Миссия "свет Мельворана"

Начинало переваливать за полдень, когда степные ландшафты сменились лесом. Путешественники мирно ехали по тропе, Сильвия предавалась воспоминаниям, когда ее вырвал из транса звук падения чего-то очень тяжёлого. Это на дорогу с ужасным грохотом свалилось толстое бревно. Не дожидаясь, когда появятся те, кто это сделал, Фельтар спрыгнул с лошади и, схватившись за рукоять оружия, резко выдернул его из ножен. К большому удивлению ведьмы, в руках паладина оказался не одноручный меч, как она ожидала, а боевой посох священника с навершием в виде замысловатого украшения. При этом пояс и висевшие на нём ножны пропали — вспыхнув ярким светом, прежде чем исчезнуть. С невысокого склона спускались несколько вооруженных воинов в масках — обнаружив, что на дороге им уже готовы дать отпор, они сперва опешили… Неожиданно по лесу разнеслась птичья трель, и «цветик» улыбнулась. — Сир Алоралан, отпустите своё оружие.- сказала молодая женщина — и сама спешилась. — Как это понимать, госпожа Вейлис, — буркнул валари — с меньшей воинственностью на лице, но оружия не опуская. Сильвия сложила руки и поднесла их к губам, сцепив пальцы в сложную фигуру — исполнив ответную трель. К лесным воинам присоединилось ещё четверо, притом один отличался от прочих. Жестом он показал своим — убрать оружие. Ему подчинились. — Матушка Сильвия! — послышался молодцеватый мужской голос. — Как же я рад вас видеть! — Дориан! — улыбнулась в ответ ведьма, когда главарь спустился к дороге и снял маску. С материнской нежностью, она обняла молодого мужчину. — Но почему ты здесь, а не в академии? — Вы не знаете? — спросил лидер — жгучий брюнет с обветренным лицом бронзового оттенка. — Аборигены напали. Они словно появились из ниоткуда. Даже ворота от них не защитили. — Не защитили ворота? Как это понимать? — профессионально заинтересовался Фельтар. — Они перелезли через стены? — Сомневаюсь, — ответил Дориан. — При них не было никакого снаряжения для преодоления препятствий. Скорее, похоже на то, что они вышли из порталов… Кстати, мы не знакомы. Я Дориан Вираг. — Весьма наслышан. Фельтар Алоралан — паладин, — безучастно бросил Кайро, вначале промедлив, но затем приняв протянутую для приветствия руку. — Госпожа Вейлис мне буквально все уши вашими именами прожужжала. Молодую женщину словно разрядом ударило от тона, которым были сказаны эти слова, и она взглянула на своего спутника осуждающе. Дориан тоже опешил, вглядываясь в каменное лицо валари — оно, впрочем, выглядело так, словно тот ничего особенного не сказал. Валари смотрел на бревно, что в данный момент возвращали в боевую позицию. — Мы так сильно похожи на аборигенов, чтобы нападать на нас? — с лёгким налётом недовольства пробормотал Фельтар. — После нападения часто начали попадаться беженцы, заклеймённые поисковыми печатями, — ответил Дориан. — Так неприятель пытается найти ополченцев. — Поисковые печати? — кайро вскинул брови и задумчиво почесал подбородок, отчего проступающая щетина зашуршала. — Это имеет смысл. Но ты не похож на мага. Откуда вам известно про подобные вещи? — У меня очень хороший наставник, — ответил молодой мужчина, подмигнув ведьме. Сильвия отреагировала лишь улыбкой и проступившим румянцем. — Прошу простить наших солдат, что приняли паладина за врага! — обернувшись, Дориан погрозил им кулаком, в ответ на что они виновато опустили головы. — Столь высокие гости у нас редкость, но это не значит, что можно не включать голову и нападать на всех подряд, — приёмный сын ведьмы повысил голос так, чтобы было слышно даже на расстоянии. — Их удача, что не напали, — усмехнулся пожилой брюнет. — Нас тренируют беспощадно, и так же мы сражаемся с врагами! От священного воина исходила такая аура силы, что Дориан вдруг почувствовал, как