Человек и оборотень - совместимое несовместимого.

Солнечные лучи проходили между ветвей и листьев дерева, падая на кудрявую макушку и веснушчатое лицо. Нос щекотало что-то мягкое и теплое. Омега поморщился и разлепил глаза, проводя рукой по белой шерсти. Кацуки спал на боку в облике волка, служа подушкой для Изуку. Оголенное тело Мидории было прикрыто алым плащом по пояс, парень подкинул его повыше к груди, закутываясь. Альфа свернулся калачиком, прижимая парнишку к себе. Омега также прижался к теплому боку, вновь засыпая. *** Если бы кудрявый знал, что у него будет все так болеть, особенно копчик, то никогда бы не согласился на то, что они с Бакуго вытворяли этой ночью. Вообще, Мидория думал, что он почувствует какие-то изменения, ведь не просто же так он, в прямом смысле, нагнулся перед блондином. Но изменений не было вообще и Изуку думал:"А какого фига-то?» Парни шли по тропинке и омега то и дело косился на впереди идущего Кацуки. После того, как проснулись они старались никак не контактировать, уж очень было неловко. Даже альфа отводил взгляд, его все мучила одна непонятная штука — а он ведь не хотел, — ну, вот так, — оно само как-то вышло. Отыметь Изуку, конечно, было в его планах, но не так скоро, тем более, омега не сопротивлялся, так что тоже виноват. Так же Кацуки ловил себя на мысли, что ему вчера жутко хотелось впиться в шею Мидории, вот вцепиться зубами, да так, чтобы весь лес услышал его визг. Альфа уже не первый раз себя одергивает на подобном, как бы не отнекивался и не придумывал сам себе оправдания — а может он просто начинает влюбляться в веснушчатого? Блондин замедлил шаг, задумываясь об этом. А вдруг, действительно, втюхается в него, потеряет голову и все: прощай — мужественность, здравствуй — подкаблучник. Альфа резко остановился, из-за чего Изуку не успел затормозить, врезаясь в Кацуки и тут же поднимая голову, непонимающе смотря на него. — Каччан, что случилось, почему ты остановился? — блондин обернулся и столкнулся с изумрудами омежьих глаз и твою мать — они прекрасны. Красноглазый нахмурился, складывая кожу на переносице гармошкой. Сердце бешено начало скакать по всей грудной клетке, ударяясь о ребра и солнечное сплетение. В горле пересыхало, а взгляд все падал на открытую часть бледной шеи кудрявого. — Есть хочется, — и стоило только упомянуть еду, как два голодных желудка подали признаки существования и желания себя заполнить. Парни абсолютно забыли, что не ели последние несколько дней и, если дальше так же продолжат морить себя голодом, то никакая регенерация не поможет. Мидория покраснел от звука урчания собственного живота, — неприлично ведь, — но он явно не ожидал, что ему в ответ буркнет желудок альфы, от чего парнишка еще больше смутился. Бакуго смотрел на красное личико и старался думать, что сейчас самое главное — найти пропитание. — Жди меня здесь, — кинул блондин Мидории и быстро исчез в ближайших кустах. Изуку в непонятках смотрел на те самые кусты и не догонял, куда это альфа смылся. Ждать пришлось довольно долго. Омега уже успел обосноваться на полянке, разведя небольшой костер и пригревшись к нему. Прошло уже порядком времени и веснушчатый начал бояться, что его бросили и, если это так, то как ему быть — ведь скоро стемнеет… Кусты зашуршали и к Изуку вышел весь испачканный в грязи оборотень, сжимая в кулаке уши напуганного и всего дрожащего зайца. Альфа подошел к веснушчатому, пару секунд смотря на него, после протягивая ему животное. Омега хлопает глазами, разглядывая зверька и беря его в руки. — - Освежевать умеешь? — от такого вопроса Мидория вздрогнул, рефлекторно прижимая ушастого к себе. — Что? Постой, мы что его есть будем? Кацуки смотрел на кудрявого как на глупое создание. Брови поднялись вверх, а само лицо выпрямилось. — Ну, а нахрена я тогда за ним полтора часа по лесу бегал? Изуку его уже не слушал, тиская пушистого и мягкого