Одиночка

      Прошло уже три недели, как я вступил в навязанный мне учителем клуб волонтёров.       За это время в нем не произошло чего-нибудь мало-мальски интересного. Обычно я приходил, садился напротив Юкиноситы, доставал книгу и читал, иногда прерываясь на «душевную» беседу с девушкой.       Не сказал бы, что скучно, да и нет у меня опыта, чтобы судить об этом, но лично я считал, что в клубе «жизни» поболее будет, раз уж меня сюда засунула Хирацука. Ну, а пока я только читал, сидел и говорил. Впрочем, если подобным в клубах и должны заниматься, то все нормально.       В данный момент я сидел и играл в мобильную версию «девушек-кораблей». Там как раз возник один забавный момент, и мои губы поневоле растянулись в небольшой улыбке.       Почти сразу я почувствовал на себе холодный взгляд.       — Ты не мог бы прекратить так улыбаться, будто задумал какое-то преступление, Злоумышлегая-сан? — Юкиносита с подозрением уставилась на меня.       Хм, подглядываешь. А нехорошо, между прочим.       — Что за предвзятое мнение, Яндересита-сан? Я улыбаюсь честно, открыто и без всяких задних мыслей.       Девушка на мой ответ только поморщилась и вернулась к чтению. Я же тихо хмыкнул, сделав очередную мысленную пометку в книге побед Хачимана Хикигаи.       Так и проходили дни в клубе. Обычно наш «разговор» начинала Юкиносита, комментируя мою внешность или какие-то действия, а я в ответ парировал тем, что она проявляет чересчур сильный интерес к моей персоне, но дальше детских поддразниваний мы не заходили, прекрасно чувствуя тонкую грань между шуткой и оскорблением.       Нажав на кнопки управления на экране смартфона, заставляю свой любимый линкор "Ямато" разнести в хлам лёгкий крейсер противника.       Спустя две секунды алгоритм программы запустил заставку, где моя милая Ямато стоит на куче металла, насмешливо улыбаясь поверженной и сильно напуганной девушке.       Передо мной встал выбор: пощадить или отправить на переработку корпус проигравшей. Только я хотел нажать на кнопку «переработать», как телефон слегка завибрировал, и сверху на экране вылезло уведомление о сообщении.       Нажав на мигающие облачко, я прочитал:       «Братик! Привет, это твоя милая и любимая имото! Ты когда придешь домой? Я уже соскучилась! И что бы ты хотел на ужин? Люблю-ю-ю ~~~. Кья, это же сколько очков Комачи я набрала!»       Дочитав, не смог сдержать улыбки — сестрёнка в своём репертуаре.       Периферийным зрением вижу, что Юкиносита опять смотрит на меня, но пока молчит.       Ну, а раз молчит, значит пускай себе зыркает сколько душе угодно — с меня не убудет. Напишу-ка я лучше ответ:       «Я тебя тоже очень люблю, Комачи. Как можно не любить такую милую и красивую сестрёнку, как ты? Буду дома где-то через час, а на ужин… Все, что ты ни приготовишь, является пищей богов, поэтому оставлю эти хлопоты на тебя. Твой любимый брат, Хачиман».       Перечитав пару раз свое сообщение и подправив некоторые опечатки, нажимаю отправить.       Спустя пару секунд прилетает смайлик в виде смущённого, но очень довольного котёнка.       — Закончил свои гнусные дела?       Голос Юкиноситы заставил оторваться от телефона и обратить внимание на неё. Девушка уже собралась. Книга, которую она постоянно читала, исчезла — наверняка убрана в сумку, висящую на плече.       Президент стряхнула с идеально чистой школьной формы несуществующие пылинки и выжидающе посмотрела на меня. Какой у тебя, однако, колючий взгляд. Но не усердствуй понапрасну — мою «броню» ему не проколоть. Иголки бесполезны, тут нужен, как минимум, главный калибр моей несравненной "Ямато", или даже больше.       — Если общение с любимой сестрой — гнусные дела, то да, закончил, — недовольно ответил я, отметив при этом, как сжались пальцы девушки на лямке сумки.       Хм. Больная тема? Впрочем, меня она не касается. Захочет — расскажет. Убрав телефон в сумку, я встал и направился к выходу.       — Пошли, чего стоишь? — бросил я уже в дверях, выходя.       Юкиносита повела плечом, тем самым будто сбросив какое-то наваждение, быстрым шагом вышла из клубной комнаты и достала ключи. Я молча ждал, пока она запирала дверь, а потом мы вместе пошли по коридору.       Не то, чтобы у нас была договорённость так делать, но как-то оно само вышло, что до учителя мы идем вместе, сдаём ключ, отчитываемся о «клубной деятельности», а затем расходимся по домам.       Вот и сейчас, топая вместе по коридору, мы, не сговариваясь, направились в учительскую, где обреталась Хирацука-сенсей, чтобы сдать ключ и отчитаться о сегодняшней «работе».       Солнечные лучи жёлто-оранжевыми колоннами били из окон коридора, хорошо его освещая, тем самым давая возможность краем глаза разглядывать свою спутницу.       Юкиносита — красивая девушка, что ни говори, но холодность и отчужденность всё портили, сразу отгоняя тех, кто хотел с ней общаться. Она, подобно средневековому самураю, недолго думая, рубила с плеча словами вместо меча, не задумываясь о том, какое действие они окажут на собеседника. Я невольно сочувствовал тем, кто пытался завязать с ней разговор. Начинаешь что-то говорить, а в ответ — ледяной душ из резких немногословных реплик.       За все то время, что я ее знаю, ни разу не видел Юкиноситу в какой-нибудь компании. Пару раз встречал ее в столовой, но и там она сидела одна, всем своим видом показывая, какая она независимая и гордая, будто действительно королевских кровей. Это отталкивает, скажем прямо. Как там говорят? Будь проще, и народ к тебе потянется.       Парни её так и называли: «Ледяная королева». Многие же девушки придумали иное прозвище. «Холодная сучка» — вот как они окрестили президента клуба. Не то, чтобы я целенаправленно все это узнавал, да только люди имеют отвратительную привычку обсуждать других за глаза. Причём это усугубляется тем, что они не контролируют себя в такие моменты и часто говорят достаточно громко, чтобы окружающие «невольно» их слышали. А некоторые, как мне думалось, делали так намеренно.       Из поведения девушки мне стало ясно, что обсуждения своей персоны ее не волновали, впрочем, как и разносимые по школе сплетни. Логично: если не реагировать, то всё рано или поздно уляжется . Сплетни не живут больше семидесяти пяти дней.       Хотя, я б, наверное, поступил по-другому. Впрочем, последствия своих действий мне тоже прекрасно известны — проходили не раз. Слухи или прекратятся, или получат мощнейшую подпитку для нового витка.       — Тормозгая-сан, учительская находится здесь, — голос Юкиноситы вывел меня из задумчивости.       Переведя взгляд на девушку, я понял, что проскочил мимо кабинета на пару метров, погрузившись в раздумья, а сама она пальчиком указывает на дверь. По глазам видно — это событие ее отнюдь не веселило.       — Задумался, извини, — я покачал головой, быстро подошёл к двери, постучался и открыл.       — Сенсей, а вот и мы! — выдал я «традиционное» приветствие и прошёл в учительскую. — Вижу, не совсем вовремя…       Женщина сидела к нам спиной, а по бокам от неё на рабочем столе лежали хорошие такие стопки бумаги. Мне показалось, что Хирацука сейчас с какой-то остервенелостью черкала ручкой по несчастному листку с тестом перед собой.       «Ну да, сегодня сдавали проверочные. Видимо, сидит, проверяет», — всплыла мысль.       — Где ж вас таких «умных» берут? — вполголоса произнесла она, смачно припечатав лист к верху левой стопки бумаг, и лишь потом изволила повернуться к нам. — Так, с вами теперь надо разобраться, — здесь Хирацука-сенсей на пару секунд задумалась. — В общем, дел у меня выше крыши, так что сдавайте ключ и свободны.       Договорив, она полезла в карман своего лабораторного «халата», который на самом деле плащ — косит под молоденькую лаборантку? — и достала пачку сигарет. Затем открыла ее и вытащила «палочку». Немного повертев, пригубила слегка дымящийся никотиновый свёрток и жадно сделала первую затяжку.       Запах сигаретного дыма неприятно ударил в ноздри. Недовольно шевельнув носом, я сдержал порыв скривиться.       — Настолько все плохо? — я кивком указал на внушительную кипу работ, пока Юкиносита вешала ключ. — Просто обычно при нас… — хотя имел в виду, что при мне.       Хирацука-сенсей вопросительно приподняла бровь.       — …вы не курите, — закончил я.       Тяжело вздохнув, женщина сделала еще одну затяжку.       — Ты даже не представляешь, — она неопределённо покрутила рукой с зажатой сигаретой. — Если не вдаваться в подробности, то… — тут она прервалась и перевела взгляд на стоящую у выхода Юкиноситу, которая нетерпеливо дожидалась меня. — То это не так уж и важно.       Она крутанулась на своем кресле, сделав последнюю затяжку, и положила стремительно уменьшающейся окурок в пепельницу. Сдаётся мне, вы хотели сказать что-то иное, сенсей.       Поняв, что «аудиенция» закончена, я развернулся и пошёл к выходу, на ходу кинув взгляд через плечо:       — До свидания, сенсей, и удачи.       — До свидания, — повторила за мной Юкиносита.       Не придавая значения невнятному бурчанию женщины, мы покинули учительскую и неспешным шагом направились к выходу из школы.       Стоило мне выйти на крыльцо, как в глаза ударил солнечный свет, немного ослепив. Твою ж… Всё время забываю об этом — после «занятий» в клубе заходящее солнце светит прямо в глаза.       — Опять то же самое, Забывайка-сан? — не преминула уколоть наш президент.       Юкиносита с холодной усмешкой глядела на меня, козырьком приставив ладонь к бровям.       — И мудрец ошибается, — пожав плечами, ответил я с невозмутимым видом.       — Человек с прогнившим взглядом на мир не может быть мудрецом по определению. Это общеизвестный факт.       Опять она за своё. Решив не удостаивать её ответом, я молча двинул к воротам. Обычно мы на крыльце и прощались — Юкиносита шла к выходу, а я — на парковку за велосипедом. Но вчера моя дорогая сестрёнка взяла велик, чтобы покататься. Ну и покаталась, да так, что оба колеса проколола.       Я усмехнулся про себя, вспомнив её ужасно виноватый вид. Она даже в глаза старалась не смотреть, пискнула только: «Прости, братик!», и прижалась ко мне, шмыгнув носом. Эх, непутёвая… Я совсем не разозлился, но сегодня мне пришлось ехать на общественном транспорте.       — Неужели ты сегодня без велосипеда, Пешкогая-сан? — Юкиносита не упустила возможности подчеркнуть мой безлошадный статус.       — А почему это тебя удивляет? — не остался в долгу я. — Может, мне просто захотелось проводить до дома одну очаровательную, но очень холодную Льдинку-сан? Ты ведь сегодня тоже на своих двоих?       Реакция Юкиноситы оказалась забавной. Она остановилась как вкопанная, уставившись на меня и широко распахнув свои голубые глаза.       — Что ты хочешь этим сказать?       Видимо, она настолько растерялась, что даже забыла исковеркать мою фамилию.       — Совершенно ничего, — изобразив наивный вид, ответил я, — просто будет печально, если по дороге с нашим дорогим президентом случится какая-нибудь неприятность.       — Самая большая неприятность для меня — находиться рядом с тобой, — быстро пришла в себя девушка и задрала вверх изящный носик. — Но так уж и быть, окажу тебе честь.       Ну точно — королева или принцесса какая. К сожалению, шли мы не в одиночестве — другие ученики тоже спешили покинуть школьную территорию. Поэтому без перешёптываний не обошлось.       — Что это за тип рядом с Юкиноситой?       — Страшный какой…       — Сучка опять себе красавчика забила.       — Может, это её телохранитель? Говорят, она богатенькая.       — Не знаю… Не смотри на него, если проблем не хочешь.       Ага, как же — больно надо. Забив на глупые домыслы учеников, я решил, на всякий случай, уточнить:       — Так ты сегодня на машине или пешком?       — Пешком, — покосившись на меня с недовольным видом, ответила она.       А спустя пару секунд, стрельнув холодным взглядом, добавила:       — Неужели уже планируешь что-то преступное под благовидным предлогом? Плохо, очень плохо, Бандигая-сан.       «Эта девушка… слишком высокого о себе мнения…»       — Ну конечно, Плоскосита-сан, я планирую самое гнусное преступление из всех возможных, — с лёгкой ухмылкой произнёс я, зная, как она реагирует на размер своей груди. — Довести вас до дома и уйти, не попрощавшись. Как по мне — идеальное преступление.       — Ты обычно так и делаешь, Хикигая-сан, — недовольно произнесла девушка. — Просто разворачиваешься и молча уходишь по своим делам.       Это она имела в виду, что бывают дни, когда мы вместе идем домой, так как у меня случаются подработки в районе, где она живет.       «Ну надо же, как это задевает ваше величество. Видимо, не привыкла, что тебя так игнорируют», — мысленно произнес я, видя, как Юкиносита развернулась и пошла первой, заставив меня немного ускорить шаг, чтобы поравняться с ней.       Дальше мы шли молча. Небо постепенно окрашивалось в оранжевые тона, и цикады завели свои нескончаемые мелодии. Кругом люди, машины, гомон и шум. Одни здания сменялись другими, пока мы неспешно шли по улицам, переходя перекрёстки, но одна вещь оставалась неизменной — нас по-прежнему окружали каменные джунгли двадцать первого века.       После того, как мы свернули на неприметную тропинку, а затем прошли через переулок, впереди замаячила арка, врезанная в многоэтажный дом.       Этот путь Юкиносита показала мне спустя пару таких походов, мотивировав тем, что: «Гулять с тобой, Хикигая-сан, не входит в мои намерения, а посему мы сократим дорогу».       Взяв курс на арку, мы вскоре вошли в неё, практически сразу став свидетелями неприглядной картины.       Три парня в форме какого-то технологического колледжа окружили рыжеволосую девушку, одетую в форму нашей школы.       Я слегка прищурился, чтобы лучше её разглядеть.       «М-да, нужно заканчивать ночное чтение, зрение медленно, но портится», — промелькнуло у меня в голове, когда спустя пару секунд я узнал в той школьнице шестёрку-тян. Ее вроде Юи зовут, если не ошибаюсь.       Парни грамотно выбрали место, чтобы подомогаться; судя по всему, если случайный прохожий будет идти прямо, не смотря по сторонам, то вряд ли их заметит. Но я, следуя давней привычке, постоянно «сканирую» окрестности, замечая то, чего не видят другие.       