впадает в ступор — всё его естество сотрясалось от дрожи, словно он в летней одежде вышел на сильный мороз, а ноги становились ватными и норовили предательски согнуться. С большим трудом ему удалось удержаться стоя, пошатываясь. — Мы разбили рядом лагерь, — выдохнул воспитанник, чтобы прервать неловкую тишину. — Я бы очень хотел, чтобы вы остановились с нами отдохнуть. — С радостью бы, но мы очень спешим, — ответил паладин. — Нам нужно попасть в город до заката. — Не выйдет, — понизил голос Дориан. — Из-за военного положения никого без грамоты не пропускают. Особенно в ночное время. Кайро скрипнул зубами, но ничего не смог ответить. — Выходит, нам нужно получить грамоту? — уточнила Сильвия. — Так точно, — ответил Дориан. — И есть только одно место, где их можно достать быстро. Выпрошусь у командира Натаниэля — как только получу разрешение, сразу поедем. — Натаниэль? — спросила ведьма. — Натаниэль Гордо? — Он самый, — отозвался воспитанник. — Благодаря ему мы выбрались из переделки живыми, но он получил раны и сейчас приходит в себя в лагере. — Показывай дорогу.- скомандовала «цветик», запрыгивая на лошадь. Понимая, что в город так или иначе не попасть, хмурый паладин проследовал за ними. Как и подобает военному лагерю, стоянка бойцов была устроена, пусть и наспех, но весьма добротно — позволяя выдержать даже небольшую осаду. Бледный герой юга лежал в своей постели — горя в лихорадке. Ложе окружали его подчинённые. Едва в помещении форпоста показалась Сильвия, лицо Натаниэля просияло едва заметной улыбкой. Впервые они встретились во время первой войны с еретиками, когда Натаниэль был ещё в звании рядового, а ведьма привела в их взвод свой отряд — тогда ещё зелёных «желторотиков». В ходе боевых действий молодой солдат, несмотря на юный возраст, был удостоен звания командора, а Сильвию отметили особой наградой за умение провести своих через боевую кампанию без потерь, не допуская ничего свыше лёгких ранений. Натаниэлю ещё тогда понравилась эта ведьма, но время было слишком уж неподходящим для романтических отношений. Да и лет ему в то время едва исполнилось 20. Иронично, но война свела их снова — теперь юг атаковали туземцы, атаковали слаженно и пользуясь необычными силами, а военные всей коалиции не понимали, как и с чьей помощью разрозненные племена островов так объединились и окрепли. Помимо Дориана, в лагере были ещё несколько ребят из нового отряда Сильвии, а именно: Ланзо, Элиас, Роби и Адриан. Времени на долгие приветствия не было совсем, и после торопливых объятий с «лилией» воспитанники вскоре уже сновали туда-сюда, а ведьма давала им указания. Для начала было необходимо сбить жар. Поэтому «цветик» заварила травы, сходные с мятой по аромату и действию. Смешав пару ингредиентов из своих запасов, магесса создала холод и быстро остудила настойку. Целебных трав в лагерных запасах было катастрофически мало, поэтому, приказав Ланзо, Элиасу и Адриану присматривать за командором, Сильвия прихватила с собой Роби и отправилась по окрестностям, чтобы поискать что-то стоящее внимания. — Не тяжела ноша, мой мальчик? — с материнской заботой обратилась Сильвия к Роби, потрепав того за волосы, которые постоянно стояли торчком. Кончиками пальцев пышка ощутила покалывания и убрав руку, увидела что кожа изрядно покраснела. - Прошу меня простить если сделал вам больно.- неожиданно послышался голос больше похожий на многослойное эхо. Рядом с ними прямо в пространстве появилось нечто похожее на угря в длину более трёх локтей. Было он очень необычным, помимо того, что плавал в воздухе, словно это была вода. Помимо усов в размере шести штук, на его голове находился росток со светом на конце. Особую красоту ему придавали плавники спинные, грудные, брюшные, и хвостовые в виде пышной вуали, переливающейся всеми цветами радуги. - Матушка Сильви, познакомься. Это Алавенайрис. Он мой фамильяр. Алавенайрис, это матушка Сильви.