По Ту Сторону

- Ты нашел? – Сергей подошел к Брагину, который стоял, облокотившись на стойку регистрации. - Да, - Олег оглядывал приемный холл отделения, будто ждал кого-то. Сергей потоптался рядом, затем снова спросил: - Когда операция? - Через пару часов, - все так же спокойно ответил Брагин. - Это рискованно, ты же знаешь? Девяносто восемь процентов из ста, что операция девочке не поможет. Зато родители ее почему-то уверены в самом положительном исходе процедуры… - Я им рассказал обо всех рисках, - резко прервал его Брагин,- к тому же всегда остаются те самые два процента. - Ну да... – протянул Сергей, затем вытащил из кармана серую тонкую шапочку и натянул ее на голову, - Марину позовешь? Брагин пожал плечами: - Да. Она хороший нейрохирург, почему нет?.. Сергей одобрительно кивнул: - Она рисковая, может согласиться… Брагин, наконец, повернул голову и вопросительно уставился на Сергея: - С чего вдруг такие выводы? Затем полностью развернулся к Куликову: - Я чего-то не знаю, друг мой сердеШный? Сергей хмыкнул, потом кивнул в сторону входа: - А вот и она. Удачи. Хлопнул Брагина по плечу и ушел в сторону реанимационных палат. Олег обернулся к подошедшей к ресепшену Марине, и глумливо улыбнувшись, ехидно произнес: - Здравствуйте доктор, у меня к вам маленькая просьба. Даже не просьба, прооосьбочка. Марина искоса глянула на него и поинтересовалась, не отрываясь от бумаг, в которых что-то быстро писала: - Что же это за просьба с утра пораньше, боюсь спросить. - Да ну, - махнул рукой Брагин, - сущий пустяк, - нерв один надо пришить и ребеночка на ноги поставить. Марина посмотрела на него как на полоумного. - Все-таки слухи не лгут. Брагин, ты с ума сошел?.. Она не встанет, а если что-то пойдет не так, еще и ляжет. Парализует ее полностью. У нас и нейрохирургов такого высокого класса нет. С Брагина слетело все его напускное веселье: - Я пригласил Лопухова и Черинидзе. Все равно надо попробовать. Марина удивленно уставилась на Олега, потом покачала головой и направилась к ординаторской, пробормотав через плечо: - Лопухова-то ты как достал?.. Он же в Германии был… да и на него очередь такая, не протиснуться... - Вот, достал, - оборвал ее Брагин. Марина остановилась. Смотрела на него пристально, недоуменно. Брагин помолчал, сверля взглядом стенку за ее спиной, но потом все же объяснил: - Он мне должен был кое-что… ну, в общем, я и воспользовался случаем, он проездом в Москве, завтра улетает обратно. - Понятно, - Марина вздохнула, - ты знаешь, каким ударом станет для родителей неудачная операция? Знаешь… знаешь, ведь что если заденем… - Знаю, - отрезал Брагин, а потом заглянул ей в глаза жестко, требовательно, - так ты со мной или нет? Несколько томительных секунд Марина вглядывалась в его каменное лицо, затем прямо и немного холодно произнесла: - Конечно, я с тобой. Когда операция?.. Брагин отвел взгляд, он знал, что может на нее положиться: - Через два часа. Готовься, это надолго. Он развернулся и ушел, оставив Марину в легкой задумчивости. ******************************************************* - Они уже ушли?.. – Лена прислонилась к стене, вглядываясь в курящего Брагина. - Бумаги оформляют на перевод, - после минутной паузы произнес Олег, стряхивая пепел на пол. - Но ведь все не так плохо?.. Брагин криво усмехнулся. - Радоваться тоже нечему. - Ты не должен себя ни в чем винить, - быстро и убежденно начала Лена, - ты сделал все правильно, Олег! Брагин выкинул бычок и придавил его носком кроссовки. - Все так, - согласился он, - А у тебя вроде смена закончилась, домой идешь? Лена кивнула, а потом с надеждой спросила: - Но я могу остаться, если хочешь?.. Только к маме заеду, как обещала, и вернусь! - Не надо, - Брагин оглядел темнеющий парк, - ты и так задержалась. Поезжай к маме, отдохни. А у меня еще ночная смена. Пойду, прилягу что ли. Лена растеряно кивнула, стискивая пальцами мягкие лямки новой сумочки. - Спокойного дежурства, - крикнула вслед удаляющейся фигуре мужа. Брагин, не оборачиваясь, махнул ей