг себя брёвнами почувствуют. Но пока такого человека, которому я бы доверил своё очко, нет. А предвидится? Почему-то думается, что вряд ли. Расплатившись с таксистом, Игнат, как мне показалось, немного возмущённо-раздражённый, подошёл ко мне и уверенно схватил за запястье, потащив прямо к высотке. Да я себе чуть шею не свернул, пока пытался увидеть последний этаж этого дома. Но не успел. Меня втолкнули в подъезд. Однако не это меня удивило, а бабуля в цветастом платке, что преградила нам путь. — Игнат! — грозно так, звонко, что её голос разнёсся на весь подъезд. — Вера Ивановна, я сдам на охрану завтра! — и, протиснувшись в щель между старушкой и дверным проёмом, потащил меня дальше. — Игнат! Ты меня только завтраками кормишь! Сыта ими по горло! Отцу всё твоему расскажу! Я заметил, что Игнат только цокнул, закатив глаза, и нажал на кнопку вызова лифта. Створки разъехались. Приехал грузовой. Я неслышно прыснул себе под нос, потому что так и представил, как бы обрадовался Илья, узнав об этом. Мы зашли. Места было хоть жопой жуй. Игнат коснулся кнопки двенадцатого этажа. И как только двери закрылись, прижал меня к стене. Он лизнул мою шею с явным намерением не оставить на ней ни одного живого места, только вот я был маленько другого мнения относительно всего этого. Я ловко положил свои ладони на его задницу, сжав половинки. Игнат охнул и упёрся руками в стенку лифта чуть выше моей головы. Он не ожидал такого. А я и не думал останавливаться. Даже наоборот, дал почувствовать своё нехилое возбуждение, пару раз толкнувшись тазом вперёд. Парень смотрел на меня совершенно не нормальным взглядом своих зелёных глаз, на что я пошленько улыбнулся, поиграв бровями. Так мы и доехали, не сменив позы, не произнеся ни звука. Когда створки снова раздвинулись, я аккуратно отпустил парня, что тут же, почувствовав свободу, попятился назад, а потом, покинув лифт, постоянно оглядывался. Кажется, до него дошло, что я так просто своих "активных" позиций на сдам. Я реально хотел Игната и собирался его тоже в необходимости секса со мной убедить. Но не торопился, потому что он судорожно пытался открыть дверь. Я не хотел парня напугать, но желание своё держать в узде прямо невыносимо было. Поэтому, как только ему удалось открыть дверь, я порывисто подался вперёд и буквально втолкнул его в квартиру. Вошёл сам и запер за собой дверь. Игнат, включив свет, как-то несмело, медленно начал разуваться, смотря на меня с опаской. Будто я его прямо в коридоре нагнул бы и трахал до потери сознания. Я ж не зверь какой-нибудь. Хотя эта робость прямо била меня возбуждением изнутри. Всё нахальство, раскрепощённость и дерзость, с которыми он кадрил меня в клубе, а после ласкал в такси, просто исчезли, словно и не было этого никогда. И это так заводило. Я, по-быстрому стянув кроссовки, пошёл на него. Он вновь попятился и упёрся спиной в стену. Я в буквальном смысле загнал его в угол. Такое напряжение с его стороны мне не нравилось, поэтому я решил Игната расслабить. И решительно опустился перед ним на колени. Преданно глядя снизу вверх, я, не сводя с Игната глаз, приподнял его кофту и прошёлся языком по поджарому животу, отчего он мгновенно откинул голову назад и томно выдохнул, постепенно расслабляясь. Я спустился дорожкой из поцелуев чуть ниже, а потом дёрнул пуговицу на его джинсах и спустил вместе с бельём. У него стояло. Стояло! Как бы Игнат ни трясся от страха, он тоже хотел меня. И мне было это охуеть как приятно. Потому что в противном случае я бы просто уехал. Насиловать я никого не собирался. Ведь секс должен строиться на взаимном удовлетворении и уважении. Если партнёр не хочет, то хорошего траха не выйдет. Невозможно принудить к сексу, а потом чтобы ещё и все остались довольны. Я, оглядев крупную розовую головку, лизнул её, а потом взял в рот, попутно обхватив ствол у основания рукой, чтобы поддрачивать. Для полноты ощущений, так сказать. И принялся сосать. В тишине квартиры его шумное дыхание сводило с ума. Игнат старался не двигаться, но то и дело забывался, начиная ёрзать вдоль стены, тем самым сильнее толкаясь мне в горло. Рвотный рефлекс я поборол ещё в семнадцать, тренируясь на огурцах. Длинноплодных. Читал, что это наиболее действенный способ. Одно плохо — пупырышки эти ебучие. Ещё на бананах можно. Но они, сука, без кожуры в кашу превращаются. А в кожуре сосать их мне было бы как-то слишком стрёмно. Я