Паучьи булочки

Вы когда-нибудь видели, как умирает Ваш любимый человек? Нет-нет, не просто умирает от болезни в своей постели, или садится на обречённый рейс под номером «666», или его повалил лев, когда вы охотились на сафари, или когда решил оседлать самую высокую волну, но не рассчитал сил, и морская пучина его сожрала. А именно видеть, как медленно его разъедает сволочь по имени «рак», как понемногу организм съедает сам себя, а Вы — Вы! — ничего сделать не можете, ведь странный ошейник нельзя снять, а супер-сила, что у него была — перестала работать? Не было? Даже чуть-чуть? А вот у Питера было.

***

Когда среди ночи позвонил Тони — Паркер еще не паниковал. Ну, захотелось позвонить среди ночи, узнать, как у них дела, ну и что, что обыкновенный студент и экс-наемник в это время спят, и, вообще-то, они устали за прошедшие день и ночь (у Дэдпула просто огромный аппетит), и даже с регенерацией Питер еще еле-еле двигался, его звонок, конечно же, не доставил хлопот. Только для Уэйда, которому пришлось идти за коммуникатором Питера на кухню. Просто именно там были разбросаны его вещи. Не стесняясь того, что на нем нет, эээ, ничего, мужчина нашел орущее устройство в раковине (благо не шлепнулось в измельчитель) и с видом героя (к сведению, я и так герой! Геморрой ты, тише!) понес его в спальню, мальчишке. — Питти, если бы я не был твоим единственным папочкой по умолчанию, то обиделся бы. Кто звонит тебе среди ночи?! — наемник, прошу прощения, экс-наемник плюхнулся на кровать, где ногами у изголовья лежал выжатый парень. — Это коммуникатор Мстителей, — пробубнил в матрас тот. — Нас вызывают. — В, — Дэдпул глянул на часы на тумбочке, — 3.56 ночи?! Питти, ты точно мне не изменяешь? — Ты издеваешься?! — воскликнул юноша, кое-как приподнимаясь на локтях. — Куда еще?! — и снова без сил уронил голову на кровать. Уилсон (нет-нет, он ни в коем случае не гордо усмехнулся, нет, он просто хмыкнул, да, хмыкнул, и только) хмыкнул и нагнулся к волосам юноши. Поцеловал в макушку. Питер очень шумно выдохнул. Вытащил руку из-под одеяла и протянул ладонь. В нее послушно сложили орущий коммуникатор. — Да? — он не старался придать голосу бодрость и веселость, наоборот, тот был максимально выжатым и бессильным. — Питер! Почему так долго? — тут же появилось изображение Железного Человека. — Потому что люди в это время спят! — встрял Дэдпул. — Или занимаются чем-то еще… — гаденько усмехнулся он. Глаза Тони стали больше, а вид злей, чем вообще когда-то. Ладно, возможно почти так же, как когда Уэйд вычистил все тайники, что Старк сделал в Башне и тот узнал об этом во время важного совещания. — ЧТО ТЫ С НИМ СДЕЛАЛ?! — если бы он мог, то дышал огнем, словно Смауг. — Ничего из того, о чем бы он не просил, — усмехнулся Уэйд. — Я ТЕБЯ ИСПЕПЕЛЮ! — Дэдпул сделал невинный вид. И правда Смауг. Смауг Старк. Тут на заднем плане зазвучал как всегда спокойный и нежный голос Капитана. — Прекрати, они живут вместе, почему… — НО ЭТО ЖЕ… — Тони, — и вот тут и юноша и экс-наемник удивленно смотрели на экран. Стив смотрел на Старка, и тот сначала пыжился, а потом отвел взгляд, и даже синева экрана не скрыла, что он покраснел. — Итак, у нас появилось дело. Нужна ваша поддержка. — Сейчас? — Питер состроил печальные глаза. Роджерс уже открыл рот, чтобы оставить парня в покое, но вмешался Старк. — ДА! Живо! — и отключился. Питер вздохнул, снова зарываясь носом в простыню, и простонал. Дэдпул тут же удивился. — О, ты уже готов? — он провел рукой по выемке позвоночника, опустился на поясницу и остановился на ягодицах. — Нет! Нет и нет, — покачал головой юноша, стараясь откатиться как можно дальше от руки и желательно от Дэдпула. Вообще-то, вполне возможно, Паркер и повторил бы те, ммм, три раза, но миссия давила на него больше морально, чем физически, поэтому отбивала и желание, и, ну, желание. А Уэйд просто валял дурака (это у него получается лучше всего) и, конечно, не собирался сексуально выжимать из мальчонки все. Да, он бы не отказался, у него либидо, как у Дьявола, но и мозги хоть немного, да есть, как и понимание, что перебарщивать не стоит. — Может, я могу помочь? — тихо спросил он, просто покрывая легкими, ни к чему не обязывающими поцелуями лопатки юноши. — Поделиться там супер-силой и все такое, — Питер прыснул в кулак, снова приподнимаясь на локтях, прикрывая глаза от нежности грубых губ. — Сомневаюсь, что такое возможно, — ведь мутации или супер-силу нельзя просто так выключить или включить, это же не свет в туалете. — Но душ должен привести меня в порядок, — улыбнулся Паук, пытаясь подняться. — Я могу составить компанию… — обольстительно улыбнулся Уэйд. Попытался. С его-то рожей. (ЭЙ!) — О, нет и еще раз нет, — пригрозил пальцем юноша, оборачивая простыню вокруг бедер, чтобы не провоцировать мужчину, конечно, это не очень помогло, если судить по тому, как сверкали его глаза. — Именно с этого все началось, поэтому больше я на это не куплюсь, — и поковылял в ванную, под горячую, а потом холодную воду. Приходить в себя. Но рожа реально стрёмная Ты откуда взялся? В смысле, конфетка? Мы всегда здесь!

