Сборник тредов из тви

— Ты делаешь глупость, — говорит Анна. Ее строгая прическа — тугие темные косы, аккуратно уложенные на макушке — отражаются в зеркале. Оксана не отвечает и продолжает красить губы. У нее мало времени, в зависимости от того кто приедет можно будет покапризничать и потянуть еще минут десять, но готовой надо быть уже сейчас. Распыляться перед водителем, например, смысла нет, а вот перед Понтом, очень даже да.  — Мы расплатились с долгами, — Анна сидит за столом и не оглядывается.  — Я расплатилась, — с мягким нажимом отвечает Оксана и поджимает губы, проверяя, насколько ровно лежит помада.  — Ты как отец, — зло говорит Анна. И это уже болезненная шпилька. — Он свои медали рискуя получал, ты в него. Риск вам подавай, жить спокойно не можете. Оксана, наконец, оглядывается. Анна сгорбилась над столом и обхватила своими тонкими руками голову. Она не хотела уязвить, понимает Оксана. Ее мачеха волнуется и это так странно и непривычно, что она подходит и обнимает ту со спины. На столе лежат карты — Анна раскладывала гадательный пасьянс — бубновый король подмигивает единственным глазом. Рядом туз червей.  — Зачем тебе опять эта трясина, — вздыхает Анна. Оксана не успевает ответить, потому что в дверь звонят. На пороге личной персоной стоит Понт, в своем щегольском светлом пальто и с букетом красных роз. Его взгляд оценивающе скользит снизу вверх, и Оксана чувствует, как у нее на шее шевелятся волоски. Впрочем, это привычная реакция на него.  — Прекрасно выглядишь, — говорит он и заходит в коридор. Анна со всхлипом встает и идет искать вазу. Оксана ставит ногу на банкетку и застегивает туфельку, отчетливо чувствуя, как Понт следит за каждым ее движением. Потом вторую. Если бы они были одни, Понт ей помог. Или наоборот, это как посмотреть.  — Когда ты вернешься? — спрашивает Анна принципиально не глядя на него.  — Часам к двенадцати, — обходительно улыбается Понт, словно не замечает холодной неприязни. Словно его развлекает эта игра. — Спектакль заканчивается в одиннадцать и мы еще немного погуляем. Я завезу Оксану домой, не стоит волноваться, Анна Петровна. Возможно, они действительно пройдутся до Тверской по Дмитровке, иногда у него случается романтическое настроение и ему хочется читать стихи. Иногда, он решает, что давно не заходил в ресторан на углу Кузнецкого моста, и тогда они идут туда. Иногда ему просто хочется задрать ей юбку или поставить на колени, и хорошо, если это происходит не на улице, в какой-то подворотне, или на заднем сиденье такси, пока водитель с пониманием курит в сторонке. Анна молча принимает цветы и грустно смотрит на Оксану. В ответ та улыбается, легко и светло. Это игра такая. Понт помогает ей одеть пальто, и они спускаются во двор, где тихо гудит мотором такси. Садятся на заднее сидение и тут же горячая ладонь Понта ложиться Оксане на бедро. Он не задирает ей юбку или что-то подобное — в конце концов, они действительно сегодня едут в Большой — но этот властный жест сразу обозначает, чем все закончится. Даже если Понт вернет ее домой ровно в двенадцать, как и обещал Анне. Оксана улыбается и весело подмигивает ему. Ее все устраивает