Одиночка

      Фонтаны морской воды, казалось, вздымались до небес тысячами солёных капелек, будто бы обрамляя мой несравненный корабль. Я начал задумываться, не специально ли вражеский линкор промахивается, посему снаряды на мгновение замирали в самой верхней точке, а позже стремительно обрушивались вниз, в синеву моря. Ни один не коснулся, не задел даже краешком.       Но вот палубу под моими ногами еле ощутимо тряхнуло — некоторые из снарядов сумели-таки пробить поле Клейна и попасть в корпус Ямато.       Но спустя пару секунд раздались оглушительные выстрелы из главного и вспомогательного орудия моей девочки.       Вражеский корабль вспыхнул в местах попаданий, что стало кристально ясно после осмотра повреждений: из пробоин в его корпусе и палубе повалил густой чёрный дым, что присущ лишь хорошему пожару.       Спустя пару минут заключительная канонада выстрелов из главного калибра Ямато поставила жирную точку в затяжном бою с противником. В конце-концов, моя Ямато не просто так зовётся супер-линкором — несмотря на повреждения корпуса, смогла относительно легко выиграть морское сражение.       — Адмирал Хикигая! — нежным голоском воскликнула она.       «Моя милая Ямато, как же ты красива», — думал я, смотря на вытянувшуюся передо мной по стойке смирно девушку-линкор.       Её кимоно целомудренно скрывало самые интересные части тела, но немного расходилось в груди, открывая взору небольшие участки белоснежной кожи с намёками на кое-что значительно более волнующее.       — Ты что-то хотела? — доброжелательно спросил я, улыбнувшись самой открытой улыбкой, которую только смог изобразить.       Ямато-тян неожиданно смутилась и только кивнула в ответ, но потом, набравшись смелости, принялась меня хвалить.       — В этом бою вы были просто великолепны, Адмирал! — глаза девушки неестественно загорелись, выдавая её крайнее возбуждение. — Вы так смело командовали и бесстрашно отдавали приказы, словно знали все ходы противника наперёд!..       Далее последовали тонны комплиментов от моей несравненной Корабль-тян       Дождавшись, пока поток восхваления сойдёт на нет, с улыбкой на губах я взял её за руку и негромко произнёс:       — Все это я делал только ради тебя одной, милая Ямато.       — Адмирал… — прошептала раскрасневшаяся девушка. — Я… я хочу вам кое в чём признаться…       Когда я услышал это, мое сердце против воли забилось быстрее. Причём раз в 10 выше нормы.       — В чём же, Ямато-тян? — стараясь, чтобы мой голос не дрожал от волнения, спросил я.       — Я вас… вас… — совсем тихо немного заикаясь, произнесла девушка, в конце фразы почти беззвучно шевеля губами.       К сожалению, мне ничего не удалось разобрать, а потому я попросил говорить громче.       Ямато-тян глубоко вздохнула и, набрав воздуха, громко крикнула:       — Я говорю!..       И неожиданно произнесла голосом Комачи:       — Братик, вставай! Уже утро!       — Аре? — недоуменно произнёс я, а потом почувствовал, как что-то тяжёлое упало на меня, отчего оклемался почти мгновенно.       С негромким стоном открыв глаза, я узрел перед собой милую сестрёнку, которая невинно улыбалась, развалившись на мне. Ага, теперь понятно, что это был за удар…       «Эх, такой сон не дала досмотреть…» — с грустью подумал я, закатив глаза и уставившись в потолок. Тот ответил молчаливым сочувствием.       — Братик, вставай! — между тем бодрым голосом по-новой начала Комачи. — Ты обещал сводить меня в магазин!       Ошеломительное начало дня.       — Моя дорогая имото, — тихим голосом начал я, — у вас есть лишь одна попытка, чтобы объяснить это безобразие с ранней побудкой и обещанием похода по магазинам, потому что я совершенно не могу припомнить данного обещания. — Под конец в мою негромкую речь вплелись угрожающие нотки.       Улыбнувшись, глядя на моё, без сомнения, совершенно «доброе» выражение лица, Комачи, как кошка, устроилась поудобнее у меня на груди, отчего её лицо стало ощутимо ближе.       Упёршись локтями в мою грудь и изящно положив подбородок на сгибы ладоней она уставилась мне прямиком в глаза, сотворив выражение лица, что объединяет в себе очертания губ, чьи уголки скривились в хищно-хитрой ухмылке и, одновременно, страдальчески-умилительное выражение глаз, которое хочешь не хочешь, а в самую душу без стука заползёт и не вылезет.       Ну точно, бакэ-нэко. Только вертикальных зрачков не хватает для полноты картины.       — Комачи, ты играешь с огнем, — мой LOVE начал медленно, но неуклонно расти.       Младшая же сестра, владычица преиспо… (э-э, о чём это я?) променяла свою прежнюю, выдающую корыстные намерения лыбу на милую и невинную, продолжив настойчиво ждать. Мой свирепый, пусть и наигранный, божественный взор безвредно отскакивал от неё, словно она вдруг обзавелась собственным АТ-полем, а угрозы, от которых достаточно опасные ребята начинали бледнеть от страха, лишь вызывали задорный смех.       «Это чрезвычайно опасный противник, Адмирал. Она давно прижала к ногтю местный регион и диктует свои условия».       Да, Комачи сродни диктатору — домашний вариант — и одна из тех, кто пытается при каждом удобном случае «повелевать» и крутить великим богом войны Хачиманом, как ей вздумается. Однако эти номера часто не срабатывают. Или срабатывают, но не в полной мере, или не совсем так, как она хочет. Короче говоря, сильно вить из меня верёвки у неё не получается.       Иногда я бы рад разозлиться на сестрёнку, да вот только тут без вариантов. Эта кавайная улыбка на энное количество мегаватт сразу выбивает все негативные мысли, часто заменяя их на желание хорошенько потискать её обладательницу. Я реально завидую тому челу, что будет её парнем — такое сокровище ему достанется.       Но ничего, уж я-то устрою этому, пока безымянному, претенденту на руку принцессы династии Хикигая «весёлую» жизнь. Он познает, что такое настоящий кошмар, страх и ужас. Трепещи, несчастный! Проверю его вдоль и поперёк, не хуже, чем при устройстве в госорганы. Все, даже самые малозначительные детали его прошлого выведаю, самые личные и интимные подробности.       Ха-ха-ха-ха, да-а-а-а, ему не поздоровится! Потому что верный рыцарь королевства Сискон стоит на страже! Враги не пройдут!       — Фу, братик, что за извращенный смех, ти-и-и~, — Комачи скорчила недовольную мордашку, но её глаза смеялись. — Да и лицо у тебя было мерзкое-премерзкое: минус сто очков Хачимана, — хитро улыбнувшись, добавила она.       Эй-эй, это уж слишком! Ты разбиваешь каменную глыбу сердца своего бедного братика.       — Как ты можешь, нежно любимая младшая сестра, со мной так несправедливо поступать?! — притворное выражение шока и ужаса на моём лице вызвали у Комачи заливистый смех.       Скатившись с тела старшего брата, якобы парализованного новостью, на кровать, она вновь положила голову мне на грудь и пальчиком начала вырисовать разные узоры, выплясывая импровизированной «кистью» по поверхности моей футболки.       — Но у тебя есть возможность получить достижение «любовь младшей сестры», если ты пойдёшь с ней в магазин, — прошептала на ухо Комачи, — которое, кроме всего прочего, дополнительно даёт тысячу очков Хачимана.       Ага, с ходу развести на поход по магазинам не вышло, а потому ты решила перейти с тактики «Носорога» к тактике «Авансов».       Очень хитрая девочка. Братик одобряет.       Не будь я её старшим братом, давно уже оказался бы в её ласковых ручках. Ох, когда она вырастет, противостоять её чарам будет совершенно невозможно (для кого-то другого).       У меня же имеется пассивная защита от «Ауры младшей сестры», но я и сам не против идти у неё на поводу. Если хорошо попросят.       — Достижение «любовь младшей сестры» я и так имею, — Комачи получила символический щелбан в носик, когда её игривые ручки попытались проникнуть в запретную зону под футболку, — но если хочешь, чтобы я сходил с тобой по магазинам, тебе нужно только попросить. Знаешь же, что не откажу своей единственной, несравненной и горячо любимой имото-тян.       Договорив, я легонько ткнул указательным и средним пальцем ей в лоб. Лицо Комачи запылало. Пробормотав что-то едва слышное, она спрятала свое красное личико у меня на груди.       