Книжная лавка «Дуб, терновник и ясень»

      Когда Алинка с трудом протиснулась в дверь, прищемившую набитый рюкзак, она сначала так и застыла: рот открыт, капюшон ветровки сбился, рюкзак, прижатый створкой, на одной лямке висит, с плеча съехав.       Потому что в магазине было пусто. В смысле, не совсем пусто — нет, книги вот они, на полках стоят, полки тоже на месте, и даже столик с новинками. Но на нем не было вазы! И горшки с цветами c подоконников куда-то делись, и легкомысленные бумажные фигурки, которые стояли на полках тут и там, полупрозрачные, как молодая травка, и фонарики с зелеными и желтыми стеклышками, и... И всего этого не было! И от этого как-то стало разом голо и пусто.       — Ты чего, застряла? — Игорь появился рядом внезапно, будто из воздуха соткался. Или вышел из подсобки, что более вероятно, туда-то дверь не скрипела. — Помочь?       Замотав головой, Алинка так же беззвучно потыкала пальцем вокруг, одним жестом пытаясь выразить всю глубину обиды и непонимания.       — А, это, — Игорь улыбнулся и все-таки толкнул дверь, под его рукой открывшуюся легко и плавно. За шиворот втянув Алинку внутрь, он поправил рюкзак, капюшон, и, скептически оглядев результат, остался доволен.       — А это просто смена сезонов, — наконец пояснил он. — Ты сейчас занята?       — Нет, у нас урок отменили и...       — Отлично! — хлопнул в ладоши Игорь, заставив Алинку сбиться и замолкнуть. — Просто отлично! Тогда клади вещи и пошли!       — Куда?       — Как куда? Листья собирать! Из чего, думаешь, Ира венки плести будет?       На такое ответить было нечего и, открывшая было рот Алинка, принялась быстро выпутываться из лямок рюкзака. Собирать листья с Игорем — подобное чудо она пропустить не могла!       Обратно в магазин они ввалились не скоро, но с огромными охапками листьев, самых разных — и кленовых всех цветов, и жестких бурых дубовых, и еще зеленых, но уже опавших, непонятного дерева. Были там и хрупкие-хрупкие рябиновые листья, облетавшие с веточек, чуть тронь — их нес Игорь, у него как-то получалось. Были и прозрачные, будто леденцы, листья каких-то цветов, которых украдкой надергали с клумбы. Ну а что, все равно отцвели, уже не нужны, только пожухнут скоро, или и вовсе — выкопают и в компост. А тут — красиво-о-о!       — Давайте сюда, — поприветствовала их Ира, притащившая из подсобки стремянку, катушку шпагата и скрученные из гибких веток основы под венки. Все это добро она разложила прямо на полу и уже разминала пальцы, хищно поглядывая на принесенное.       Сложив листья рядом, Алинка принялась осматриваться, потому что в магазине уже что-то изменилось. А, точно, на столике теперь лежит несколько тыкв, рядом — пустая ваза, другая, не высокая летняя, а пузатая, с рыжими разводами. В такую самое оно букет из листьев поставить. На подоконниках покачивали метелочками пушистые сухие колоски, бурые и зеленоватые, местами перемежаясь с веточками бересклета. Ягоды на тех казались чьими-то глазами, внимательно наблюдавшими за происходящим в магазине.       Алина поежилась и подняла голову.       — А почему это? — моргнула она, обнаружив над дверью венок из остролиста. — Ну, оно же... На Новый год, нет?       Красные ягодки алели в окружении острых глянцевых листьев. Игорь, раскладывавший добычу, покачал головой:       — Это люди придумали.       — Летом такому венку и правда не место, — кивнула Ира. — Летом — цветам и добрым травам время.       — А осенью все меняется. Осенью просыпается то, что к зиме войдет в силу, от чего нужна защита.       — Пока над дверью висит венок из остролиста, никакое зло не войдет в этот дом.       — Но ведь это магазин? — неуверенно спросила Алина. Ей хотелось сесть и тоже разбирать шуршащие листья, но она чувствовала: этот вопрос — очень важный. И нужно сначала узнать.       — Книжная лавка, да, — Ира переглянулась с Игорем, и они улыбнулись. — И наш дом.