игрался с уздечкой, перебирая налитые яички свободной рукой. Брал в рот целиком. Но больше всего мне нравилась именно головка его члена. Вкусная, сочная. Дырочку уретры я лизал с особым, буквально фанатичным усердием. Хотелось сделать ему хорошо. И у меня получалось. Я слышал, как парень сдерживал рвущиеся наружу стоны. Он только выдыхал через рот. Но очень громко и очень сексуально. А когда впился пальцами мне в волосы, я понял, что Игнат был готов кончить в любой момент. И я дал ему такую возможность, засосав быстрее. — Ах, — он подался тазом вперёд. И ещё, и ещё. Я быстро сообразил, чего он хотел. Поэтому опустил руки, а губы сжал на его члене плотнее. Без каких-либо подсказок Игнат принялся вгонять свой стояк мне по самые гланды, крепко вцепившись в мой затылок. Мощный поршень входил и выходил из моего рта. Чем больше я об этом думал, тем сильнее хотел Игната. Я принимал член, который по моим ощущениям уже начал пульсировать. Вот теперь точно пора! Я, схватив его обеими руками за ягодицы, полностью насадился ртом на член и резко втянул щёки. И так же резко выпустил орган изо рта, отстраняясь, так как член при музыкальном сопровождении крышесносного рычания парня начал извергать сперму мощной струёй. Пока Игнат не пришёл в себя после оргазма, я быстро открыл первую попавшуюся дверь, за которой — аллилуйя — оказалась спальня, и потянул его, разморенного оргазмом, за собой. А ведь он ещё даже не представляет, что это ещё не всё. Это было только начало. Включил приглушённый свет. Поставил Игната лицом к себе и быстро начал раздевать. Парень был таким податливым, легко соглашаясь поднимать руки и переступать с ноги на ногу. Потом развернул его и подтолкнул к кровати. — Давай, Игнат, в коленно-локтевую, — на грани слышимости прошептал я, сгорая от возбуждения. Какой же он, а! Парень беспрекословно подчинился, расположившись посреди кровати. Я, как был, в одежде сел рядом и руками раздвинул ягодицы, являя свету и себе любимому тёмно-коричневую дырочку ануса. Причём гладковыбритую. Как, собственно, и у меня, что приятно порадовало. Не каждый день встречаешь таких активов. Поэтому я, предвкушающе облизнувшись, с удовольствием принялся ему лизать. — Бляя! — Игнат тут же прогнулся в спине, застонав. О-ху-еть! Этот искренний, чистый стон прошёлся табуном мурашек вдоль позвоночника. — Матвей, — выстонал он моё имя, подавшись назад и обернувшись на меня. Пиздец! Я вворачивал язык внутрь него, слюна почти непрерывно стекала к яйцам и капала на постель. Он закатывал глаза от удовольствия, и это мне было безумно приятно. Поняв, что Игнат достаточно вылизан, я, собрав пальцем слюну, что вытекала из анального отверстия, принялся проталкивать его в парня, не прекращая работать языком. Естественно, Игнату это не понравилось, он попытался отстраниться, но я не позволил, так как в поисках кое-чего интересного сильнее сжал пальцы другой руки на его бедре. Найдя это что-то, помассировал. Игната выгнуло дугой. Ты ж мой хороший! И я принялся давить на предстательную железу, чтобы иметь возможность добавить второй палец. Игнат загнанно дышал, то и дело сотрясаясь от стимуляции простаты. Я разрабатывал его уже тремя пальцами, хотя сам уже терпеть не мог. Я так хотел войти в него, в его узкий анус, и начать двигаться. От одной только мысли я почти кончал. Вынув пальцы, я, взмокший от напряжения и желания, встал на ноги, чтобы раздеться. Игнат с оттопыренной задницей снова посмотрел на меня из-за плеча, так и не поменяв позы. Кажется, со своей пассивной ролью он смирился. Хотя вряд ли он жалел об этом вообще. — Хах, а трусы у тебя отличные! — усмехнулся он. — Простые такие, а такими удобными кажутся. Я хохотнул. Илья убьётся, когда я ему об этом расскажу. Не думал, что мой очередной любовник заметит этой мой аксессуар. — Спасибо. — Но лучше ты будешь смотреться без них, — вдруг томно произнёс он и отвернулся. Пиздец! Я как можно быстрее стащил трусы и носки. Потом нагнулся к джинсам, чтобы найти презики и смазку. Надев презерватив и обильно смазав член, коленями встал на кровать. Вытащил из-под одеяла подушку и подложил Игнату под живот. Всё-таки первый раз. Надо позаботиться обо всём. Я обхватил свой член рукой. Мне его даже надрачивать не пришлось. Он весь тёк аж от одного только желания оказаться внутри. Я провёл головкой по анальному отверстию, отчего у Игната тут же поджались яички. — Не переживай, — выдохнул