Полная победа. Для того, чтобы ей меня одолеть, не хватит и тысячи лет. Божественный Хачиман никогда не проигрывает. Ну, кроме как Божественной Маме, но на то она и мама, чтоб знать все мои слабые места. Ей положено по статусу.       — Братик… — тихо донеслось от сестры.       — Да?       — Пойдем по магазинам?..       — Конечно, только приведу себя в порядок.       —Ура-а-а! ~~ Братик идёт со мной по магазинам! — радостно воскликнула младшая сестрёнка, враз позабыв о недавнем смущении, и в порыве энтузиазма, наконец подорвалась с меня. — Тогда иди приводи себя в порядок, а я пока сообщу маме и приготовлю завтрак! — слово «завтрак» было произнесено уже в коридоре.       «Какая она энергичная, когда в хорошем настроении», — пронеслось у меня в голове.       Ладно, пора вставать.       Я быстро достал из шкафа с одеждой чистую сменку. Ну вот, теперь умыться и в душ. * * *       Все свои водные процедуры я закончил где-то за полчаса и даже немного полюбовался на себя любимого в зеркале. Благородные черты лица, неподражаемая шевелюра, чудный взор — красавчик! Куда там популярным.       Надев на себя заранее взятую с собой футболку и шорты, я отправился на кухню за обещанным завтраком. В женском царстве вовсю хозяйничали мама с Комачи.       — Доброе утро, мам, — поздоровался я и обнял её, когда подошёл поближе, — мы сегодня с Комачи идём по магазинам. Не хочешь с нами?       Улыбнувшись, мама только с легкой грустью покачала головой и добавила, когда я вопросительно выгнул бровь:       — У меня дела — мы с твоим отцом идем на корпоративную встречу, так что надо привести себя в порядок: причёска, макияж, то да сё — женские штучки, в общем.       О, интересно, это уже второй раз, когда моих родителей приглашают вместе — обычно приглашали только отца. Видать, дело к повышению идет, и, возможно, скоро папа и взаправду начальником станет.       — Ну, тогда заранее желаю вам там неплохо оттянуться.       Действительно, у родителей мало возможностей побыть вдвоём: работа, дом, мы. Они хорошие родители, и мы с Комачи с пониманием относимся к тому, что они много работают и часто задерживаются или вообще ночуют на работе.       Сейчас, конечно, ситуация более-менее нормализовалась и нам уделяется намного больше времени.       За этими размышлениями и прошёл мой завтрак. Комачи с мамой очень вкусно приготовили, что я им и сказал, в благодарность поцеловав обеих в щеки.       Мама довольно улыбнулась и ответила тем же, но Комачи от таких проявлений нежности немного засмущалась. И она так в последнее время частенько. А как отчебучить что-нибудь — это нормально, в порядке вещей. Например, зайти во время того, как я принимаю ванну, с предложением «братик, давай вместе покупаемся» или, нисколько не стесняясь, щеголять при мне в нижнем бельё.       А если происходит что-нибудь такое, как сейчас, то мы начинаем смущаться.       «Подростки — это так сложно. Хорошо, что у меня таких проблем не было», — хотел было сказать я, но не стал.       Я и похлеще вещи творил. И драки — далеко не самое страшное из них.       Но да не будем о грустном, что было — то было.       Ладно, вперед одеваться и не забыть взять карточку, предвкушаю сегодня большие траты.       «Прости, Карточка-тян, но так надо, так будет лучше!» — мысленно попросил я прощения у своей электронной свинки-копилки, когда поднялся, чтобы взять карту.       — Братик, ну где ты там?! Я уже готова! — голос Комачи вывел меня из некого транса, в который я впал, мысленно успокаивая свою Копилку-тян.       Ну что, поход по магазинам начинается. Награда — тысяча очков Комачи и улыбка младшей сестры. Поражение недопустимо.       Быстренько надев джинсы и футболку, а затем взяв свою «прелесть», спустился вниз. Комачи, как и сказала, уже ждала меня в прихожей, покачиваясь вперед-назад на носках. Одета она была миленько: светлая футболка и юбка в тон. Если я предпочитаю темную гамму в одежде, то она предпочитает светлую. Хех, разительный контраст получился.       «Ну прям свет и тьма», — пронеслось у меня в голове, когда я быстренько начал обуваться: ещё немного и Комачи начнет начислять штрафные очки за долгое ожидание.       Наконец я был готов. Пожелав удачи маме и получив от нее напутствие «хорошенько там повеселитесь», мы вышли из дома.       — Ты такой долги-и-и-й~, братик! — мы прошли всего лишь несколько метров, как Комачи принялась меня отчитывать. — Девушки не любят ждать! И хоть я не твоя девушка, а сестра, но это всё равно не дает тебе права заставлять меня ждать! Минус четыреста очков!       Ничегошеньки себе штраф, я так не залетал, хм, дай Ками памяти… М-м-м, со средней школы, когда возвращался домой поздно. Плохо, Хачиман, очень плохо: день только начался, а уже такой косяк. Глядишь, к концу дня вообще в глубокий минус уйдешь — нужно спасать ситуацию, пока не поздно.       — Комачи, не будь такой строгой, братик просто еще до конца не проснулся.       Но мои попытки спасти ситуацию оказались тщетными. Комачи была как богиня Немезида — не прощала, а сразу карала. В итоге, когда мы подошли к торговому центру, я был оштрафован еще на сто пятьдесят очков за «неумение признавать свои ошибки».       М-да, Хикигая, да ты прям в ударе. Еще немного и можно примерить корону "Косячника года", нет — десятилетия. И будут ко мне обращаться «Его величество Хачиман Первый, король залётчиков, косячников, и неудачников, защитник одиночек и нелюбимых сёстрами старших братьев, рыцарь уныния и грусти».       Как-то не так день начался.       Но собрав силы в кулак, волевым решением не дал себе скатиться в грусть , что несла название: «Комачи-и-и меня не лю-ю-ю-бит! Боль, тоска, беда, уныние!».       Видя моё опечаленное лицо, сестрёнка только улыбнулась и показала язык, а спустя секунду прильнула к правому боку и обняла.       Естественно, мы оба понимали, что это игра, и, соответственно, играли наши роли. А за вырученные очки можно купить некоторые привилегии, по типу: поцелуй в щёчку от братика, обнимашки от любимой сестры и… перечислять можно долго.       Это наша любимая игра с детства. И то, что мы уже давно не маленькие, значения не имеет — это уже часть нас и наших взаимоотношений. Да и, если честно, не хочется мне отказываться от ночного поцелуя в щечку от сестры за каких-то триста пятьдесят очков.       — Так и быть, твоя милая имото аннулирует штрафные очки, а за это ты побалуешь свою милую сестренку~ тхей~! — договорив, Комачи мило высунула кончик языка.       И конечно же я понимаю, что сценка, разыгранная ранее — маленький спектакль, чтобы раскрутить братика на что-нибудь. Но в данный момент я не против, что Комачи прекрасно чувствует, но, как говорится, «знание законов ещё более обязывает соблюдать правила». Вот мы и соблюдаем эти правила.       — Да-да, я куплю тебе то, что ты захочешь, — сказал я с улыбкой и положил руку на голову сестры, немного потрепав ее причёску, одновременно мысленно пуская слёзы и прося прощенья у Копилки-тян — похоже, что она сегодня похудеет очень даже сильно.       Конечно, денег мне не жалко и на карточке лежит достаточно внушительная сумма, которой хватит на оплату обучения в хорошем вузе. Ещё и средства останутся на съём квартиры поблизости от института.       На карте хранились как легальные деньги от подработок, так и нелегальные, отобранные или полученные безвозмездно от более слабых, безымянных членов общества.       Поскольку мои повседневные траты невелики, там накопилась приличная сумма. Сам я задумываюсь вложить эти деньги куда-нибудь, чтобы к тому моменту, как закончу Собу, получить финансовую независимость от родителей. Так им не придётся утруждать себя сверхурочными, чтобы заработать денег на моё дальнейшее образование.       — Братик, как тебе это платье? — веселым голосом спросила Комачи, кружась на месте в миловидном летнем платье кремового цвета, что переливалось бесчисленным количеством пейслей того же оттенка.       За время моих размышлений мы незаметно успели зайти в торговый центр, пройти на этаж женской одежды, найти свободный диванчик для меня и даже выбрать и продемонстрировать пару нарядов. Платье, в которое сейчас одета Комачи, уже третье по счёту.       