Итак, что тут у нас происходит?       Девушка натянуто улыбалась, что-то пытаясь втолковать наседавшим на неё парням, но те только смеялись и все ближе подходили к ней.       Кинув взгляд в сторону, я увидел, что Юкиносита стоит, закусив губу, и с хмурой миной на лице смотрит на всё это.       «Ясненько, она не знает, как поступить. Кто бы мог подумать, что у неё будет такая неожиданно обычная реакция, — невольно отметило мое вредное сознание. — Ну же, парень, сыграй в героя и выиграй джек-пот!» — пришла на ум фраза из одного недавно прочитанного ранобэ.       Там была похожая ситуация, и перед героем встал трудный моральный выбор. Тот тип оказался тряпкой и прошёл мимо, сделав вид, что ничего не заметил.       «Ну же, Хачиман, ты ведь хотел попасть в лайт-историю? Вперёд! Кто-нибудь да и напишет в ней про тебя, сделав главным героем».       — Подержи, — коротко сказал я в сторону Юкиноситы, протянув ей свою школьную сумку, — и даже не думай вмешиваться, особенно если будет драка.       А реакции-то ноль целых ноль десятых. Окей, испытаем способ Кесседи в деле.       — Юкино, родная, стоишь и не отсвечиваешь. Оставь разборки плохишу Хачиману. — Боже, это неожиданно стыдно говорить. А Кесседи, больной на всю голову отморозок, постоянно так общается.       Но реакция на этот раз есть — девушка, стоило мне позвать ее по имени, будто избавилась от наваждения и наконец посмотрела на меня, когда я договорил, причём ну очень удивлённо.       «Камиии, чувствую, она мне это ещё потом припомнит».       — Не вмешивайся, а когда я все решу, уведёшь Юи в кафешку. Ты, как девушка, с этим справишься лучше, — дождавшись молчаливого кивка, я сдал ей сумку на хранение и направился к «прилипалам».       Чем ближе я подходил, тем лучше понимал — численное превосходство мочой ударило им в голову, и они уже начали позволять себе лишнего: хватать свою «жертву любви» за руку и грубо разговаривать.       А Юи молодец, не сдаётся и пытается словами объяснить, что они ей не интересны.       Но ждать развития ситуации я не собирался — по лицам парней видно, что они поймали кураж и просто словами да уговорами не ограничатся.       Я как-то слышал краем уха, что этой рыженькой уже признавались в Собу, но она всех отвергла, самых настойчивых отпугнув упоминанием дружбы с Миурой и тем блондинчиком, которого восхвалял один придурок в классе. Как я ему ещё не врезал? Но здесь, как видно, отработанная тактика дала осечку. Впрочем, оно и понятно — эта шпана и слышать не слыхивала о «короле и королеве» старшей школы Собу.       Подойдя ближе, я услышал:       — Мне больно, отпусти, пожалуйста…       В голосе девушки промелькнули отчаянные нотки — ещё немного, и она откровенно расплачется.       — Больно? А нам разве не больно?! — деланно возмутился один из парней. — Ходишь себе, улыбаешься, шутишь, а когда тебе признаются, то говоришь: не интересно! Это, ты считаешь, не больно?!       Так, походу дела он её сейчас ударит — вон, уже раскрытой ладонью замахнулся, козёл.       — Правильно, нам тоже больно!       — Да, босс! Покажи ей! А то до неё не допёрло, — на пару поддакивали остальные.       Уроды, ну ничего, сейчас я вам покажу настоящую боль. Так покажу, что на всю жизнь запомните. Но трое — это не один и нужно быть аккуратнее, чтобы вместо триумфа не словить фиаско. Хотя в средней школе я и четверых уделывал. Но поостеречься не помешает.       Как сказал бы Кесседи: «Братюнь, удивил — значит победил. Не постремайся отморозить какую-нибудь чушь, а дальше по обстоятельствам, м-м… *задумчивая пауза* Это, о чем я, собственно, братюнь — дунем?»       «Удивить, да? Ну, это не проблема — как два пальца об асфальт», — сказал я сам себе и, расставив руки для объятий, громко произнёс:       — Ба, кого я вижу! Юи! Как дела?       Стоило прозвучать моему голосу, как парни подпрыгнули от неожиданности, а я, не обращая на них внимания, быстрым шагом сблизился с девушкой, заключив её в объятия.       — Как начнется драка, сразу дуй ко входу, к черноволосой девушке, — быстро прошептал я на ухо опешившей от неожиданности рыжей.       — Эй! Ты ваще кто? — о, парни пришли в себя и возмущаются. Сейчас-сейчас…       Выпустив из своих объятий Юи, развернулся к вопрошающему.       — Можешь звать меня господином, — о да, как давно я хотел козырнуть этой фразочкой.       — Че-е-е? Ты ахрине-е-е-и-и-и-и-и-и-и-, — мощное начало, а под конец — комариный писк. Что ж, удар по яйцам еще никому не добавлял басов.       Как только парень, скрючившись, схватился за пострадавшее место, я немного подпрыгнул и локтем засадил ему в основание шеи. Тот мешком рухнул на асфальт.       Все это произошло настолько быстро, что двое приятелей упавшего «подельника» не успели даже опомниться, а девушка за моей спиной тотчас рванула туда, куда я и сказал.       «Умничка!» — молнией промелькнуло в голове.       Ну, а теперь спокойно «поработаем» с этими отбросами. Моментом сократив дистанцию с ближайшим противником, костяшками пальцев ударил ему в горло. Не очень сильно, чтобы гортань не сломать, но достаточно, чтобы он закашлялся, пытаясь сделать вдох.       «Этот временно вне игры», — цинично отметило сознание, пока я переключался на третьего и последнего отморозка с косичкой. Косит под самурая, не иначе.       «Третий» получил прямой в челюсть и «поплыл», словно боксёр от пропущенного удара, начав заваливаться на меня. Крепко схватив его за «косу», я рванул голову парня вверх и присел, предварительно выставив вперед колено, об которое тот знатно приложился лицом.       Послышался влажный хруст. Хлынувшая из разбитого носа кровь испачкала мне штаны, но я не обратил на это внимания — потом.       Готово. Теперь только и осталось, что окончательно вывести из строя еще «живого» парня, и дело в шляпе.       Встав и отпустив волосы нокаутированного противника, я повернулся к до сих пор кашляющему и пускающему слюни парню. Видимо, удар был сильнее, чем ожидалось, и бить его чревато последствиями — помрёт еще, не дай Ками.       — Слышь, слюнявый, ты там жив? — спросил я, постояв над кашляющим парнем минуту-другую.       Ноль реакции. М-да, хилая пошла молодёжь. Ну окей, я не гордый, подожду. Не буду же сам таскать тела его дружбанов, право слово?       А парень все кашлял, судорожно дыша с каким-то прямо болезненным надрывом.       «Слабак, а все равно выделывается, — с презрением подумал я, — курит небось — дыхалка никакая».       Гм, но, видимо, всё-таки я перестарался с ударом — он должен был прийти в себя через минуту, максимум две. Спустя еще несколько минут кашель парня начал сходить на нет.       — О, смотрю, оклемался, — с напускной весёлостью произнёс я, чем вызвал у него мелкую дрожь, — давай, родной, вставай и бери свои камни, то бишь, бессознательных дружков, и укладывай их к стеночке, — поднял я парня, одновременно проинструктировав. — Говорить будем.       — А? — ноунейм вылупился на меня, смотря непонимающе.       «Как олень на свет фар», — невольно пришло на ум сравнение.       — В табло на! — раздражённо рявкнул я, замахнувшись кулаком.       Испуганный парень в страхе прикрылся руками, согнувшись знаком вопроса. Но вместо тычка кулаком, я ударил ногой в скрещенные над головой руки. С криком боли «слюнявый ноунейм» грохнулся на асфальт.       Несильно попинав его по обочине, уверен, он даже боли особо не почувствовал, а кричал больше от страха, присел рядом на корточки и тихо, но внушительно произнёс:       — Повторяю еще раз, берёшь своих друзей и скидываешь их в кучу. Понял, тупоголовый?       И — о чудо! — он закивал. Тонизирующий пинок сделал своё дело.       — Молоток, — похвалил я, встав и по привычке начав отряхиваться, — приступай.       Мой взгляд зацепился за выпачканную в крови еще одного ноунейма коленку.       «Ох, прилетит мне сегодня от мамы…» — невольно подумал я, глядя на огромное расплывшееся пятно.       Пока я отряхивался, «живой» типус успел встать и уже оттащил первого друга к стенке, направившись ко второму.       Перевернув того на спину, он не сдержал крик. И действительно, видок у «третьего» парня был еще тот: залитое кровью лицо и скошенный вбок нос. Многим поплохеет от подобного зрелища.       «То-то у меня коленка до сих пор болит».       — Чё орёшь? Давай его тоже к стенке, расстреливать будем, — парень вздрогнул, не оценив шутки, и начал всхлипывать, тем не менее послушно исполняя мои указания.       Сзади послышались лёгкие шаги. Я развернулся, чтобы посмотреть, кого там непогожая принесла. Это оказалась Юкиносита на пару с рыжей. Та-дам! Сюрприз подкрался незаметно.       Парочка шла в обнимку, причём рыжеволосая вцепилась в брюнетку, стараясь как можно сильнее вжаться в неё. Как бы она Юкиноситу не завалила, с такой-то грудной массой.       — Ну и чего вы сюда припёрлись? — резко спросил я, как только они подошли ближе.       Получилось несколько грубо. Да чего там, будем откровенны, вышло просто по-хамски, но Юкиносита, как истинная аристократка, пропустила это мимо ушей, а рыжая как всхлипывала, так и продолжала всхлипывать.       Холодно оглядев обидчиков рыжей, Юкиносита только хмыкнула, а потом, посмотрев на меня, сказала.       — А ты опасный тип, Хикигая, — ого, мою фамилию не исковеркали, да еще и произнесли без хонорифика. Удивительные дела в мире творятся. — Пристугая-сан тебе хорошо подходит.       А нет, всё в порядке, конец света отменяется.       — А то ж, — хмыкнул я, гордо проигнорировав, что мою фамилию вновь исковеркала эта наглая стерва, — но на мой вопрос ты так и не ответила, я жду.       Сложив руки на груди, я уставился на нее. Она прямо встретила мой сверлящий взгляд, но чудо произошло вновь — спустя секунд двадцать, в течение которых мы играли в гляделки, она отвела глаза.       «Во дела. Если так продолжится, то я, может быть, и поверю в то, что дома мне не влетит, раз сегодня такой день «чудес». Хотя, что-то я размечтался: как говорится, оставь надежду всяк в дом Хикигаи входящий».       — Это я попросила… — тихо ответила рыжая вместо Юкиноситы.       — Интересно. И зачем? — удивлённо спросил я. Да и вообще, как она умудрилась уговорить «льдинку-тян» сюда прийти?       — Я подумала, что тебе может понадобиться помощь… — практически прошептала Юи.       Ошеломительное заявление, однако.       — Оригинальная логика, Юи. Если ты и себя-то не смогла защитить, то как собиралась помочь мне? — не хотелось кричать, но я был настолько поражён, что почти выкрикнул вопрос.       — Юкино…       Имя «льдинки» я расслышал, а вот что последовало дальше — нет, одно только неразборчивое «бу-бу-бу». Поняв, что от «персика» ничего не добиться, перевёл взгляд на Юкиноситу.       — Хорошо, ответь тогда ты: чем мотивируешь своё возвращение? Очень надеюсь, что твой ответ будет получше, чем её, — сказал я, некультурно ткнув пальцем в сторону зардевшейся девушки с рыжими волосами.       «Ну просто шикарно, она еще и смущается. Её чуть не изнасиловали каких-то пять-десять минут назад, а она уже в краску впадает…»       Решив, что рассудок мне дороже объяснений, я вскинул руку, останавливая уже собравшуюся говорить Юкиноситу.       — Знаешь, не отвечай, какая бы причина ни была. Совершенно нет желания её знать, — договорив, развернулся к трём ноунеймам, бросив через плечо: — Я тут задержусь ненадолго и потолкую с ними, а вы меня в кафе подождите. Интересно узнать, чего они к «персику» прицепились, а потом вас обеих домой провожу.       Договорив, я направился в сторону приходящих в себя парней.       — Не задерживайся и не заставляй девушек ждать, Хамлогая-сан, — холодным тоном прилетело в спину от Юкиноситы.       Хоть я не видел выражения её лица, но уверен, что оно заставило бы меня передернуться от страха, когда я услышал подозрительно знакомые нотки в голосе девушки.       — Ну-с, господа неудачники, с какой части нашей беседы мы начнем: вербальной или прикладной? — с весёлой улыбкой произнес я, показывая им, кто здесь хозяин положения, когда звуки шагов девушек окончательно стихли. Слух у меня хороший, в отличие от зрения, поэтому Юкино и Юи гарантированно ушли далеко.       — Ты попал, урод! — выкрикнул тот, которому я приложил по яйцам — видимо, он был в их компании за лидера. — Мой брат тебя из-под земли достанет!       Это могло звучать страшно, но при условии, если бы ситуация была другой и под говорившим не разлилась подозрительного вида лужица.       «Видимо, с прикладной. Ну что ж, поехали».       — Ой как страшно! — я с улыбкой потряс руками. — Может, тебе одну из них сломать? — не меняя выражение лица , продолжил я.       — Ты не посмеешь! Мой брат это так не оставит! Он… — не став слушать пустые угрозы лидера, я подошёл и двинул ему ногой в живот.       Парень скрючился, выплеснув изо рта на асфальт слюну и содержимое желудка.       «Фу, мерзость какая», — меня аж передернуло от отвращения.       — Мне глубоко плевать, кто твой брат, урод, — я слегка придавил ногой его голову к асфальту. — О, мне в голову только что пришла интересная идея — давай позвоним брату, и пускай он придёт сюда, — начал я и полез в карман за телефоном, но его там не оказалось.       «Черт, он же в портфеле, а тот у Юкиноситы», — вспомнилось через пару секунд.       Моя идея очень не понравилась двум остальным парням, сидевшим очень тихо. Убрав свою ногу от головы заводилы, я дал ему возможность распрямиться.       — Ну че, придурок, позовём твоего брата? — вновь спросил у него. — Пускай он решит твои проблемы.       — Нет… — тихо произнёс «заводила». — Не стоит…       Похоже, он уже и сам не рад, что ляпнул глупость. Но это теперь его проблемы — в следующий раз умнее будет.       — Ну отчего же нет? — я присел на корточки, чтобы глазами мы оказались на одном уровне. — Ты же так бойко кричал про него; ну так давай, пускай он придёт и посмотрит на своего брата-насильника.       Первая часть «разговора» началась.       — Мы не насильники!       — Че ты несешь!       — Не гони!       Закричали парни чуть ли не хором. Надо же, как синхронно у них вышло, прям загляденье.       — Завалились, — негромко, но веско произнес я, и они моментально умолкли.       — Не насильники, да? — злобно рявкнул я, и тычком без замаха вломил третьему, который кричал «не гони».       — Ай! — громко вскрикнул он и прикрылся руками, скрючившись от страха — видно, подумал, что я стану бить его дальше.       Остальные машинально закрыли руками головы и молчали, пригнувшись на всякий случай.       «Прекрасно, «клиенты» созрели для второй части».       — А я видел другое: три парня затащили сопротивляющуюся девушку в тёмный угол и хотели изнасиловать, — на этот раз эти уроды молчали, остерегаясь словить затрещину. — У меня даже свидетели есть.       После такого заявления с моей стороны парни побледнели. Да-да, эта трактовка событий очень легко может воплотиться в жизнь при условии её правильной подачи в органы защиты правопорядка.       — Я не хотел, это все он! — визгливо закричал один из парней, пальцем показывая на «заводилу». — Это он начал!       Стоило мне замахнуться, как визгливый ноунейм тут же умолк и «спрятался в домик».       — Не важно, кто начал, важно, что вы, трое придурков, конкретно так влипли, — с улыбкой сказал я, заставив парней побледнеть еще сильнее. — Ну чё, как будем решать проблему?       «Ну вот и пришло время третьего, заключительного этапа. Они готовы», — довольно ухмыляясь про себя, подумал я.       — Мирно или агрессивно? — спросил я и встал — коленки затекли. — Так, ребятки, у вас тридцать секунд на размышления.       Вы удивитесь, если я скажу, что они тут же заголосили «мирно»? Вот и я не удивился.       Дальше уже пошло конкретное разводилово лохов по заповедям незабвенного Кесседи Торренса.       Я узнал имена парней, их домашние адреса, место учебы, номера телефонов, а у одного из них на время забрал телефон и проверил эти номера. Затем помог избавиться от «лишней» наличности и поставил на деньги, после чего отпустил «счастливых» парней на все четыре стороны. Сам же направился в ближайшее кафе, где меня дожидались девушки.       Скажете жёстоко? Да только это вам не сенэн-аниме, где главный герой, победив плохишей, с дебильной улыбкой отпускает врагов за просто так. Не-е-е-т, у нас здесь суровая реальность, которая очень сильно бьет оступившихся. И я, пусть невольно, но стал тем самым карающим молотом судьбы — виноватые получили своё, расплатившись за ошибки.       В некоторой степени я даже доволен: спас красивую девушку, приобрёл наличность и, в перспективе, потенциально хорошенькую сумму, побил подонков. Так что, лично для меня выгода очевидна. И горе побеждённым.       Я не боюсь, что они кому-нибудь про это расскажут, и у меня возникнут какие-то проблемы. Всё-таки я изначально вел разговор на накачку страха перед «обнародованием» факта приставания, а боязнь физической расправы была лишь дополнительным стимулом для шевеления мозгов.

***

      «М-да, а штанина всё портит, — размышлял я, стоя перед входом в кафе, — надеюсь, меня не выгонят».       Хотя я, конечно же, провел определённые манипуляции по сокрытию пятна крови, а именно: измазал грязью запятнанное ей колено. Со стороны это выглядело, как будто я неудачно упал и испачкался.       «Боже, да кого я хочу обмануть».       Ладно, быстро войду и сяду — никто не успеет заметить мой непрезентабельный вид. Тяжело вздохнув — надеюсь прокатит — я открыл дверь и зашёл. В нос тут же ударил приятный запах кофе и корицы.       Зал, можно сказать, пустовал, поэтому найти взглядом девушек не составило особого труда. Они сидели рядом друг с другом за дальним от входа столиком с пустыми местами напротив. Подобный столик еще называют «место для влюблённых». Как видно из названия — они пользуется спросом у парочек.       Быстрым шагом подойдя к ним, я сел на пустое место, сразу спрятав под стол грязную коленку.       — Еще раз привет. Что-нибудь уже заказывали? — спросил я, как только удобно разместился. — Если нет, то как насчет кофе?       Нужно было как-то начинать разговор, и лучшего повода к нему, кроме как заказать кофе, не найти. Этим действием я настрою Юи на беседу, дав ей психологическую защиту в виде чашечки с горячим ароматным напитком.       Люди частенько делают паузу или прячут лицо в кружке, если не хотят отвечать. Способ мне очень хорошо знаком — я часто им пользуюсь.       — Да мы уже выпили по чашке чая и съели пирожное, — холодным и слегка недовольным тоном ответила Юкиносита, — и забери уже свою сумку — я не нанималась тебе в носильщики, — она передала мне портфель.       Приняв из её рук школьный аксессуар, первым делом достал из неё телефон и проверил на наличие звонков или смс. Так, что у нас здесь?       Целых двенадцать пропущенных вызовов и куча сообщений. Восемь звонков от Комачи, один от Кесседи и три от мамы.       «Просто шикарно… а это я еще сообщений не видел».       — Все в порядке? — обеспокоенно спросила Юи, слегка заёрзав на месте. — Ты поменялся в лице…       Оу, походу, я не смог удержать свое обычное индифферентное выражение.       — Все хорошо, нет ничего такого, с чем бы я не справился, — как можно бодрее ответил я, стараясь больше убедить себя, чем её. — Так, тогда я сейчас закажу нам кофе и начнем разговор, м-м…       Договорив, немного замялся:       — Так вы будете или нет? Я могу угостить.       Не то, чтобы мне улыбалось это делать — придётся еще задабривать двух злых божеств, жаждущих моей плоти и крови, известных в миру как сестра и мать.       — Нет, спасибо, — вежливо отказалась Юкиносита, — чая было вполне достаточно.       — Ум. Я, пожалуй, тоже откажусь… — согласилась с Юкиноситой «персик».       — Окей, — не хотят и ладно — мне же лучше.       Подав знак официанту, что хочу сделать заказ, я подождал, когда он подойдёт, а после заказал кофе с молоком и четыре ложки сахара.       — О-о, Хикки любит сладкое… Хорошо, хе-хе-хе, — шепотом произнесла «персик», но я услышал.       «Прекрасно, еще одно глупое прозвище. Что будет дальше? Кто следующий придумает очередную кличку? Любимая сестрёнка? Мама? А что? Сегодня меня уже ничто не удивит», — недовольно размышлял я, пока ожидал сделанный заказ.       Наш столик окутала тишина. «Льдинка» с безразличным видом смотрела в панорамное окно, которое находилось в противоположной стороне от нас. «Персик» играла со своими волосами, тиская прическу в виде шарика. Ну, а я просто не знал, что сказать — никогда не был душой компании, да и не стремился к этому, сколько себя помню.       Пока не принесли кофе, я решил, что неплохо было бы все-таки глянуть на сообщения. Не откладывая дела в долгий ящик, вновь достал телефон и открыл первое из них.       От кого: Сестрёнка       Тема: Братик       Время: 18:40       «Ти-и-и~~~ Братик! Ты где потерялся?! Комачи тебя уже заждалась! Возвращайся поскорее. Твоя любимая Комачи-тян».       От кого: Сестрёнка       Тема: Братик       Время: 18:59       «Ум~~ Братик, Комачи начинает волноваться, неужели ты разлюбил свою милую имото и теперь её игнорируешь? Твоя Комачи-тян».       От кого: Сестрёнка       Тема: Братик       Время: 19:22       «Братик, с тобой все хорошо? Ты не отвечаешь на сообщения Комачи…»       От кого: Мама       Тема: Ты где?       