Личный киллер

      – Дура, зачем ты только это сделал?! – я оборачиваюсь в темноте снова и снова, что бы найти обладателя этого великолепного голоса. Но, его не было. Звук был отовсюду, будто эхом отражался от стен пустой комнаты и оседал где-то глубоко в моей голове.

***

      – Малыш, держись... Не смей умирать... Не бросай меня одного... – такой чарующий, взволнованый и такой родной голос. Не помню откуда его знаю. Но, он таким теплом отзывается в моем теле.

***

      – Принцесса моя, ты сильная... Ты выкарабкаешься... – вновь слышу я отовсюду. Мне хочется выбраться отсюда, из этой темноты, но, она лишь сильнее окутывает меня. Не сильная жгучая боль начала появляться где-то в груди и с каждым словом этого чарующего голоса обострялась.

***

      Темнота поглотила меня всю. Сил бороться с ней больше не было. Но, в какой-то момент она меня отпустила и я оказалась на ярком свету.       Медленно открываю глаза и яркий белый свет сменяется чёткими очертаниями белой комнаты. Противный непрерывный писк заполнял комнату, оповещать, что сердце, подключенное к аппарату, больше не бьётся. Посреди стерильной больничной палаты стояла кровать. Лишь сделав несколько шагов к ней, я увидела, кто на ней лежит. Это была я. Светлые волосы разметались по подушке, бледная кожа, огромные чёрные синяки под глазами, остро выделялись скулы и ключицы. От увиденной картины я испуганно вскрикнула. По телу пробежал табун мушек.       "Как странно видеть свое же умершее тело. И что теперь будет?..."       Поток мыслей прервала рука, которая легла на мое плече. Самого прикосновения я не чувствовала, а лишь стойкий холод в этом месте. Медленно перевожу взгляд на свое плече и постепенно поднимаю его по руке.       Добрые мамины глаза смотрели на меня с любовью. Но, на лице было лишь недоумение.       – Мамочка, – я бросилась в её объятья. Но, вместо тепла был холод. И чем ближе я прижималась, тем холоднее было.       – Алина, почему ты здесь? Тебе ещё не время... – отстранив меня от себя сказала мама. Она внимательно посмотрела мне за спину и гримаса огорчения прокатилась по её лицу.       – Мамочка, у меня не осталось сил бороться. Я полюбила всем сердцем и душой, но меня обманули и предали... – со слезами на глазах говорила я, но мама лишь отрицательно покачала головой. Взяв за руку она вывела меня в коридор. Я с непониманием посмотрела на неё. Жестом кивнув куда-то в сторону, она отошла от меня. Переведя туда взгляд я замерла.       Егор. Взъерошенный, нервный и расстроенный он ходил из стороны в сторону, меряя шагами больничный коридор. Рядом с ним остановился врач. Высокий статный блондин смотрел на Егора с неким сожалением и волнением.       – Как она? – только сейчас я заметила на глазах у Егора слезы.       – Егор, скажи, что она для тебя значит? – не обращая внимания на вопрос парня сказал врач. По интонации, мне показалось, что они были более, чем просто знакомы.       – Она вся моя жизнь... – практически шёпотом ответил он, все также глядя на врача.       – Не буду скрывать, дела очень плохи. Ее сердце отказывает, промывание желудка и переливание крови не дают должны результатов.       – Так сделай что-нибудь, – рассверепел Егор, схватив врача за грудки. В таких любимых мной глазах цвета молочного шоколада было столько боли, что я чувствовала её на себе. А по родным щекам катились слезы.       Сейчас, после всего, зная кто он на самом деле и что он делал, мне все равно хотелось его крепко обнять и успокоить. Забрать его боль себе.       – Успокойся, – все тем же спокойным тоном проговорил врач, отцепляя руки Егора от своего халата. – Что ты будешь делать если она не выживет?       – Застрелюсь в тот же миг, – не сбавляя напора в голосе ответил он, доставая из-за спины пистолет. – Она лучшее что было в моей жизни. Только благодаря ей я начал видеть краски в этой жизни. Я люблю её. Понимаешь? – последние слова Егор проговорил тихо, но очень чётко, смотря прямо в глаза врача. – Я дышать без неё не могу... – взведённый курок и тихая фраза вникуда.       У меня перехватило дыхание от его слов. Такие искренние. Они так точно описывали наши с ним чувства друг к другу. Мы были глотком воздуха друг для друга. Мы стали спасением друг друга в этой жизни.       – Остановка сердца! – выкрикнула медсестра забегая в мою палату. Врач быстрым шагом отправился за ней. Вокруг началась суматоха, крики. Но, это не привлекали мое внимание. Я была сосредоточена на Егоре.       Он посреди коридора сел на пол и руками, уперевшись локтями в коленки, схватился за голову. Пистолет все также покоится у него в ладони. Его покачивания взад-вперед не давали толком разглядеть лицо. До ушей донесся тихий всхлип и еле слышные мольбы: "Не бросай меня... Я не смогу без тебя... Вернись пожалуйста... Не умирай..."       Боль в тысячи раз хуже пронеслась во мне. Все что испытала я, когда казалось, что моё сердце разбито не шло ни в какой счёт. Вот сейчас это был ад. Когда ты видишь любимого человека разбитым и умоляющим тебя и всевышнего. Вот сейчас настоящая агония. Хочу подойти, обнять его, забрать всю эту боль и страдания, сказать что я рядом. Но что-то упорно держит меня и не даёт даже сделать шаг в его сторону.       – Вот видишь, – сказала мама встав рядом со мной. Ее взгляд был прикован к шатену, сидящим посреди коридора. – Ты должна быть с этим мальчиком, это твоя судьба.       – Мама... – только сейчас я осознала что рыдаю. Она берет меня за руки и разворачивается к себе.       – Тебе ещё не время здесь быть. Ты должна быть там, с ним.       – Но как... – я не успеваю договорить, как мама резко обнимает меня и шепчет на ухо.       – Борись!       Резко пропал свет, будто перегорели все лампочки разом. Холод от маминых объятий исчез. Все звуки пропали. Осталась лишь я и темнота вокруг меня.       Я выберусь.