- представил их друг другу Роби. - Мне очень приятно.- манерно ответил радужный угорь. - Мне тоже очень приятно.- заворожённо проговорила "цветик" борясь с желанием потрогать нечто, дабы убедиться не мираж ли это.- Получается, что ты всё-таки стал грозовым магом, мой мальчик? — Поначалу меня это опустошало, но со временем я привык, — с улыбкой ответил юноша, наблюдая за грациозными движениями прекрасного угря. Мальчику едва исполнилось двенадцать, когда он начал подавать большие в управлении грозовой стихией — обнаружив это, ведьма отдала воспитанника в академию. Впрочем, для Роби иных вариантов судьбы и не существовало, как не существовало и возможности воспитываться в настоящей семье. И спасибо Сильвии — не будь её рядом, подросток бы никогда не познал материнской ласки. И не важно, что по крови эта женщина была ему совершенно чужой. В каком-то смысле ему даже повезло. Подобные ему — умирали, брошенные на улицах или становились калеками от непосильного труда, будучи проданы в рабство. В сущности, даже и ныне Роби не питал особых надежд, что когда-либо в жизни обретёт покой в семье. Но приёмная мать не позволяла его надеждам угасать, уверяя, что это время придёт — когда он возьмёт под контроль свои способности.

***

Поиски ингредиентов отказались более продуктивными, чем ожидалось. Впрочем, и поисками это назвать сложно — за пределами лагеря Сильвия и Роби сразу наткнулись на странствующую травницу, старую знакомую ведьмы. Когда-то давно Фалин Кантри — так звали травницу — хотела пойти по стопам подруги и стать светлой ведьмой, но потом выяснилось, что её призвание — зельеварение. И оно имело свои преимущества. Используя естественную силу трав, Фалин успешно боролась со старением, ведьмам же приходилось ради сохранения молодости колдовать. Отчитав подругу за легкомыслие — шутка ли, травнице, путешествовать в одиночку, в военное время — Сильвия тем не менее в глубине души была рада встрече и поспешила вернуться вместе с подругой в лагерь. Фалин творила настоящие чудеса — словно получила благословение у валарийских друидов. Натаниэлю стало легче, и он уснул. Одной проблемой стало меньше, но вскрылась другая. Военного повара убили во время осады. Хорошо, что хотя бы проблем с продовольствием не было. Сильвия взяла на себя роль кухарки. Через некоторое время все обитатели лагеря сидели у костра и у каждого была миска с «коронной» похлёбкой Сильвии — вообще-то, рецепт таковой знала каждая «цветик», но часто ли встретишь кашеварящую ведьму? Густая жижа вкусно пахла и ощущалась как неимоверно питательная, отчего редкому едоку удавалось прикончить более половины порции. — Кому добавки? — одухотворённо восклицала ведьма, опустошив всю свою миску. Все, включая Фельтара и Фалин, сокрушённо взглянули на ведьму. — Матушка Сильвия. — На лице Дориана появилась страдальческая улыбка. — Твоё кушанье по прежнему очень вкусное — но чувствую, что сейчас лопну! — Ну, ничего, — ответила молодая женщина, забирая у всех миски. — Чем чаще греть, тем вкуснее будет. Охваченный внезапным порывом, Дориан подошёл к ведьме и обнял её, словно дневных объятий ему не хватило. — Я скучал по вам, матушка! — бубнил рослый громила, как ребёнок, прижимая к себе магессу. — Я люблю вас и никакая другая мать мне не нужна! Кажется, Сильвию тоже захватил этот порыв — она с силой прижала к себе парня. — Я растила тебя как своего сына и люблю не менее настоящего! — она едва не начала рыдать, словно поняла, на что намекает Дориан. — Даже не заметила как ты вырос… Кажется, совсем недавно я держала тебя на руках, а сейчас ты выше меня! Сильвия вновь ощутила, как её затягивает в воспоминания.