Без света солнца

       Неджи вышел из здания быстро. Быстрее своей собаки, быстрее ветра, быстрее стука трости. «Наверное, это не её отряд, — подумал он. — Не может быть её отряд. Мало ли, кого отправляют в деревню дождя.»        Юноша остановился у входа, подставив тусклому солнцу лицо, чувствуя на щеках тепло и, вместе с тем, лёгкий ветерок.        — Это ведь ты подслушал наш разговор, да? — голос Какаши раздался в паре метров от Неджи.        — Вы заметили, да?        — Меня назначили Хокаге не за красивые глазки. Хотя и за них тоже. Но тебе нужно было это услышать. Сможешь передать Гаю и Ли? Это информация и для них.        — Передам, — Неджи судорожно сжал трость и медленно выдохнул.        «В конце концов, это не смертельный приговор, » — подумал он, отправляясь на обед.        На ближайшей тренировке Неджи рассказал Гаю и Ли о том, что знал сам. В этот день все трое единогласно решили уделить внимание отжиманиям, бегу и физическим нагрузкам. Домой Неджи шёл едва волоча ноги.        Метание кунаев пришлось отложить.

***

       — Ну ты даёшь, — Ханаби дружески пихнула Неджи в плечо. — Этот Каору ещё не скоро забудет, как ты его заткнул за пояс.        — Так уж и заткнул? — рассеяно переспросил Неджи, подбирая свитки для бабушки, которая жила в другой части поместья.        — Он сказал, что чувства друг к другу мешают нам мыслить здраво и мы ведём себя лишь как родственники, а не будущие лидеры, а ты ответил, — тут Ханаби прокашлялась, чтобы её голос больше походил на мужской. — «А тебе-то откуда знать, что такое думать? Ты-то с детства мыслишь чужими заготовками.» Это было смело. Дедушке не понравилось, но многие, даже из старшей ветви, оценили.        Ханаби ещё что-то продолжала говорить про количество сторонников и Каору, у которого валил пар из ушей, но Неджи её уже не слушал. «У меня ещё много дел, — размышлял он. — Донести свитки, убраться у себя, с утра тренировать младших, потом идти самому на тренировку…»        Неджи не был так загружен даже в периоды восстановления деревни. Если он бегал и занимался делами, то времени и сил думать о чём-то другом просто не оставалось.

***

       — Папа, Папа! — кричит детский голос.        На деревянном полу мирно лежит тело, накрытое покрывалом, за которое отчаянно хватаются маленькие ручки.        — Не спи, — ребёнок почти плачет. — Пожалуйста, проснись!        — Мы должны его отдать, — раздаётся взрослый голос откуда-то сверху.        — Дайте ещё минуту, — вторит ему второй, более тихий.        — Ему минуты не хватит.        Маленький, совсем крохотный мальчик из последних сил сжимает белое покрывало, на которое падают одинокие капельки.        Ткань, как глина, обволакивает тело, поглощая его. Кажется, что того, кто лежал под простынёй больше нет, он поглощён белой смесью. Руки мальчика вязнут в мерзкой жиже, он пытается их вырвать, но становится только хуже, а его ладони тоже становятся бледными и податливыми.        — Ты мне обещал!        Фигура под покрывалом расплывается, утопает, будто проваливаясь в яму. Ребёнок кричит и плачет, отчаянно дёргая руками, но вязкая смесь тянет его за собой.        — Останься!        Тела уже нет, вместо него — зияющая пустота и летящий туда маленький ребёнок.

