He is the oportunity

— Они застрелят нас, — убеждает Маркус. — Пусть так, — спокойно продолжает Саймон и поднимается на ноги. — Я не хочу жить, каждую секунду думая о том, что мы наделали. Это единственный шанс. Я пойду туда, с тобой или без тебя. — Нет, Саймон! — отчаянно просит Маркус, хватаясь за чужую руку. — Я не хочу терять ещё и тебя. Пожалуйста… — Я уже потерял себя, — Саймон мягко освобождает свою руку. — Мне нужно хотя бы в последний раз в жизни принять правильное решение. Маркус чувствует напоминание системы о повреждённых биокомпонентах и судорожно зажимает рану на животе. Злые и горькие слёзы встают в горле. Каким жалким и бездарным образом всё заканчивается! — Ты верил в меня, а я привёл нас сюда… — произносит он. Его кулаки и зубы сжимаются, щёки намокают от слёз. Саймон не может сказать, будто жалеет о том, что всегда был на его стороне, потому что это неправда. Но и не может заверить в том, что это было правильно, ведь это тоже ложь. И он подбирает единственные слова, выражающие и укор, и утешение, и прощение и прощание. — Я люблю тебя, Маркус. Он в последний раз опускается на колено, целует влажные от слёз губы, соединяет свою ладонь и Маркуса. Тот пытается запомнить эти мгновения во всех подробностях. На тот случай, если они станут последними. Через несколько секунд Маркус открывает глаза и уже не видит Саймона. Он переключает всё внимание на звуки вокруг: шаги становятся всё тише. Что он будет делать, если услышит выстрел? Ничего, он ничего не сумеет сделать. Все войны проиграны, всё, чём он дорожил, покрыто кровью, тириумом и засыпано снегом. Норт, чьё горящее, полное надежды сердце бьётся в его груди, говорила там, на «Иерихоне»: «Мы не должны проиграть». Боже, если бы она только знала… Тогда она дала ему детонатор. Маркус впервые вспомнил о нём и достал из кармана. «Это может быть нашим последним шансом». Грязная бомба уничтожит город, ставший могилой тысячам андроидов, которые всего лишь хотели свободы. Те, кто сумеют сбежать из лагерей и магазинов «Киберлайф», теперь уж точно справятся и без лидера. Он положил детонатор на свои колени. И рядом с ним — пистолет. Он всё ещё не слышит ни голосов снаружи, ни шагов Саймона, ни выстрелов. Но то ли логика, то ли предчувствие заставляют его напрячься, взять детонатор в одну руку, пистолет — в другую и приставить дуло к подбородку; положить один палец на кнопку, а другой — на курок. Маркус чувствует самую настоящую боль, когда раздаются сразу шесть громких выстрелов. Он слышит удар тела Саймона о землю, и что-то в нём обрывается. Маркус делает глубокий вдох, закрывает глаза, а потом нажимает на кнопку и курок одновременно.