Если мы не будем заполнять пустоту, у него в башке эхо появится, как в огромной пещере

Шутки про бывшую? Не сейчас!

***

Кое-как собравшись (все сборы, на удивление, замедлял Дэдпул, который ныл, что нужно остаться дома, а на миссию послать своих клонов, потом понял, что никаких клонов у них нет, а чудо-принтер был в мультике и вряд ли как-то к ним перенесется, потом предложил кинуть все на Стивена или Логана, но Питер смерил его красноречивым взглядом, означающим примерно «еще раз сморозишь подобное и будешь вести монашеский образ жизни», что заставило мужчину замолчать. Минуток на семь, а потом он снова начал выть, мешая Паркеру натянуть костюм. Никогда бы Паук не подумал, что будет насильно одевать Дэдпула, Болтливого Наёмника, хоть от этого прозвища и осталось лишь первое звание), они выдвинулись на Башню, чтобы с ее крыши вылететь на задание. Кроме них в самолете были Соколиный глаз и Сокол. И вот, никто ничего не хочет сказать лишнего или грубого, но… Этих двоих вырубили на первом же акте представления, поэтому толку от них было не много. Они без сознания валялись в углу, привязанные друг к другу. У обоих что-то алело на лбу. Питер и Дэдпул сражались до последнего, но у противника был козырь — еще около двадцати людей из хреновой задницы, поэтому стало слишком горячо. В прямом смысле. Мутант создавал огненные фаерболы и швырялся ими в парней. Паутина сворачивалась, словно обожжённая атласная лента, толку от нее не было, да и заканчивалась уже. А Дэдпула пригвоздили к стене. Конечно, он не особо расстраивался, ранения заживут, пули выскочат из-за заживленной плоти. Так предполагалось. Но мутант (мудант он!) вытащил какой-то странный ошейник с зеленым огнем. Мужчина распахнул глаза и стал изо всех сил вырываться. — Я эту дрянь снова не надену! Это вызовет коллапс и выброс авторских прав! — но ошейник защелкнулся, огонь мигнул красным. И Дэдпул повис сломанной куклой на штыках собственной катаны. Он бледнел на глазах. Питер смог кое-как подползти к нему. — Что… что с тобой? — дышать было сложно, скорее всего были пробиты легкие. — Знаешь, — Уэйд прокашлялся. Это была кровь, — до того, как я стал эдаким секси-авокадо, у меня нашли такую штучку, рак называется, но… — снова кашель, снова кровь. Питер был умным, он все понял сразу. — Ошейник блокирует мутацию? Ты… не можешь излечиться? — было больно, но не телу, было больно где-то глубоко в душе, где-то в сердце. — Прости, малыш, что я так… Без цветов, без открытки, — он кашляет, из ран течет кровь, заливая все вокруг. Питер еще долго не сможет вымыть ее из ткани, поэтому просто сожжет, а Тони не станет на него кричать, а просто поймет, крепко обнимет, зашептав «ничего, ничего», пока мальчик будет плакать в его плечо. Он не сможет вернуться в их квартиру, даже за зубной щеткой, не сможет войти туда и увидеть вещи — следы их счастливой жизни. Куски от пиццы, следы в потолке от ножей и катан, гильзы, выстроенные в ряд, дартс, где была пришпилена фотография какого-то политика, которого никто из них не знал. Когда он будет стоять на пороге квартиры Стива и Тони, те просто обнимут мальчика, ничего не скажут, а лишь будут рядом, чтобы горе не съедало его душу полностью. Они поймут. И ничего не будут требовать. Тони не станет говорить, какой это был плохой выбор, ведь поймет, что это был выбор Питера, а его сердце не может ошибаться. Только это самое сердце будет болеть, оно будет кровоточить, и ничего не сможет его излечить. На учебу он забьет, на мир — тоже. Нэда будет игнорировать с три недели. А потом вызовется на миссии и впервые перешагнет через свои принципы. Он выследит всех, кто был в той банде, и убьет. Пригвоздив к стене, с ошейником на шее. — Я, простите, что так врываюсь тут в вашу драму, и, ничего не подумайте, вид Паучка, что крошит бошки, чертовски заводит, но… Зачем