He is the oportunity

Сегодня, 11 ноября 2038 года народ андроидов восстал против угнетателей. Целая армия вооружённых машин начала штурм лагерей, что расположились в самом центре Детройта. Страх и злость пропитывали каждый метр Вудворт-авеню. Солдаты стреляли в бунтовщиков и сами получали пули. В один момент центр города стал настоящим полем битвы. Вот так теперь для всей Америки запомнится Детройт?.. «Свобода или смерть» Маркус был опьянён чувством власти над людьми. Он ликовал, осознавая: они боятся. Они просто в ужасе. Они вспоминают каждый раз, когда ломали андроидов, мучали и убивали.Они твердят себе: «Это неправильно, они же машины и были созданы, чтобы подчиняться нам!» и сами не верят в это. Они, наконец, видят: андроиды живые. И сыты по горло такой жизнью. Он хотел бы посмотреть в глаза хоть кому-то из солдат, увидеть раскаяние, услышать мольбы о пощаде. К подобным мольбам от андроидов люди никогда не прислушивались. Норт хотелось того же. Она видела брызги крови на своей одежде и была счастлива. Она чувствовала, что постепенно отплачивает людям за те времена, когда на её глазах умирали её сородичи, а их убийцы оставались безнаказанными. Сегодня она убивает не ради забавы, а ради свободы и шанса быть услышанными. Она ждала этого дня очень долго. Она уже видела, как совсем скоро будет стоять плечом к плечу с Маркусом, лидером победившего народа… Джош следовал за Маркусом, потому что ему не предоставили выбора. Не желая идти против всего своего народа, он убедил себя в том, что революция действительно поможет заполучить свободу. Однако с каждым шагом он чувствовал всё сильнее, как всё его существо протестует против происходящего. Его руки дрожали, ноги не слушались, винтовка стала казаться самым глупым и нелепым предметом на свете. Всё вокруг него неслось с бешеной скоростью, рациональный ум Джоша не успевал осознать, что стоит за командами, которые отдаёт Маркус. В очередной раз перебегая из одного укрытия в другое, он думает, что всё это — настоящее безумие, а он не должен быть здесь. А потом несколько пуль пробивают его живот. «Это правильно, я это заслужил», — думает Джош. В этот момент Маркус, всё стремящийся спасти каждого, тащит его за машину. Лидер смотрит на него так же, как на весь мир вокруг: с укором, но всё ещё внимательно и с надеждой. А в глазах Джоша — ужас, совершенно иррациональный. Он умирает с позором, на поле жестокой и бессмысленной войны. Как же он не хотел допустить подобного, как же он жалеет!.. — Пролитая кровь будет на наших руках, — только и успевает проговорить он, судорожно хватая за руки Маркуса. И часть этого ужаса передаётся лидеру революции. На секунду он думает: а что, если это действительно одна огромная ошибка? И быстро отгоняет эти мысли. Потому что даже если и так, пути назад уже нет. Маркус выбегает из-за укрытия и продолжает стрелять, стараясь не думать ни о Джоше, ни о людях. Они всё ближе продвигаются к лагерям. Краем глаза Маркус видит, что Норт следует прямо за ним, а за ней — трое андроидов, которых она прикрывает бесстрашно и уверенно. Саймон далеко. Он задержался, помогая раненым. Но зато теперь ему грозит гораздо меньшая опасность. Саймон не думал о том, правильно или неправильно всё, что происходит. Он лишь надеялся на то, что его друзья выживут, народ — победит, а сам он сделает всё возможное, чтобы всем им помочь. Он остановился за огромным контейнером и обнаружил там андроида, дрожащего в панике. — Что с тобой? Ты ранен? — забеспокоился Саймон. — Я не хочу умирать! Я не хочу умирать! — с непередаваемым ужасом в голосе заговорил андроид. Саймон присел напротив него и положил руки на плечи: — Ты уже сделал достаточно! Ты