И смотрелось на ней оно здорово, так что я показал большой палец, отчего сестрёнка с довольной миной убежала в примерочную за следующей вещью.       А я перевел взгляд на девушку-консультанта, которая стояла неподалеку от моего дивана и с улыбкой смотрела на импровизированный показ мод.       Благодаря этой женщине мы не потратили много-много часов на шатание по этому мужскому аду, а быстро получили нужные консультации для подбора одежды; и вот уже одобрена третья вещь из десяти выбранных, что я считаю хорошим результатом и показателем профессионализма консультанта.       — И это мы тоже возьмём. Как она переоденется, унесите платье к одобренным, пожалуйста, — попросил я, на что девушка только кивнула и прошла к кабинке для переодевания, в которой скрылась Комачи.       И на чем же я там остановился? Ах, да, на дальнейшем обучении и родителях. Я практически на сто процентов уверен, что они уже собрали нужную сумму для оплаты учёбы в любом институте, даже Токийском Международном. Но у нас ведь есть ещё и Комачи, деньги на учёбу которой тоже будут необходимы, и так далее.       Так что мой план с вложениями весьма актуален. Пускай лучше те деньги пойдут на обучение сестры, а я и своими силами могу обойтись. Вернее, средствами.       А еще у меня есть свой личный депозит, куда родители и бабушка с дедушкой пересылают энную сумму на мое совершеннолетие. И, судя по обмолвкам родителей, там тоже накопились довольно приличные средства.       Получается, я — достаточно обеспеченный человек по современным меркам, так что не плачь, Карточка-тян, скоро на тебе будет лежать о-о-очень хорошая сумма денег. А ты сама прекрасно знаешь, что за всё хорошее всегда нужно платить. Не переживай, будет и на твоей улице праздник, Карточка-тян.       Спустя час мы стояли у кассы и оплачивали покупки Комачи. Сестрёнка крутилась рядом со мной и прям светилась от удовольствия, что-то напевая себе под нос.       Я передал банковскую карту все той же девушке-консультанту, которая с улыбкой приняла мою кредитку (уверен, улыбка была вызвана тем, что мое лицо непроизвольно скривилось, когда я увидел на табло сумму, которую нужно оплатить. Не сильно большая, но я немного жадина, мне можно), и наконец всё было законченно. Ну что, мы можем отправляться домой?       Получив свою похудевшую на некоторое количество йен кредитку и взяв многочисленные пакеты с покупками, я кивком поблагодарил консультанта-сан и направился в сторону выхода из этого мужского финансового ада.       Но не успел пройти и пары шагов, как мне в спину прозвучал голос Комачи.       — Братик, куда ты?! Мы же тебе еще ничего не купили!       Это был конец, окончательный и бесповоротный.       Моя карточка, которая до этого лишь позволяла себе тихо всхлипывать, жалуясь на жизнь в пустоту, но мужественно держалась, зарыдала навзрыд. Ме-е-е-дленно повернувшись к Комачи, я встретился с двумя улыбающимися лицами, прям светящиеся счастьем и радостью.       — Харуно-сан любезно предложила свои услуги консультанта, когда я спросила про мужской отдел — она такая крутая! Столько знает про моду и вообще! Она мне дала пару советов, как носить одежду, чтобы выглядеть старше!       Названная «Харуно-сан» только шире улыбнулась, хотя куда уже больше, если подумать.       Не слушай эту плохую женщину, Комачи! Тебе не надо выглядеть старше! Ты и так прекрасна! Иначе к тебе начнут клеиться различные нежелательные элементы, и братику придется включать скин «рыцаря сискона» для защиты невинности своей маленькой и милой сестры!       Все эти мысли пролетели у меня в голове за пару секунд, пока я тупо стоял и пытался придумать какую-нибудь отмазку, чтоб наконец покинуть этот филиал ада на земле Ямато. Ах, моя любимая Ямато-тян… мне тебя так не хватает в жизни…       Но нужно наконец что-нибудь ответить, а то пауза уже затянулась, и скоро станет неловко из-за молчания.       — Кхм, спасибо, конечно, Харуно-сан, но мне не нужны услуги консультанта, так как я не планировал ничего покупать для себя, — удалось наконец родить хоть какую-нибудь мысль. И на удивление она была логичной, а самое главное — вежливой. Родители бы могли мной гордиться: они воспитали Джентльмена (причём с большой буквы!), который умеет отказывать и делает это тактично и вежливо.       — Для Вас просто Харуно, Хикигая-сан. Ваша сестра про Вас многое рассказала, — девушка-консультант мило улыбнулась, но мое сердце принадлежит лишь одной Ямато!       Ну и Комачи немного… ну и маме тоже, и бабушке, естественно — куда ж без неё… Как много в моей жизни женщин, которым принадлежит мое сердце… Даже страшно стало: мое сердце будет вообще хоть когда-нибудь принадлежать своему хозяину? Или оно обречено вечно томиться в плену у женского воинства?       — А ещё она сказала, что вам жизненно необходимо обновить гардероб, — и снова милая улыбка от хитрой лисицы Тамамо-но-маэ-Харуно-сан.       Переведя взгляд на маленькую предательницу, я увидел, что та кивает головой на каждое слово этой лисы. О нет! Комачи уже подпала под влияние коварной кицунэ. Нужно спасать положение!       — Большое спасибо, конечно, за предложение, — я постарался вежливо улыбнуться. Думаю, получилось не очень, — но сегодня день моей милой сестрёнки, которую я решил побаловать, так что увы, сейчас не день Хачимана, чтобы побаловать ещё и меня.       Если бы я мог, то развёл бы руками, но пакеты с одеждой помешали исполнить сей драматический жест.       Комачи же только хитро улыбнулась. Еще одна маленькая лисичка свалилась на мою бедную голову.       — Ничего страшного, братик. Как ты сам выразился: сегодня «день твоей милой и любимой сестрёнки!», — про «любимую» упоминания не было, но не суть важно — этот комментарий все равно кроме меня никто не услышит, — но я не против, чтобы мы купили и братику что-нибудь, а то у тебя уже практически не осталось вещей, в которых можно выйти в свет.       Блин, так не хочется ходить выбирать одежду… Ладно бы если для Комачи: сидишь на диванчике, играешь с милой Ямато, пока сестренка мини-ураганом носится по магазину и выбирает себе обновку, а потом просто выбираешь ту, в которой она выглядит лучше всех, а тут, ну… просто эх.       Видя по моему лицу, что я лихорадочно пытаюсь придумать какую-нибудь отмазку, Комачи решила зайти с козырей.       Она подбежала, обняла, спрятала лицо у меня чуть ниже груди и тяжело засопела, а потом подняла голову и посмотрела долгим грустным-прегрустным взглядом.       — Братик, неужели ты не хочешь провести ещё немного времени со своей сестрёнкой? — всё, это финиш. Фракция темного бога Хачимана была разбита его светлой сестрой, осталось только признать поражение и согласиться. Тяжело вздохнув и приобняв сестру, я сказал:       — Хорошо, давай купим что-нибудь и для меня.       Стоило это произнести, как грустная мордашка Комачи вернула свой задор, а еще мне показалось, что ее глаза как-то загадочно сверкнули…       — Хах, да! — бросив меня обнимать, ураган по имени Комачи подбежал к этой злой кицунэ. — Я же говорила, что смогу его убедить, Харуно-сан, а ты не верила! Твой навык оценки не такой идеальный, как ты считала!       «А может, и не показалось… Ками, Хачиман, когда ты перестанешь вестись на её уловки? Сам же хвалился, что с тобой это не прокатит, и чего теперь? Стоит увидеть грустное личико и все? Ты бежишь сворачивать горы…» — мысленно отчитывал я сам себя.       — Да-да, Комачи-тян, ты победила, у вас прекрасные отношения, — Харуно подняла руки в шутливом жесте поражения, — может дашь пару уроков в общении с братьями, Комачи-сенсей?       А я смотрю, они в дружеских отношениях. Видимо, Комачи часто сюда ходит, раз познакомилась и подружилась с этой девушкой.       Да, именно девушкой. Из-за моего плохого зрения ее лицо было немного размыто, а потому нормально рассмотреть я ее не смог, сделав ошибочный вывод, что она намного старше, чем есть на самом деле.       Она по-прежнему старше меня, но не настолько, как изначально подумал. Ей может быть двадцать один или двадцать два, где-то так. Молодая и красивая девушка, если уж на то пошло.       — Ладно уж, ведите. Лисицы, блин, — девушки только рассмеялись в ответ на моё недовольное бурчание.       