Отправляясь в другой мир, не забудьте захватить полотенце!

Расслабиться – вот что бесценно. Нам с Геральтом выделили комнатку для водных процедур. Геральт с удовольствием стянул с себя броню, я же осмотрелся, сморщив нос. Купание красного коня предполагалось в деревянной кадке, да и весь этот зал какой-то обшарпанный, я уж молчу про то, что каменные стены холодные, а тем более не хотелось влезать в деревянную кадку. – Постой, Геральт, раз уж ты решил хорошенько помыться, устроим тут приличное помещение. – После полугода путешествий мне и это сойдёт. – Зато мне нет. Чародеи привередливы, знаешь ли! – Это точно, – хмыкнул ведьмак. Я поднял руки и стены разъехались в стороны. Типичное расширение пространства. Щёлкнул пальцами – пол из некрасивого каменного приобрёл мраморную плитку. Ещё пара взмахов и стены украсили золотые фонари с магическими светильниками внутри. На потолке появилась красивая роспись, а центр помещения занял большой бассейн, полный горячей воды. Источник свежей горячей и холодной воды я тоже создал – большой такой кран. Добавил выход воздуха – джакузи в бассейне это самое оно, чтобы расслабиться. И ещё одно усилие – некрасивые каменные стены покрыла мраморная плитка, золочёная лепнина в стиле рококо и прочие дизайнерские прелести, вроде колонн. Хлопнул в ладоши и материализовал музыкальные инструменты – не надо много ума, чтобы заставить их играть классическую лёгкую музыку. Вот теперь это выглядело как роскошные королевские купальни. – Чё за нахер? – Геральт смотрел на окружающее с прищуром, – ты чего сделал? – А что, плохо видно? Я сделал из этого захудалого уголка купальню, достойную великого чародея. А теперь можно и окунуться в свежую водичку. Ну-ка, пошли помоемся. Если Геральт, уже много раз видевший многие мои фокусы, удивился, то что говорить о дворцовой прислуге, которая вскоре вошла в зал. Это был пожилой седой мужчина с безупречными на вид манерами, он втыкал около минуты на изменившийся дизайн зала. Признаюсь, чуть-чуть передавил с роскошью – золотые статуи дев около стен и летающие по залу мелкие птички и искуственный водопад у боковой стены, может быть, были лишними… Но только не потолок с красивой иллюзией ночного неба, напоминающей мне о большом зале Хогвартса. – Позвольте поинтересоваться, что здесь происходит? – мужичок, вошедший в зал, оглядел меня, блаженно лежащего в пузырящейся воде. Геральт так и вовсе мгновенно разомлел от джакузи и практически отключился от внешнего мира. – Мы принимаем ванну, – заявил я, – а вы… – Я Камергер его императорского величества Эмгыра Ван Эмрейса, для друзей – белое пламя, пляшущее на курганах врагов. – Нифига себе имя, – прицокнул я языком, – какое-то длинное прозвище, даже для монарха. – Я до сих пор не знаю, откуда оно взялось, – заметил Геральт, вышедший из блаженного анабиоза. – С трудом себе представляю, чтобы человека так прозвали. Ну, если он конечно не имеет пристрастия поджигать могилы своих врагов. Что было бы очень некрасиво, даже для императора. – Может, просто сам придумал? – спросил ведьмак. – Вполне вероятно. – Я бы попросил не оскорблять его императорское величество, – взъерепенился камергер. – Да мы и не оскорбляем, просто думаем, откуда такое вычурное цветастое прозвище. Ты же камергер, вроде личного слуги? Тогда должен знать? – Это мне неизвестно. – Точно сам придумал, – хмыкнул Геральт. – Не любишь императора? – Последний раз, когда мы с ним виделись, он пытался меня убить. – Тогда я пойду с тобой. На всякий случай. – Смотри, монархи опасны даже для ведьмаков и чародеев. – Ты же знаешь, меня не взять каким-то остолопам с двимеритом в качестве главного аргумента, – улыбнулся я. – Только без членовредительства, пожалуйста, – попросил Геральт. – Если эти маглы зазнаются, превращу их в крыс. – Постарайся и без этого обойтись. Нам пора? – Вас ожидают, – Сказал камергер, посмотрев на Геральта с прищуром, – но сначала вас посетит цирюльник. Я первым вылез из воды и взмахнул рукой – обсушился и тут же создал на себе приличную одежду. Камергер чуть