таинственный октябрь

      Кучка жителей селения обступила лежащую на земле девушку. Она была бледна, длинные темные волосы запутаны, а в открытых глазах можно было увидеть первобытный страх. Отец бедняжки сидел на коленях и оплакивал ее, держа безжизненную руку в своих.       Вокруг все понимали — пришел сезон жатвы Моро. Ровно один месяц в году, прямо перед праздником всех святых, селение атаковывал злой лесной дух, пожирающий невинные жизни. Как только сгущались сумерки, он принимал человеческое обличье и выходил в деревню. Никто не знал, как выглядит дух, потому что никто не выживал после встречи с ним. Только иногда, на рассвете можно было увидеть Моро издалека, заходящим обратно в лес.       А когда он выходил оттуда снова, по всей деревне разносился громкий вороний крик. Эти птицы, подобно стервятникам, кружили над духом, ожидая чьей-нибудь смерти. Заслышав пугающий рокот, жители запирали двери, задергивали шторы, чтобы не встретиться даже взглядом с нечистым. В такие ночи никто не спал спокойно, потому что у каждого дома то и дело слышались шаги и карканье злосчастных ворон.       Но как бы люди не прятались, все равно хотя бы раз в месяц кто-то умирал. Старушка, что не успела дойти из соседнего селения, пьяный молодой парень, или как сейчас — несчастная девушка, которая не могла больше жить на этом свете и сама ушла в кромешную тьму, чтобы больше не вернуться.       Никто н знал, как бороться с Моро, даже старый ведун уже отчаился и почил прошлой осенью. У него, конечно же, был преемник — молодой колдун, но о нем никто даже не подумал. Лесной дух был слишком силен и неуловим, чтобы парень мог с ним тягаться.       А тем временем, на другом конце селения, в старой закопченой лачуге молодой ведун читал старую книгу с заговорами. Его звали Эрмаль и он был настоящим колдуном и прорицателем, так что было неудивительно, что ночью он проснулся от внезапного всплеска темной энергии где-то рядом — именно в этот момент Моро забирал жизнь у бедной девушки. Тогда Эрмаль и понял, что нужно бросить все силы на истребление злого лесного духа. В арсенале у парня были долгополый плащ, множество ветхих книг и собственные знания и навыки.       Наставник его знал, как изгнать Моро, но не решался сделать это, потому что был уже слишком слаб, а на ритуал требовалась большая сила воли и много энергии. И юноша обладал и тем, и другим. Вот только он знал и обратную сторону этого действия — в процессе проведения таких ритуалов многие колдуны умирали, а если и выживали, то потом сходили с ума. Но парень хотел испытать свои силы.       Эрмаль не стал медлить, нужно было подготовиться. Он собрал все необходимые ингредиенты для ритуальной чаши, положил в сумку пару ножей и листок с заговорами. План был понятен: дождаться появления Моро, заманить его в ловушку и прочесть нужные слова. Вот только руки Эрмаля начали дрожать, как только солнце скрылось за деревьями.       Ставни в домах были захлопнуты, поэтому колдуна никто не увидел, когда он осторожно пробирался к месту, откуда выходил лесной дух. Там он быстро начертил на земле символы, с помощью которых можно было удержать Моро. Затем он смешал в чаше травы и поранил ножом руку — кровь колдуна на была обязательным ингредиентом.       Как только красная капля упала на дно чаши, Эрмаль услышал шорох за спиной. Он сглотнул и развернулся на не гнущихся от страха ногах. За спиной стоял он. Дух выглядел как мужчина в черном длинном одеянии и с полностью черными глазами. Откуда ни возьмись вдруг вылетели вороны с пронзительным громким карканьем. — Здравствуй, Эрмаль, — дух заговорил совсем не человеческим голосом. — Я ждал тебя. — Стой, нечистый! — попытался крикнуть юноша, отшатнувшись назад. Моро двинулся к нему и попал в место, где была ловушка, и Эрмалю стало немного легче. — Я знаю, что ты хочешь сделать. У тебя ничего не выйд… — дух вдруг прошипел, как только колдун начал читать заклинания. — Неприятно.       Наконец Моро надоели эти игры, и Эрмаль увидел, как под черным взглядом символы на земле затянулись и исчезли. «Мне конец», — понеслось в голове парня. — Я же сказал — ничего не выйдет. Я знаю тебя, Эрмаль Мета, знаю, зачем ты пришел, я знаю о тебе все! — дух прорычал и быстро оказался рядом с застывшим на месте колдуном. — Хватит… — прошептал Эрмаль дрожащим голосом. — Хватит убивать людей. Почему ты это делаешь? Они же ни в чем не виноваты. — Посмотри в мои глаза и скажи, видишь ли ты в них что-нибудь кроме смерти. Смотри!       Эрмаль медленно поднял взгляд и устремил его в черные глаза этого существа, где увидел всех его жертв и их застывшие в ужасе лица. По щекам парня потекли слёзы, но он не мог отвернуться, Моро держал его. — Прекрати, прекрати, пожалуйста… — умолял Эрмаль, и дух наконец отпрянул от его лица. — Чего ты хочешь? — Ты умный мальчик и знаешь, что я питаюсь вашими жизнями. Мне нужна энергия, только и всего. — Тогда я просто обязан тебя уничтожить, люди не должны умирать только из-за твоей прихоти, — тихо проговорил Эрмаль и начал снова читать заговор. Но не успел он сказать и пары слов, как листок в его руке вспыхнул огнем. — Ты не прав, я вовсе не так безжалостен. Я бы мог убить тебя сразу, но я хочу заключить с тобой сделку. — Говори. — Как я уже сказал, мне нужна энергия, поэтому мне нужны души. Но души простых смертных расходуются быстро, поэтому я прихожу сюда каждый год. А вот твоя душа… Я наблюдал за тобой всю твою жизнь, Эрмаль, в тебе таится колоссальная энергия. — Что ты имеешь в виду? — парень не мог поверить своим собственным страшным догадкам. — Мне нужен ты. Пойдёшь со мной, и никто больше не умрет. Этот край заживет в безопасности, но без тебя, — Моро снова приблизился. — Стой… я… Я умру? Я уйду в забвение? — спросил Эрмаль, и в глазах его блестнули слезы страха. — Вовсе нет, ты будешь существовать в мире духов, вместе со мной. Зато никто другой мне не будет нужен.       Эрмаль задумался. На самом деле, среди людей он видел мало хорошего, здесь его ничего не держало, кроме тела. Он всегда видел больше, чем другие, он сам был больше этого мира. И познать другие теперь было для него чем-то не таким уж далеким. — Я согласен.       После этих слов Моро обхватил лицо Эрмаля руками и приблизился настолько, что можно было почувствовать его дыхание, если бы оно у него было. В следующую секунду дух слился с губами юноши. Глаза Эрмаля закрылись, а лицо постепенно начало чернеть, будто темнота проникала в каждый его сосуд вместо крови.       Громкий вороний крик не стихал, пока две черные фигуры не растворились в воздухе. И этот крик жители деревни не услышат больше никогда.