Походив по длинным коридорам торгового центра, мы наконец поднялись на этаж, где находится отдел мужской одежды. До него нужно пройти ещё немного. Кстати, странно, что консультант из женского отдела может работать и в мужском.       — М-м, Харуно-сан, у меня вопросец нарисовался, — окликнул я девушку, которая о чем-то разговаривала с Комачи: я особо не вслушивался — мне мой мозг ещё дорог.       Повернув голову, девушка улыбнулась и произнесла.       — Я освобождаюсь сегодня после обеда, Хикигая-кун, так что если что, то я согласна, — и подмигнула. А я немного завис, пытаясь переварить, что она сказала.       — А? Не, у меня другой вопрос, — наконец "включился" снова в беседу я.       Не то, чтобы она мне не нравилась, нет. Она симпатичная. Да что там, я смело могу сказать — красавица, но я пока не заинтересован в отношениях. Да, временами хочется чего-то этого, шипуче-сладкого со вкусом карамели и корицы, но не настолько, чтобы бросаться в омут с головой. Не встретил я еще ту единственную, от которой случится великий «ту-дум», ну и плюс я насмотрелся на Кэса с его вечными любовными проблемами. И если отношения хоть на пятнадцать процентов похожи на его, то нафиг они мне такие нужны — проживу гордым одиночкой, 2Д еще никто не отменял.       — Вопрос такого характера: как так вышло, что консультант из женского отдела одного магазина может помогать и работать в другом?       От моего ответа и вопроса на лице девушки промелькнуло легкое удивление, впрочем быстро сменившееся веселой улыбкой.       — Ого-ого, а Хикигая-кун умеет общаться с девушками и держит прекрасную Онэ-тян на расстоянии? — она чуть сбавила шаг и, дождавшись, когда я поравняюсь с ней, прильнула к моему плечу (от нее очень приятно пахло). — Но, что касается твоего вопроса, то всё очень просто: весь торговый центр принадлежит моей семье, как и все магазины в нём. И здесь я не работаю, а так — для души. Поэтому, когда позвонила Комачи-тян и предложила прогуляться и познакомиться с её старшим братом, я не смогла удержаться.       Переведя взгляд на Комачи, я увидел, как этот маленький купидон показывает большой палец. Походу, новость о том, что сия девушка из очень богатой семьи, для неё не имеет никакого значения. Ну ок, чё, мне как-то тоже фиолетово: не детей же с ней растить, верно? Да я и сам не бедный парень.       Опустив и проигнорировав информацию о том, что всё тут, по сути, принадлежит девушке, висящей на моей руке, я произнес:       — Спасибо за ответ, Харуно-сан, — поблагодарил ее.       Девушка еще сильнее повисла на мне.       — Нет-нет, Хикигая-кун, без суффикса: Ха-ру-но. Повтори — это просто, — своё имя она горячим выдохом испустила мне практически в шею, отчего по всему телу пробежали мурашки.       Блин, какая опасная девушка. По ней видно, что она играет, заигрывает, но ничего серьёзного за этим не стоит, однако голову от этого может унести только так. Спокойно, железный Хачиман, не поддавайся. В эту игру могут играть двое.       — Конечно, мне не сложно, но только после того, как ты начнёшь сама называть меня по имени. Так как я джентльмен, то уступаю эту возможность тебе: Ха-чи-ман. Повтори — это не сложно.       Последнюю фразу я произнёс с легкой улыбкой, стараясь копировать интонации Кэса, когда он флиртует с очередной пассией. И, как мне кажется, вышло удачно: зрачки у нее расширились, но на лице, естественно, ничего не отразилось, только улыбка стала шире. Не, ну реально кицунэ — только они могут так широко улыбаться.       — Хо-хо, ну раз ты так настаиваешь, то нет никаких проблем, Ха-чи-ман, — мое имя она произнесла с непередаваемой интонацией, довольно прищурив глаза и подмигнув, отчего поголовье мурашек резко увеличило свою численность.       На заднем фоне удивлённо пискнула сестренка. Да, флирт на гране фола и совсем на меня не похоже. Видимо, она мне понравилась, раз уж я решил сыграть в её игру.       — Ну, теперь я не могу отказать в твоей маленькой просьбе, Харуно. Приятно с тобой познакомиться, — произнес я уже обычным своим тоном без подражания Кэсседи, давая понять, что поиграли и хватит.       — Мне тоже приятно познакомиться, давно у меня таких интересных знакомств не появлялось. — она, наконец, отцепилась от меня, и идти сразу стало легче. Девушка она, конечно, легкая, но идти всё равно было неудобно. — Ты интересный человек, Хачиман.       Улыбнувшись, она быстрым шагом подошла к моей сестре, находящейся в легком шоке от всего, что здесь произошло. Да-а-а-а, Комачи, многого ты еще не знаешь о своем любимом братике, и надеюсь, никогда и не узнаешь.       И вот мы вошли в отдел мужской одежды, девушки снова усадили меня на диван, а сами унеслись к стеллажам, принявшись набирать различную одежду. И, судя по тому, что довольно быстро образовалась небольшая горка, то застрял я здесь надолго. На очень долго.       Когда спустя пятнадцать минут, кои я успешно потратил на игру со своей несравненной Ямато-тян и потопил пару линкоров американских сучек, девушки подошли с не внушающей доверия стопкой одежды, мне реально поплохело. Там было много разного тряпья на любой случай жизни: и пиджаки, и футболки, и даже костюм-тройка. Одно слово — спасите.       — Я не буду всё это мерить! — мой обвиняющий перст уткнулся в гору белья. — Ни за что! Выбрали по две вещи и хватит.       Комачи сразу же подбежала ко мне и опять обняла.       — Ну-у-у, братик, тут столько всего хорошего, — она мило и невинно улыбнулась.       Харуно же молча стояла и смотрела на это, но чует моя душа, что она бы с лёгкостью провернула подобный фортель, если бы сейчас меня не обнимала Комачи.       — Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!       Глядя на умоляющее лицо сестры, я согласился. Вновь.       — Ура-а-а-а~! — весело воскликнула она и немного забылась, предприняв попытку стянуть с меня футболку. Полного успеха у нее не вышло, но живот и часть спины засветить успела.       Я вовремя вытянул руки. Так, чтобы роста самой Комачи не хватило для задуманного.       — Ну и ну, Комачи, держи себя в руках. Не нужно раздевать братика посреди магазина, где много людей и Харуно, — с лёгкой улыбкой пожурил я Комачи, хотя внутри меня было достаточно много раздражения, но больше на самого себя — опять мой косяк, не уследил.       — Ого-ого, какой пресс у тебя, Ха-чи-ман, негоже прятать такую красоту, — не преминула прокомментировать Харуно, намеренно "растянув" моё имя по слогам.       — Спасибо за комплимент, но мне комфортнее не выставлять всё на обозрение: боюсь, моя нежная кожа обуглится от пламенных взглядов. От твоих тоже, Харуно. — вышло немного резковато, но девушка лишь улыбнулась.       Я подхватил первый попавшийся комплект и поспешил скрыться в примерочной, чтоб переодеться там, а то сдаётся мне — новая знакомая будет побезбашенней меня и с лёгкостью повторит фортель Комачи, только в этот раз я ничего не успею сделать, и она увидит то, что для её глаз не предназначено.       А не предназначено для её глаз то, что я сделал по очень большой глупости. Ну вот очень-преочень. Будучи в стельку пьяным. И молодым, я бы так сказал.       На моей спине выбита татуировка в виде Инь и Янь, где Инь — это тигр, а Янь — это дракон. И они сошлись в вечной схватке: тигр кусает за бок дракона, а дракон — тигра.       И я очень жалею о содеянном. На утро после обнаружения такого неожиданного подарка на день рождения у меня с Кэсседи был очень серьёзный разговор — мы тогда сильно повздорили и подрались. Естественно, особо сильно навтыкать у меня не вышло, но Бланш я поставить умудрился. Чем заслуженно горжусь. Себя я считаю сильным, даже очень, но Кэс на голову выше. Наверное, сейчас я уже не знаю, но выяснять этого не хочу.       Так вот, эта татуировка — позор всей моей жизни. Хоть она и выглядит круто, но я ее стесняюсь и никому про неё не говорил. Про неё знает только сам Кэсседи и ещё Комачи. Родители не в курсе, и надеюсь, никогда не узнают, а то мама не посмотрит, что я такой большой и сильный: на раз загнет через колено, и плакала моя пятая точка. Месяц, наверное, не смогу сидеть нормально.       Поэтому и прячу её за длинными футболками. Сплю в футболке, всегда хожу в футболке, если еду куда-нибудь на море, то и купаюсь в футболке. В общем, делаю всё в моих силах, чтобы никто не узнал.       