стиснул зубы. Чем ему не понравилась мантия насыщенно-апельсинового цвета, от которой настроение поднимается, не пойму. Но чтобы успокоить старика, поменял цвет мантии на «менее кричащий» насыщенный фиолетовый с серебристыми звёздочками. Камергера чуть удар не хватил. Геральт тоже оценил моё чувство вкуса. Я подождал, пока его побрили и камергер обратился ко мне: – Его величество ожидает одного ведьмака. – Это исключено, я пойду с Геральтом. – Я не могу вам этого позволить, – выступил он в принципиальную позицию. – Как будто я тебя спрашивал, – отмахнулся я от этого слуги, – веди нас и не тормози, мы и без того потратили много времени, чтобы сюда добраться. Я не отличаюсь терпением. Возмущённый и оскорблённый камергер по пути что-то инструктировал Геральту о том, как должны себя вести благовоспитанные люди в компании его императорского величества. Признаться, у меня он вызывал уже много недовольства… Хотя от такого императора и есть большая польза людям. Камергер привёл нас к большим дверям, за которыми скрывался кабинет императора. Маленький такой кабинетик… не то что у меня в Хогвартсе. Едва я зашёл следом за Геральтом, император отослал всех придворных из своего кабинета, те мгновенно улетучились… – Я просил привести только одного, – недовольным и несколько надменным тоном сказал император. – Простите, ваше величество, я не мог отказать. – Исчезни, – я махнул рукой, телепортировав камергера из комнаты, он мгновенно исчез, без спецэффектов, – итак, шесть долгих месяцев путешествия. Даже для монарха занять шесть месяцев моей жизни – это неслыханное дело и я искренне надеюсь, что дело, которое у вас к Геральту есть, важное, – я прошёл дальше по кабинетику, поморщился, взмахом ладони увеличил помещение вдвое, создал себе удобный диван, на который и сел, – разговаривайте, судари. – Ты кто такой, – нагло и с гневом власть имущего, спросил Император, – хочешь, чтобы я позвал стражу? – А мне что с этой твоей стражи? Испугаться что ли должен? У тебя было дело к Геральту и признаться, я заинтригован, ради какого такого хрена всё это затеяно. Не буду вам мешать. Похоже, я немало напряг и разозлил Эмгыра, и он позвал стражу. В зал ввалилась парочка гвардейцев, я махнул им рукой и они тут же вышли из зала, повинуясь ментальному внушению, что всё в порядке. – Не трать время зря. Излагай дело, ради которого ты вызвал Геральта. Убить какое-нибудь особо опасное чудовище? – Важнее, – Эмгыр заложил руки за спину, – но прежде я хотел бы узнать, кто ты такой. – О, я не представился, где же мои манеры, – вместо того, чтобы встать я закинул ногу за ногу, – Гарри Джеймс Поттер, директор школы чародейства и волшебства Хогвартс, верховный чародей визенгамота и председатель международной конфедерации магов. – Значит, сильный чародей? – Он самый. – Твоя помощь тоже может понадобиться, – Эмгыр изменил тактику и игнорировал моё обычное отношение к власть имущим, – мне нужно, чтобы ты, Геральт, нашёл мою дочь Цириллу, – сказал он, повернувшись к портрету. На стене висел огромный портрет девочки лет семи, которая имела вид самый недовольный, одета она была в просторное платье. Судя по портрету, это платье ей подходило как корове седло… или скаковой кобыле – колокольчик. – Милая девочка. Однако, я не могу её найти, – вздохнул я, – уже пробовал. – Ты? И зачем тебе моя дочь? – строго посмотрел на меня император. – Потому что она – одна из причин, по которой я нахожусь в вашем захудалом мире. Она мне нужна, чтобы вернуться обратно, так как она знает координаты моего мира. Я могу бесконечно блуждать по сотням и тысячам миров и измерений, в поисках своего родного. – Способности старшей крови, – кивнул Геральт. – И это тоже. Значит, вы ищите Цири? И как результаты? – Йенифер скажет о результатах больше. Если вы найдёте Цири, то я отблагодарю вас целым состоянием, – посулил мне деньги. – Обойдёмся без наград, – отказался я, – Геральт? – Я начну искать сейчас же. Но не ради денег. – Ведьмакам же тоже нужно что-то есть? – Не пойми неправильно, Геральту деньги не