Убежище. Часть 2

POV Гарри 2 дня назад — Гарри! — я слышу приглушённые крики из лифта, поднимающего Амелию на поверхность. Её кулаки беспощадно врезаются в толстое стекло прежде, чем она обессиленно падает на колени. Слёзы текут по её раскрасневшимся щекам. Я молча наблюдаю за тем, как любовь всей моей жизни покидает меня навсегда. Частые удары сердца отдаются в груди неприятным покалыванием, а горло словно сжимают в тисках. Я плачу, глядя на обиженное лицо Амелии, пока она полностью не скрывается из виду. Она свободна. Я сажусь на пол и кладу голову на руки, задыхаясь от волнения. Слёзы брызжут из глаз, когда я полностью теряю самообладание. Моя неспособность контролировать эмоции лишь ухудшает ситуацию. С ней всё будет хорошо. С ней всё будет хорошо. С ней всё будет хорошо. Повторяю эти слова снова и снова, пока, наконец, не успокаиваюсь. Мне нужно осознать, что я делаю это для неё. Прямо сейчас Амелия может меня ненавидеть, но я не позволю ей здесь умереть. Я слишком сильно её люблю. Надеюсь, она прочитает записку, что лежит в кармане куртки. Всё, что мне нужно — чтобы она узнала, почему я сделал то, что сделал. Внезапно дверь распахивается. Резко вскидываю голову, живот сводит от напряжения. Найл врывается в центр управления с пистолетом в руках, озираясь по сторонам, и опускает оружие, как только его взгляд падает на меня. — Вот ты где. Ты нам нужен, приятель, там все с ума посходили, — обеспокоенно заявляет блондин. — Её больше нет... — я опускаю голову, наблюдая, как прозрачные солёные капли скатываются с кончика моего носа и разбиваются о бетонный пол. На мгновение в помещении повисает тишина. Я слышу, как Найл закрывает дверь, делает несколько шагов вперёд и присаживается напротив меня. — Ты отпустил её, верно? — спрашивает Хоран, заставляя меня слабо кивнуть, шмыгнув носом. Я никогда не проявляю перед другими людьми слабость и уж тем более не плачу, но в данный момент мне действительно всё равно. Я только что лишился единственного хорошего человека, присутствовавшего в моей жизни... Я больше никогда её не увижу. — Не думал, что это будет так чертовски трудно, — шепчу, торопливо вытираю слёзы и отворачиваюсь, чтобы друг не видел моих налитых кровью блестящих глаз и расстроенного лица. — Стайлс, я знаю, что это тяжело, но там внизу целая армия твоих людей, которые сражаются и погибают. Удача не на нашей стороне, но если ты спустишься туда и будешь бороться со всеми, возможно, мы сможем отсюда выбраться, и ты снова её увидишь, — тихо произносит Найл. — Мы не выберемся отсюда живыми, Ни, — констатирую, выпрямляя спину. — Куда уж нам, с таким дерьмовым настроем, — он качает головой. Я медленно киваю и поднимаюсь на ноги, блондин повторяет мои действия. — Там внизу не только Спасение, с ними около сотни людей в джинсовых куртках, будто они объединились с другой бандой, — ирландец вводит меня в курс дела. — Что? — в замешательстве хмурю брови и подхожу к окну, изучая главную улицу. Я вижу мужчин в чёрных кожаных куртках, в бежевых комбинезонах и в джинсовках с красными банданами на головах. — Чёрт возьми, это ещё кто? — спрашиваю я, шмыгая носом. — Понятия не имею, но они очень агрессивны, — отвечает Найл, стоя рядом со мной. — Блять, мы должны отступить. Они не предупреждали, что собираются объединиться с другой бандой прежде, чем напасть на нас. Я ни за что не позволю своим людям здесь умереть. Нужно выбираться, пока они ещё могут, — твёрдо заявляю, без промедления нажимая на красную кнопку на панели управления, наклоняюсь к микрофону. — Все члены