Японское общество с порицанием и опаской относится к имеющим татуировки. Таких людей сразу клеймят преступниками, и само государство старается следить за подобными личностями.       Если кто-нибудь в школе узнает про это, то беды не оберёшься. Вылечу оттуда моментально и испорчу репутацию не только себе, но и родителям с сестрой, а такого счастья мне не нужно.       Я бы с радостью свел бы её, но после останется огромный шрам — это раз. Два — для того, чтоб попасть в такое заведение, нужно приехать в Киото, куда, естественно, меня сейчас никто не отпустит. И три — для процедуры требуется совершеннолетие или разрешение от родителей или опекунов.       Вот я и шифруюсь постоянно. Поначалу это было утомительно и вызывало много вопросов, особенно со стороны родителей; хорошо хоть они поверили в сказочку, что я просто не хочу сгореть, если мы купались на море. То же самое я говорил и другим людям, которые у меня это спрашивали.       Сложнее было с учителями и школой. Там это не прокатит, и мне пришлось организовать себе свободное посещение и аллергию на хлорку и те химические вещества, которыми очищают воду.       Сама же Комачи узнала про это случайно, когда я ещё не до конца привык всегда носить футболку и спустился вниз завтракать без нее. Благо родителей дома не было. Естественно, ор был выше гор, и хорошо, что позитивный. Комачи восхищалась этой татуировкой — она её покорила. Естественно, я объяснил ей всю подноготную дела, и татуировка стала нашим большим секретом. И моё огромное уважение к своей маленькой сестрёнке: она никогда этим не шантажировала, даже когда мы серьёзно ссорились.       Пока все шло успешно, но сегодня чуть было не было. Хорошо, что Комачи этого не понимает в силу своего возраста. Она, конечно, иногда ведёт себя старше, чем есть, но ребенок — он везде ребенок, и вот такие порывы у неё случаются часто.       Ну, а я, как старший брат, не дам ей этого понять. А то будет ходить потом весь день грустной и печальной.       И да, после того дня рождения я зарёкся пить. Вообще. Не важно какой праздник или повод. Только сок, вода, чай или кофе. И ни процента алкоголя.       Наконец я вышел из примерочной и предстал на суд знатоков высокой моды. И судьи были милостивы, они дали добро, но только для первого комплекта — дальше пошла вакханалия. Меня заставляли много раз переодеваться, менять джинсы, или футболку, или рубашку; на меня цепляли галстуки, бабочки и многое другое, творили с моей причёской всякий стильный ужас.       Будто я не человек, а их личный манекен.       Сами девушки с довольными физиономиями сидели на диване, пили кофе, чай, кушали различные пирожные, которые приносили расторопные консультанты по хлопку Харуно. Они же относили на место не прошедшую отбор одежду или приносили ту, которую требовали девушки.       Но всё имеет свой конец. И мои пытки тоже подошли к логическому завершению. Было перемерено гигантское количество одежды, стопка одобренного белья на фоне забракованного, естественно, терялась, но даже так вызывала уважение. Видимо, придется заказать доставку домой — всё это унести я не в состоянии.       Насчет стоимости покупки я не переживал, потому что, как и сказал, был достаточно обеспеченным молодым человеком.       Хлопнув еще раз в ладони, Харуно произнесла.       — Давненько я так не развлекалась, жаль, с моей сестрой такого не провернуть — не любит она походы по магазинам. Поэтому благодарю тебя, Комачи-тян, за то, что вытащила меня, а тебя, Хачиман, за то, что выдержал все это. Ты — настоящий мужчина, прямо мечта любой девушки, гордись этим! — договорив, она дала распоряжение девушкам-продавцам отнести одобренную стопку на кассу и пробить. — Эх, если бы моя сестра была такая же как Комачи-тян… Мечты, мечты... — бедную Харуно сестренка не любит, холодно к ней относится, бу-бу-бу… — после чего Комачи бросилась её успокаивать.       Я только кивнул на слова Харуно — сил не было — эти бесконечные переодевания меня вымотали. Достав сотовый телефон, глянул на время: семь часов вечера.       «Обалдеть, мы целый день проторчали в магазине», — пронеслось в голове, а потом я посмотрел на день недели.       «Воскресенье, блин. Как же не хочу идти завтра в школу, может прогулять?» — задался я вселенским вопросом, но быстро откинул эту идею, так как меня ж потом затерроризируют сначала Хирацука-сенсей, потом Юи, ну и напоследок Юкино вставит свои сто йен. Хотя, зная ее, там будет вся тысяча или две. Так что не стоит день лени такого геморроя.       А ведь прошло практически два месяца с того момента, как я вступил в клуб. И там весело, правда по-своему. Мне нравится, хотя хотелось бы, чтобы Юкино поменьше меня тиранила: то это ей не так, то сё, то вот это. Не, натуральный деспот, таким только волю — дел наворотят, закачаешься. Посему я, как сторонник просвящённого абсолютизма имени Хачимана Хикигаи, решительно отстаиваю свои права.       За это время много чего произошло, хотя с просьбами к нам практически никто не обращался, за исключением Юи и Хирацуки, когда у неё очень много дел и она скидывает на Юкино, а заодно и на меня проверку различных тестов.       «Президент такая азартная, стоит сенсею намекнуть, что она не справится, как та с головой бросается в пропасть этих нескончаемых тестов и пробников».       Девушки успели уйти на кассу, пока я переводил дух и размышлял о высоком. Быстренько переодевшись в одну из понравившихся обновок, направился к кассе, чтобы наконец-то расплатиться и пойти уже домой.       — Харуно, ты бы не могла организовать доставку этих вещей к нам домой? — спросил я первым делом, как подошёл. — А то я раньше столько вещей не покупал и, боюсь, всё просто не унесу, даже если мне будет помогать Комачи.       Девушка кивнула, но выражение её лица было каким-то неуверенным, я бы даже сказал, слегка смущенным.       — Что-то случилось? — я быстро нашел глазами Комачи, которая тоже выглядела немного смущённой, отчего я невольно приподнял бровь в немом вопросе.       Комачи пальчиком указала на табло кассы, где красивым желтым цветом светилась ошеломительная сумма. Для кого-то, не столь обеспеченного.       Карточка-тян, только увидев её, тут же упала в обморок. А мне было уже всё равно. Сумма, конечно, приличная, но я морально устал и хочу спать, так что, достав карту, передал ее продавцу.       — Бра-а-тик, не надо оплачивать всё, мы увлеклись, а теперь выбрали то, что можно купить, — глаза Комачи широко распахнулись, когда она увидела, что операция успешно завершена, — ого, я и не знала, что ты такой богатый, братик.       Получив свою карточку назад, я спокойно ответил.       — Как я могу выбрать что-то одно, когда две прекрасных девушки так старались для меня и выбирали одежду? Естественно, я куплю все.       В ответ на мои слова сестрёнка неуверенно улыбнулась.       — Я думаю, что половину можно вернуть в качестве скидки за огромный набор и просто личную благодарность за хороший день, — произнесла после некоторых размышлений Харуно, — и да, машина уже ждет.       Я молча передал ей карту. Девушка быстро провела все надлежащие операции, и Карточка-тян вновь вернулась ко мне. А ещё Карточка-тян где-то нашла портрет Харуно и начала возносить молитвы, хм.       Почему я не стал отнекиваться? Если опустить много лишнего, то по ней было видно, что предложение, во-первых, искреннее, а во-вторых, откажи я и она бы, без сомнения, свернула всё это в шутку, но наше своеобразное знакомство на том бы и закончилось. Ладно я, но вот Комачи бы очень расстроилась — ей походу очень нравится дружить с этой «взрослой и интересной онэ-сан». Так что пусть.       Наконец всё завершилось, и, попрощавшись с Харуно, мы с Комачи поехали домой.       Рассортировав и убрав всю одежду в шкаф, мы принялись ужинать. Одними пирожными сыт не будешь в случае Комачи, в моём же пришлось голодать целый день.       Доев и убрав всю посуду в раковину, мы приняли волевое решение помыть её завтра утром, и сестрёнка направилась к себе в комнату спать, так как день был насыщенным и она очень устала.       Ну, а я остался в зале и лениво смотрел телевизор, развалившись на диване и поглаживая привалившегося ко мне Ка-куна.       