***

       Резко проснувшись, Неджи с шумным вздохом сел на футоне, судорожно сжимая своё одеяло. Дыхание его было прерывистым, как после долгого бега, а по лбу стекал холодный пот. «Кошмар, — мысленно успокаивал он себя, — всего лишь сон…»        Ему давно не снился отец. Тем более, его труп. Но почему сейчас? Почему так чертовски не вовремя?!        «Мне нельзя не спать. Завтра много дел, » — рассуждал Неджи, машинально бредя к двери.        — Только тихо, — прошептал он, — не гавкай. Заходи.        Шимару не издал не звука — видимо, он был ошарашен тем, что его строгий хозяин внезапно решил снова впустить собаку в спальню. Но спорить со своим счастьем пёс не стал: послушно зашёл и примостился возле футона.        У его шерсти был свой особый запах, он смешно фыркал, когда ему чесали за ушком, и вообще был хорошим другом. Разве что крайне большим для обычной собаки. Аккуратно, стараясь быть бережным, Неджи погладил пса по спине. Касание к мягкой шерсти успокаивало, это было куда лучше простыни из сна.        «Завтра много дел, надо спать,» — повторял себе юноша, снова и снова думая о том кошмаре. Воспоминания о том дне уже давно поблёкли. Как бы Неджи не силился, он не мог вспомнить ни тело отца, ни его лица, ни то, что вокруг творилось. Сознание будто не хотело выносить из того дня ничего. Со слов других Неджи знал: он, будучи четырёхлетним, рыдал, кричал и дрался со всеми вокруг. Поцарапал лицо кому-то из взрослых. И было больно.        «Просто не думай об этом, — Неджи постарался расслабить тело. — Спи. Хватит нервничать.» Он думал, что если у него будет много дел, его закружит быт, все эти повседневные дела, то времени на тревогу просто не останется.        Но, стоило Неджи хоть на секунду остановиться, как перед ним вставал образ. Два пучка щекочут его шею. Задорный смех. Прыгучая походка. Пахнет травой, потом и металлом.        «Она мне пообещала, — вспоминал Неджи, по-детски прижимаясь к собаке. — Она вернётся. Это вопрос времени. Всего-лишь заминка.»        В животе свернулся неприятный, жёсткий комок. Воображение против воли подсказывало худший исход событий. Юноша обещал сам себе, что он сделает все ради безопасности близких, но тут обстоятельства были не в его власти. Он тысячу раз перебирал в голове варианты, как можно было её остановить, и не находил стоящего. И каждый раз против воли вспоминал тело под простынёй.        Неджи не мог понять, что хуже: думать о всех неприятностях и возможном провале или вспоминать её плечи, шрамы на руках, задорный смех, топанье…        Все воспоминания, все детали, все догадки и все волнения, которые Неджи так старательно запихивал внутрь себя, закрывая их повседневными делами, вдруг вырвались наружу.        И тогда он очень тихо шмыгнул.

***

       — Ну что, идём с ребятами в баню на следующей неделе? — Ли радостно похлопал Неджи по плечу.        — Да, почему бы и нет? — ответил юноша, убирая мишени после тренировки.        — Отлично, тогда до завтра! Надо успеть на ужин!        После этих слов Ли радостно ускакал вперёд.        — Кажется, у него свидание, — задорно добавил Гай. — Он виделся с какой-то девушкой из пекарни. Ох уж эта юность!        Учитель звонко рассмеялся, будто хотел распугать всех птиц в округе.        — А вы тот ещё сплетник, — иронично добавил Неджи.        — А то! Пройдёшься со мной?        — Конечно.        По брусчатке раздавался стук — пара колёс, одна трость, две ноги и четыре собачьи лапы.        — Шимару отличный боец! — Гай потрепал собаку по голове, на что та в ответ радостно залаяла. — Он опора.        — Да, он очень помогает, — спокойно ответил Неджи.        Он ожидал, что сенсей начнёт свои излюбленные речи о юности и силе дружбы, но тут разговор пошёл в другую сторону.        — Ты скучаешь, да? — абсолютно спокойно и тихо спросил Гай.        Неджи на секунду замялся, а затем, не скрывая иронии, выдал:        — А я уж подумал, что вам одиноко или вы так по мне соскучились, что попросили вместе пройтись, а вы вот к чему вели…        — О, я провёл Неджи Хьюга! Я великий хитрец! — Гай вновь рассмеялся своим звонким хохотом. — Можешь не отвечать, если не хочешь.        — Вы догадались, да?        — О чём?        — О нас. Обо мне и Тентен.        — Я, может, очень прямолинейный и эмоциональный человек, и порой не всё понимаю сразу, но я же не настолько туп.        Неджи показательно выгнул бровь, на что его учитель только фыркнул.        — Я догадался! Да. Ну, а ещё мне Куренай подсказала слегка. Но я и сам видел, что что-то не так. В конце концов, вам надо лучше скрываться, если вы хотите целоваться тайно.        Гай вновь рассмеялся, заметив, как у Неджи слегка покраснели уши.        — Мы все за неё волнуемся, — добавил Гай. — Но она умная и сильная девочка. Настоящая куноичи! Им всем стоит её бояться! Верь в неё, она скоро вернётся.        — Спасибо, Гай-сенсей.