рукой. ****************************************************************** Костя осторожно заглянул в ординаторскую, увидел в погруженной в полумрак комнате склоненную над бумагами светлую голову. Зашел, затворив за собой дверь, и, присев за стол напротив Нарочинской, тихо произнес: - Слышал, что операция прошла не очень удачно. Сочувствую. Марина кивнула, не поднимая головы. Костя, в который раз удивился насколько она красивая. Ему нравилось в ней абсолютно все. И гордая посадка головы и точеный профиль, и золотой блеск светлых волос, даже ледяной жесткий взгляд. Ему казалось, что рядом с ней он сам будто меняется. Становится сильнее, значимее, взрослее. - У тебя ведь нет ночной сегодня? – уточнил он на всякий случай. Марина подняла на него усталые глаза и покачала головой: - Нет, я сейчас уже собираюсь домой. Давно пора… - потом снова на него взглянула, - а у тебя ведь тоже свободно, почему задержался? Костя улыбнулся, и ложь легко сорвалась с его губ: - Да так, нужно было кое-что доделать. Если ты закончила, давай я подвезу? У тебя очень утомленный вид, машину завтра заберешь. - Не надо, - ответила Марина, вставая и поводя плечами, жутко затекла спина, перетруженные мышцы надсадно ныли. - Поезжай лучше домой, я сама доберусь. Костя помялся, потом продолжил наступление, стараясь, чтобы голос не выдал его волнение: - Мне, правда, нетрудно. Я хочу тебя проводить, а завтра могу забрать, у меня тоже с восьми смена, как и у тебя. Марина остановилась и обернулась к нему. - Костя, мы же договаривались, помнишь? Костя слегка нахмурился, не совсем понимая, куда она клонит. Марина раздраженно прикрыла глаза. Она безумно устала, помимо тяжелейшей внеплановой операции с Брагиным у нее было множество других сложных больных, и так же она знала, что сиделка ждет не дождется, когда Марина уже приедет домой, чтобы отпустить ее. А впереди тяжелая ночь, так как отцу становилось хуже, он плохо спал по ночам и был ужасно капризным, требуя к себе повышенного внимания. Все это как-то сразу навалилось на нее, тяжелым грузом надавив на усталые плечи. - Между нами ничего не может быть, - Марина взглянула в глаза Кости твердо и непоколебимо, чтобы у него даже на мгновение не возникло сомнений, что она говорит абсолютно серьезно. - Мы договаривались, что тот вечер это не свидание. Ты пригласил меня, так как не было другой кандидатуры, я согласилась, потому что хотела немного развеяться. На этом все. Косте показалось, что на него вылили ушат ледяной воды. Он немного помолчал, переваривая информацию, а затем произнес тихо и спокойно: - Я не искал другие кандидатуры. Я хотел пригласить именно тебя. Марина прикрыла глаза, отвернулась и прошла к шкафу. Сняла халат, а потом вдруг села на кровать и снова посмотрела в ожидающее лицо молодого человека. - Мне жаль, я этого не знала. Иначе не пошла бы. Костя стиснул зубы. - Почему? Марина не знала, что ответить. Вернее, КАК ответить, чтобы не обидеть его. - Дело в возрасте? Марина, ты ведь понимаешь, что это ерунда. Каких-то пару лет. Ну, чуть больше чем пару… - поправился он. Марина усмехнулась, глядя куда-то в сторону. - Костя, мне не до романов сейчас, - посмотрела ему в глаза, - у меня сложный период в жизни. Сейчас я не хочу и не могу ни с кем встречаться, у меня нет на это ни времени, ни сил, ни желания. - Это отец, да?.. Я слышал о нем и… - Дело не только в отце, - остановила его Марина, - давай закончим этот нелепый разговор. Мы постараемся остаться просто хорошими друзьями. Костя отвернулся от нее. Встал, прошелся по ординаторской. - Но ты ведь позвала меня? То есть пригласила на ужин… и я подумал… - Что? Что ты подумал, Костя? Было уже поздно, мы проголодались. Просто пошли, поели и разъехались по домам. - Я дурак, - пробормотал Костя, горько улыбнувшись, - думал, что тоже нравлюсь тебе… всю ночь как на иголках. Думал, что ты… Марине было не по себе, она не хотела этого разговора, этого выяснения отношений. Она хотела… спать. Просто лечь и спать долго-долго. Можно год, или лучше