Река, стремящаяся к морю.

Ван Цзи чувствовал, как до сих пор дрожат его руки. Он стоял под струями тёплого душа и всё не мог поверить, что ещё полчаса назад впервые за всю свою жизнь кончил, лаская другого мужчину. Только лишь чувствуя тепло тела Вэй Ина и наслаждаясь объятиями его рук, которые то с силой сжимали его, то впивались ногтями в кожу, не зная, как поудобнее ухватиться, он был почти готов излиться, не прикасаясь к себе. Все те поцелуи, наполненные горячим дыханием и стонами, казалось, навсегда застыли в голове Ван Цзи. От одной лишь мысли о произошедшем по его коже пробегали мурашки, а уши начинали отчаянно краснеть. Смахнув с лица капли воды, стекающие с мокрых волос, Ван Цзи закрыл кран. Теперь он яснее ясного осознавал, что те чувства, что дали в его сердце корни, не были фикцией. Он действительно хотел быть с Вэй Ином. Желал помогать ему каждый день. Радоваться вместе с ним и делить трудности, будь те надуманные или вполне себе серьёзные. И ему было абсолютно плевать на предрассудки; на слова, что наверняка обрушатся на него из уст дяди, узнай тот о выборе племянника. Всё это не волновало Ван Цзи. Тревожило его другое. А именно: было ли всё произошедшее для Вэй Ина столь же серьёзным, как и для него? Да, Ван Цзи ясно и отчётливо видел лицо магистра, когда предлагал ему встречаться. Взволнованное, залитое румянцем – в тот момент оно не позволяло усомниться в искренности чувств своего хозяина. И пусть собственные слова Ван Цзи сорвались с его губ спонтанно, он всё же прекрасно осознавал на что идёт. Но было ли всё также и с Вэй Ином? Не поддался ли тот моменту и не жалеет ли сейчас? Ван Цзи снова глубоко вздохнул и, мазнув ладонью по запотевшему стеклу, посмотрел на своё отражение. Он прекрасно понимал, что такого рода близость, что случилась между ними, не всегда несёт сакральный смысл. Но Вэй Ин, взволнованный, напуганный, взвинченный, не позволял думать обо всём легкомысленно. И это путало Ван Цзи ещё сильнее. Душа магистра вообще казалась ему непроглядной чащей. И сколько бы он не смотрел на него, сколько бы ни старался, не мог отличить игру от яви. Ван Цзи не понимал по-настоящему ли тот шутит или это просто его способ скрыть собственные чувства и смущение. И это непонимание больно задевало его за живое. — Лань Чжань? — голос Вэй Ина из-за двери вывел Ван Цзи из раздумий. Отодвинув в сторону стеклянную дверь, он взял одно из ранее оставленных ему полотенец, промокая первым делом лицо и влажные волосы. — Я уже выхожу, — на тёплый пушистый коврик за порогом душевой кабины было приятно становиться ногами. Несмотря на изобилие ненужных, по мнению Ван Цзи, вещей – в квартире Вэй Ина было весьма уютно. И этот самый уют был соткан именно из вот таких вот простых мелочей, как наклейки уточки на гладкой поверхности пола в душевой, пушистый коврик для ног, странного вида мочалка. Последняя, кстати, особенно озадачивала Ван Цзи. — Можешь не спешить, — голос Вэй Ина послышался уже не столь приглушенно. Почувствовав прохладный воздух, пробежавшийся по ногам, Ван Цзи с интересом посмотрел на дверь. — Я нашёл чистые вещи, что должны тебе подойти. Мне они слегка великоваты, а значит тебе должны быть в самый раз, — бодро отчеканил Вэй Ин из-за приоткрытой двери. Но, несмотря на бойкость и напущенную весёлость, в его голосе то и дело проскальзывали взволнованные нотки. — Возьмешь? — он протянул в просвет руку, по-прежнему не решаясь даже заглянуть. — Мгм, — Ван Цзи аккуратно забрал неровную стопку вещей, невольно погладив большим пальцем приятный на ощупь материал, — спасибо. — Не за что, — в голосе Вэй Ина послышалась мягкая улыбка, что помогло Ван Цзи немного расслабиться. Пусть он не понимал временами серьёзен ли в своих словах магистр или нет, но за пару месяцев