Время: 19:57       «Хачиман, ты в порядке? Твоя сестра ходит вся в слезах, не заставляй её плакать. Дай о себе знать, как освободишься. Твоя мама».       От кого: Мама       Тема: Ты где?       Время: 19:59       «P.S: Если твоё молчание связано с драками, то знай — я не сержусь. Просто отпишись, что с тобой всё хорошо. Мама».       От кого: Кесс       Тема: Нужна помощь?       Время: 20:08       «Даровень, братюнь! Ты как? Мне тут твоя мелкая отписалась, говорит, что ты играешь в молчанку. В общем, не то, чтобы я лез в ваши отношения, но-о-о-о … ты сам знаешь, да? Не одобрям-с, в общем! Давай, кайся, исправляйся, чтоб все было чин-чинарем! А не то я весь твой любимый кофе заменю на «Напиток Кесседи». Ты знаешь, что я могу это сделать! Кесс».       От кого: Кесс       Тема: Нужна помощь?       Время: 20:09       «Пы.Сы: Да, братюнь, мне тут завезли такую забористую шмаль, мммм, тырчит только так! Мультики ловишь — ваще улет. Прикинь, я даже телепузиков видел! И одна из них была девочкой! Очень похожая на Скарлетт Йоханссон! Такая сексуальная, так вот, это….дунем?»       Последнее сообщение заставило улыбнуться и хмыкнуть. Этот отмороженный янки — своеобразный типус. Вечно пытается мне своей гадости дать, но при всех своих загонах — довольно хороший человек… где-то очень глубоко в душе.       Отписался всем троим, что у меня всё пучком, но был немного занят, а телефон лежал в портфеле у одноклассницы, добавив в конце, что сильно-сильно раскаиваюсь.       Самой первой ответила Комачи. Она прислала умиляющего щеночка, который преданно смотрел в глаза.       «Черт, чуть на слезу не прошибло. Братик тебя тоже очень любит, Комачи!»       Второй была мама. Она отправила котика, который мило улыбался, но за спиной держал острые коготочки. И от этого смайлика по спине побежали мурашки.       Оторвавшись от телефона и подняв голову, я увидел, как девушки, а особенно Юи, пристально смотрят на меня. Я вопросительно поднял бровь, отчего они резко отвели взгляды, словно застуканные за чем-то неприличным.       «Странные какие».       Наконец подали кофе. Сделав пару глотков, я отодвинул чашку в сторону. Атмосфера тут же изменилась, из расслабленной став какой-то напряженной.       — Итак, — пробую начать разговор я, — ты можешь, конечно, не отвечать, но мне интересно, чего те парни к тебе прицепились?       — Как всегда бестактный… — донеслось со стороны Юкиноситы, чью брошенную фразу я гордо проигнорировал.       Однако она ею не ограничилась:       — Типичный Бревногая.       С-с-с-с-стервочка, блин, вот почему она не может просто помолчать? Ей что, доставляет удовольствие укор меня?       — Твоего мнения вообще никто не спрашивал, — ответил я, недовольно посмотрев на неё, — и вообще, невежливо без приглашения влезать в чужой разговор, Юкиносита-химэ.       Слово «химэ» я выделил особым тоном, намекая на воспитание, которым она так гордится.       — Эй, ребята, пожалуйста, не надо ссориться, — бедная Юи, она сидела в капле, не зная куда себя деть. — Ум-м. Я расскажу. Тем более — там и рассказывать-то практически нечего.       И она начала говорить. Получилось забавно (но только в самом начале). Оказывается, сегодня у нас должен был появиться первый клиент, коим являлась Юи, но ей пришлось поменять планы — позвонила подруга и начала слёзно уговаривать, чтобы та заменила ее на прогулке с парнями.       «Персик», конечно, сначала отказывалась, но та девушка не отступала, говоря, что те ребята хорошие. Типа, погуляешь, поулыбаешься и домой пойдешь, а она, то есть подруга, потом все уладит.       Сначала всё действительно шло хорошо: они погуляли, её угостили мороженым, трио несостоявшихся насильников было вежливо, обходительно и вело себя по-джентельменски.       Но потом один из них признался ей. Юи вежливо отказала, сославшись на то, что ей сейчас романтические отношения не интересны, да и вообще она не готова к ним. Однако парень продолжал настаивать, и тогда она привела, как считала, убойный козырь — знакомство с Юмико и Хаято, который в Собу моментально отгонял любого назойливого фаната.       Но он не возымел ожидаемого эффекта — оно и понятно — те и слыхом не слыхивали о таких. Трое «джентльменов» начали домогаться, а дальше мы все видели.       Я и Юкиносита внимательно слушали её, а когда она закончила говорить, за столом опять стало тихо.       — М-да, весело живешь, «персик», — только и сказал я спустя пару секунд тишины: просто ради того, чтобы не молчать. — М-м, а что ты там за помощь хотела получить в клубе волонтёров? — я сделал попытку перевести тему, и Юи моментально схватилась за эту возможность.       — Что ж, есть один человек… — начала девушка, бросив на меня беглый взгляд, отчего Юкиносита тут же навострила ушки и вид имела ну самый заинтересованный.       Девушки, что ещё тут можно сказать.       — Человек, которого я бы хотела отблагодарить за помощь в прошлом, — еще один быстрый взгляд на меня, — но только я не знала, что ему подарить: решила сделать печенье, да вот проблема — ест ли он сладкое?       Теперь на меня смотрели уже обе девушки. Видимо, Юкиносита смогла сложить дважды два, перехватив взгляды рыжей. Ну, а что? Ну помог, спас ту собаку и благополучно забыл о том, пока она не напомнила.       — Я так понимаю, — прозвучал голос Юкиноситы, которая вновь решила высказаться, — ты выяснила то, что хотела?       — Да. Теперь я знаю, что Хикки любит сладкое, хе-хе, — Юи издала милый, на мой взгляд, смешок, скромно потупившись.       В таких случаях обычно говорят «милашка».       — Прекрасно, — Юкиносита кивнула, вставая. — Поскольку мы всё выяснили, то вполне логично будет разойтись по домам, правильно?       Стоило ей закончить фразу, как «персик» начала тискать свой шарик.       — Ум-м… Юкино, — неуверенно начала она.       Кстати, меня поражает то, как рыжеволосая быстро стала называть «льдинку» по имени, и, что самое удивительное, наш президент нормально это воспринимала. Ни одной холодной фразочки, попыток «отморозиться» или чего-то похожего, так любимого Юкиноситой, когда та общалась со мной.       Есть, конечно, догадка, что «Арочное происшествие», как я его обозвал, имеет к этому самое прямое отношение, но, пожалуй, воздержусь от комментариев — иногда лучше промолчать, чем ляпнуть лишнего.       «Хотя кое-кто не имеет подобного, без сомнения, важного умения, но это не повод вести себя так же».       — Хикигая-сан, — холодный голос Юкиноситы вырвал меня из задумчивости, — прекрати, пожалуйста, витать в облаках, допивай свой кофе, и мы, наконец, пойдем домой.       — Да-да.       Я опустошил чашку одним большим глотком.       — Сделаем так: подождите меня около входа, пока быстренько расплачусь, а затем я вас провожу. Идёт?       Посчитав ответить ниже своего достоинства, Юкиносита молча вышла из кафе, а Юи, кинув на меня взгляд, направилась вслед за ней.       Расплатившись на кассе, я скорым шагом вышел к ожидающим меня девушкам.       — Быстро, как и обещал, — произнес я с улыбкой посмотревшим на меня Юкино и Юи. — Пойдём?       