Многоликий

Вечерело, в подземном переходе включились фонари. Свет они давали желтоватый, немного неровный, а где-то вдалеке лампа, видно, чуток коротила, а потому щелкала, цокала и моргала. Это раздражало. Наступала осень, воздух был влажным, а по лестнице вниз крался вечерний туман, отчего свет еще больше рассеивался и как будто оседал на куртках нечастых уже прохожих. В такую пору много не заработаешь, но Йорвет не привык отступать. К тому же, если не работать, то ничего не заработаешь точно. Йорвет подопнул ногой картонную коробку, в которой «для приманки» рассыпалась медная мелочь, и вскинул флейту. У него не было постоянного репертуара, а сейчас, вечером буднего дня, он и вовсе не слишком задумывался над тем, что играть. Даже позволял себе импровизировать — и по переходу понеслась заунывная мелодия, такая же тоскливая, как наступающая осень. Люди — в большинстве своем именно люди — проходили мимо, не обращая внимания на остроухого в обносках, но один раз Йорвету повезло — шумная компания краснолюдов расщедрилась на несколько серебряных. Один из парней даже похлопал Йорвета по плечу: — Ты б репертуар сменил, а? Надо что погромче да повесельше! Йорвет благодарно прикрыл глаз. Если бы совет ему дал кто-то из людей, он бы не преминул оторваться от флейты только для того, чтобы посоветовать советчику засунуть свои советы... — Пс-с-с! — раздалось неподалеку. — Эй! Оторваться от флейты все-таки пришлось. Йорвет устало опустил инструмент и бросил: — Ну? Из-за закрытого уже по вечернему времени ларька, днем торгующего чулочно-носочной продукцией, отделилась мощная фигура старого знакомца. — Давно тут торчишь? — Недавно, — процедил Йорвет — и говорил правду. — Я к чему, — старый знакомец подошел ближе и вытер нос и щетину рукавом. — Сегодня вроде облавы по всему району обещали. Если до этого было тихо, то вали, пока не вляпался. — Слушай, Герыч... — раздраженно начал было Йорвет. Приятель появлялся обычно как снег на голову и никаких добрых вестей отродясь не приносил. — Ну, не хошь — как хошь, — тот пожал широкими плечами. — Если что, то заваливай ко мне. Главное, хвост не приведи. — Не настолько я еще до ручки дошел, чтобы к тебе «заваливать», — поморщился Йорвет. — У тебя не хата, а клоповник, а уж обдолбанные d’hoine — это вовсе не то общество, в котором приятно находиться. — Зато прибыльней, чем твоя свистулька, — парировал приятель. — И потом, эликсиры у меня — высший класс, дерьма не держим. Одна доза — и увидишь розовых единорогов. — Буду иметь в виду, — хмыкнул эльф. — Шел бы ты, Герыч, куда шел. У меня-то только свистулька, а у тебя дури вечно по всем карманам распихано. — А то, — Герыч разулыбался, картинно перекинул длинный хвост за спину и удалился вразвалку. Йорвет только поморщился. Барыга, а понтов — выше головы. Однако если Герыч прав — а ошибался он редко, то действительно неплохо бы убраться куда подальше. С местными ментами у Йорвета были довольно натянутые отношения, и лишний раз попадаться вовсе ни к чему. Но на этот раз Йорвету не повезло. Стоило выгрести из коробки гремящие монетки, как желтый свет разбавило голубоватое мерцание сверху, над парапетом, и Йорвет только вздохнул. Можно, конечно, рвануть вслед за Герычем, но этим, пожалуй, только хуже можно сделать. Герыч наверняка давно свалил, у него тачки меняются чаще, чем у Йорвета сапоги, а без тачки удрать от ментов затруднительно. Тем более что у них, убогих, в первую очередь включается рефлекс: если кто-то удирает, надо догнать. И тогда неприятным разговором не отделаешься, начнут проверять, перепроверять... Однако когда где-то над головой хлопнули дверцы автомобиля, и на верху лестницы появились фигуры, Йорвет мысленно застонал. Надо было все-таки попробовать удрать. Шанс был, хоть и небольшой. А теперь... Это обычные менты поглумятся да отстанут, но только не спецотряд. — Это кто у нас тут? — голос, скрипучий и насмешливый, был знакомым. — Кто-кто... — буркнул Йорвет. — Чего тебе надо, Роше? Старший отряда с довольной ухмылкой спустился на несколько ступеней и деловито осмотрел Йорвета. Пауза затягивалась, и эльф с трудом подавил желание скривиться. Не следовало обострять ситуацию, а то с Роше станется за недовольную гримасу впаять «оскорбление при исполнении» или еще какую-нибудь дрянь. — Дудишь? — наконец довольно кивнул Роше на флейту