знакомства он научился ясно распознавать тонкие нотки настроения по его голосу. — Я закажу нам ужин, — Вэй Ин взялся за ручку двери, снова ту прикрывая. — Чего бы ты хотел? Ван Цзи призадумался. Чай со сладостями, конечно, придавал сил, но был уже поздний час, а за весь день он так ни разу и не поел, отчего его желудок неприятно тянул за грудиной, прося полноценную порцию еды. — Что-то не слишком тяжёлое. — Погоди секунду, — раздался тихий щелчок снятия блокировки с экрана телефона. — Сейчас приложение загрузится, и посмотрим, чем можно поживиться. Пока Вэй Ин копался в телефоне, время от времени мурча себе под нос незатейливый мотив, Ван Цзи принялся за одежду. Лёгкие домашние штаны и лонгслив приятно сели на кожу, позволяя сохранить тепло после душа. — У них есть Ма По Тофу и овощи в кляре, — снова громко заговорил Вэй Ин. — Ещё пельмешки и… О! Если сычуаньское рагу! Будешь? Ван Цзи замер с полотенцем на голове, нахмурившись. Он вспомнил, как Вэй Ин окрасил перцем в их предыдущий ужин свою порцию. Ему тогда ещё показалось, что еда была готова расплавиться лишь от одного цвета. Что тогда, что сейчас пробовать похожее Ван Цзи явно не хотелось. Что уж говорить о сычуаньской кухне в целом, блюда которой не всякий любитель острого-то сможет есть. — Я буду Ма По Тофу и маринованные овощи, — ответил, наконец-то, Ван Цзи, вежливо добавляя, — если таковые имеются. — На твоё счастье есть, — тут же отозвался Вэй Ин, продолжая копаться в телефоне. — Всё. Заказ отправлен. Пишут «ожидать через тридцать минут». — Спасибо, — Ван Цзи завязал влажные волосы в низкий хвост и, поправив на себе одежду, легонько толкнул дверь. Вэй Ин, стоявший, прислонившись спиной к стене, заинтересованно поднял голову. Он всё ещё был в своей будничной одежде, ворот рубашки которой торчал в разные стороны своими острыми углами. Ван Цзи непроизвольно скользнул взглядом по оголённой шее, замечая тёмное маленькое расползающееся пятнышко. От осознания, что отметка на коже Вэй Ина его рук дело, у Ван Цзи полыхнуло в груди. — Как я и думал, — серые, как октябрьское небо, глаза Вэй Ина окинули его фигуру с головы до ног. — Сидит как влитое! Удобно? На секунду Ван Цзи показалось, что во взгляде магистра промелькнуло нечто сродни растерянности и неуверенности, но оно тут же растворилось в широкой улыбке, так и не позволив понять причины. — Мгм, — Ван Цзи провёл ладонью по своей руке, гладя мягкую ткань. — Тебе идёт, — Вэй Ин снова улыбнулся, заглядывая через его плечо в ванную. — Ты оставил вещи в корзине? — Нет, — покачал головой Ван Цзи, освобождая проход. — Я сложил их отдельно, — не отрывая цепкого взгляда от Вэй Ина, он отступил чуть в сторону, внимательно за тем наблюдая. — Ммм? Зачем? — магистр огляделся, по пути стаскивая с волос резинку. Смоляная копна волос неровными, чуть вьющимися на концах прядями рассыпалась по его плечам, едва доставая до лопаток. Не закрывая дверь скорее по привычке, чем с каким-либо умыслом, он принялся расстегивать рубашку, желая поскорее принять душ. — Там лежат твои вещи. Я подумал, что это было бы неприемлемо с моей стороны, — не в силах оторвать взгляда от спины магистра, проговорил Ван Цзи. Вэй Ин обернулся на него через плечо, продолжая путаться пальцами в петле манжеты на правой руке. Справившись, наконец-то, со злосчастной пуговицей, он развернулся к Ван Цзи лицом и, уперев руку в бок, нахмурился. — Знаешь, для человека, что сейчас одет в мои вещи, как-то немного странно говорить подобное. Ты так не думаешь? — Разве странно? — Конечно, — улыбнулся Вэй Ин. Он на секунду отвёл взгляд куда-то в сторону, словно собираясь с мыслями. Ван Цзи снова заметил что-то неясное в его взоре. Что-то, что насторожило его ещё сильнее. Но и на этот раз ему не позволили понять причину. — Я