два… - Ты не дурак, Костя. У нас все равно ничего бы не получилось, - Марина грустно усмехнулась, вспомнив ссору с Брагиным совсем недавно, - поверь, я знаю. Костя чувствовал, как грудь жжет от обиды, жесткой, иррациональной. - Ну что ж, - сухо произнес он, - тогда спокойной ночи и до завтра, Марина Владимировна. Марина отвела взгляд и кивнула. - До завтра, Костя. Мне жаль, что все так вышло. Костя направился к двери, остановился на мгновение и печально произнес: - Мне тоже… В дверях он столкнулся с входящим Брагиным, но не остановился, а просто, не говоря ни слова, вышел из помещения. - Что, милые уже бранятся, - сыронизировал Брагин. Сел на стул, закинул руки за голову и, прикрыв глаза, со вздохом вытянул длинные ноги. Марина внимательно следила за его действиями, пытаясь прочесть по лицу, что с ним сейчас происходит. Олег не шевелился. Марина встала и сосредоточенно начала переодеваться. В комнате повисло молчание, нарушаемое лишь шелестом ее одежды. - Ты была права, - его голос заставил ее вздрогнуть от неожиданности. - В чем? - Ничего не вышло. Не стоило и начинать. Вы все были правы. Марина замерла, потом повесила халат на вешалку и медленно обернулась к Олегу. Он не изменил позы, но глаза были открыты и смотрели прямо на нее. - Это уже не имеет значения. Ты и сам знаешь, что сделал все возможное и даже невозможное для ребенка. - И этого оказалось не достаточно. Брагин развернулся и, положив локти на стол, утомленно потер лицо ладонями. Марина не стала спорить. Это не имело смысла. Он и сам все знал. Она полностью оделась, подошла к двери. Остановилась, закрыла глаза. Олег сидел за столом сцепив пальцы в замок, положив на них подбородок и уставившись в никуда. Марине было тяжело видеть его таким. Она знала, как сильно он переживает каждую свою неудачу, особенно если пациентом был ребенок. Столько лет в Склифе и все равно каждый раз как в первый. Она прекрасно понимала его в такие минуты. И поэтому не могла уйти. Не сейчас, не так. - Никто не смог бы спасти ее, - ровно начала она, - Ты прекрасный хирург, Брагин, но ты не Бог. Брагин тихо усмехнулся, он узнал свою Марину. - Твой отец смог бы, - поправил Брагин. Марина почувствовала тугой ком в горле, но произнесла спокойно и уверенно: - Нет. Не смог бы. Брагин медленно развернулся и посмотрел ей в глаза. Взгляд Марины был твердым и честным. Он всегда уважал в ней это, ее умение говорить то, что думает, прямо в лоб без сантиментов, без увиливания и сомнений. Четко и ясно. - Ей только одиннадцать, - неожиданно даже для себя произнес Брагин. Глаза Марины смягчились, она сделала шаг к нему и положила руку на его плечо. - Я знаю, - едва слышно произнесла она, - Ты сделал для нее больше, чем кто-либо смог бы. Ты дал ей шанс, надежду… - Которую сам же и разрушил, - возразил Олег так же тихо. - Ты единственный, кто не отказался от нее. Ты прав, а не мы, - не согласилась Марина. ЕЕ ладонь была горячей и будто прожигала его плоть даже сквозь халат. Он всего на мгновение прижался к ней щекой, прикрыв глаза. Марина закусила губу, пытаясь справиться с подступившими слезами. Осторожно отняла свою руку. Мучительно хотелось прикоснуться к его виску губами, с трудом сдержала свой порыв. Позволила себе лишь слегка провести костяшками пальцев по его колючей щеке и краю до боли знакомого рта. Почувствовала мягкий нажим теплых губ, едва ощутимый призрачный поцелуй. - Мне пора… - выдохнула Марина. Легкий кивок: - Да. Я знаю. Он не просил ее остаться, он знал, что она все равно уйдет. И это правильно. Все сейчас до отвратительного правильно. Они не смотрели друг на друга, и не могли заставить себя расстаться, сказать слова прощания. Что-то удерживало их в этом моменте. В этой минуте единения и теплоты. ЕЕ сердце тревожно сжалось в предчувствии чего-то необъяснимого, Марина оглянулась на него и, шепнув на прощанье: - Пока, - исчезла за дверью ординаторской. Брагин задумчиво молчал, и лишь спустя пару минут ответил все еще витающему вокруг него аромату ее духов: - И тебе пока.