Первой мы проводили Юкиноситу, так как она жила ближе всех. Путь до её дома проходил в относительной тишине — я почти всё время молчал, а девушки о чём-то шептались. Ну как шептались: «персик» что-то спрашивала, а «льдинка» отвечала. Меня тоже иногда вовлекали в разговор, но, в основном, общались только они.       Попрощавшись с Юкиноситой, мы с Юигахамой двинулись к ней. Кинув взгляд на экран мобильника и увидев, что там уже десятый час, я предложил воспользоваться метро, чтобы быстрее добраться до дома одноклассницы. Юи оценила идею положительно.       Пока мы шли, разговоров, как таковых, между нами не было — просто спокойное молчание. Каждый был погружен в свои мысли. Могу только догадываться, о чём думала девушка рядом со мной, но лично я — о том, что скажу маме и Комачи, как вернусь домой.       — Вот мы и пришли, — нарушила молчание Юигахама, как только мы оказались у поворота, — дальше я сама — мой дом отсюда третий по счёту.       Юи указала рукой на симпатичный двухэтажный домик.       — Спасибо, что проводил и за то, что вступился, — добавила она, быстро обняв. — Уже второй раз выручаешь. — Меня сжали ещё крепче, подарив приятные ощущения в груди своими внушительными «аргументами».       «Мягко… Блин, о чем я только думаю».       — Всегда пожалуйста, — я старался контролировать свой голос — вроде получалось, — очень надеюсь, что третьего раза не будет.       Юи только рассмеялась:       — Я тоже на это надеюсь.       Ещё раз сказав спасибо, девушка отпустила меня и побежала к дому. У самого крыльца она вновь повернулась и энергично помахала рукой. Затем открыла дверь и исчезла внутри. Ну вот, моё дело сделано, теперь можно с чистой совестью возвращаться домой. Комачи, как пить дать, уже вся извелась в ожидании.

***

      «Дом, милый дом», — мысленно пропел я, когда наконец подошёл к порогу.       В доме горело всего два окна: одно на первом этаже в зале, а другое — на втором, в комнате родителей. В прихожей меня уже ожидал Ка-кун. Кот подорвался с места и рысью подбежал к ногам, начав тереться о них боком.       — Я тоже рад тебя видеть, приятель, — произнес я, подхватив кота на руки.       Ка-кун сразу замурлыкал и развалился на руках, позволяя себя погладить.       Наш кот признавал только меня. Ни маму, ни Комачи, ни, тем более, отца. Только мне Ка-кун позволял брать себя на руки и гладить. Стоило же кому-нибудь из остальных взять его, как кот сразу начинал вырываться. Он не царапался или как-то еще вредил, нет, только вырывался и убегал. А если его пытался гладить кто-то, кроме меня, то вскакивал с места и смывался в неизвестные дали.       Девушек нашего славного семейства это безмерно огорчало, так как они в Ка-куне души не чаяли. И частенько обижались, когда Ка-кун, как назло, прибегал меня встречать, активно просясь на руки.       — А ты набрал веса, дружище, — сделал я ему замечание, когда наконец разулся и прошёл в зал, — тебе бы не помешало проявлять большую активность.       В зале присутствовала одна Комачи, которая лежала на животе на диване и смотрела какое-то аниме. Что касается родителей, то они, видимо, уже были у себя и спали.       — Привет, — я сел рядом.       Сестрёнка ничего не сказала, лишь сменила дислокацию. Теперь её голова покоилась у меня на коленях, как и ладонь, а сама она лежала на спине.       — Ещё раз извини, что не ответил на сообщения, — спустя пару минут произнёс я, когда понял, что молчание между нами становится слишком некомфортным.       В ответ ни слова.       «Оу, похоже я таки умудрился обидеть свою милую и всегда позитивную сестренку».       Ка-кун мяукнул, лизнул меня и спрыгнул с рук, куда-то убежав. Хорошо — теперь они свободны.       — Эй, ну не молчи, — произнес я, начав гладить Комачи по голове.       — Э-э-э-эй, — оставив голову в покое, я начал водить пальцами по спине сестры, иногда тыкая её.       Она дёргалась, изгибалась, иногда у неё вырывался смешок, но младшенькая продолжала упорно молчать.       — Оке-е-е-й, ты сама напросилась, — быстро произнёс я, подключив к делу вторую руку.       Теперь Комачи весело визжала и кричала: «Братик, прекрати!», пытаясь убежать при этом.       — Не-е-е-т, моя любимая сестренка, ты понесёшь суровое наказание за игнорирование своего старшего брата! — довольно сказал я, удвоив усилия.       Заливистый визг Комачи заполнил зал без остатка.       — Ха-ха-ха! Все! Сдаюсь, прости, братик! Я больше не буду, ахах!       После небольшого и очень непродолжительного сопротивления крепость была взята, но повелитель тьмы не удовлетворился сдачей светлой воительницы, продолжив свои жуткие пытки.       — Ахах! Братик, ну хвати-и-и-и-т! Комачи всё поняла! — красное от напряжения и смеха лицо сестры показалось мне достаточной платой за игнорирование великого меня, отчего я сменил гнев на милость.       — Фу-у-у-у-х… — выдохнула Комачи, — блин, братик, у меня теперь животик от смеха болит, му-у-у-у~~~.       Я только хмыкнул.       — В следующий раз будешь знать, как меня игнорировать, — ответил я, а спустя буквально пару секунд ко мне на колени вновь запрыгнул Ка-кун.       Сестрёнка попыталась его погладить, но кот не давался, мягко отбивая ее руки своими лапами и аккуратно покусывая при этом.       — Ну-у-у-у~~ так не честно, глупый Ка-кун! — в очередной раз обиделась на кота сестрёнка. — Почему он только к тебе идёт? Я тоже хочу его потискать! — недовольная Комачи — до жути милое зрелище.       — Ну, видимо, моя спокойная аура так действует, — ляпнул я первое, что пришло в голову, так как у меня отсутствовало логичное объяснение. — Ну, или я просто настолько крут, что даже Ка-кун это чувствует, — с улыбкой выдал еще одну версию.       — Пф-ф, — одним коротким фырком Комачи доходчиво пояснила, где она видела моё объяснение, — ну и ладно, тогда Комачи тоже побудет немного нэко и полежит на коленках братика~~, — тихо произнесла сестрёнка, а потом сделала, как и сказала.       Так мы и сидели: на одной ноге лежала голова Комачи, которую я аккуратно гладил по мягким волосам, пропуская их сквозь пальцы, а на другой развалился Ка-кун и мурлыкал от удовольствия. Наша маленькая идиллия длилась до тех пор, пока я не кинул взгляд на часы и не увидел, что уже почти одиннадцать. Припозднились мы, однако. Неплохо бы мне помыться, закинуть в стиралку штаны и начать готовиться ко сну.       — Давай-ка пойдём спать, Комачи, — тихо произнес я, — завтра в школу.       — Не хочу-у-у~~~, — недовольно загудела сестрёнка, — я с братиком совсем чуть-чуть посидела.       Комачи надулась вновь. Эх, ну что за убойный кавай?       — Ты можешь сегодня лечь со мной, если хочешь, — дипломатично предложил я, — или будешь спать у себя?       Комачи недолго раздумывала и естественно выбрала: «с братиком».       Я быстро принял душ, закинул в стирку испачканные в крови павших врагов штаны, а после устало растянулся в кровати, обняв сестру, которая к тому времени успела уснуть.       «М-да, сумасшедший выдался день», — пронеслось у меня в голове перед тем, как я провалился в сон.