загружу вещи в стиралку и приму быстро душ, — Вэй Ин махнул рукой в сторону кабины, озорно улыбаясь. — Если заказ приедет раньше, примешь его? — Мгм, — кивнул Ван Цзи. — Я уже всё оплатил, так что на этот раз ужин точно за мой счет, — он гордо вскинул подбородок, продолжая лукаво улыбаться. За всей его болтовнёй, напускной бравадой и весёлостью, Ван Цзи чувствовал какой-то подвох. Он смотрел в глаза напротив и отчётливо видел, что нет в них сейчас того озорства и счастья, что плескались в них буквально полчаса назад. Но не успел он и рта открыть, чтобы спросить Вэй Ина честно и открыто, сожалеет ли тот о случившемся, как дверь перед ним закрылась, и вскоре послышался шум воды. Закинув вещи Ван Цзи в стиральную машину и запустив быстрый режим, Вэй Ин осел на пол, крепко зажмуриваясь. Он чувствовал, как его всего бьёт дрожь. Но успокоиться так и не выходило. А ведь только было Вэй Ин решил, что может со всем справиться, только он совладал с собой, как перед его взором на пороге ванной комнаты является Ван Цзи, и весь его вид рушит до основания всё самообладание Вэй Ина. Которому, как оказалось, грош цена. И что бы там ни говорила шицзе по поводу его «усидчивости и выдержке в нужные моменты» с Ван Цзи, похоже, это всё давало одну огромную непоправимую осечку. И пока Вэй Ин стоял и смотрел на своего гостя, что, мать твою, так чертовски соблазнительно выглядел в его домашней одежде, у него руки чесались прикоснуться к нему, обнять, зарыться носом в чуть влажные, пахнущие его шампунем волосы. Но взгляд светло-карих глаз, что смотрел на него с толикой усталости и безмятежности, не позволял и шагу ступить. От этого взгляда Вэй Ин терялся. Он не понимал, что чувствует Ван Цзи и оттого было невыносимо тяжело решиться на что-либо. Проведя ладонью по лицу и сделав пару глубоких вдохов, Вэй Ин поднялся на ноги, принимаясь за одежду. В любом случае, он уже ввязался во всё это, и отступать было поздно. Пускай даже со своими частыми приступами безрассудства, им не всегда заправляла решимость, но идти на попятную он уж точно никогда не стал бы. Забросив вещи в корзину для белья и прикрыв за собой стеклянную дверь, Вэй Ин крутанул кран на полную, позволяя воде остужающим градом пройтись по его спине. — Что же мне делать? — его взгляд упал на собственное отражение в зеркале, притягивая внимание к россыпи отметин на шее. — Что за? — от прикосновения к синяку в памяти ярко вспыхнул момент, когда Ван Цзи крепко обнял его и, не позволяя отстраниться, с силой прошелся губами по его шее. От столь ясной картинки, Вэй Ина прошило возбуждением. Тяжело сглотнув, он облизал губы, медленно закрывая глаза. Проведя ладонью по груди к животу, Вэй Ин упёрся лбом в стеклянную гладь и, с силой зажмурившись, огладил пах. Его снова начинало трясти от желания. Пара ласкающих движений и вот уже внизу живота завязался тугой узёл, требующий скорейшей разрядки. Всё, что ему требовалось – это вспомнить тихие, едва различимые за тяжелым дыханием стоны Лань Чжаня и его горячие сильные руки. Лишь одного этого Вэй Ину хватило, чтобы до сладкой боли забыться в новой волне подступившего блаженства. — Я пропал, — выдохнул Вэй Ин, провожая уставшим взглядом белёсые разводы в душевой слив. Где-то на периферии, за шумом воды и тонкой стеклянной дверью, пиликнул сигнал стиральной машины, оповещая об окончании своей работы. Пора было выходить. К тому времени как Вэй Ин, пышущий теплом и свежестью, вышел из ванной, Ван Цзи уже успел накрыть на стол, попутно убирая беспорядок, что они оставили после себя в гостиной. На этот раз он не стал церемониться с «рабочим местом» Вэй Ина, и с его лёгкой руки книги и тетради перекочевали ровными стопками на край кухонной столешницы. — Выглядит весьма аппетитно, — Вэй Ин забрался на стул, подгибая