Карлович
6 октября 2019 г., 02:39
Примечания:
Ключ: тролль под мостом.
Последнюю неделю единственным развлечением Алинки было смотреть. Ходить и смотреть по сторонам так, как научил Игорь, вглядываться во вроде бы знакомое, видя за ним что-то иное. Не такое, не обыденное и привычное, а будто заглядывая за предмет, находя в нем иную суть.
Вот казалось бы, деревья вокруг дороги и деревья. А Алинка шла — и смотрела на них внимательно. И ей виделось, что яркие желтые листья на черных ветвях — как огоньки свечей, ярусами поднимающиеся все выше и выше. Вроде, это теплилась осенним огнем липа? Надо бы поискать дома: где-то лежал ботанический справочник, старый, еще бабушкин.
Может, хоть его мама читать не запретит? Можно сказать, что для учебы. А то все книги, кроме учебников, переехали под мамину кровать, и сменять гнев на милость мама не спешила. И эти недолгие двадцать минут, за которые нужно было дойти от школы до дома, оставались единственной отдушиной.
Мрачно надув щеки, Алинка добрела до старенького каменного моста, который не стали трогать при облагораживании парка. Так, местами раствором подмазали, перила новые поставили заместо проржавевших, и все. Алинке, правда, нравилась именно центральная часть, на которой перил не было — только высокий бортик, потрескавшиеся от времени камни, всегда теплые, будто нагретые на солнце. На них было здорово облокачиваться, подпирая голову руками и глядя вдоль пересохшего оврага, туда, где с другой окраины парка можно было выйти к «Дубу, терновнику и ясеню».
Вот бы научиться растягивать время. За минутку добежать до магазина, побыть там — и за минуту же до дома. Или нет, не добежать — долететь, тогда и без фокусов со временем получится!
Замечтавшись, Алинка вздрогнула, когда под мостом что-то зашуршало. Что-то возилось, взрывая опавшие листья, которыми завалило овраг, лезло из-под невысокой арки моста и негромко, но с чувством материлось себе под нос.
Улегшись пузом на перила, Алинка заглянула вниз — и уставилась на аж в прозелень седую макушку... наверное, человека. Ну, лезший из-под моста походил на человека: две руки, две ноги, голова одна, корявая и бугристая, будто едва-едва обточенный булыжник, вся заросшая волосами, как валун — мхом и лишайником. И только крохотные глаза, зеленые и яркие, взирали на мир из-под кустистых бровей. Недовольно так взирали, особенно когда вылезший поднял голову и заметил Алинку.
— Чего уставилась? — буркнул он.
— А... — моргнула Алинка.
Во-первых, она не придумала ничего умнее, во-вторых, она точно знала: под мостом взрослому, тем более, такому плечистому, спрятаться негде!
— Ходят тут, смотрят, — ворчал тем временем мужчина, выпрямившись и отряхиваясь от листьев. — Нет бы отвернуться и совесть иметь! Уже и из дома выйти спокойно нельзя!
— Ну так построил дом на дороге — не жалуйся.
Подпрыгнув от неожиданности, Алинка резко обернулась. По дорожке, сунув руки в карманы, шел Игорь. На мост он подниматься не стал, вместо этого свернул к оврагу и, протянув руку, легко выдернул наверх с ворчанием лезущего по склону мужчину.
Алинка только рот открыла: она и пискнуть не успела, думала, этот медведь худосочного Игоря за собой утянет! Этот седой его, может, не особо и выше — оба макушками, наверное, потолки подпирают, но в плечах — раза в три шире! А оно вон как.
— Ваша, значит? — пропыхтел мужчина. — Ну, будем знакомы тогда. Карлович.
Он протянул лопатообразную ладонь, которую спустившаяся с моста Алинка осторожно пожала. На ощупь та была как камень — теплый-теплый, но камень.
— Алинка. А вы кто?
— Так сторож местный, — он хитро подмигнул. — Ты не смотри, что не по форме — она у меня тут недалече припрятана. Вот пришла б ты чуть позже...
— Она и сейчас пойдет, — заметил Игорь.
— Ой! — опомнилась Алинка. — Слушай, я хотела сказать: мама хочет...
— Потом, — тоном, не терпящим возражений, перебил ее Игорь. — Все в следующий раз, сейчас ты идешь домой.
И что-то в его голосе было такое, что Алинка кивнула и пошла — ноги сами понесли через мост и дальше. Только и успела, что оглянуться. Игорь и Карлович стояли на краю оврага, говорили о чем-то, и ветер донес: «А ничего девку нашли, хороша...»