на ощупь зайчонка. Зверек удобно устроился на коленях омеги и едва ли не мурлыкал, даже перестав дрожать. У Бакуго дернулся глаз, ну почему это так мило выглядит. Плюхнувшись на землю перед костром, Кацуки продолжил сверлить омегу взглядом. Тот, конечно, это почувствовал и поднял голову, глядя в ответ. Молчание затянулось, а гляделки начали нагнетать. — Ну и долго ты на меня пялиться будешь? — Мы его не будем есть, — твердо заявил веснушчатый, нахмурившись. — С какой такой радости? Голодным хочешь остаться — валяй, но я не собираюсь помирать от того, что кое-кто зайца защищает, — альфа потянулся к парнишке дабы забрать зверька, но омега увернулся, поднимаясь со своего места и отходя подальше. — Нет, Каччан, он заслуживает жизни как и все. — Ты чё, рехнулся? Они итак плодятся как хер пойми кто, одним больше, одним меньше, разницы нет, — блондин подошёл к Мидории, пытаясь забрать добычу, но кудрявый опять отпрял. Началась борьба за «есть или не есть»: Изуку изгибался и уворачивался, как умел и мог, а Кацуки обматерил все вокруг — он настолько ослаб, что даже банально еду у омеги забрать не состоянии. В итоге, заяц благополучно свалил в лес, а подравшиеся и под конец истощенные парни сидели на траве, склонив головы. Мидория взял вверх, но одновременно ужасно устал, живот заурчал еще громче, позорно выдавая его с потрохами. — Ну что, доволен, благодетель хренов? Вот теперь иди и ищи еду сам. — Ну и пойду, — буркнул веснушчатый, поднимаясь и идя в сторону леса. Прошли какие-то пару секунд и из-за кустарников послышался омежий визг. Кацуки, забыв что пару мгновений назад сидел уставший, подорвался и молнией ринулся на звук. Прибежав на место происшествия, спотыкаясь о кусты, блондин наткнулся на висящего вверх тормашками кудрявого. Плотная веревка обвивала его тело, крепко удерживая подвешенным на толстой ветке. Альфа оглядел эту картину, скрестив руки на груди. — Тебя одного оставить нельзя — то похитят, то в ловушку угодишь. Ты вообще умеешь обходиться без подобного геморроя хоть пару часов? — Каччан, сними меня отсюда, — жалобно проскулил кудрявый, подергавшись как червяк на крючке. — Что? Прости, не слышу, — альфа приложил ладонь ребром к уху, наклоняясь к барахтающемуся Изуку, — Ну-ка, повтори. — Пожалуйста, помоги, — пропищал зеленоволосый, продолжая трепыхаться. Альфа ухмыльнулся — это как песня для его ушей. — Да не дергайся ты, только веревку сильнее затягиваешь, — Бакуго потянулся к Мидории, пытаясь хоть как-то его оттуда снять. Хруст веток где-то сбоку заставил обоих обернуться. Блондин настороженно и пристально смотрел в сторону шума, а веснушчатый от страха, что не сможет даже убежать испустил дух, бездушно болтаясь на ветке. Из-за дерева вышла не высокая, даже низкая зеленоволосая девушка. Ее большие глаза уставились на оборотней. — Вы кто? — спросила та. Парни переглянулись и снова глянули на омежку. — У нас к тебе тот-же вопрос, — ответил блондин. — Я — Асуи Тсую, местная, пришла посмотреть на ловушку. Она сработала, вот я и подумала, что кто-то попался, — коротко объяснила зеленоволосая. — Ой, прости, — Кацуки хотел еще что-то сказать, но его перебил Мидория, — А ты не могла бы меня отсюда снять? — Конечно, — кивнула последняя, подходя к противоположному дереву и дергая за веревку. Кудрявый от неожиданности вскрикнул, чуть не упав, но вовремя был пойман рядом стоявшим Бакуго. — Вот и все, — вернув ловушку на свое законное место, девушка развернулась, желая уже уйти, но её остановили. — Подожди, — Мидория сполз с рук альфы и подбежал к Асуи. Та обернулась, спокойно ожидая того, чего от нее хотят, — А ты откуда? Ну, то есть, здесь есть деревня, отведи нас туда. Просто мы заблудились и ничего не ели уже несколько дней, а до племени, наверно, еще далеко, — Изуку сглотнул, ожидая ответа. Кацуки хотел возмутиться, что они вовсе не заблудились и, вообще, нефиг клянчить у