по себя одну ногу и втягивая носом приятный пряный аромат. Но, несмотря на голодные спазмы в желудке, желание есть резко пропало. Достав из упаковки одноразовые палочки и пожелав Лань Чжаню приятного аппетита, он принялся за свою порцию. Ужин, что Вэй Ин буквально заталкивал в себя, прошёл мирно и спокойно. Ни он, ни Ван Цзи не спешили начинать беседу. Погруженный каждый в свои мысли, они словно боялись нарушить мнимую гармонию своим неверным словом. И эта неловкость лишь сильнее взвинчивала и без того натянутые нервы Вэй Ина. Но не он один терзался внутренними вопросами. Ван Цзи, чьи движения порой теряли своей плавности, а кончики пальцев окрашивались от напряжения в белый цвет, тоже не чувствовал себя в своей тарелке. И это заставляло хозяина дома ощущать небольшую вину за собой. Возможно, Вэй Ину стоило быть более собой в такие минуты. Больше смотреть в лицо напротив, болтать обо всём и ни о чём. Но ни говорить, ни улыбаться сейчас он просто-напросто не мог. В его голове крутилось столько мыслей, что он не поспевал не только обдумать каждую из них, но и даже не мог понять сути. Однако как Вэй Ин замечал мелкие неотъемлемые детали в поведении Ван Цзи, так и Ван Цзи видел ясные росчерки нервозности в каждом жесте Вэй Ина. Не в силах больше терпеть мученической гримасы напротив, Ван Цзи решительно отложил палочки в сторону, прерывая тишину: — Вэй Ин. — Ммм? — заслышав собственное имя, тот вынырнул из мысленной канители, открыто уставившись на Ван Цзи. — Тебя это беспокоит? — О чём ты, Лань Чжань? — попытался было отшутиться Вэй Ин, но серьёзный взгляд и чуть нахмуренные брови Ван Цзи заставили его тут же отказаться от этой мысли. — Беспокоит, — понизив голос, признался магистр. — Но не это. — А что? — Ван Цзи даже, кажется, задержал дыхание в ожидании ответа. Тяжёлый вздох и виноватый взгляд Вэй Ина не предвещали для него ничего хорошего. Отложив свои палочки в сторону, и отодвинув плошку с едой, он сжал под столом руки в замок, прикусив губу. — Вэй Ин, — снова позвал Ван Цзи, чувствуя, что ещё немного такой тишины со стороны магистра и его вот-вот схватит первый в жизни инфаркт. — Ты совсем недавно говорил мне, что пока я не скажу вслух, ты не узнаешь, о чём я думаю. — Я такое говорил? — нервно улыбнулся Вэй Ин. — Мгм, — кивнул Ван Цзи, прежде чем продолжить. — Я тоже не всегда могу понять, о чём ты думаешь. — Ты прав, — его улыбка сделалась более мягкой, но прежде, чем Ван Цзи смог ею насладиться, Вэй Ин, громко застонав, опустился лбом в столешницу. — Ты прав. Ты действительно прав, — тихий скулёж ещё больше выбил из колеи и без того опешившего Ван Цзи. — Хорошо! — выпрямившись и заправив за ухо выбившуюся из хвоста прядь, Вэй Ин решительным взглядом уставился на непонимающее лицо напротив. — Я сейчас буду нести чушь, но ты должен мне пообещать, что выслушаешь до конца. Обещаешь? — Мгм, — кивнул послушно Ван Цзи. — Отлично! — набрав в грудь побольше воздуха, Вэй Ин заговорил. — Я не знаю, чем смог тебя заинтересовать, и заинтересовал ли вообще, но хочу сказать, что ты мне действительно нравишься. Очень пугающе, я бы сказал. Ты мне не просто симпатичен. Всё, что я испытываю к тебе вообще нельзя втиснуть в одно какое-то слово. Я вижу тебя, и у меня колени подгибаются. Я хочу вцепиться в тебя клещом и никогда не отпускать. И я прекрасно понимаю, что это звучит пугающе. Сам ужасаюсь подобных мыслей, но они есть. И просто взрывают мне голову, — Вэй Ин прикоснулся пальцами к вискам, вскидывая кисти рук в стороны, изображая взрыв. — А после этого, — он махнул в сторону дивана, и Ван Цзи снова почувствовал, как заалели его уши. — Я вообще не могу клинья по местам расставить. Мне словно все тормоза посрезали. Понимаешь? — Более чем, — немногословно отчеканил пораженный