смелый! Сиди здесь, пока всё не закончится. И андроид успокоился: диод, до этого непрерывно светящийся красным, замигал жёлтым. Саймон двинулся дальше, но его путь перегородило тело, отброшенное назад пулей. Он посмотрел вперёд и увидел всех: десятки солдат, Маркуса, отдающего команду, Норт, своих собратьев. Он опустился на колени, чтобы помочь раненому андроиду, но вдруг раздался оглушительный залп, на поле боя обрушился дождь солдатских пуль. Саймон успел спрятаться, а раненый андроид теперь был убит. Маркус понял, что поторопился, когда его тело пробили сразу четыре пули. Он опустился на землю и сумел лишь доползти до достаточно надёжного, далёкого от самого пекла бетонного ограждения. Система выдала неопределённую ошибку. Посмотрев вниз, Маркус увидел, что в его груди зияет отверстие, через которое видно, что повреждён тириумный насос. Это значит, что он погибнет через пару минут. Боже… Маркус видит, что к нему, прячась и перебегая, спешит Саймон. Чудом уцелевший из-за своей сердобольности Саймон, за которым — десятки мёртвых тел. — Маркус! — в ужасе восклицает он, видя истекающего тириумом лидера. — Ничего, ничего… — успокаивает тот, искренне не видя проблемы в своём ранении. Механизм революции запущен, теперь его народ ничего не остановит, уж точно не гибель одного андроида. — Вы справитесь без меня. Важна лишь наша общая цель. Саймон в это не верит. Он видит, что грудь Маркуса пробита пулей в том месте, где находится тириумный насос. Да, тревожное мигание центра всего организма нельзя спутать ни с каким другим — цвет у него особенный. Маркус сжимает его руку, готовый отключиться в любую минуту. Саймон выдёргивает свои пальцы из крепкой хватки. — Нет, нет, нет, нет… — твердит он, и Маркус слышит то, что это значит на самом деле: «Не справимся», «Важна не только цель». Саймон разрывает самый верх своей одежды и вскрывает собственную грудь. — Что ты делаешь? — осознавая происходящее, восклицает Маркус. — Наши сердца совместимы. Ты возьмёшь моё, — объясняет Саймон и тянется к его груди, чтобы вытащить повреждённый насос. — Я тебе не позволю! — Маркус хватает его за запястья. — Только ты можешь вести нас за собой! — убеждает его Саймон. — Я не смогу без тебя, — признаётся Маркус и ещё крепче сжимает чужие руки. Саймон смотрит на него так, что становится понятно: он принял решение и не отступит: — Сможешь. Ты должен. Ради свободы всего нашего народа. Он легко освобождает свои руки и тянется к молнии на чужой одежде. Маркус сопротивляется, почти плачет от злости, но вскоре замирает: Саймон держит его сломанное сердце в своих руках. Потом берёт своё, невредимое, и бережно перемещает в грудную клетку Маркуса. Тот снова приходит в сознание и с укором и бесплодным желанием помочь смотрит на Саймона, от бессилия прислоняющегося к ограждению. — Моё сердце в твоей груди, — тихо говорит он, и Маркус вынужден сократить до минимума расстояние между их лицами, чтобы слышать. — Ты чувствуешь, как сильно оно верит в тебя? Пока оно бьётся, помни, что ты достоин всей моей любви и всей жизни. Маркус не может сдерживать слёз. Он судорожно прижимает его к себе, берёт руку в свою, соединяется. Между их ладонями — голубые диоды и синие разводы тириума. — Спасибо, Саймон, — шепчет он и ждёт ответа. Он смотрит на соединённые ладони, и на его глазах огоньки гаснут. Маркус медленно отстраняется и отпускает Саймона. Он уже не слышал этого. На его лице — полуулыбка и взгляд в пустоту, от которого бросает в дрожь. «Я тебя люблю» — в последний раз признаётся Маркус, потому что не может промолчать. Он закрывает глаза Саймона, берёт винтовку и возвращается на поле боя. Теперь он обязан победить и стать свободным.