***

       — Так, этот этап сдан, — прокомментировал джонин. — На сегодня ты свободен.        — До свидания, — бесцветно ответил Неджи.        Он устал сердиться и беситься на все задания для проверки своей готовности. Просто выполнял их и всё. Мысли были заняты другим. «Завтра снова собрание, надо быть готовым, — рассуждал юноша. — Нельзя позволять им сшибать наши аргументы. Сшибать аргументы… Какая глупость! Тентен бы над этим посмеялась…» Воспоминания об общих встречах, шутках и перепалках невольно вызывали улыбку.        — Неджи! И ты здесь, даттебайо!        Задорный, чуть хриплый смех и яркий запах рамена — Наруто не изменял своим привычкам.        — Здравствуй. Ну как, уже вышел из звания генина? — Неджи саркастично поджал губы.        — Ха, да я уже почти Хокаге! — рассмеялся Наруто. — Придёшь завтра в баню?        — Да.        — Здорово! Тогда до встречи!        — Наруто, стой, — ровно выдал Неджи, услышав удаляющееся топанье. — Я хотел кое-что спросить.        — Спрашивай, конечно!        Юноша долго откладывал этот разговор. «Все как-то не удавалось поговорить один на один,» — думал Неджи, хотя настоящую причину молчания не говорил даже себе.        — Ты помнишь? — тихо и очень четко спросил он. — Про своё обещание?        — Какое?        — Которое ты дал на экзамене на чунина.        — Когда мы дрались? Помню, конечно, даттебайо! Мы ещё так друг друга ударили…        — Я не об этом.        — Я знаю, — тёплая мозолистая рука коснулась плеча Неджи. — Я от своих слов не отказываюсь. Так этим снобам в вашем клане и передай!

***

       — Здорово, что ты заручился поддержкой Наруто-куна, — аккуратно заметила Хината, когда они с Неджи шли вместе из ресторанчика. Рядом, скребя когтями о каменную дорогу, брёл Шимару.        Ребята наконец-то собрались в бане своей компанией, а после решили вместе с девочками зайти поужинать. Все много болтали и обсуждали события в жизни. Или почти все.        — Да, Наруто не меняется, — рассеянно ответил Неджи.        — Ты тоже думаешь о другом, да? — робко спросила Хината.        — Что?        — О другом, братик. Не о клане и даже не о Наруто.        — Ну да, о Наруто у нас думаешь ты.        Хината ничего не ответила, но судя по её шумному вдоху, она явно покраснела.        — Сам-то… — буркнула она.        — Я не краснею всё время при виде одного человека.        — Но ты о ней думаешь.        «Как тут не думать, — размышлял Неджи. — Я даже не знаю жива ли она.» Юноша было хотел парировать слова сестры, но тут раздался топот и звонкий крик.        — Неджи! Подожди!        — Ли? — юноша обернулся и едва не врезался в прибежавшего друга, — Что-то случилось?        — Нет! То есть, да! То есть, почти! — Ли говорил быстро, будто вовсе не запыхался. — Я видел джонина по пути домой. Я его знаю! Он был в отряде с Тентен, их вместе отправили в деревню дождя. Так вот я его встретил, догнал, стал объяснять…        — Ближе к делу, — не выдержав, процедил Неджи.        — Они вернулись! Есть раненные, одному шиноби пришлось нелегко. Но вернулись все. Весь отряд. А значит и Тентен тоже. Стой, ты куда?        — Ли, проводи Леди Хинату домой! — убегая, крикнул Неджи. — Леди Хината, передайте остальным, что я вернусь домой поздно. Либо не вернусь вообще.