Зевнув, я тоже было уже хотел отправиться на боковую, как у меня зазвонил телефон.       Достал его из кармана и глянул, кого там нелёгкая принесла на ночь глядя, — звонившим оказался Кэсседи.       Решил ответит на звонок.       В ухо сразу ударила музыка и веселые голоса, лишь только взяли трубку.       — Йо, Хачиман! Как делишки? Чё делаешь? Какие планы на эту ночь? — весело донеслось со стороны Кэсседи.       — Даров, делишки ноль, устал, спать хочу, — однотонно выдал я и смачно зевнул. — планы на ночь — интимный контакт с одеялом, подушкой и Кроваткой-тян.       — Ха, да ты прям половой гигант, Хачиман — с тремя сразу. Силен, даже я больше двух укатать не могу! — Боже, вечно он так всё двусмысленно произносит. Меня люди не слышат, а что он несет — как раз прекрасно, а потом думают невесть что.       Это как я играл в файтинг и красочно расписал, как я месю противника. Так как он давай мне наперебой советовать, как сделать побольнее, а его друзья-подчиненные потом боялись со мной разговаривать. Я, естественно, им потом всё объяснил, но мне кажется, нифига они не поверили, просто сделали вид, чтоб не вызвать гнев человека, коим я кажусь в их представлении.       — А чего такой укатанный в ноль? Неужели днем зажёг? — на заднем фоне крики и весёлый смех стали тише — видимо, он вышел на улицу.       — Да не, малую в магазин водил: мало того, что ей там барахла набрали, так обманом и шантажом заставили и мне шмотья набрать, — Ещё один смачный зевок. Блин, моя речь, когда я общаюсь с Кэссом, сама собой становится речью гопника и янки — хорошо, мама не слышит, а то буду мыло есть и играть в буль-буль-буль с унитазом.       — Аа-а, ну малая может, да, она у тебя та еще хитрая мелочь, — по голосу слышно, что он там во весь рот улыбается. — ну так чё, ты подтянешься? Сегодня тима на набережной будет: движ, тусня, салют, девочки — прям полный набор. Если что, то я банкую, иначе легендарная жаба Хачимана меня удушит.       И ничего я не жадный, просто бережливый и знаю, как зарабатываются деньги.       — Блин, Кэс, у меня выхлоп в ноль, тусу не вытяну. Движ звучит интересно, девочки тоже, но боюсь, усну стоя.       — Ай, да не парься, как обычно випку дам, там отоспишься, ну? Гуляем? Давай, братан, весело будет!       — Ай, добро, сейчас подтянусь, ток свой поцелуй от малой получу.       В ухо снова ударила музыка и весёлый смех, а потом дикий рёв Кэса.       — Народ, на тиму сам Бог Войны подтянется!!! — блин, любит он моё имя так использовать. Не нужно было ему объяснять его значение.       По ту сторону телефона в тон моему другу раздался восторженный ор. Н-да, они всё поддержат, что ни предложи Кэсседи. Серая масса ноунеймов, которые идут за светом, музыкой, весельем и многим другим, не особо важным и нужным для меня.       — Давай, подтягивайся, жду, — весело бросил Кэсседи и отключился, после того как я сказал «ага».       Блин, утро точно добрым не будет. Оно будет чёрным, тяжелым и проклинаемым. И я все равно иду туда, эх.       Убрав телефон в карман и выключив телевизор, направился в комнату к Комачи.       Сама сестренка уже спала. Тихонько подойдя к ней, я поправил одеяло и поцеловал её в щёчку.       Зайдя к себе и быстренько переодевшись, вышел в зал. Судя по шуму внизу пришли родители. Спустившись, увидел, что мама решила помыть посуду, а отец уже, видимо, прямой наводкой ушел спать.       — Привет, как повеселились? — тихо произнёс я, когда мама выключила воду и начала вытирать руки.       Ойкнув, она перевела испуганный взгляд на меня.       — Блин, Хачи! Не пугай так! Маму заикой оставишь, му-у-у-у~. — Приглядевшись получше, увидел, что она немного подвыпившая. А, зная маму, это немного превращается в очень даже много, так как пить она не умеет и пьянеет с одного стакана чего бы там ни было.       Мама неловко переступила и начала заваливаться, но беды не случилось — я успел её поймать.       — Ну и ну, видимо, вам там действительно было весело, раз ты так расслабилась, — вполголоса произнес я, когда мама что-то неразборчиво произнесла и засопела.       Удивляет, что она смогла нормально помыть посуду и ничего не разбить. Хотя нет, не удивляет, моя мама лучше всех, она божественная мама, которая даже в таком сложном состоянии легко помоет посуду.       Отнеся маму наверх, уложив ее в кровать и накрыв обоих родителей одеялом, я спустился вниз, взял две полулитровые бутылки газировки из холодильника, а из мини-аптечки — таблетки от головной боли, отнёс их в спальню к родителям и поставил с двух сторон.       — Утречком вы много раз спасибо скажете, хе-хе, да и хорошенько мне помолиться точно не забудете, — договорив, я вышел из спальни родителей и пошёл в коридор обуваться.       Пока я напяливал обувь, ко мне подбежал Ка-кун, начав тереться о ноги и призывно мурлыкать. Погладив немного кота, я вышел на улицу и закрыл дверь, направив свои стопы на набережную.       Там уже было очень людно, везде звучал смех и разговоры. По-моему, сегодня какой-то праздник, если не ошибаюсь. В толпе мне показалось, с моим-то отвратительным зрением, промелькнула парочка одноклассниц. Впрочем, издалека мне все кажутся знакомыми… Что я вижу? Размытый силуэт и немного цвет волос — итог закономерен. Я приучил себя нормально реагировать, когда неопознанный индивидуум начинает вести себя дружелюбно, здоровается и спрашивает, как дела.       Наконец я нашел компанию Кэсседи, которые стояли немного на отшибе. Их окружала особая атмосфера. Опасная аура, дающая понять: только дайте нам повод, и мы устроим вам тут много чего интересного.       — Хей, народ, а вот и я, — поздоровался, как только подошел к этой компании.       Пока я шел, по мне скользило много взглядов, как из компании Кэсса, так и просто. Не зря этот уголок славится дурной славой. Здесь много различных элементов, которые ищут приключения на свою задницу.       — О-о-о, Хачиман! Даров, даров, ты чё такой медленный? Я успел уже зарядиться тоником, пока ты шёл, кста, будешь? — ко мне сразу подлетел мой дружбан с огромной клыкастой улыбкой, и мы начали ручкаться.       Вообще, у Кэсседи типичная внешность янки, хотя он полукровка. В его крови такой ядерный коктейль, что сам черт ногу сломит, если попробует разобраться в родословной. Но сам он типичный представитель золотой молодёжи, прожигатель жизни. Его родители очень высокопоставленные чиновники, как в Японии — мама, так и в Америке — отец.       Отношения с родителями у него нулевые: что он, что они держат огромную дистанцию, хотя при этом позволяют своему сыну всё, чего бы его душа ни пожелала. И постоянно прикрывают его от всего подряд. К нему уже даже наряд полицейских не ездит, так так верхушка давно знает, кто он и какие люди за ним стоят.       Стоило Кэссу подойти ко мне, как очень много людей потеряли интерес к моей персоне. Ну и правильно, с моим дружбаном опасно связываться, как для физического, так и морального здоровья. Хотя и моя репутация на улице тоже достаточно громкая, но так как я сегодня приоделся, то просто могли не узнать.       — О, посмотрите, кто у нас сегодня модный! Ничё так, годный прикид! Малая выбирала? — слегка пошатываясь, спросил мой друг.       На гулянку я решил выбрать тот комплект, который выбрала Харуно, а потому просто покачал головой.       — Неа, Харуно.       — О-о, неизвестное имечко, да и еще женское, походу весело оторвался, м?       — Ну, типа того, хотя я бы так не сказал.       — Да ничё, всё путем. А чё, она красивая? — ну да, кто о чем, а он о девушках.       — Ага, красивая. Ну, я б сказал семь Комачи из десяти, — рыцарь сискона никогда не спит.       — О-о-о, фига так фифа, раз ты ей такую высокую оценку дал, горяченькая, ага.       За нашим высокоинтеллектуальным диспутом Кэсседи выпил еще пару банок тоника. Он всё пытался и меня напоить, но я ограничивался одним соком: моя клятва крепка, моя воля сильна, мой разум трезв.       Кэсседи несколько раз отлучался по очень важным делам и постоянно возвращался то с одной девушкой, то сразу с двумя. В общем, он брал от жизни всё и даже чуть больше положенного.       Наконец и меня сок прижал, из-за чего тоже захотелось отойти по очень важным делам.       