Scars

      Meg Myers — The Death Of Me

      Бонни не любила ощущать себя слабой. Она должна быть сильной всегда, ради себя, ради близких, иначе вынести происходящее с ней после обретения магического дара будет невозможно. Так она считала. Но теперь понимала, что иногда стоит побыть слабой, позволить решать другим. В прошлый раз Бонни думала, что нашла отличный способ избавиться от опасного артефакта, и к чему это в итоге привело? Она стала сама опасна для других.        — Как ты? — с искренним беспокойством в голосе спросила Кэролайн. Она, как и братья Сальваторе, сейчас была дома у подруги. Друзья пытались решить, что же делать дальше, учитывая новые обстоятельства.        — Со мной всё хорошо, — ответила Бонни. Но, встретив недоверчивые взгляды, добавила: — По крайней мере, физически я нормально себя чувствую и полна сил. Правда, про моральное состояние не могу сказать так же… Я чувствую, будто что-то мерзкое пытается завладеть моими мыслями, руководить моими действиями. Я сдерживаю это изо всех сил.       Заодно Бонни пыталась сдерживать то, что так хотелось сказать этой компашке, ради которой она всегда из кожи вон лезла, забывала о своих интересах, рисковала жизнью, а им было мало. Бонни, помоги, Бонни, нам нужна твоя магия… И плевать, что она вымотана, морально устала. Насчёт чего по-настоящему переживала Кэролайн, так это о том, чтобы как можно больше затащить мужчин в свою постель. Клаус, Тайлер, Мэтт, даже Дэймон был в её списке, и наверняка он являлся не полным. Даже Стефану она не могла остаться просто другом.       А Стефан… Ему ли притворяться таким добрым, сочувствующим, учитывая, сколько крови было на его руках? Хотя старший брат вполне мог опередить его в этом. Если бы Энзо и Тайлер не уехали из Мистик-Фоллс, наверняка пали бы от их рук. Мысль была странная, но отчего-то чёткая. А сумасшедшее влечение к Дэймону ничуть не упрощало положение вещей, как и сомнения насчёт его истинного отношения к ней.       Бонни понимала, что многое из того, что ей так хотелось сказать — на самом деле не её, навеяно тьмой, что так прочно поселилась внутри. Она пробуждала самое плохое, что было в её душе, извращала, преувеличивала. Беннет держалась изо всех сил, чтобы не наговорить гадостей друзьям, зная, что потом пожалеет об этом.        — Точно нет никакого способа контролировать это? — на всякий случай поинтересовался Дэймон.        — Увы, нет, — покачала головой Бонни. — Это не то, что можно контролировать. Я пролистала несколько гримуаров, и нигде не сказано, что подобное кому-то удавалось. А кто пытался, тот попросту сходил с ума или погибал. Иногда забирая с собой невинные жизни.        — Такой судьбы я для тебя точно не хочу, — нахмурился Дэймон.        — Как и я для себя, — кивнула она. — Есть вариант — уничтожить человека-носителя. Только так можно избавиться от тёмной энергии. Это срабатывает, в отличие от уничтожения артефакта.        — Только не говори, что собралась пожертвовать собой! — возмутилась Кэролайн.        — Нет, это я не планирую, — ответила Бонни. Сейчас, на краю пропасти ей особенно сильно хотелось жить, любить. А ещё она устала рисковать собой, тем более, когда без этого можно было обойтись.        — Если бы эту тьму можно было просто как-нибудь вытянуть… — задумчиво протянул Стефан. Старший брат, услышав его слова, оживился:        — И такой способ, между прочим, есть. Маги из клана близнецов умеют вытягивать магию. Может, у Лиззи и Джози получится?        — Ты с ума сошёл?! — возмущённо выпалила Кэролайн. — Я не позволю рисковать своими дочерями! Представь, что будет с ними, если они получат такую тёмную силу?        — Они возьмут её не навсегда, — возразил Дэймон. — Вытащат из Бон-Бон и засунут в другое место. Мы создадим новый артефакт.        — Ага, и поменяем шило на мыло, — закатила глаза вампирша. — Столько сил потратили на уничтожение того рубина, и всё для чего? Чтобы создать новый артефакт, который Кай или Кэтрин украдут при желании. К тому же, даже временное поглощение такой магии может плохо сказаться на двойняшках. Я тоже хочу помочь Бонни, но это слишком опасно.        — Успокойся, Кэролайн, — вздохнула ведьма. — Мы не будем это делать. Я понимаю тебя и не позволю рисковать Лиззи и Джози.       Кэролайн благодарно улыбнулась ей. А Стефан в это время внимательно слушал их, что-то обдумывая. Дэймон заметил это и прищурился:        — Так, так. Мне кажется, или у младшего братца в голове созрела какая-то интересная мысль?        — Тебе не кажется, — ответил он. — Я действительно кое-что придумал. Но не уверен, что вам это понравится.        — Расскажи, и тогда мы решим, — промолвила Бонни. Кивнув, Стефан принялся излагать свою идею…