Разрушения должны укрыться в безопасном месте! Повторяю, все члены Разрушения должны отступить и залечь на дно — это приказ! — кричу я, отпуская кнопку. — Гарри, они не собираются сдаваться. — Мы не сдаёмся — мы отступаем, иначе к концу этой ночи у нас не останется банды. Это так похоже на Спасение — пустить дым в глаза и привести с собой ещё больше людей, чтобы застать нас врасплох, — поворачиваюсь к Найлу, достаю из-за пояса пистолет и направляюсь к выходу. — Эй, куда ты собрался? Я думал, мы эвакуируемся, — в замешательстве выпаливает блондин. Я хватаюсь за металлическую ручку, широко открывая дверь, но останавливаюсь, последний раз взглянув другу в глаза. — Так и есть. Уходят все... кроме меня, — чётко отрезаю, покидая помещение. На ходу перезаряжаю пистолет, мотая головой, чтобы отвлечься от мыслей об Амелии. Бегу к лестнице и в темпе спускаюсь вниз, находясь в паре пролётов от главного уровня. — Стайлс! — сверху слышится сильный ирландский акцент. Поднимаю голову и вижу Хорана, несущегося по ступеням ко мне с оружием наготове. — Возьми, тебе пригодится, патронов надолго не хватит, — пыхтит он, протягивая мне нож. Быстро киваю, забираю предмет, засовываю в задний карман, продолжая спуск. — Найл, убирайся отсюда, пока есть шанс, — приказываю я, но парень отрицательно качает головой. — Ни хрена. Я давно ждал этого боя, — настаивает ирландец. Раздражённо хмурюсь, но понимаю, что не смогу заставить его уйти. Как только я распахиваю дверь, ведущую на главную улицу, мой слух заполняют крики и выстрелы, а перед глазами предстаёт ужасающая картина: повсюду лежат трупы и корчащиеся в агонии тела. Я вижу, что некоторые члены банды последовали моему совету и отступают, но многие продолжают бороться. — Ради всего святого, — шепчу под нос, бросаясь в эпицентр кровавого хаоса. Начинаю палить по всем, кто не носит кожаную куртку, целясь прямо в головы. Вокруг творится полное безумие: кровь льётся ручьями, со всех сторон звучат истошные вопли, происходят кулачные бои и схватки на ножах. Оглядываюсь назад и понимаю, что Найла нигде не видно. Надеюсь, он просто пошёл другим путем, а не был убит в ту же секунду, как ринулся в бой. Продолжаю стрелять по людям вокруг, которые и без того мрут, как мухи. Я молниеносно опустошаю обойму, убеждаясь, что каждая пуля пробивает черепа этих ублюдков. Как только у меня заканчиваются патроны, достаю из заднего кармана нож. Я чертовски ненавижу холодное оружие, но похоже у меня нет выбора. С сомкнутой от злости челюстью, бегу вперёд, хватая любого, кто попадается мне на пути, хладнокровно перерезая горло. Тёплая багровая жидкость заливает мою кисть и стекает по руке. Мерзость. Мой разум затуманен яростью. Я с нечеловеческой жестокостью вонзаю клинок в шеи мужчин, чьих имён никогда не узнаю. Моё тело покрывает кровь десятков неизвестных. Сердце неудержимо колотится в груди, в ушах стоит лёгкий звон. Я могу отключиться в любую секунду. Сейчас это может сыграть мне на руку, но с другой стороны, потеря сознания очень опасна — есть шанс, что меня убьют и я больше никогда не вернусь. В следующее мгновение кто-то хватает меня за плечо. Рефлекторно сгибаю руку в локте и с силой бью нападающего в нос. Быстро оборачиваюсь и вижу парня в джинсовой куртке, покачивающегося от неожиданного удара. Подлетаю к нему, прижимаю пистолет, который он держит в руках, прямо к его подбородку, без колебаний нажимаю на курок. Лишенное жизни тело падает к моим ногам, а я начинаю палить из пушки мертвеца. Вокруг меня дерутся люди, не обращая ни на что внимания. Некоторые