прохожих, — он будущий вождь вообще-то или где, — но вибрация в животе заткнула его на вздохе. — Откуда мне знать, что вы не враги? У обоих парней вытянулись лица: она им только что помогла и тут же заявляет, что они — враги? Ну, и как это понимать? — Мы не враги, — это единственное, что смог придумать в ответ веснушчатый, едва не получив подзатыльник от Катсуки. — Мы же сказали, что заблудились, у нас ни оружия, нифига нет, этого что мало, что ли? — альфа все это почти прорычал в лицо девушки, но та даже бровью не повела. — А, ну, тогда ладно. Тем более, вы выглядите как оборванцы, так что идемте. Это был удар ниже пояса: они оба благородных кровей и их так сейчас обосрали, но они это переживут, по крайней мере, надеются на это. Преодолев совсем небольшое расстояние, троица вышла из леса к немаленькой, но и не большой деревне. Жизнь в ней бурлила как в городе, все чем-то были заняты. Подойдя ближе к деревеньке, оборотни поняли всю суть суетившегося народа. Некоторые дома были почти полностью сожжены, некоторые просто слегка почернели. Парни крутили головами туда-сюда, рассматривая пепелища. — Асуи, — окликнул девушку омега, — Что здесь произошло? — кудрявый поравнялся с зеленоволосой, непонимающе смотря на нее. — Дракон спалил нашу деревню — он часто прилетает, ворует еду или домашний скот, от него много урона, но вы не обращайте внимания, идемте. Вон таверна, там можно поесть и отдохнуть, — омега указала на двухэтажный дом с надписью «Бар». В помещении было тепло и уютно, а запах пищи разрывал рецепторы и пробуждал волчий аппетит. Как только оборотни оказались за столом — все его содержимое исчезло в ртах голодной парочки. Изуку старался придерживаться приличия и ел аккуратно, а вот Кацуки было кругло пофиг, он просто хочет побыстрее все проглотить и ни с кем не делиться. — Асуи, — девушка подошла к Мидории, который ее позвал. — Что-то еще хотите? — Нет, просто спросить хотел, а давно у вас эта проблема с драконом? Зеленоволосая слегка удивилась, присев на краешек стула. — Довольно давно. Я еще маленькая была, когда он впервые прилетел и сжёг почти все дома, утащил половину скота и исчез. — А вы не пытались как-то с этим разобраться? В вашем племени вообще нет тех, кто мог бы как-то решить эту проблему? — парнишка склонил голову на бок, смотря в такие же зеленые, — как и свои собственные, — глаза омеги. — У нас не племя, мы живем на территории черных волков, — игнорирующий до этого разговор омег Кацуки закашлялся, резко поворачиваясь к зеленоволосым. — На чьей территории? — быстро переспросил альфа. — Черных волков, а в чем проблема? — девушка еще больше удивилась, когда заметила какое-то своеобразное счастье в глазах парней, после чего продолжила, — Но им все равно дела до нас нет, они игнорируют наши просьбы о помощи и ни разу даже ответа не прислали, так что… — девушка пожала плечами и поднялась, — Если вам больше ничего не интересно, то я пойду, — проговорила та и ушла на кухню. Кацуки и Изуку переглянулись. Так, получается, они уже давно на своих землях и почти шли в правильном направлении, но вот только появилась новая проблема. — Каччан, ты же знаешь о всех делах Яги. Разве вам не приходили письма от деревень с подобными просьбами? — Нет, по крайней мере, мне так известно, я особо не посвящался в дела государственные, так что не знаю наверняка. Самое главное сейчас свалить отсюда куда подальше. — Что? То есть, просто уйти и оставить их страдать — это неправильно, — возмутился омега, поднимаясь со своего места и хлопая руками по поверхности стола. — Неправильно будет, когда все узнают, что мы с тобой будущие вожди того самого племени и оторвут нам головы. Я этого не хочу и ты тоже, — блондин встал и подошел в плотную к Мидории, разъясняя все тому в лицо, — Так что будь хорошим мальчиком и помолчи. — А я не хочу молчать, если мы им поможем, то они наверняка нас поблагодарят и не