нужны по своим причинам, а мне потому, что у меня их больше, чем у всей твоей империи, – я поднялся с дивана, – значит, идём искать Йенифер. Геральт, берись за руку. До встречи, Император! Прежде, чем тот ответил что-то, я сцапал Геральта за плечо и перенёсся посредством мгновенного перемещения к Йенифер. Мы оба появились мгновенно около чародейки. Геральт чуть было не упал, сморщился и стиснул зубы: – Ненавижу. Блять. Порталы! – Это не портал, а трансгрессия, если тебе вдруг интересна. – Один хер! – возмутился ведьмак. Мы оказались в небольшом, но благоустроенном, по сравнению с остальными, зале. Здесь уже была Йенифер, я огляделся, присмотрел себе интересный приборчик, который стоял тут. Геральт полез обнимашки делать, но был отшит и Йенифер завела с ним разговор о Цири… – Эй, ты, отойди от моего мегаскопа! – Она наконец-то заметила меня. – Агась. А как он работает? – Ты что, никогда не видел мегаскопа? – Неа. В нашем мире такой фигни нет, – покачал я головой. – Странно. – Может быть потом подиспутируете о магии? – Обязательно, – Йенифер отвлеклась, – на чём мы остановились? Ах, да, точно. Я пыталась связаться с Трисс в Новиграде, но там сейчас настали тяжёлые времена. Радовид устроил охоту на чародеев и ложу. Появляться в городе опасно, церковь вечного огня постоянно ищет чародеек. Ведьмаков они пока что не хватают, но кто знает… Геральт посмотрел на меня вопросительно… – Я буду рад пролить кровушку всяких охотников за чародеями, – пожал я плечами. – Ты серьёзно? – Серьёзней некуда. Ну что, поехали? Ах, да, покажи, как эта штука работает! Мегаскоп – интересный прибор, очень интересный. Основывался на свойстве каких-то местных кристаллов и позволял чародеям связываться друг с другом. Такое себе переговорное устройство, создающее проекцию, а ещё мог служить для записи. Правда, запись ограничивалась фрагментом, и вообще, жалкая пародия на Омут Памяти, который позволял извлекать любое воспоминание и просматривать его. Я был разочарован, но только отчасти – некоторые функции прибора всё же очень удачные. – Неужели в твоём мире чародеи не пользуются мегаскопами? – Не, у них есть много других приборов, но мегаскопов я пока что не видел. Например, волшебные палочки. – Фи, как это некультурно – махать палкой. – Не то слово, – кивнул я, – но они уже слишком зависимы от этого костыля. Большинство, по крайней мере. Частично мегаскоп заменяет омут памяти, позволяющий просматривать свои воспоминания, частично – каминная сеть. Йенифер спросила про омут памяти и я достал свой – это была большущая гранитная чаша, в которой клубилась волшебная дымка. Я извлёк воспоминание о разговоре с Эмгыром и предложил Йенифер окунуться. Надолго она не задержалась – просмотр воспоминаний идёт быстро, гораздо быстрее, чем длится само воспоминание – через пару секунд она уже побывала в виде бесплотного духа в кабинете императора и наблюдала наш разговор. – А ты храбрый. Император не простит тебе наглости. – Да мне побоку, – отмахнулся я. – Можешь показать воспоминания о твоём мире? – Без проблем. Я набрал интересных воспоминаний. О волшебном мире, об обычном мире маглов, о путешествиях на кораблях, особенно меня впечатляли гигантские сухогрузы маглов… Впрочем, и в волшебном плане было чем поделиться – например, воспоминаниями о моей школе, Хогвартсе. После становления директором я изрядно поменял школу, провёл капитальный ремонт всех построек и пристроек, так что Хогвартс стал намного красивее и внутри и снаружи. И намного волшебнее. Пара воспоминаний о чемпионате мира по квиддичу двухтысячного года – сотни тысяч чародеев со всего света, целыми семьями, и многое другое… Йенифер выбралась из моих воспоминаний ошалевшая, словно её ударили пыльным мешком посреди бала – приложила руку ко лбу: – Какого хрена у вас целые семьи волшебников? Разве чародеи не стерильны? – Что? Глупость какая, – отмахнулся я, – нет, конечно. Хотя плодовиты только Уизли – шесть братьев и одна сестра. Последняя моя гордость и ученица, – улыбнулся я, – стала министром магии. Именно из-за её