Ван Цзи, продолжая смирно сидеть на своём месте. — Ну вот! — Вэй Ин обречённо взмахнул рукой в его сторону, толи прорычав, толи взвыв от досады. — Я смотрю на тебя и не понимаю! — он покачал головой, прикусывая от волнения краешек губы. — А что… что ты… — он безвольно опустил руку на стол, чуть тише заканчивая, — чувствуешь? Первым порывом Ван Цзи было сказать «тоже самое». Но он прекрасно понимал, что его слова не прозвучат так же рьяно и волнительно, как это получалось у Вэй Ина. Потому, поднявшись из-за стола, сохраняя зрительный контакт, он подошёл к нему в плотную и, бережно взяв в свою ладонь руку Вэй Ина, едва ощутимо сжал его похолодевшие пальцы. — Прости. Вэй Ин почувствовал, как его сердце пропустило удар. Он ошибся? Это была его кара за все те разы, когда он сам просил влюблённого в него человека остаться друзьями? — Прости, но моё лицо ничего тебе не скажет, — он прижал руку Вэй Ина к своей груди, где загнанным зайцем билось взволнованное сердце. — Так понятнее? — Лань Чжань, — еле шевеля от волнения языком, Вэй Ин уперся ладонью в стол, поднимаясь на ноги. — Мгм? — Никогда больше не говори мне этого слова. Ладно? — «Прости»? — Да! Его! — Вэй Ин театрально прижал свободную ладонь к своей груди. — У меня уже рефлекс на него. Не произноси его больше. Тем более с таким повинным выражение лица. А то у меня сердце остановится. — Как скажешь, — Ван Цзи почувствовал, как изнутри его заполняет счастьем. Он поудобнее перехватил ладонь в своей руке, поглаживая кожу большим пальцем. В глазах напротив медленно, но верно появлялся живой, полный теплоты блеск. — Значит, — улыбка, что коснулась губ Лань Чжаня, словно земли касается первый снег, взбудоражила Вэй Ина, — мы… теперь… вместе? — затаив дыхание, он попеременно смотрел то в один глаз Ван Цзи, то в другой и, казалось, уже знал ответ наверняка. — Мгм, — лёгкий кивок и это всё, что Вэй Ину нужно, чтобы сорваться с места, впиваясь в Лань Чжаня крепкими объятиями. Они вместе, а остальное уже не важно.

~*~~~~~*~~~~~*~

Цзян Чэн откровенно не понимал, что он тут вообще делает. Более того, прокручивая в голове разговор с Си Чэнем вот уже в сотый раз, он всё не мог уловить момент, когда позволил ввязать себя в эту авантюру под кодовым названием «ДР Вэй Ина». К чему вообще было отмечать рождение человека, что за последние три дня получил больше подарков и открыток, чем сам Цзян Чэн за последние лет пять. И почему, хочется спросить, это так всех вообще радует? Ещё он не мог понять, когда Си Чэнь успел так спеться со студентами Вэй Ина, которых сам Цзян Чэн не то что в лицо, даже по именам не знал. За исключением Цзинь Лина. Этого золотого мальчика, двоюродного племянника благоверного жениха шицзе, не знать просто было нельзя. Несмотря на отсутствие выдающихся талантов, тот был весьма усидчивым и целеустремлённым созданием. Что, скорее всего, Цзян Чэна в нём и привлекало. Ведь он сам звёзд с неба никогда особо не хватал. И если Вэй Ину, чёрт бы его побрал, было достаточно всего пары дней, чтобы подготовиться к сдаче предмета, на занятия по которому он мог не появляться больше месяца, то ему самому приходилось заниматься дополнительно по несколько часов в день семь дней в неделю, отрывая время от обеда и сна. Если задуматься, то вообще по природе своей Вэй Ин был созданием весьма удачливым. Хоть и отплачивал фортуне зачастую больше необходимого. Он был одним из тех прекрасных примеров, про которых говорят «они никогда не унывают». И хотя Цзян Чэн мог вспомнить парочку случаев, когда его шисюн впадал в такую непроглядную депрессию, что хоть током бей, в общем и целом тот и правда имел привычку улыбаться всему и всегда. Что совершенно точно нельзя было сказать о самом Цзян Чэне. — Внимание! — громкий голос Си Чэня заставил