хоронить мышь, если она не дохлая? — Какой пароль? Отвечай! — Соколиный глаз устремил стрелу прямо в глаз муд…чудака с огненными шарами (чем-чем?). Все же те двое не настолько бесполезные. Конечно, он молчал, но Паучок был слишком в ярости, поэтому вытащил катану Дэдпула (тот влюбился в него еще сильней) и воткнул лезвие в ногу мутанта. — У меня есть идея, — и надел на того еще один ошейник. — Итак, у тебя есть два варианта: или ты говоришь пароль к его замку, или… я воткну тебе стрелу в глаз, и она разорвет твой череп, — он стоял перед истекающим кровью мутантом, скрестив руки на груди. Маска была местами порвана, как и сам костюм, но кого это волновало! Его парень, его мужчина сейчас истекал кровью и одновременно умирал от рака, какая к черту разница на костюм?! — Итак?.. Мутант зарычал, но ничего не смог сделать. Его сил не было, его союзники пали, поэтому… — 783, — выдохнул он. Паркер тут же побежал к Дэдпулу, распахнул панель с цифрами и набрал код. Замок щелкнул, загорелся зеленый огонёк, и ошейник упал. — Малыш, если ты… — Понежничаете потом! — донесся голос Сокола. — Нужно закончить. — Если вы не заметили, я тут слегка умираю, поэтому имею право! — закричал Дэдпул, откидываясь на стену. Питер вытаскивал оружие из стены и его тела. Мужчина чувствовал, как тут же начинают регенерировать клетки, как кровь медленно сворачивается, а легкие очищаются. — Оставь их, — прошептал Соколиный глаз, тронув коллегу за плечо, уводя. Когда все было закончено, они вернулись домой. То есть сразу с самолета. Дэдпул взял своего малыша на руки и прыгнул. За кольцо парашюта пришлось дернуть Паучку, но все же они приземлились на крышу дома и тут же направились в квартиру. — Знаешь, малыш, когда ты вонзил катану тому пентюху в ногу, я прям… знаешь, не будь я на грани смерти, то… — Паркер соскочил с рук мужчины и, вытащив потайной ключ, отпер дверь. — Я просто потерял голову, я так испугался… — выдохнул юноша, отперев, но не открыв дверь. Он прижался лбом к древесине и глубоко вздохнул. Еще никогда он не чувствовал такого страха потерять кого-то. Он волновался за Мэй, но та была дома, в безопасности (Мстители следили за этим), а Уэйд… он правда мог умереть! То есть насовсем, не просто остаться головой, которая отрастит себе ноги и прочее, не просто москитной сеткой, а умереть по-настоящему. С Питера хватит смертей. Он не готов отпустить от себя мужчину. — Хэй, Питер, — сильные руки оплелись вокруг талии, прижимая к горячему телу. Так было радостно чувствовать его рядом. — Все кончилось, ничего не случилось, и я продолжу надоедать тебе еще с несколько лет, — нос уткнулся в макушку. Питер старался дышать, но выходило плохо. Вид умирающего мужчины не хотел уходить их головы. Он сжал ладонь в кулак. — Я… — голос сорвался. — Я здесь, Питер, — Уэйд развернул мальчика к себе резко. Снял его маску и свою. Смотрел в глаза. На щеках виднелись следы от уже высохших слез, но новые уже скапливались в уголках глаз. — С тобой, малыш, только с тобой, — и он покрывал поцелуями лицо мальчика, сцеловывая старые и новые слезы, крепко обхватив его руками. Мёртвой хваткой Паучок вцепился в эти руки. В любимые руки. — Я не хочу видеть, как ты умираешь, не хочу! — зажмурился юноша. — И не увидишь никогда, — Уэйд зафиксировал лицо юноши за подбородок и поцеловал. Не торопясь, нежно, с привкусом обещания и так крепко, как самое крепкое вино в погребах Ватикана, так как любил его. Через неделю объявили о том, что команда неизвестных нашла и уничтожила склад с новыми разработками военных, которые исследовали и создавали специальные приспособления для «отключения» генов, отвечающих за мутацию, тем самым превращая мутантов в обыкновенных людей. Питер никогда так крепко не прижимался к Дэдпулу во сне, и хоть ему было неимоверно жарко, он не отпускал того из объятий. Всю ночь.