Райтябрь-2019

      Дождь усиливался. Инквизитор терпеливо держал легкомысленный пёстрый зонтик над привязанной к столбу ведьмой.       — Я могу просто высушить дрова при помощи магии, — доброжелательно предложила она.       — Спасибо, не стоит, — вежливо откликнулся инквизитор и, спохватившись, добавил: — Дьявольское отродье!       — Или могу защитить от дождя вас, — нелестное определение доброжелательности в голосе ведьмы не убавило.       — Нет-нет, ничего страшного, я не сильно-то и промок, — успокоил её инквизитор. — Богомерзкое создание!       — Просто предложила, — улыбнулась ведьма и расслабилась у своего столба.       Сверкнула молния, через небо продрал оглушительный раскат грома, инквизитор даже вздрогнул от неожиданности. Пёстрый зонтик качнулся, но устоял. Дождь окончательно перешёл в категорию ливня. С головы инквизитора обильно стекала вода.       — Вы можете встать поближе ко мне, тогда мы оба уместимся, зонт немаленький, — предприняла ещё одну добродушную попытку ведьма.       — Нет-нет, меня всё совершенно устраивает, — поспешил откликнуться инквизитор. — Похотливая любовница Сатаны!       — А вот это уже чересчур, — обиженно поджала губы ведьма. — Я, между прочим, хоть и колдую, но девушка порядочная и целомудренная!       — Ох, простите великодушно, действительно перегнул палку, — всполошился инквизитор. — Поганая колдунья подойдёт?       — Вполне, — согласилась ведьма. — Спасибо.       Некоторое время они провели в молчании, слушая шум дождя по мостовой. Форменная ряса инквизитора промокла почти насквозь.       — Напомните, а почему мы меня не казним? — уточнила ведьма.       — Ждём бургомистра, — пояснил инквизитор. — Без его присутствия это не официальная казнь, а бесчинство церковников.       — А, разумно, разумно, — покивала ведьма. — А бургомистра нет потому что..?       — …дождь, — страдальчески закончил инквизитор. — Господин бургомистр заявил, что в такую погоду из дома не выйдет даже ради такого увлекательного события, как сожжение настоящей ведьмы.       — Так может, в другой день меня сожжём? — предложила ведьма.       — Никак нельзя. В постановлении священного инквизиторского суда сказано сжечь этим днём — значит, жжём сегодня. Это же не какой-то там праздник урожая или новый год! Это сожжение ведьмы! Собирается весь город, священники читают нравоучительные послания от церкви, честные граждане праздную победу над злом и торжество справедливости, жарят над костром хлеб и прочая, и прочая…       Ведьма обвела взглядом пустую площадь. Единственным присутствующим оказался местный дурачок, которого ни брали, ни дождь, ни снег, ни зной — он сосредоточенно ковырял палкой между камнями брусчатки, не проявляя никакого интереса к ведьме и инквизитору. Лавочники, неизменно сшибающие неплохой доход в любом столпотворении народа, даже не попытались выйти на площадь в такую погоду. Инквизитор выглядел таким несчастным, будто мучается зубной болью.       — Что ж, тогда подождём, — согласилась ведьма и неожиданно кашлянула, а затем ещё раз.       — Чего это вы? Богопротивное существо! — всполошился инквизитор и, не опуская зонтика, начал через плечо делать руками знаки выглядывающим из дверей церкви монахам: — Эй, вы! Да-да! Да, ты, пузатый с кривым носом!       Слегка обиженный монах выглянул на крыльцо.       — Принесите какую-нибудь шаль, чтобы её накрыть! — скомандовал инквизитор.       — Меня? — удивилась ведьма.       — Не хватало ещё, чтобы гадкая колдунья простыла да померла в горячке, — категорично заявил инквизитор, — избежав таким образом очистительной казни и торжества святой инквизиции! Нет уж, на это я никак не могу пойти!       Прикрывая макушку ладонью, пузатый кривоносый монах пересёк площадь и впихнул в руки инквизитора симпатичную шаль в цветочек.       — Держи зонт, — скомандовал ему инквизитор. — Да не надо мной! Над ней!       Он заботливо укутал плечи ведьмы шалью и отобрал у монаха зонтик, скомандовав:       — Свободен.       Порядком промокший монах вприпрыжку устремился обратно в тёплую и сухую церковь.       — Большое спасибо, — улыбнулась ведьма. — Очень мило с вашей стороны.       Инквизитор досадливо отмахнулся.       — А что будет, если, допустим, дождь сегодня не кончится и бургомистр так и не явится? — невинно поинтересовалась ведьма, поглядывая на плотные серые тучи.       — Это будет означать, что небеса не хотят вашей смерти. Придётся вас отпустить, — сварливо отозвался инквизитор. — Но этого не случится, разумеется, потому что справедливость всегда торжествует!       — Разумеется, разумеется, — задумчиво повторила ведьма.       Она слегка повела плечами, возвращая затёкшим привязанным за столбом рукам подвижность, а затем сложила пальцы в причудливый знак. Молния замаскировала вспышку магии, обеспечившую непрекращающийся дождь на пару дней вперёд — чтобы наверняка. От долгого раската грома инквизитор снова вздрогнул.       — Слушайте, да у вас же уже зубы стучат! — встревоженно заметила ведьма. — Давайте я свой костёр подожгу, вы хоть погреетесь? Я совсем чуть-чуть, вот тут, с краешку! Никто и не заметит, что он не в порядке!       Инквизитор взглянул в кристально чистые голубые глаза ведьмы, светящиеся невинностью и благожелательностью и, махнув рукой, смирился:       — Давайте. Жгите, паскудная ворожея.