я, поцеловав в поясницу. — Тебе понравится. — Очень, блядь, надеюсь, — нервно выдал парень. — Я вхожу, — объявил я и начал проталкивать головку внутрь. Я не торопился, давая привыкнуть к каждому своему сантиметру. Игнат зажимался, мешая толкаться. Я гладил его по пояснице и шептал: — Расслабься. Пожалуйста, не зажимайся. Себе же больнее делаешь. Мои слова помогли, и я смог заполнить парня полностью. Оказавшись в нём, я выдохнул от наслаждения, а Игнат — от облегчения. — Давай, — спустя некоторое время раздалось в тишине квартиры. Я навалился на него и принялся аккуратно выходить. И только сейчас заметил россыпь родинок на его спине. Их было бесчисленное множество. Так красиво. Я, не желая себя ограничивать в собственных желаниях, провёл языком по одной, потом по второй, третьей, тем самым соединяя их в созвездия. И принялся наращивать скорость. Игнат был таким возбуждающе горячим, прямо огненным. Стонал, не сдерживал себя, подмахивая бёдрами. И я хотел отплатить ему наслаждением за такую отзывчивость, ища простату. — Ох ты ж, блядь! — вдруг прокричал он, сильнее прогнувшись в пояснице. Попал! И я начал долбиться именно в этот эпицентр удовольствия парня, который, кажется, уже не отличал реальности. Для него сейчас важны были только ощущения. И вместе с тем Игнат был таким отзывчивым на мои движения в нём. А для меня было другое важно. То, как я сцеловывал его родинки, как я языком слизывал небольшие капельки пота с его спины, как он отчаянно стонал, не контролируя себя. Эти стоны для меня были лучшей наградой. И я старался трахать его сильнее, быстрее, чётко попадая по простате. Почему-то именно сейчас мне было важно, чтобы он кончил первым. И именно от моего хуя в своей заднице, а не от обычной дрочки. — Матвей, пожалуйста, — попросил он. И у меня сорвало тормоза. Напрочь! Кровать ходуном заходила от моих яростных толчков внутри него. — Бляяяядь! — задрожал он, выворачивая корпус. Стенки ануса судорожно стали сокращаться. Я тут же вышел из него, дав прочувствовать в полной мере настоящий анальный оргазм. Игнат завалился на бок, его трясло от экстаза, а член бесконтрольно стрелял спермой. Я провёл тыльной стороной ладони с какой-то дичайшей нежностью по его боку, огладив все изгибы его тела. А потом, когда он успокоился, пристроился сбоку и снова взял его, подцепив под коленку его ногу и укусив в плечо. — Сука, — выдохнул он и откинулся спиной мне на грудь, закатив глаза. Тело было податливо и расслабленно, что способствовало плавному скольжению в нём. Бля, какой же он охуенный! Потом я поставил его ногу себе на бедро и положил освободившуюся руку Игнату на живот, притягивая ещё ближе. — Глубже, Матвей. Пожалуйста! — Я мгновенно исполнил его просьбу. — Ах, да! Да! Охуенно, блядь! И почувствовал, что уже сам готов кончить. Поэтому скользнул рукой к его паху, сжав немаленький член, и принялся дрочить в такт своим собственным толчкам. Кончили мы почти одновременно. Я вышел из него. Игнат тут же перекатился на спину. — Вау, — он очень тяжело дышал. — Вау, — задыхался, шепча одно это слово, он. — Вау. Я усмехнулся, тоже приходя в себя после отличного секса. Бля, такой отзывчивый и чувственный парень. — Матвей, ты останешься до утра? Я бы очень хотел продолжить наше с тобой общение или по крайней мере повторить пройдённое. Упс! — Мне в душ нужно, — я поднялся на ноги и, как был, прошёл к двери. — Прямо по коридору и налево, — объяснил он, на что я кивнул и вышел. Найдя ванную комнату, я встал под тёплые струи воды. Навороченная душевая кабина с массажем, подсветкой и встроенным радио. Обалдеть! Специально не торопился, потому что говорить на тему продолжения не хотелось. Я ни с кем больше раза не сплю. Хотя мне с Игнатом очень понравилось, до сих пор мурашки от ощущений, от его родинок и сладких стонов. Закончив, пошёл обратно в комнату. Тихо открыл дверь и зашёл. Парень уже уснул. В комнате было душно и пахло сексом, поэтому Игнат накрыл тонкой простынёй только пах. Выглядело это одновременно и невинно, и очень сексуально. Я закусил губу, скользя взглядом по спящему. Ещё ни разу не видел, чтобы мои партнёры после секса со мной выглядели так. Отогнав неуместные мысли, я аккуратно собрал свою одежду и, выключив свет, вышел из комнаты. Одевался я уже в прихожей, чтобы не разбудить Игната. И быстро вышел из квартиры, захлопнув за собой дверь. Больше я сюда не вернусь. Ни-ког-да.