будут держать злобы. — Ну-ну, сто раз через раз. Какой же ты наивный — меня это особо раздражает в тебе. — Ну, так реши эту проблему и я от тебя отстану. Все это время альфа подходил все ближе, а веснушчатый пятился назад, пока не почувствовал лопатками стену. Кацуки облокотился локтями по обе стороны от кучерявой головы. Мидория хмурился, стараясь держать злобное лицо, но предательский румянец покрыл щеки. — Скажи мне, Деку, а что ты мне дашь взамен за благородный поступок? Разобраться с драконом мне не проблема, но что насчет услуги за услугу? — блондин наклонился ниже, почти касаясь лбом лба напротив. Кудрявый нахмурился, сильнее хватая альфу за щеки и впиваясь в его губы. Поцелуй получился довольно резкий, но даже так Бакуго не растерялся и ответил, притягивая омегу за талию. Веснушчатый разорвал поцелуй, так как воздуха стало не хватать. — Сойдет за услугу? — Вполне. *** — Вы что? — окончательно офигела Тсую, смотря на двух суицидников. — Мы поможем вам с драконом и он больше вас не потревожит, — заявил Мидория, пытаясь разглядеть на лице девушки хоть маленько радости, но ей там и не пахло. — Вы головой что ли ударились? Он же вас просто сожрет и костей не оставит. — Ну, это уже наши проблемы. Давай, веди нас к вашему старейшине, — раздраженно буркнул блондин — ему уже надоело сидеть здесь и слушать о том, какой он мазохист. Тсую поджала губы и молча выполнила просьбу, отведя парней к домику старейшины. Постучав, зеленоволосая открыла дверь, пройдя и поклонилась старому альфе. Тот непонимающе глянул на девушку и, того более удивлённо на альфу и омегу, зашедших следом. Разумеется, они не пришли как оборванцы и попросили Асуи дать им чистую одежду, точнее Мидории. Бакуго заявил, что ему и его одежда вполне так нравится, так что даже банально плащ постирать не дал. Ну да, он до такой степени рехнулся, что добровольно отдаст вещь которая насквозь пропахла Изуку. Ага, сейчас, разбежались. — Здравствуйте, — девушка указала на парочку рядом, — Эти двое смельчаков (суицидников), пришли из дали, чтобы сразить дракона и просят вашего разрешения на свою помощь деревне. После — как Тсую закончила, — она отошла чуть в бок, чтобы старейшина смог оценить парней. Блондин впечатлил его больше: сразу видно умелый и способен на что-то, а вот веснушчатый ему, мягко говоря, не смог угодить, да и ко всему — еще и омега, а значит, сиди ты, малыш, дома, готовь, убирай и размножайся, как положено и заложено тебе природой. — Боюсь спросить — с чего это вдруг какие-то чужеземцы решили помочь столь бедному народу? — Просто мы посчитали, что обязаны помочь, ведь если не мы — тогда кто? — громко и четко прочеканил Мидория, удивляя этим старика. Он ожидал от него меньшего. — Вот как? И вы готовы отдать жизни за какую-то забытую деревеньку, про которую даже свои вожди забыли? — Бакуго нервно сглотнул, но продолжил стоять ровно: ментальное поле это альфы давило на него и не позволяло шевельнуться, а Мидория больше напрягался сам, нежели из-за какого-то там поля, на которое он и внимание-то не обращал, и был настроен серьезно. — Да, — также громко откликнулся омега. — Ну, что же, похвально для столь молодого поколения, даже не все взрослые и здоровые альфы согласятся на такое, — мужчина глянул на Тсую, — Асуи, приготовь им комнату, пускай отдохнут, — девушка кивнула и троица только собиралась покинуть домик, как Мидорию окликнули, — А вот ты коротышка — останься. Кацуки и Изуку обернулись одновременно и альфа положил руку на плечо омеги, не давая сдвинуться с места. — Зачем он вам? — сдержанно спросил красноглазый, которому уже порядком надоело нахождение здесь и этот старик — тем более. Оставлять Изуку с ним наедине он и подавно не собирался. — Да не волнуйся ты так, я с ним только поговорю и отпущу — можешь даже за дверью подождать. Бакуго пару секунд смотрел испепеляющим взглядом на мужчину, после чего отпустил