просьбы я застрял в вашем мире. – Бред, – Йенифер тряхнула головой, – а эти, как их, маглы… Я не понимаю. Как можно построить корабль из металла? Да ещё и размером с целый замок? Без магии подобное невозможно. – Если брать в расчёт только технологии вашего мира, то да, безусловно. Однако, маглы легко могут создавать удивительные вещи. Многие волшебники считают, что волшебство продержится недолго под натиском магловских технологий. В конце концов, рано или поздно, волшебник не сможет с помощью магии творить чего-то принципиально лучше, чем могут маглы и надобность в магии отпадёт. – Дааа… – протянула Йенифер, – в это трудно поверить. – Не спорю, трудно. – Должно быть оружие немагов ещё более удивительно. – И не говори, – я содрогнулся, – лучше не будем об этом. – Почему нет? Немагический быстрый транспорт очень интересен с экономической точки зрения. * * * А чем в итоге закончился разговор двух чародеев? На Геральта все забили, его вытолкали из зала отдыхать, а я пошёл с Йенифер. Глупой она не оказалась и быстро перевела увиденные технологические и магические чудеса на экономические рельсы. По всему выходило, что с помощью оных чудес можно перевернуть экономику вверх дном, поднять флаг и ему салютовать. Образно выражаясь. Йенифер больше остальных заинтересовали магические средства перемещения. Почему – я узнал тут же, оказывается, она ненавидит лошадей и путешествия на них. – В таком случае метла – лучший транспорт. Она компактна, легка, может летать и довольно быстро летать, да и к тому же не требует особо сложных навыков. В Хогвартсе учатся на первом курсе полётам – это детишки одинадцати лет, едва от маминой титьки оторванные. Хотя большинство чистокровных летает и до поступления в школу. – Всё равно, это как-то… сказочно, – поморщилась Йенифер, – к тому же без чародея она бесполезна. А между тем, перемещение грузов – довольно опасное и сложное занятие, если ты путешествовал, то уже мог в этом убедиться. – Да, нам часто во время пути приходилось уничтожать всяких тварей в лесу. Но обычно всё заканчивалось тем, что я создавал самонаводящиеся разрушители и всё. – Разрушители? – Да, заклинание, которое я разработал, – улыбнулся я, – очень интересное и опасное. Это скорее артефакт, чем заклинание, – я достал из кармана пару шариков, подбросил их в воздух. Шарики зависли в воздухе и увеличились до размера теннисного мяча, обросли металлическими гранями, словно сверло по металлу, только сферическое… – я взял зачарование из игры Квиддич. Там в Квиддиче есть такие мячи, которые сами следуют за игроками и пытаются их сбить с метлы, Квоффлы называются. Однажды один домовой эльф зачаровал квоффл и тот носился за одним из игроков, пытаясь его покалечить. Тогда мне пришла идея – и я создал эту прелесть. – Интересно. И как он действует? – Разрушитель вращается со скоростью в двадцать пять тысяч оборотов в минуту. Четыреста шестнадцать оборотов в секунду, вращаясь на такой скорости, разрушитель легко прорезает себе путь через любые препятствия. Форма его похожа на сверло, – я взял шарик в руку и провёл им по камню. Острая грань легко оставила на каменной стене большую борозду: – он очень острый и твёрдый, так что когда вращается с огромной скоростью, проходит через камень или металл, срезая слой за слоем. Управляется мысленно, но может быть настроен на определённого врага и следовать за ним, стремясь убить. – Довольно полезная вещь, – прищурилась Йенифер. – В нём есть фильтр атаки, я настроил этот на всех тех существ, что встречались нам на пути. Лешии, утопцы, гнильцы, трупоеды. Хочешь такой? – Не откажусь. Я передал шарик Йенифер: – Управление мысленное. Чтобы активировать, нужно этого пожелать. И предупреждаю – магические кинетические барьеры и щиты его останавливают только так. Он только против физических объектов. Так что в бою с магом вещь не бесполезная, только разве что внимание отвлечь. – Всё равно, эта вещь – настоящее сокровище. Думаю, безопасное путешествие того стоит. Но вернёмся к нашим баранам, я кажется говорила про транспорт?