всех обернуться. — Осталось всего ничего. Время почти девять. И уже через полчаса явится Вэй Ин. — Какой ужас, — проворчал Цзян Чэн, восседая на барном стуле рядом с массовиком-затейником в лице Лань Си Чэня. — Все готовы? — по залу прокатилось неровное «да». — Цзян Чэн? — Во все оружии, — он повертел между пальцами вручённую ему хлопушку. — Что? — заметив полный скепсиса взгляд Си Чэня, он вскинул брови, — Вэй Ин сам сказал, что если я хоть раз поздравлю его «нормально» - он будет на седьмом небе от счастья. Это, — он указал на растяжку над головой, — более чем нормально. — Плюс хлопушка? — поджал губы Си Чэнь то ли от досады, то ли от подступающего смеха. — И хлопушка, — согласно кивнул Цзян Чэн. — Иди выгоняй студентов. Им же по сценарию нужно его сюда привести. — Точно! — мягко улыбнулся Си Чэнь, размашистым шагом отправляясь к толпе студентов в другом конце зала. — Не выйдет из этого ничего хорошего, — пробормотал себе под нос Цзян Чэн и, облокотившись локтями о барную стойку, откинулся назад. На самом деле его тяготила не сама вечеринка. В какой-то мере он был рад за брата. За то, что столь любящий шум человек, наконец-то, получит свою порцию веселья и развлечений. Тревожило Цзян Чэна совсем другое. Сколько он себя помнил, всегда влипал в неприятности именно в такие моменты: когда всё кажется хорошо, когда всем весело и когда неприятности в лице его старшего братца мистически не предвидятся. Но, увы, ни одно развлечение крупного масштаба, в котором участвовали: Вэй Ин, выпивка и окружающая обстановка – ещё ни разу не обошлось без последствия. Например, в начальной школе Вэй Ин собрал почти всех одноклассников на день рождения Цзян Чэна. И чем всё закончилось? Позорным фото самого именинника, на котором Вэй Ин «случайно» сорвал с него плавки в бассейне аквапарка. Разумеется, вспоминая это сейчас, Цзян Чэн понимал, что Вэй Ин так поступил неумышленно. Ведь он тогда действительно серьёзно подвернул ногу и, не ухватись за своего шиди, ударился бы головой о плитку. И списать бы подобное на неприятный казус, но нет! Ведь в каждом из таких случаев всегда всё начиналось и заканчивалось именно с Вэй Ина. И сегодняшний вечер просто не мог закончиться нормально. — Внимание! Они уже идут, — Си Чэнь спрятал в карман джинсов телефон, приглушая свет в зале. — Все прячемся! В зале волной поднялся дикий гул, резко затухая уже спустя пару секунд. — Цзян Чэн, спрячься! — Да щас, — недовольно проворчал Цзян Чэн, но со стула всё-таки сполз.

~*~~~~~*~~~~~*~

Впервые за долгое время, расставшись с кем-то всего пару часов назад, Вэй Ина снова тянуло встретиться с этим человеком. Меньше чем за сутки, он смог испытать такой ворох чувств, что хватило бы на целую жизнь. Но, стоило Лань Чжаню утром покинуть его квартиру, как Вэй Ина магнитом потянуло следом. И плевать ему было на собственные дела; на незаконченную проверку работ по курсовым; на ворох сданных, но не проверенных хвостов от его «любимчиков»-студентов. Всё это так резко ушло на задний план, что Вэй Ин даже не успел испытать страха от столь явной перемены в собственных приоритетах. А ведь бояться было чего. Сверившись ещё раз с навигатором, Вэй Ин спрятал озябшие руки в карманы пальто, повертев головой по сторонам. — Магистр Вэй! Обернувшись на голос, Вэй Ин счастливо выдохнул. Из-за угла дома дружной компанией к нему шло четверо его студентов. — Так, так, так! А почему это вы в таком виде? — скрестив руки на груди, Вэй Ин одарил ребят строгим взглядом. Все четверо тут же замерли на месте, оглядывая друг друга ничего не понимающими взглядами. — О чём Вы? — первым заговорил опешивший Сы Чжуй. Он ещё раз оглядел себя и других, совершенно не понимая, что с ними не так. — Как о чём? — продолжил свою игру Вэй Ин, мысленно наслаждаясь