***

      Понемногу начинаю чувствовать свое тело. Оно было словно свинцом налито, а сверху придавлено огромной бетонной плитой. В голове каша из непонятных мыслей. Казалось, что я все ещё нахожусь там, на той стороне. Но это было не так. Я чувствовала тепло. Мою руку крепко сжимали в ладонях. Эти прикосновения я не спутал ни чьими. Это был Егор. Горячие губы коснулись внутренней части запястья. Мурашки табуном пробежали по всему телу, немного облегчая мое состояние.       – Алинка, – тихо прошептал Егор, и большим пальцем начал поглаживать мою кожу, не выпуская руку из своей ладони.       В голове всплыл его образ, сидящего на полу в коридоре и плачущего. Как он умолял вернуться и не бросать его. Сердце больно сжалось. Хотелось подорваться с кровати, забраться к нему на руки и крепко обнять. Целовать его щеки, стирая следы от каждой слезинки.       По крупицам, из каждой клеточки своего организма вытягиваю силы. Заставляю себя пошевелить хотя бы пальцами. Пробую раз, два. Но ничего. Мое тело отказывается меня слушать.       – Малышка моя, – вновь я слышу голос Егора. Он будто знает, что я его слышу, и пытается мне помочь. – Я умоляю, вернись ко мне...       С невероятными усилиями я открываю тяжёлые веки. В глаза будто песка насыпали. Расплывчатая картинка понемногу начинает приобретать более чёткие контуры. Снова пытаюсь пошевелить пальцами и эта попытка таки увенчались успехом.       Егор резко поднял голову и посмотрел на меня.       – Алинка, – радостно прошептал Егор. В его прекрасных глазах, цвета молочного шоколада, читалась сильная усталость. Только сейчас к ней добавилось ещё облегчение, которое очень быстро сменилось тревогой и напряженностью. – Малыш, прости меня, пожалуйста. Я знаю, ты не хочешь меня видеть...       – То..., что ты сказал в коридоре... правда? – запинаясь, хрипло спросила я, перебивая парня. На лице Егора появилось непонимание. – Про то, что застрелишся... если я умру, – уточнила я, внимательно вглядываясь в его глаза.       – Да, – не задавая лишних вопросов ответил шатен. Оторвав одну руку от моей, он завел ее за спину и достал пистолет. – Это очень ценная вещь. В нем всего одна пуля, которая предназначена только для меня. Я поклялся, что выпущу её себе в голову только когда потеряю смысл жизни. Смыслом моей жизни стала ты. И только тебе решать, что делать с ней, – серьёзно проговорил Егор, вкладывая пистолет в мою руку. Он был невероятно тяжелым, или мне так казалось.       Его слова помогли мне принять окончательное решение. Может я и пожалею об этом, но это будет потом...       – Егор, – позвала его я, заставляя взглянуть на меня. Все тело парня напряглось, а глаза выдавали тревогу. Осторожно кладу пистолет рядом на постель. – Забери меня отсюда... – тихо прошептала я, вглядываясь в шоколадные глаза. Буря эмоций пронеслась в них. Но остались лишь самые сильные: облегчение и любовь.       – Хорошо, принцесса моя, – ответил парень. Забрав пистолет с постели и вернувшись его в первоначальное место, Егор отсоединил от моей руки капельницу. Осторожно, будто он берет в руки хрустальную вазу, поднимает меня на руки и несёт к выходу из палаты.