замечают мою фигуру, дергаясь в сторону, в попытке напасть, но получают пулю между глаз. Внезапно, меня начинает обступать кучка людей. Я стреляю по всем без разбора, образуя вокруг себя широкое кольцо из мёртвых тел. Продолжаю отстреливаться от мужчин, яро жаждущих моей смерти, но их количество только растёт. Дерьмо, скоро у меня закончатся патроны. Мне нужен грёбаный двухметровый меч, что был бы весьма кстати. За один оборот я бы смог снести головы этим придуркам. Вдруг я чувствую сильный удар в бок, который выбивает меня из равновесия; пистолет выскакивает из моих рук и отлетает в неизвестном направлении. Я вздрагиваю, жмурясь от резкой боли в области груди. Какого хрена это было? Поднимаю голову, озираясь по сторонам. Мужчины в бежевой форме и джинсовых куртках обходят меня по периметру, создавая плотное кольцо, глядя полными ненависти взглядами, будто собираются выбить из меня всё дерьмо. Мой взгляд лихораночно скользит по высоким фигурам, пока я не замечаю человека в форме Спасения, остановившегося напротив меня с окровавленной дубинкой в руке. Долбаный урод. — Мистер Сагард, вас чертовски трудно выследить, — издевается он с едким смешком. Судя по морщинам и заметным мешкам под глазами, этому придурку уже за сорок. — Кто ты, нахуй, такой? — шиплю я, в попытке подняться на ноги, но тут же получаю ботинком по рёбрам, от чего со стоном возвращаюсь в прежнее положение. — Лежать, мразь! — сердито рявкает парень в джинсовке, стоящий вплотную ко мне. Посылаю ему убийственный взгляд, держась за дважды травмированный бок. Мужчина в возрасте, облачённый в бежевый комбинезон, присаживается на корточки, и с усмешкой смотрит на меня. — Я твой друг по переписке. Должен признать, я ожидал, что ты будешь старше. Сколько тебе? Восемнадцать? — весело спрашивает он. Блять, это тот мудак, что присылал мне письма? Я даже не знаю его имени, внизу постоянно стояла дерьмовая подпись: офицер одиннадцать тридцать девять или что-то в этом роде. — Двадцать три, твою мать... — плюю я, чувствуя острую боль в боку. Вокруг нас продолжается битва, я слышу крики и выстрелы за пределами кольца. — Кто бы мог подумать, что самой смертоносной бандой в мире руководит двадцатитрёхлетний сопляк, — насмехается мужчина. — А я думал ты будешь моложе. Тебе сколько, восемьдесят? — огрызаюсь в ответ, стирая улыбку с его лица. Но через секунду он возвращает невозмутимый вид и усмехается, поднимаясь на ноги. Офицер обходит моё тело и пинает ботинком со стальным носком. Я втягиваю воздух сквозь зубы, от жёсткого удара из лёгких выбивает кислород. Перекатываюсь на спину, на секунду закрываю глаза. — Ты что, самый умный, осёл? — рычит он, сжимает дубинку перед собой двумя руками и хорошенько размахнувшись, бьёт меня в живот. Я хриплю от боли, на автомате переворачиваюсь, поджимая под себя ноги. Мой лоб упирается в грязный бетонный пол, пока я пытаюсь оправиться от удара. Нахуй, почему так больно? Чувствую, как две пары рук хватают меня за плечи, грубо поднимая с земли и разворачивают лицом к командиру Спасения. — Мы ещё не закончили, — бормочет он, вновь с силой пиная меня по рёбрам. Я сгибаюсь пополам, когда мужчина толкает меня назад. Моя спина соприкасается с крепкими фигурами, стоящими позади. Один из бойцов разворачивает меня к себе, а в следующую секунду здоровенный кулак встречается с моей челюстью, заставляя голову откинуться назад. Меня толкают из стороны в сторону, нанося беспорядочные удары по телу и лицу. Я чувствую нестерпимую боль и уязвимость; сопротивляться нет сил. Члены двух банд