***

       — Кай… Кай… Проснись.       Ведьмак открыл глаза, услышав такой знакомый голос, и огляделся. В первую минуту ему показалось, что зрение обмануло его, ведь он засыпал рядом с Кэтрин, а сейчас вампирши не было в постели, зато на краю кровати сидела Бонни.        — Это что, сон? — хмыкнул Паркер.        — Он самый, — кивнула ведьма. — Не только тебе пробираться в мои сны.        — Мне кажется, что это было так давно.        — Так почему бы не повторить?       Кай внимательно посмотрел на неё.        — Зачем ты пришла в мой сон?        — Решила, что это будет самый удобный способ поговорить с тобой. И безопасный.        — Считаешь, что я опасен для тебя?        — Скорее я слишком опасна.       На несколько секунд её глаза стали совершенно чёрными, но вскоре это прошло. Бонни сидела спокойно, не делая попыток отстраниться, но и не придвигаясь ближе.        — Я так давно хотел, чтобы мы стали союзниками, Бонстер, — протянул Кай. — Сейчас это прозвище так подходит тебе… И вот ты здесь. Хотел бы сказать: в моей постели, но увы, это не совсем так.       Он хрипло рассмеялся собственной шутке. Бонни лишь выгнула бровь, слушая его не слишком связную речь, и её ледяное спокойствие странным образом напрягало.        — О чём ты хотела поговорить? — уже серьёзно спросил Кай.        — О той силе, что я получила, сама того не желая, — ответила Беннет. — Мне трудно с ней совладать. Полагаю, ты сам это заметил. Мне нужна твоя помощь.        — Разве ты не говорила сама, что мы по разные стороны баррикад, что нам союзниками никогда не стать? — произнёс он. — А теперь ты просишь меня о помощи.        — Теперь я готова быть с тобой на одной стороне, — заявила она. — Эта тьма меняет меня. Но благодаря ей у меня начали открываться глаза. Так называемые друзья всегда только пользовались мной, моими способностями, требуя всё больше и больше. Я тратила себя на них, хотя могла бы добиться настоящего могущества. Думаю, у меня могло бы это получиться рядом с тобой.        — Твои слова так соблазнительно звучат, но не ловушка ли это? — сказал Кай, на самом деле желая поверить ей.        — Встреться со мной и узнаешь, — улыбнулась Бонни, и её глаза вновь почернели. — Ты же всегда хотел меня и хотел эту силу.        — О да… — Паркер протянул руку, желая коснуться её, но она вдруг исчезла, словно растворившись в полумраке комнаты.       А в следующую секунду Кай резко проснулся и приподнялся на кровати. Кэтрин, спавшая рядом, что-то пробормотала, и ведьмак рухнул обратно на подушку. Он знал, что это был не просто сон. Он чувствовал, что просто обязан увидеться с Бонни в самое ближайшее время, раз она дошла до того, что сама пришла к нему в сновидениях.

***

      Дэймон задержал взгляд на доме, в котором сейчас ютились Кэтрин и Кай. Бонни удалось найти их новое пристанище, прорвавшись через магическую защиту, вот только этот дом никто взрывать не собирался. Для Сальваторе было делом техники навеять Каю нужное сновидение, уж в этом он поднаторел за прожитые годы, искусно позволяя другим увидеть то, что сам хотел.        Дэймон мог бы посмеяться над Каем, взаправду решившим, что это Бонни пробралась в его сон. Но слишком сильна была тревога насчёт того, как обернётся рискованный план Стефана. Вот только отступать было поздно, они уже сделали первый шаг. Оставалось надеяться, что он даст нужный результат, и Бонни удастся правильно сыграть свою партию.