растерянностью на лицах своих студентов, что в душе не понимали, в чём провинились. — Вы только посмотрите на себя! — Да что не так-то? — высунулся вперёд Цзинь Лин, таким же оценивающим взглядом окидывая самого магистра. — Вы сами не лучше одеты. — Я правильно одет, — покачал головой Вэй Ин и со знанием дела продолжил. — Сегодня я ваш сопровождающий. Ваша, так сказать, тень. А вот вы почему в Хэллоуин без костюмов? В такой знаменательный день… — Ой, — фыркнул Цзинь Лин, нагло перебивая своего преподавателя. — Я-то думал реально что-то не так. — Пойдёмте, магистр Вэй, — подтолкнул того в спину Сы Чжуй, не позволяя снова начать дурачиться. — Нас уже заждались остальные. — А остальные тоже без костюмов? — Нам не пять лет, чтобы наряжаться в зайчиков! — прорычал Цзин Лин, сильнее кутаясь носом в ворот куртки. — А что? Можно было нарядиться? — встрял в разговор Цзиньи, загораясь идеей с карнавальными костюмами. — Нет, — отрезал Цзинь Лин и, подхватив Вэй Ина под руку с другой стороны, потащил в сторону бара. Вэй Ин не ожидал подвоха. Он действительно думал, что весь вечер ему придется пить безалкогольное пиво и внимательно следить, чтобы его новоиспечённые члены клуба юных алкоголиков не попали в переплёт и не ввязались в драку с подвыпившими завсегдатаями бара. Но то, что он увидел... Это… Это было просто невообразимо. Стоило ему лишь войти в зал, как тусклые лампы разгорелись светом, а в него полетели конфетти из хлопушек. Хэллоуин, который должен был стать для Вэй Ина очередным субботним вечером у барной стойки, превратился в самый счастливый из праздников. Поздравления, весёлый гомон, музыка и громкий смех – всё это делали Вэй Ина бесконечно счастливым. И для полного счастья ему не хватало лишь одного человека. — Мне кажется, или ты пытаешься свалить по-тихому? — Ммм? — Вэй Ин оторвался от очередного бокала с бакарди голд и удивлённо уставился на Цзян Чэна. — Пялишься постоянно то в телефон, то в сторону выхода, — пояснил его шиди. — А! Нет, — покачал головой Вэй Ин, взбалтывая остатки рома на дне бокала. — Просто я пригласил одного человека и жду, когда он приедет. — Кого? — недобро прищурился Цзян Чэн, наблюдая, как его брат старательно отводит взгляд. — Вэй Ин? — Лань Чжаня. — Младшего брата? — Цзян Чэн мазнул взглядом по фигуре Си Чэня, который что-то с интересом обсуждал со студентами. Слегка резкие движения парня немного насторожили его, но он не стал заострять на них своё внимание. — Он самый, — закивал Вэй Ин и, осушив бокал, попросил бармена обновить. — Я смотрю, вы прям друзья-приятели. С чего это вдруг? — Со вчерашнего дня мы встречаемся. От неожиданности Цзян Чэн поперхнулся глотком Лонг-Айленда и зашёлся кашлем. — Вы… что? — выдавил он из себя осипшим голосом, отпихивая руку Вэй Ина, что продолжал похлопывать его по спине. — Встречаемся, — улыбнулся тот. — Не тебе же одному светить своей счастливой физиономией. Я тоже отхватил свой кусочек Ланя. — Звучит довольно-таки жутко, — скривился Цзян Чэн. — Как есть, — пожал плечами Вэй Ин. Экран на его телефоне вспыхнул очередным сообщением, отчего его губы непроизвольно растянулись в широкой улыбке. — Он уже скоро будет. Пишет, на дорогах пробка. — Суббота, а на улице не протолкнуться. — Ну так праздник же, — Вэй Ин утопил на дне бокала несколько засахаренных вишенок и, осушив залпом, принялся тщательно жевать. — Хэллоуин. Все развлекаются, — он развернулся полубоком к шиди, подпирая голову рукой. — А что на счёт тебя? — Что на счёт меня? — игнорируя хитрое выражение лица Вэй Ина, как ни в чём не бывало, переспросил Цзян Чэн. — Как обстоят дела у вас с Си Чэнем? — он многозначительно подергал бровями. — Ммм? — Более или менее, — не стал юлить Цзян Чэн. — Оказывается, куда проще, когда не нужно ничего скрывать и