Найдя тихое место для достижения просветления, я сделал все надлежащие дела. Да, туалеты где-то были, но там образовалась гигантская очередь — я б точно не утерпел.       Когда же я решил вернуться к своим, то услышал, как кто-то ругается, и чисто на автомате посмотрел кто так разливается.       Это оказались какая-то блондинка с подругой и четверо парней, которые, как мне кажется, приставали к ним.       Я, конечно, герой, летящий на крыльях ночи, гроза недобрых элементов и так далее, но иногда так лень вмешиваться в подобные дела. Да и вроде эта блондинка мне не знакома. Так что смысла лезть я не вижу.       — Я буду кричать, предупреждаю, — послышался смутно знакомый дрожащий голос.       И смех слегка подвыпивших парней, которые откровенно наслаждались происходящим.       Как я это все услышал? Ну, просто проходил близко, чтоб услышать. Зрение у меня отстойное, а вот слух очень чуткий.       — Не подходи! — ещё один крик со стороны девушки.       — Ха-ха-ха, давай, кричи, здесь сейчас тебя мало кто услышит — неудачное ты место выбрала, чтобы отойти.       — Юмико… — теперь я услышал голос второй девушки, которая звала блондинку по очень даже знакомому для меня имени.       А вот теперь мне стало интересно, кто же это там. Естественно, девушек с именем Юмико может быть очень много, но если есть хотя бы один процент вероятности, что это моя одноклассница, то я не могу пройти мимо, меня же совесть потом заест; вот такая она у меня вредная, даже тортик не помогает.       Подойдя поближе, я убедился, что это действительно моя одноклассница. Точнее, две мои одноклассницы. Юмико и её вечная яойная подружка, не помню как зовут.       Хм, интересно, а где их сопровождающие? Где Хаято, в конце-то концов? Разве он не её парень? Оглядевшись и не увидев поблизости ещё одну блондинистую голову, решил всё-таки вмешаться, пока ситуация не перешла на более серьезный уровень.       — Йо, хулиганы, зачем девушек по углам зажимаем? — эффектно выплыл я из своего тёмного угла, где делал мокрые дела.       Да, фраза дебильная. Но покажите мне человека, который может сказать что-нибудь крутое и очень эффектное? Как правило, так не получается. Да, потом на ум приходит много чего хорошего, но это уже спустя какое-то время, а не сразу.       Тем не менее, мой выход получился реально крутым — парни аж подпрыгнули от неожиданности. Ну да, я хожу очень тихо, так что ачивку Куроко-лайт получить могу, а за выход из тени, наверное, потяну и на Куроко-медиум.       — Привет, Юмико, Яой-тян. Красивая юката, эти интеллигентные молодые люди с вами? — я нёс откровенную белиберду, чтобы выиграть немного времени и оценить ситуацию.       Четыре парня, в меру накачанные, не школьники, скорее студенты. Лица средней «интеллигентности», то есть до рецидива даже и не догадаешься, что могут выкинуть такой «весёлый» фортель.       По слегка неуверенной стойке и покачиваниям можно сделать вывод, что ребята достаточно хорошо приняли на грудь. Так что при драке я оцениваю свои шансы достаточно высоко, если не случится что-то необычное и выходящее из ряда вон.       — Хикигая? — удивленно спросила блондинка. — Нет, эти молодые люди не с нами, хотя очень этого желают, но увы, это может произойти только в их мечтах.       А она молодец, даже в такой ситуации хохмит и прикрывает свою подругу.       — Ты, я так понимаю, местный дурачок, раз лезешь туда, куда тебя явно не приглашали? — спокойно и уверенно спросил один из них. — Может, сам уйдёшь, и нам не придётся тебе показывать дорогу и провожать?       Хы, а парень сечёт фишку.       — Не-а, не вариант, не могу оставить одноклассниц в такой интересной компании, ещё научите плохому, — снова выдал я свой никому не нужный перл.       Эти ребята напряглись и уже приготовились «вежливо» сопроводить меня куда-нибудь в овраг или кювет, по пути несколько раз уронив для знакомства с асфальтом. По ним видно, что для них это не впервой, — вон как грамотно меня обходят.       Я предпринял ещё одну попытку договориться. Дипломатия, ага, я ж обещал маме.       — Парни, а может, мирно разойдемся: я с девочками, а вы целые? Я при любом раскладе успею обработать двоих, так что стоит ли это того?       Ага, иногда такая показная уверенность может сбить с толку и заставить задуматься. А он реально такой дурачок, что буксует против четверых, или действительно может "убрать" двоих, как минимум? А то и всех сразу?       А где задумался, там и сдох. Человек такая скотина — стоит ему хоть на секунду потерять уверенность или концентрацию, вернуться к прошлому состоянию будет ой как сложно, это надо уметь.       — Я думаю, стоит. Ломай его, — произнес их главный спустя несколько секунд размышлений.       Девушки вскрикнули, когда один из парней попытался меня схватить и с всхлипом согнулся напополам от убойного удара в дыхалку с ноги.       Только я хотел перейти ко второму, как меня остановил голос Кэсседи.       — Ба, какая движуха, Хачиман, да ты прям магнит для приключений, — из той же темноты, откуда вышел я, так же тихо вышел мой друг… а следом вся наша компания человек так в тридцать, а то и больше: не считал я как-то, — стоит тебе немного отойти, как начинает твориться всякая хрень.       Он прошёл немного вперёд, пока остальные начали окружать закуток, где мы находились.       — Оу, нехило ты этого оприходовал — бедняга уже украсил этот свет содержимым своего внутреннего мира, ну и мерзость, — указал он на того, который первый на меня кинулся.       Сами парни уже не выглядели такими крутыми, а на их лицах читался натуральный страх — видимо они знали моего товарища, ну или были знакомы с его методами ведения переговоров.       — Ладно, парни, хватайте этих четверых и ведите во-о-о-н туда, где потемнее, мы с ними немного пообщаемся, а я через пару минут приду, не скучайте, — произнёс он и махнул кому-то рукой.       Из толпы отделилось с десяток человек и очень грубо, не без борьбы со стороны каждого, кто участвовал в "перемещении", принялись выполнять распоряжение Кэсса.       Переведя взгляд на девушек, я увидел, что они шокированы и напуганы ещё больше, чем раньше.       — Да ты просто мастер эффектных появлений, Кэс. Могёшь, — произнес я.       — А то ж, год в школе актёрских искусств и не такому научит, — со своей извечной улыбкой произнес мой друг, — я тут бухлишко захватил… Чё, вздрогнем?       С сомнением посмотрев на протянутый тоник, я покачал головой:       — Не, спасибо, воздержусь, ты ж знаешь.       — Знаю, ага, ты себе не изменяешь, уважуха, а потому я сока захватил — ну так чё, вздрогнем?       Взяв у него бутылку какого-то клубничного сока, быстро его выпил, предварительно чокнувшись ей с Кэссом.       — Лан, давай, я пойду вежливо и интеллигентно попрошу содержимое карманов тех молодых и отзывчивых ребят. Тебе тоже захвачу что-нибудь интересное. — допив свой тоник, произнес Кэс и действительно пошел туда, где слышались крики боли парней. — А да, ты как, в випке ночевать будешь? Или таки дома? Если что, ключи у меня с собой. — он достал из кармана связку ключей от вип-комнат его бара. — Слух, тебе реально нужно будет заиметь свой ключик, чтоб я не таскался с этой шадолбой в кармане — реально неудобно.       Немного подумав, я решил, что спать сегодня буду таки дома, как и изначально планировал, хватит с меня на сегодня приключений.       — Не, дома, сорян.       — А, всё путём, давай, покедова, братишь, отстучись, как дома будешь, а то мне малая потом голову оторвет, если с тобой что-нибудь случится по пути домой, — конец фразы он говорил, уже идя в сторону темного места и подняв на прощание руку.       Н-да, Кэсседи реально ураган и очень ветреный человек.       Ушел Кэс, и ушла его группа поддержки, позволив нам с девушками остаться наедине. Поняв, что никто их больше не будет обижать или домогаться, они более-менее расслабились, хотя и находились в некотором напряжении. Ну хоть глаза от ужаса не похожи на монетку в сто йен и то хорошо.       — Так, красавицы, время позднее, хорошим детишкам давно пора спать, а так как мы хорошие, мы направляемся домой и ложимся спать, ок? Пойдем, я провожу.       Юмико лишь кивнула, а ее подруга промолчала, опустив голову и уставившись на асфальт. Но я успел заметить, что лицо у неё красное.       