Universes (сборник)

Грохот инструментальной музыки слышен далеко за пределами гаража, который был переоборудован под тусовочное место. Здесь можно было увидеть много разношёрстных неформалов, подростков, что чувствовали в себе жажду протеста и желание выразить себя. Иногда они играли на гитарах и пели песни о своих смешанных чувствах, а порой, просто отдыхали, выпивая и слушая музыку. Вот и сейчас, из напольных колонок хрипло доносится Nirvana, парни и девушки громко веселятся, кто-то сидит отдельно, думая о своём или зависая в телефоне, а ещё двое заинтересованы исключительно друг другом. Усадив Бэма на большую бочку у стены, Джебом с упоением целовал парня, стоя между его ног. Руки уже слепо шарили под грубой кожаной курткой, пытаясь нащупать края рубашки, чтоб залезть и под неё. Бэм же переводит его руки на свои бёдра, с удовольствием выдыхая, когда он сжимает их. Да, вот так. За шумом в помещении не слышно, как Бэм смеётся и тут же стонет, когда Джебом несдержанно терзает его шею, покусывая, оставляя метки на загорелой коже. На ухо он слышит игривое "ещё" и ещё раз присасывается к шее, под восторженный вдох, а затем любуется плодами своих трудов. Пятнышки на тонкой шее уже наливаются багровато-синими оттенками и это выглядит чертовски сексуально. Бэм обхватывает его бедра ногами и тянет на себя, ещё ближе, требуя продолжения. Его никогда не смущали люди вокруг. Напротив. Он наслаждался своим превосходством, ведь Джебом был негласным лидером в этих тусовках. Многие даже побаивались парня, а вот он сам крутил им как хотел. Если хотелось - он был даже мягким и уступчивым с ним. Но чаще Бэму хотелось как сейчас, настойчивого, требовательного Джебома, который брал то, что хотел. То есть - его. Джебом ласкает его язык, играясь с шариком от пирсинга, ведь знает, как Бэм любит это. А ещё Бэм любит самого Джебома, поэтому и сделал пирсинг, благодаря которому они оба могли получить ещё больше удовольствия в своих играх. Джебом проводит языком по губам и сжимает ладони уже на ягодицах парня, вжимаясь плотнее. В кожаных штанах и так было довольно жарко, а теперь становилось ещё и тесно, от довольного мычания парня в ответ. Вдруг, до его слуха доносится отчётливое "эти постоянно себе такое позволяют?" где-то с диванов позади и он даже хочет обернуться. Но Бэм не позволяет, перехватывая его лицо руками и поворачивает к себе, вновь утягивая в горячий поцелуй. Уж очень не хотелось прерываться. Но пацан всё не унимается и уже громче выкрикивает "смотреть противно!". Под разочарованный вздох, Джебом таки отрывает Бэма от себя и в помещении тут же становится тихо. - Детка, подожди минутку, - в глазах Джебома появляется опасная искра и Бэм невольно кусает губу, а затем и закуривает, наблюдая. Даже улюлюканья самых нетрезвых ребят прекращаются и только разговорчивый новичок всё ещё не понимает, что происходит. А происходит всё, ожидаемо, быстро и тот уже лежит на полу, утирая кровь и держась за подбитый глаз. Джебом даже не снимает кольца, решая, что так ему лучше запомнятся правила этого места. - Правый ты вряд-ли откроешь в ближайшие дни, - Джебом стоит над ним, встряхивая руку, - могу и с левым помочь. Бэм появляется из-за его спины, самодовольно улыбаясь, - Тогда не придётся смотреть на то, что тебе так не нравится. Как идея? - Бэм выдыхает дым и бросает окурок прямо рядом с его головой, чтобы затем затушить начищенным до блеска берцем. Этот парень не понравился ему сразу, как заявился сюда. А уж после чреды приставаний и грубого отказа от Бэма на них, стал вести себя совсем нагло. Но Бэм не рассказывал Джебому, выжидая, когда парень проколется перед ним лично. Да и, расскажи он о домогательствах, тому головы точно не сносить, так что, фактически, он даже проявил акт милосердия. Сейчас же, наконец, ликуя. Новичок уносит ноги так быстро, что компания даже оживляется, начиная, посмеиваясь, обсуждать что-то своё. Бэм отводит Джебома к уборной, заставляя как следует отмыть чужую кровь с рук прежде, чем прикасаться к нему снова. А потом ещё и лепит смешные пластыри с котятами на содранные костяшки, оправдываясь тем, что других в магазине не было, а новая обувь натирает ноги. Бэм целует своего героя, думая о том, что Бонни и Клайд обзавидовались бы, будь они живы. Ведь Джебому удалось украсть то, чего не удавалось никому. Его сердце.