продолжают отрабатывать на мне приёмы, словно я боксёрская груша. В глазах начинает темнеть, колени подгибаются, тело немеет от получаемых атак. Меня толкают и избивают до тех пор, пока я вновь не оказываюсь лицом к офицеру. Он хватает меня за ворот футболки, удерживая от падения. Я борюсь с желанием закрыть глаза. Захлёбываясь собственной кровью, скопившейся во рту, поворачиваю голову в сторону, сплёвывая липкий сгусток на пол. У этой ситуации всего два исхода: меня либо застрелят, либо запинают до смерти. — Теперь ты не такой крутой, а? — издевается мужчина, криво улыбаясь, явно наслаждаясь моими страданиями. — Это... это то... чего ты хотел? — кашляю, чувствуя такую сильную слабость, что еле ворочаю языком. — Ты, наконец, нашёл меня... так просто покончи с этим. Ты хотел моей смерти с самого первого дня войны, — я задыхаюсь; кровь вновь заполняет рот и стекает по горлу. Моя грудь тяжелеет, а ноги подкашиваются. — О, не волнуйся об этом. Я убью тебя здесь, а потом найду твою девушку и придумаю, каким изощрённым способом лишу жизни её, — шипит он, крепче сжимая трещащую по швам ткань. От его слов кровь стынет в жилах, сердце пронзает тупая боль, по спине пробегает дрожь. — У меня нет девушки, — лгу я, ради защиты Амелии, стараясь сохранить невозмутимый вид. Мои мышцы сводит от беспокойства, когда этот мудак говорит о ней такие вещи. — Не лги мне, придурок, — произносит офицер, отпуская мою футболку, с ненавистью отталкивая назад. Спиной натыкаюсь на крепких парней, которые тут же хватают меня под руки, не давая пошевелиться. Мужчина достаёт из кармана телефон, быстро пролистывая файлы. Затем делает шаг вперёд, тыча экран мне в лицо, демонстрируя фотографию из клуба, где мы с Амелией стоим в центре переполненного танцпола. Я страстно впиваюсь в её губы, в то время как тонкие пальцы путаются в моих волосах, а мои ладони сжимают её упругую задницу. Где, чёрт возьми, он это взял? Его палец быстро проводит по экрану, чтобы показать ещё одну фотографию, где мы сидим в ресторане. Девушка подносит к губам стакан с водой, а я улыбаюсь. Всё это время в моей банде промышляли крысы, которые работали на Спасение. Дерьмо. — Это просто случайная шлюха, которую я пытался трахнуть... После чего ни разу с ней не говорил, — моя короткая речь прерывается на середине предложения, но я молюсь, чтобы мужчина мне поверил. — Видишь ли, поначалу я так и думал, — задумчиво начинает он и переключает картинку на заставку видео, — пока однажды не получил это. На экране виднеется главная улица. Амелия уходит от меня, скрестив руки на груди. Запись снята издалека, но это не мешает разглядеть мне боль на прекрасном девичьем лице. Я точно знаю, что сейчас произойдёт. — Потому что я люблю тебя! — мой крик заполняет пространство. Во рту пересыхает, от осознания того, что у него есть ролик с моим признанием — это значительно усложняет ситуацию. — Мне кажется, она нечто большее, чем просто случайная шлюха, — усмехается офицер, понимая, что у меня нет оправдания. — Где ты это взял? — бубню я. — В этом телефоне находится вся твоя жизнь. С кем бы ты ни был, куда бы ты ни пошёл — всё хранится на этом устройстве. Мне известен каждый твой шаг, даже если ты считал, что находишься в приватной обстановке, — его тонкие губы искажает больная ухмылка, на этот раз действительно заставляя мои внутренности сжаться. — Что, блять, ещё у тебя есть?! — кричу я. Он включает беззвучную чёрно-белую запись с камеры видеонаблюдения из лифта. Ноги Амелии плотно обвиты вокруг моей талии, в то время как я плотно прижимаю