Ну да, как же без яойных мыслей — думаю, она там уже на целую многотомную мангу нафантазировала. Ну её не буду трогать, а то, боюсь, вывалит на меня всю эту богомерзкую гадость.       Сначала мы шли молча, а потом Юмико произнесла «спасибо».       — Да пожалуйста, скажи ещё спасибо, что я такой совестливый и мимо не прошёл, ага. Блин, девчонки, вы порой реально такое отчебучиваете: кто, блин, в темный угол без сопровождения парней пойдет? — произнёс я, качая головой.       — Чё?! Ты дурак, что ли, Хикио?!       Это что ещё за погоняло такое? Будто мне «Хикки» не хватает, которое использует Юигахама. Теперь вот «Хикио» добавилось — освободите от такого счастья.       Но, похоже, блондиночка оклемалась — вон глазёнки как засверкали.       — Мы специально отошли, чтоб парней не было. Девочкам, знаешь ли, очень некомфортно делать некоторые дела, когда неподалеку стоят мальчики — ты хоть думай, что ты несёшь?! Ну что за придурок!       Юмико ещё долго разорялась. Впрочем, пусть, держать в себе тоже не дело, если она таким образом скидывает пережитый стресс, то хорошо.       — Вэй-вэй, спиралька, давай полегче, а то еще немного, и уже меня придётся спасать от твоего королевского гнева, — я с легкой улыбкой подтрунивал над Юмико.       — Сам ты Спиралька!!! У меня имя есть! И ты, между прочим, меня им только что называл!       Вау, как разошлась, гм, а им реально помощь нужна была? Кулачки у Миуры маленькие, но ой какие тяжелые. Она сейчас меня пытается колотить по плечу, выходит у неё не очень, но девушка старается, пыхтит, надо отдать ей должное.       — Да-да, извини, я подумал, что уже невежливо будет называть тебя по имени, так как там была особая ситуация, — принялся я ее успокаивать, а Яой-тян с легкой улыбкой за этим наблюдала, поблескивая очками.       Не, реально поблескивая. Ночь на дворе, а она ими умудряется сверкать. Не, я в курсе, что блатным и ночью светит, но чтоб и на обычных очках это работало… Риаджу реально страшные…       — Хмпф! То есть Спиралька — это, по-твоему, нормально? Ты, вообще, адекватный? — меня принялись колотить пуще прежнего. Напоследок ударив особо сильно, как мне показалось, она прекратила и произнесла. — Зови уже по имени, раз уж начал… и спасибо, что помог… Мы пришли, это мой дом, Хину провожать не надо — сегодня она ночует у меня.       Мы подошли к двухэтажному типовому домику, в котором горел свет во всех окнах, только в одном он был более тусклым, отчего можно сделать вывод, что это светит экран от компьютера.       — Пожалуйста, обращайтесь, и больше так не влипайте — доброго Хачимана может рядом не оказаться в нужный момент, — с улыбкой произнес я, на что девушки улыбнулись в ответ и кивнули.       Распрощавшись с ними, я направился домой. Спустя минут, наверное, тридцать — путь оказался долгим — я пришёл домой.       Быстро раздевшись я — наконец-то! — лёг в постель. А спустя пару минут уже отрубился. ***       Разбудил меня отвратительный звук будильника; за окном было пасмурно, а настроение из-за недосыпа было не самым радостным.       Быстро приняв утренний моцион и надев униформу, спустился вниз.       — Доброе утро, мам, а Комачи уже что, убежала? — поприветствовал я маму, которая, удивительное дело, находилась дома, а не на работе. Видимо, дали отгул.       — Доброе, Хачи-и-и~, — мама подскочила ко мне, начав обнимать и смачно целовать куда попало, — Хачи-и, спасибо большое, *чмок* что догадался оставить на ночь своей любимой мамуле *чмок* таблеточки от головы и водичку. Благодаря тебе *чмок 2х*, моему заботливому Хачи-и, моё состояние порядочно улучшилось...       Переждав восьмибалльный шторм из нежностей от горячо любимой мамы, я наконец позавтракал. Ну, этот мамин порыв очень сильно поднял мне настроение, и в будущее я уже смотрел с оптимизмом, а не с настроением «всех убью, расчленю и закопаю, а потом останусь на планете один со своей семьей».       — Кстати, как погулял вчера? — спросила мама, когда я уже обувался. — Про поход по магазинам можешь не говорить, Комачи всё уже рассказала. Мама одобряет такого Хачимана, мой мальчик так быстро растёт, — у мамы опять начался приступ милоты по отношению к своим детям.       Переждав его, я ответил на её вопрос.       — Да, погулял вчера неплохо.       — Ну и хорошо, мама рада, — она ещё раз обняла и поцеловала, — хорошего дня, Хачи!       Пожелав ей ответного хорошего времяпровождения, направился на остановку.       Сегодня мне повезло, и я успел на автобус с запасом в пару минут.       Зайдя, как обычно, в класс, я спокойно направился к своему месту, кивнув головой Юи по пути, когда проходил мимо нее, на что та улыбнулась и помахала мне в ответ.       Яой-тян тоже кивнула, когда я на неё посмотрел, а вот Юмико проигнорировала, что, в принципе, меня полностью устраивало.       Она смотрела в окно, пока я шёл к своему месту. Бросил ещё один взгляд на Яой-тян, которая неожиданно мне подмигнула. Хм.       Наконец развалившись на своей парте, я уронил голову на руки и постарался заснуть, хотя стоявший гул в классе этому не особо способствовал. Сейчас по расписанию должна быть математика —вот на ней и посплю.       С этими мыслями я благополучно задремал.       Проснулся я от неестественной тишины и того, что кто-то надо мной стоит. С трудом оторвав голову от парты и приняв вертикальное положение, сфокусировал взгляд на человеке, нависающем над партой.       Пока мое зрение фокусировалось, я постепенно различал все больше деталей. Девочка. С длинными волосами, спиральками. Блондинка.       Сложив дважды два, я пришел к выводу, что это Юмико.       — Привет, спиралька, ты что-то хотела? — вот дёрнул меня черт именно так вопрос поставить.       — Чё-ё-ё?! Хикио, совсем офонарел? По-моему, мы вчера договорились, что ты будешь звать меня Юмико. Ну-ка, давай, повторяй за мной: Ю-Ми-Ко, Ю-Ми-Ко. Ну же!       «Что-то мне это напоминает», — невольно пронеслось в голове.       — Да-да, Юмико, извини, ты что-то хотела? — решил не спорить с девушкой и назвать её по имени, как та и хотела.       — Хмпф! Вот так бы сразу! — гордо произнесла девушка, а потом громко поставила что-то на мой стол.       Ну как громко: в образовавшийся тишине это получилось громко, даже очень.       Это оказался какой-то контейнер, вроде в таких бенто приносят, если не ошибаюсь. Не то, чтобы я знал наверняка — никто меня бенто не кормил, *плак-плак*.       — И что это? — вопросил я.       — Бенто, разве не видишь? Ослеп, что ли? Хикио-слепыш, ха-ха.       У меня на лбу вздулась венка.       Закрыв глаза, я постарался успокоиться: день только начался, и начинать его с ссоры или драки — плохой тон.       — Я вижу, что это. У меня другой вопрос — зачем? — после глубокого вздоха произнес я.       — Это благодарность за вчерашнее, — ответила она и сняла крышку с коробочки, — давай, ты должен это всё скушать.       — Но я сейчас не хочу…       — В смысле не хочу?! Хикио, ты обнаглел? Я что, зря вставала пораньше, чтобы тебе приготовить?! Ну-ка раскрыл пасть и всё съел!!!       — А я не просил тебя рано вставать и делать его! И вообще, я дома позавтракал!       — Р-р-р, ничего, второй завтрак, говорят, полезен для здоровья, а то вон весь серый какой-то, болеешь, да? Плохо спишь? Бедняжка.       — Да, сплю плохо, но почему? М-м? Из-за кого мне разные кошмары вчера снились?       — Ах, значит это я виновата?! Да ты вконец охренел!       — Это ты охренела! И да, виновата! Нефиг было ночью… *неразборчивая речь*— не успел я договорить, как Юмико положила мне в рот кусочек еды из коробки.       Прожевав и проглотив его, я набрал воздуха для справедливого возмущения и уже открыл было рот, как мне снова положили туда еду.       — Хм, а вкусно, — прочавкал я.       — Сразу бы так, ну-ка, открывай ещё. И да, не разговаривай с набитым ртом, придурок!       *Где-то на заднем фоне.*       — Чума-а-а-а, в натуре, — протянул Тобе, — слух, Хаято, мне это не снится? Это в натуре? Наша королева реально кормит Хикитани и флиртует с ним?       Тобе в одном своем вопросе озвучил мысли всех находящихся в классе. Но лишь Юи и Хина улыбались, глядя на эту сценку. Вторая даже прошептала что-то типа: «Интересно-интересно».