плечо кудрявого. — Живее давай и не затягивай болтовню. Жду снаружи, — дверь хлопнула так, что пыль осыпалась с потолка, а Мидория от хлопка вжал голову в плечи, зажмурившись. — Да уж, он сильно за тебя волнуется, — покачал головой старик, — Повезло тебе с альфой — в обиду не даст. — Вы что-то хотели? — прохрипел парнишка, ему все казалось, что Кацуки сейчас зайдет, отматерит его и уволочет отсюда. Разумеется, он заметил как оборотень был напряжен и готов был порвать старика, а-то, что он попросил Изуку остаться — взбесило альфу окончательно. — Для начала, как тебя зовут? — Мидория Изуку, но я не понимаю, что вам это даст. — Можешь звать меня Гран Торино, — омега раскрыл рот, а его глаза засветились. — Так вы, что, получается, один из восьми вождей племени черных волков? — кудрявый закрыл себе рот рукой, чуть не выдав себя, и Кацуки в том числе, за что бы потом получил пендаль. — Да ладно, я в курсе кто вы такие. Можешь не бояться. Мне незачем держать зла на балбеса Яги, хотя бы наследники у него, что надо, а на счет восьми вождей — ты почти прав. Я был правой рукой у вождя, как Айзава у Тошинори, до того как она умерла. — А? Так седьмым вождем была женщина? — веснушчатый в изумлении подошел к столу, за которым сидел старейшина, облокотившись о него. — Да, а ты неплохо осведомлен о происходящем в племени оборотней, хотя сам человек. — Я изучал вашу историю, от этого много знаю, — парень неловко почесал затылок, виновато улыбнувшись, после опешив, — Стоп, а откуда вы…? — Яги сообщил мне о своих планах и о том, что собирается объединить две разные расы — вот реально балбес, — альфа подозрительно глянул на омегу, щурясь, — Хотя, от тебя по большей части волком несет, — на этом Мидория почувствовал, что его лицо вспыхнуло ярким огнем и казалось от этого в комнате стало светлее, — Неужели этот грозный альфа нарушил правила? Ведь последняя кровавая луна была этой ночью. — Н-нет, мы не… Да ни за что… — Изуку обхватил руками голову, пряча красноту: ему было ужасно стыдно, на что альфа рассмеялся, хлопая рукой по столу. — Да ладно, я шучу. Не буду влезать в ваше личное дело, ну, а если по-серьезному, то я оставил тебя поговорить о твоем отце, о родителях Бакуго и вожде вампиров, — лицо старика почернело, — Ты вкурсе из-за чего тогда случилась та трагедия? Мидория распахнул глаза. В голове забегали картинки из прошлого и парнишка поджал губы, а горло сжал сильный узел. — Вы о гибели моего отца и родителей Кач… Бакуго? Альфа кивнул, поднявшись со своего места и Изуку удивленно поднял брови вверх — он ожидал, что Гран Торино будет выше, а он на оборот ниже него. — Причина этого трехстороннего конфликта — ты… *** Бакуго уже с час ждет этого ботаника, а он все не выходит, блондин уже собирается сам зайти, как внезапно открывается дверь и оттуда выходит заплаканный Мидория. Их взгляды сталкиваются и омега спешит отвернуться. Альфа хватает его за предплечья, подводя к себе и пытаясь посмотреть в лицо, но кудрявый упрямо опускал его ниже. — Деку, чё случилось, чего он тебе там наговорил? — в ответ парень получил лишь качание головой и сдавленный всхлип. — Все хорошо, Каччан, — Мидория все же поднял голову, улыбнувшись кривой улыбкой с дрожащими губами. Глаза были красные и опухшие, на щеках еще остались мокрые дорожки. Сердце блондина отнялось и упало куда-то вниз, а злость обхватила его в крепкие объятия. Он уже собирался пойти и придушить этого урода, — знал же, что нельзя было оставлять Изуку там одного, — но вдруг тонкие, но крепкие руки обхватили поперек поясницы, не давая сдвинуться ни на миллиметр. Всхлип повторился, — и еще, — пока веснушчатый совсем не заревел, обнимая альфу, а Бакуго не просто стоял и ничего не понимал. Гран Торино смотрел на это в окно и камень на его сердце ослабил свою тяжесть: он был рад, что теперь Мидория знает правду смерти отца и «исчезновения» родителей Кацуки.