An Armed Detective Family

      — Доппо, успокойся! — скомандовал Дазай, пытаясь успокоить взволнованного мужа.       — Как?! — воскликнул Куникида, театрально протягивая руки к звездам. — Это первый год Ацуши в обычной школе, и тем более его первый год средней школы!       Он действительно был прав, учитывая, что пара усыновила подвергшегося физическому и психическому насилию семилетнего Ацуши шесть лет назад. Из-за травмы, которую он получил, и полного отсутствия образования в детстве, его приёмные родители решили обучать его на дому. Даже мысль о том, чтобы позволить птенчику с переломанными в прошлом крыльями покидать гнездо каждый день в течение целых семи часов, казалась абсурдной.       Кроме того, Куникида был более чем квалифицирован, чтобы обучать своего сына. Ради всего святого, у него даже подходящее образование есть! Но он, на самом-то деле, никогда не работал учителем — его истинной страстью оказались частные расследования вместе с его любимым Осаму, и он был благодарен за это больше всего на свете. Но даже несмотря на это, он справлялся так же хорошо, как и любой старик, работающий в местной школе.       Но Дазай не был бы собой, если бы не уговорил его разрешить Ацуши пойти в обычную школу. Не без применения беспроигрышных методов, которые Доппо мог описать только как скользкие. Не говоря уже о том, что он действовал назло, если не получал того, что хотел (например, уходя отдохнуть с остальными членами ВДА и не ставя Куникиду ни в какую известность), и — о Боже, — он делал это лицо, это ужасно волшебное лицо, которому было просто невозможно отказать. И этим он окончательно перегибал палку.       — Да ладно тебе, — Дазай пытался успокоить его, массируя напряжённые плечи. — Ты ведь уже ходил с ним на занятия и поговорил лично с каждым из учителей. Если ты так беспокоишься из-за этого, то пойми — ты сделал даже больше, чем нужно, чтобы убедиться в его безопасности.       — Я знаю, — Куникида тряхнул головой, — но что насчёт того, как он приживётся в коллективе? Он ведь так и не завёл ни одного друга в школе, и я боюсь, что его могут обижать из-за способности.       Дазай закатил глаза.       — Мы уже разговаривали об этом. Если у него действительно не заладится, мы просто вернём всё на круги своя. Но, сладкий, ты ведь сам сказал, что у него совсем нет друзей. Школа будет прекрасным способом это изменить. Тем более, Танизаки тоже будут там!       Он взял Куникиду за руку.       — Хочешь лучшего для нашего сына — отпусти его, — Дазай застенчиво поднял брови и проворковал нараспев: — Если сделаешь это для меня, я, так и быть, позову Фукудзаву-доно к нам на ужин. Как ты и хотел.       Куникида сокрушённо вздохнул.       — Ничего плохого не случится, если мы ненадолго выпустим его из-под крыла…       — Именно! Я знал, что смогу переубедить тебя! — Дазай радостно встрепенулся, поцеловал мужа в щёку и ушёл мыть посуду. Куникида последовал за ним с сомневающимся видом.       — Ты действительно хочешь сделать все, чтобы я отпустил его, не так ли? Ты никогда не работаешь по дому, если я тебя не заставляю.       — Ага, — маленькие пузырьки мыла лопались вокруг пальцев Дазая, пока он скрёб сковородку.       — Но почему ты так сильно этого хочешь? — спросил Куникида, почёсывая затылок. Дазай отложил губку и сковородку.       — Вот видишь — он деланно упал в обморок прямо к Куникиде в руки и, приложив тыльную сторону ладони ко лбу, он наконец ответил. — Мы так давно не ходили на настоящее свидание!       — О чем ты говоришь? Я приглашал тебя на свидание в прошлую пятницу.       Дазай добродушно, но дразняще застонал.       — Пригласить меня на часок поужинать — это мило, но как насчет тех грандиозных романтических жестов, что были аж восемь лет назад? Как в тот раз, когда мы поехали на тот пляж в Калифорнию, чтобы просто проводить дни напролёт вместе? Разве это плохо, что я устал всегда работать и всегда учить, когда я не работаю?       — Но я…       — Чшш, — Дазай приложил палец к его губам. — Даже если я не делаю этого, это делаешь ты. И ты больше не меняешь своё расписание ради меня. И ещё ты всегда засыпаешь раньше, чем мы посмотрим хотя бы серию моего любимого сериала! А я, между прочим, отстаю аж на два сезона! Ты знаешь, какой это труд — избегать спойлеров? И ещё: в глубине души ты прекрасно знаешь, что мы не приглашаем Фукудзаву-доно только потому, что ты слишком устаёшь от работы и обучения Ацуши, и ты не сможешь показаться ему достаточно хорошим сотрудником.       Куникида обиженно сощурился.       — Окей, ладно. Я думаю, это будет хорошим опытом для Ацуши. Он должен начать жить как, не знаю, часть общества? И если с ним будут плохо обращаться, это не должно беспокоить его, учитывая, что он знает, что может просто пригрозить им своей способностью или сказать, что оба его родителя — сотрудники Вооружённого детективного агентства.       Дазай резко выпрямился, внезапно вспомнив о чём-то забытом. Ах да, о посуде.       — Знаешь, — добавил он, — если будешь постоянно переутомляться — быстро постареешь.       — Ты думаешь, я выгляжу достаточно старым?       — Возмо-о-ожно…       Куникида взял со шкафа журнал, свернул его и несильно ударил Дазая по голове.       — Подумай ещё раз и скажи снова.       И снова посуда откладывается. Дазай кладёт руку на щёку Куникиды и ласково ему улыбается.       — А даже если и так, ты всё равно остаёшься чертовски привлекательным.       — Иногда ты ведёшь себя настолько сладко, что мне хочется продать тебя в ближайшей кондитерской. Но это всё равно очень мило, — Куникида смущённо кашлянул. — Ты действительно думаешь, что с Ацуши всё будет в порядке?       — Я гарантирую это, — Дазай поднялся на носках, чтобы поцеловать мужа, но их прервало эхо шагов, прозвучавших в другом конце кухни.       — Ой, простите! — Ацуши появился сзади них. — Я правда не хотел вам мешать, но я тут думал о завтра… Я буду снова помогать в агентстве?       Дазай вновь довольно посмотрел на Куникиду и встал сбоку, приобнимая его за плечо.       — Вообще, завтра ты идёшь в школу.       Лицо Ацуши омрачилось удивлением.       — Чего?       — Мы запишем тебя завтра, — Дазай обнял Куникиду крепче. — Я пробил его каменную оборону и заставил согласиться!       Куникида смерил его усталым взглядом.       — Если я — каменная стена, то ты — трёхколёсный велосипед.       — Я запомню это сравнение, — Дазай посмотрел на него в ответ. Трициклы хоть и непредсказуемы в определенных обстоятельствах и легко ломаются, в конце концов, великолепны для детей и любимы многими родителями. Растерянной улыбки мальчика было более чем достаточно, чтобы доказать его отцам, что они сделали правильный выбор.       — Вы серьёзно хотите сказать, что больше не будете опекать меня круглые сутки? И я буду общаться с людьми не по Интернету или из агентства?       — В основном, да, — Дазай покивал немного, а после подмигнул ему. — Там ведь будут Танизаки, всё такое…       Была надежда на то, что Наоми воздержится от своих странных наклонностей в отношении брата, пока они будут в школе. Для Ацуши будет не слишком хорошо, если он будет водиться с этой инцестной парочкой, но его самого этого ничуть не волновало. Но если одноклассники примут его холодно, не будет никакой разницы между этим и тем, что Ацуши уже довелось пережить. По крайней мере, Дазаю казалось, что Ацуши подумает именно так       Ацуши заправил длинную прядь своей чёлки за ухо. Несмотря на возможные негативные последствия выбора родителей, он был более чем готов справляться с этим. Обняв своих отцов, он ушёл к себе в комнату и крикнул оттуда:       — Вы не против, если я напишу об этом в «Лунном звере»?       — В его блоге почти вся его жизнь, — нервно прошептал Куникида. — А если какой-нибудь подонок попытается его выследить?       — Мы эсперы, и он тоже. И я поставил слежку на его телефон, — прошептал Дазай в ответ, после обращаясь к сыну: — Только без своих фотографий, как и всегда!       — Хорошо! — крикнул он и бросился прочь, чтобы сообщить немногим своим друзьям об этом знаменательном событии.