притворяться. — Да ты бы долго и не смог, — фыркнул Вэй Ин. — Разумеется, — Цзян Чэн посмотрел в упор на своего брата. — У меня же нет такого таланта, как у тебя. — Я не обманываю близких мне людей. — Как раз «близких тебе людей», — выделил последние слова Цзян Чэн кавычками, — ты лапшой и кормишь. — Это неправда! — нарочито обиженно воскликнул Вэй Ин. — Правда, — спокойно парировал Цзян Чэн, продолжая потягивать Лонг-Айленд. — Лань Чжаню своему тоже поди успел на уши навешать всякого. — Ты не прав, — покачал головой Вэй Ин. — Я не стал бы ему врать. — Ну-ну, — Цзян Чэн внезапно резко дёрнулся. — О чёрт! — Что случилось? — В руках Лань Си Чэня бокал с горячим пуншем. — И что? — вздёрнул бровь Вэй Ин. — Ему нельзя пить, — слетая со своего места, рыкнул Цзян Чэн. — Совсем. — А что будет-то? — Ничего хорошего, — прошипел Цзян Чэн, уже в следующую секунду выхватывая бокал из рук Лань Си Чэня. — Как курица-наседка, — захихикал Вэй Ин. Оставив выпивку в покое, он развернулся лицом к залу, откидываясь спиной на стойку. Ему нравился сегодняшний вечер. Бурный и неугомонный в начале, и спокойный и размеренный в конце. Стоило отдать Си Чэню, Цзян Чэну и всем, кто участвовал в организации, должное. Всё действительно было продумано почти до мелочей. Учли даже то, что насытившись весельем, всем захочется спокойно отдохнуть и поговорить. От того не только свет поменял свою яркость со временем, но даже музыка, быстрая и весёлая, постепенно сменилась на lo-fi hip hop. Вэй Ин провёл пальцем по экрану телефона, посматривая на часы. Несмотря на то, что время близилось к полночи, и его начинало клонить в сон, он упрямо ждал приезда Ван Цзи. — Смотрите, на улице снег пошёл! — крикнул кто-то из приглашённых гостей. — Вау! Как красиво! Вэй Ин вскинул голову на заставленное декоративными тыквами окно. Там, за стеклом, и правда, повалил крупными хлопьями снег. Кипело-белый, он словно осветил собой улицу за окном. — Пойдёмте прогуляемся! — неожиданная идея Си Чэня, чрезмерно активного и бодрого для столь позднего часа, оживила часть зала. — Куда тебя понесло. Сядь, — раздражённо проворчал Цзян Чэн, с трудом удерживая на месте захмелевшего парня. — Ну, ты же сам сказал, что нужно остыть, — непонимающе уставился на него Си Чэнь. — Вот сиди тут и остывай. Кровь утихомирится, и ты перестанешь нести пьяный бред. — Прозвучало, словно ты хочешь, чтобы я насовсем остыл, — нахмурился Си Чэнь, от чего Вэй Ин не выдержал и рассмеялся в голос. — Господи, да сдалась мне твоя смерть, — успокаивающе погладил того по плечу Цзян Чэн, уже через секунду громко рявкнув в сторону своего шисюна, — Вэй Ин, заткнись! Заливаясь смехом, он не сразу заметил, как на его телефон пришло сообщение. Вытерев выступившие слёзы, он с предвкушением открыл мэссенджер. — Вэй Ин! — Да-да, — продолжая хихикать, он помахал рукой своему шиди, попутно натягивая пальто. — Сейчас выйду на улицу, отдышусь и вернусь. — Вот и иди отсюда. — И я пойду, — снова попытался было подняться на ноги Си Чэнь, но был резко возвращён на место. — А тебе сидеть! Выскочив на улицу, Вэй Ин задержался на одном месте, оглядываясь по сторонам. Всё вокруг казалось ему таким искрящимся, и за всем этим он всё никак не мог разглядеть того, чьё появление так нетерпеливо ждал. Холодный воздух мгновенно забрался за воротник его рубашки, но он даже не думал застёгиваться. Игнорируя лёгкие покалывания по коже от падающих и тут же тающих снежинок, он выцепил взглядом из толпы нужную фигуру и, замерев со счастливой улыбкой на секунду, громко прокричал: — Лань Чжань! Человек, стоявший всего в десяти метрах от него, поднял голову от экрана телефона и посмотрел на него. И в этот миг Вэй Ин понял, что сделает, пожалуй, всё что угодно, лишь бы этот мужчина остался с ним навсегда.