её к стене. Если бы она меня тогда не остановила, то у этого мудака было бы видео, как мы трахаемся. Я в шоке смотрю на экран, чувствуя подступающую тошноту. Следующей идёт фотография в тёмном коридоре клуба, мои губы впиваются в нежную шею Амелии, её нога, согнутая в колене, прижимается к моему бедру — это было на второй день после похищения. Как, чёрт возьми, он всё это достал? — Итак, я знаю, что она больше, чем временное увлечение, Вэстли. И поверь мне, когда я её найду, то мокрого места от неё не оставлю, — цедит он, запихивая гаджет обратно в карман. — Ты ни хрена ей не сделаешь, — угрожаю я. — О, ещё как сделаю. Напомни-ка, как её зовут? Ами? Айвори?.. Амелия? — в ту же секунду, как с его губ слетает родное имя, я перестаю дышать. Нет сомнения, что он моментально считывает эмоцию, промелькнувшую на моём лице. — Мм... Амелия, — мужчина довольно вздёргивает брови, не отрывая от меня глаз. — Раз уж она так много для тебя значит, возможно, я оставлю её в живых… как свою служанку. Или, может, продам в сексуальное рабство до конца её жизни… — он продолжает что-то бормотать, но я не могу разобрать ни слова. — Оставь её, нахуй, в покое! Она ничего не сделала! — резко сглатываю, борясь с желанием отрубиться. — Эта сука убила Джейсона! — выкрикивает молодой парень в джинсовой куртке и окровавленной красной бандане. — Откуда, чёрт возьми, ты это знаешь? — кричу в ответ. Кроме Найла, Луи и Эрики в помещении никого не было. — У нас везде есть глаза и уши, малыш, — насмехается человек, стоящий передо мной. Мой недовольный рык больше походит на хрип, я пытаюсь сопротивляться рукам, крепко удерживающим меня на месте, но это бесполезно. Я не могу с ними справиться. — Гори в аду! — шиплю, сплёвывая кровь, которая покрывает мои зубы. Мужчина хихикает, достаёт из кармана складной нож и щёлкает по кнопке на рукояти: длинное серебряное лезвие выстреливает вперёд, сверкнув острым блестящим концом. Он подходит ко мне с выражением чистой ненависти в глазах и кладёт руку на моё плечо. — Я собираюсь растянуть удовольствие, — бормочет офицер, отводя руку, готовясь вонзить кинжал мне в живот. В момент, когда я готовлюсь принять удар, вдруг вижу, как человек передо мной падает на пол, сбитый с ног одним из членов моей банды с каштановыми волосами. Поскольку никто из присутствующих не ожидает такого поворота событий, я чувствую, как хватка на моих руках ослабевает. Тут же вырываюсь из цепкого плена и бью двух парней локтями по лицам, вытаскиваю из кармана нож, перерезая глотки близ стоящим людям. На мгновение опускаю глаза и вижу, что парень, прижавший офицера к земле — Луи. — Уходи! — кричит он, посмотрев на меня на долю секунды, удерживая главаря. Слабо киваю и начинаю проталкиваться сквозь толпу, одной рукой сжимая пострадавший бок, а другой размахивая клинком. Чувствую, что меня сейчас вырвет от боли, пульсирующей во всём теле, но я должен двигаться вперёд. Оглядываюсь назад и замечаю мужчин в кожаных куртках, нападающих на парней вокруг Луи, следя за тем, чтобы его не убили. Слава богу. Продолжаю без разбора резать и толкать любого, кто не в косухе. Я не могу позволить этим ублюдкам забрать Амелию. Сама мысль о том, что один из этих мужчин захватит её в плен, чтобы сделать секс-рабыней, ужасает. Я ни за что на свете не позволю этому случиться. Вдалеке замечаю, как Лиама бьёт по лицу член Спасения, отчего не глядя влетаю в чьё-то тело, мгновенно оттолкнув неприятеля от себя. Хватаю парня за длинные волосы на затылке и трижды ударяю лицом о колено, прежде чем вонзить нож ему в