Голодные псы

      После малопродуктивной беседы с доктором Фокс Джек отправился в местный морг. Там его ждал господин Открывашка. Хорошее прозвище для вскрывателя трупов. — Вижу, мало чего Вам дал этот разговор. Что ж, после такого она только подтверждает мои подозрения, — эксперт пригладил бороду и надел перчатки. — Какие подозрения? — Думаю, она связана с ними непосредственно. Еще кое-что… Прежде чем показать Вам труп, хочу познакомить Вас с самими Псами. Ведь, выходя в город, они не всегда носят «кожу». — Кожу? — Джек подумал явно не о том. — Ну да. Кожаные куртки. У любой банды есть свой опознавательный знак. И даже не один, — бородач подошел к одному из столов, покрытых белыми простынями. — Взгляните. — он отдернул плотную, бугристую ткань. Уже посиневшее тело молодого мужчины лет двадцати, возможно, двадцати двух, на груди которого красовался грубый шрам после вскрытия. — Ну не прелесть ли? Свеженький. Буквально сегодня разделали. Смерть в результате передоза, найден на окраине города. Вот отчет, — мужчина передал документы в папке. — Прелесть, не то слово… — взгляд детектива был устремлен на пачку исписанных бумажек. — И так. Вот что я хотел показать, — Открывашка указал на бедренную кость, обтянутую бледной тонкой кожей, на правом боку. На этом месте виднелся шрам в виде месяца, на фоне которого был полный треугольник. — Что означает этот символ? — Без понятия. Но знаю, его получает каждый, кто вступает в банду. Выйти из нее можно только будучи мертвым. Они все повязаны. Ведь от куртки можно избавиться в отличие от подобного, не так ли? — Как они этот символ зарабатывают? — Своей верностью, — ухмылка знатока с бородой говорила о многом. — Надеялся, что Синди Вам расскажет об этом. Ведь я узнал это именно от нее. Но значение так и осталось тайным в отличии от процесса: без обезболивающих сперва срезают кожу по форме, а когда заживёт — прижигают огнем. После этого только попробуй предать своих. — Это часть их кодекса? Или как он там называется? — детектив тщательно стал рассматривать метку.       Открывашка пожал плечами и отошел к другому металлическому столу: — Теперь к делу. На сей раз у него отрезан язык. Но умер он не от потери крови. Смотрите, — бородатый мужик открыл окоченевшую челюсть. Язык был вырезан умело. Словно тот, кто это делал, занимался этим постоянно. Так еще и срез аккуратно зашит. — Словно почерк доктора. Только по этой причине Вам уже стоит кое-кому развязать язык. — Кто он такой? — вопрошал гость. — Владелец местного минибанка. Хотя это громко сказано. Он просто кредиты раздает. Сэм Ким. Сорок пять лет. — Вы сказали, что он умер не от потери крови. А от чего? — Он подавился ложкой. — Ложкой? — Да. Алюминиевая ложка была запихана ему в глотку. Изодрана вся слизистая. Но это случилось позже, потому что остатки языка весьма поджившие. — Забавно, — азарт сыщика взял свое. Это дело должно быть закрыто.