***

      Мне снилась моя любимая Ямато, которая была в праздничной юкате и показывала палубу своего корабля.       Но, когда она с заговорщицким шепотом предложила исследовать ее рубку, меня разбудила Комачи с криком: «Бра-а-а-тик, вставай!»       «Эх, а такой интересный сон был», — грустно подумал я, пока медленно приходил в себя, одеваясь.       Быстро приняв водные процедуры и умывшись, я спустился вниз на кухню, где уже вовсю суетилась Комачи. Мы пожелали друг другу доброго утра, а затем я принялся завтракать — до учебы еще целый час, так что можно позволить себе не торопиться.       Не спеша потягивая кофе, я наблюдал, как сестра одевается в школу. Обычно подвозить её на велосипеде было моей приятной обязанностью, но так как «Буцефал» находился в не совсем рабочем состоянии, то ей придётся выйти пораньше, чтобы успеть на автобус.       — Братик! Я ушла, удачи! — громко крикнула Комачи, хлопнув дверью.       Допив кофе и помыв чашку, я тоже начал собираться, а спустя пять минут уже обувался в прихожей. Поправив форму и погладив провожающего меня Ка-куна, я вышел из дома.       Быстрым шагом дошел до остановки, а там как раз уже стоял автобус, который и довез меня до Собу.       Первым уроком у нас сегодня литература, а значит — Хирацука-сенсей.       В классе, как обычно, стоял громкий гул — компания Миуры и Хаямы что-то обсуждала и смеялась. Юи о чём-то рассказывала «спиральке», которая иногда кидала на меня недоверчивые взгляды. Наконец прозвенел звонок, и начался урок.

***

      Занятия закончились, и, довольно потянувшись, — конец нудятине — я принялся собираться.       Домашней работы на сегодня задали мало, так что у меня появилась хорошая возможность достаточно много времени посвятить себе любимому. Собравшись и закинув сумку на плечо, я направился в спецкорпус, где находился мой клуб.       Оказавшись на месте, без стука открыл дверь.       — Привет, — поздоровался я, махнув рукой президенту.       И наткнулся на холодный взгляд Юкиноситы.       — Здравствуй, — холодно поздоровалась девушка, — Хикигая-кун, не уподобляйся, пожалуйста, Хирацуке-сенсей и возьми себе за привычку стучаться.       Пройдя на свое место, я поставил сумку на пол и развалился на стуле.       — Да-да, в следующий раз так и сделаю, — в привычной для себя манере произнес я.       Девушка лишь покачала головой.       — Надеюсь, ты когда-нибудь научишься элементарным правилам вежливости, — с недовольством в голосе ответила она и вернулась к чтению книги.       — По вашей вере да будет вам, — процитировал я одну строчку из священного писания.       Обычно Юкиносита комментирует мои фразы, особенно такие, но сегодня почему-то не стала. Хм, по какой причине, интересно? Но раз молчит, то и я воздержусь от «беседы», разнообразия ради. Не вечно же нам ругаться?       — Хватит пялиться, Яндерегая-кун, — с легкой улыбкой произнесла девушка, — от твоего жуткого взгляда у меня мурашки бегут по коже.       «Ну вот, начинается в префектуре утро…», — я мысленно возвел очи горе, но в долгу не остался.       — Ну и ну, с каких это пор ты используешь чужие фразочки, Пиратосита-сан? Плагиат — это плохо.       Девушка уже открыла рот, чтобы ответить, как в нашу дверь постучались, не дав ей сказать свое, без сомнения, веское слово.       — Вот к чему нужно стремиться, Хикигая, — вполголоса ответила Юкино, а потом громко произнесла: — Войдите!       Дверь открылась, и в клубную комнату влетела пышущая энтузиазмом Юи.       — Всем приветики~~! — с задорной улыбкой произнесла девушка, помахав рукой. — А я к вам с просьбой!       — Здравствуй, — вежливо ответила на приветствие Юкино, — проходи, садись и рассказывай, чем мы можем тебе помочь.       Я только махнул рукой и уставился на вошедшую девушку. Юи кивнула и полезла в свою сумочку, вытащив оттуда коробку печенья.       — Та-дам! Просьба заключается в том, чтобы вы продегустировали моё печенье!       Переглянувшись с Юкиноситой, я ответил:       — Значит, по чашке чая?       — Ничего не имею против, — откликнулась Юкиносита и, убрав книгу, подошла к тумбочке, стоящей около стенки. — У меня как раз есть посуда для чаепития, — добавила она, вытащив на белый свет небольшой чайничек и две кружки с изображением кошек.       — М-м, к сожалению, здесь только две кружки, но, если ты не против бумажного стакана… — чуть неуверенно произнесла Юкиносита и вопросительно на меня посмотрела.       — Ничего не имею против, — согласно произнёс я.       Заварив чай и сев за стол, который мне пришлось поставить на середину комнаты, мы принялись пить горячий душистый напиток, кушать печенье и разговаривать.       «Мое желание тихой жизни частично воплощено», — подумал я, глядя на разговаривающих девушек.       — Хикки! Ты практически не ешь печенья!       — Да ем я, ем. Вот видишь — взял одну!       — Хикигая-кун, прекрати хлюпать чаем, это невежливо.       — А что я могу поделать? У меня язык, как у кота, очень чувствительный!       — Ты ведёшь себя будто ребёнок, Хикимладенец-кун. Нужно сначала подуть, а затем уже пить.       — Му-у~~ Юкино, я ведь тоже хлюпаю, если чай горячий!       — Боже, куда я попала. Меня окружают сущие дети…