спину. Вырываю из плоти покрытое кровью лезвие, позволяя трупу соприкоснуться с землёй. Поднимаю голову и вижу, что Лиам смотрит на меня с окровавленной губой. Мы обмениваемся кивками, а в следующий миг мои колени подгибаются. Чёрт, я могу упасть в обморок в любую секунду; меня мучает жуткая отдышка, лишь усиливая мучения. Если сейчас я потеряю здесь сознание, то меня непременно убьют. Согнувшись пополам, спотыкаясь на ровном месте, пробираюсь вперёд сквозь море дерущихся бойцов, крепко сжимая живот. Вижу перед собой ирландца и через минуту обессиленно врезаюсь в его спину. — Найл… — хриплю я. Парень поворачивается ко мне, пытаясь отдышаться; его нос разбит, лицо покрывает грязь. В голубых глазах отражается беспокойство, когда он придерживает меня за плечо. — Ты всё ещё жив! — восклицает блондин. Он начинает стрелять по людям, пока я, не меняя положения, стою спиной к нарастающему безумию. — Найл... — задыхаюсь я. — Им… им нужна Амелия, — едва могу говорить, но мои слова заставляют его опустить глаза. — Что? Почему? — шокированно спрашивает Найл, концентрируя своё внимание на мне. — Потому что она убила Джейсона… и потому что она моя девушка, — отвечаю, подавляя приступ кашля. — Это дерьмово, приятель. Ты должен пойти за ней, пока тебя не убили и не нашли её, — заявляет он, оттаскивая меня к двери, через которую мы пришли. — Но битва… Я лидер — я не могу оставить банду, — сильнее стискиваю бок. — Всё будет в порядке! Может быть, ты и главный, но Лиам, Луи и я — исключительные члены Разрушения, думаю, мы все согласимся с тем, что тебе нужно уходить. Посмотри на себя, ты не можешь продолжать драться, — Найл не сводит с меня глаз, подталкивая моё вялое тело к выходу. Мы заходим в пустое помещение, и я тут же припадаю к земле, харкая кровью. — Тебе нужно отсюда выбираться, — заключает он, резко останавливаясь, пока меня буквально выворачивает на холодный бетонный пол. — Они сказали, что собираются продать её в секс-рабство, — стону, согнувшись пополам, пытаясь восстановить дыхание. — Да иди ты, чувак, — обескураженно выдыхает Хоран. — Я не могу им этого позволить, Найл, не могу, — качаю головой, крепко зажмурив глаза при мысли о том, что Амелия будет подвержена сексуальному насилию со стороны старых грязных отморозков. — Этого не случится. Ты должен добраться до неё раньше, чем это сделают они. Это не займет много времени, пока эти ублюдки не начнут вас искать, — он приподнимает меня с пола, карабкаясь вверх по лестнице. Я с трудом переставляю ноги, пока мы не добираемся до двери, ведущей в узкий тёмный коридор. Мы пересекаем пустынное пространство, всё это время Найл держит меня под руку, чтобы я не упал. Как только мы заваливаемся в центр управления, блондин запирает дверь. — Найл, ты должен заставить людей отступить. Мы больше не можем терять наших бойцов, — шумно выдыхаю я, нажимая на кнопку, чтобы открыть стеклянный лифт. — Они уже начали эвакуироваться. Не беспокойся — всё будет хорошо. Напиши мне, как только доберёшься до Амелии, а я доложу тебе о текущей обстановке, — просит он, заставляя меня кивнуть. Захожу в небольшую кабину и провожу рукой по волосам. — Найл, будь осторожен, ладно? — бормочу я, негласно умоляя его не умереть. — Постараюсь, — усмехается Хоран. Нажимаю кнопку «вверх», глядя, как прозрачные створки закрываются. Лифт слегка дёргается и устремляется на поверхность. Я очень надеюсь, что смогу добраться до девушки прежде, чем она вызовет полицию. Полиция связана со Спасением, и если они занесут Амелию в базу, то найти её будет в сто раз проще.