и продолжил нараспев: — «Незаконная коммерческая деятельность, в том числе с использованием музыкальных инструментов, приравнивается к нарушению общественного порядка и влечет...» — Начальник, — Йорвет устало его перебил. — Это все равно административка, план ты мной не закроешь. Я уже закончил и ухожу. Да и не заработал ни черта. Роше усмехнулся, но куда неприятнее: — Вот и проверим, что ты там заработал. Йорвет понял, что чертов мусор закусил удила и теперь не отвяжется. За его спиной замаячили крепкие неулыбчивые парни, и Йорвет окончательно смирился с тем, что вечер перестал быть томным. И Роше эти умозаключения только подтвердил, когда презрительно кинул: — Собирайся, в участке подудишь. Что ж, по крайней мере, у Йорвета не было планов ни на этот вечер, ни на ближайшую ночь. Несколько разве что странно то, что на этот раз Роше сам, лично, собрался отвезти нарушителя в отделение, а не передал эту обязанность своим парням. Обычно если Роше появлялся на улицах, то только задерживал — и отправлялся дальше проверять, штрафовать и ловить. Это несколько напрягало. Легенда о не слишком удачливом эльфе и так продержалась слишком долго, чтобы такая въедливая псина, как Роше, не заподозрил иного. И было критически важно выяснить, что там у него на уме. У Йорвета было как минимум две ипостаси, о которых мундиры пока не были в курсе. Так что именно стало известно Роше? В машине было тепло и мягко; пахло табаком, оружейной смазкой и дешевым хвойным ароматизатором, от которого сразу засвербило в носу. Один из мундиров плюхнулся за руль, второй и Роше втиснулись по обе стороны от Йорвета. Теперь к мешанине запахов добавился еще и запах пота. Йорвет несколько раз вдыхал и задерживал дыхание, но чихнуть не получалось, а потом эти потуги заметил Роше. — Что морду кривишь? Или запах леса не нравится? Йорвету хотелось высказаться в том смысле, что здесь воняет не лесом, а сучьими портянками, но он благоразумно насчет этого промолчал. Но удержаться полностью сил не хватило: — Я и так слишком часто слышу призывы «эльфов — в леса» и «эльфов — в резервации», — неприязненно скосил взгляд Йорвет. — По-моему, достаточно того, что нас загнали в гетто и приличной работы не найти. И неприличной — тоже. — Ну, неприличную-то как раз можешь, — хохотнул второй, имени которого Йорвет не знал. Немного отлегло от сердца. Разумеется, раскрывать особенности своей жизни было бы неприятно и опасно в любом случае, но из двух зол... Йорвет постарался скрыть вздох. Вечерне-ночная деятельность оплачивалась не в пример лучше и была относительно безопасной, но раз об этом стало известно «полоскам» — всё, покоя не будет. Одно дело — тщательно выбирать клиентов и скрывать личность; другое — регулярно обслуживать все отделение. Вот разве что сделать ставку на болезненную приверженность Роше закону... Но во-первых, он мог проявлять приверженность закону только тогда, когда с Йорвета, уличного музыканта, взять было нечего; а во-вторых, не будет ли это хуже, чем... Ведь ночная деятельность — фактически единственный способ Йорвета заработать. И не гроши, на которые худо-бедно можно не протянуть ноги, а суммы, которые требуются на другую, третью, сторону жизни. Лишиться заработка не хотелось. Йорвет крепче сжал зубы и внимательнее посмотрел на Роше. Человек; спасибо, не очень страшный. Его псы — гораздо симпатичнее, но весь интеллект — а точнее, его отсутствие — на всех них стоит жирным фиолетовым штампом. Время для ответа Йорвет упустил, да и нечего на это было отвечать, а потому дальнейший путь проделали в молчании. Из машины пришлось вылезти, хотя Йорвет там пригрелся, да и перспективы не радовали. Йорвет ожидал, что его бросят в КПЗ — так называемый аквариум, но Роше сухо приказал следовать за ним в кабинет, и Йорвет, полуприкрыв глаз, покорился. Вот вам и «законник». Переступая порог кабинета, где на столе стоял крошечный темерский флаг, а со стены сурово глядел портрет Фольтеста, Йорвет уже вполне пришел в себя. И даже язвительно усмехался. Его клиенты — обычно немногословные обеспеченные d’hoine — были готовы платить и за острые уши, и за вековой опыт. Кто бы мог подумать, что и Роше окажется из «ценителей». — Присаживайся, — Роше авторучкой указал на скрипучий неудобный стул напротив стола. — Имя, год рождения... Йорвет послушно отвечал на стандартные вопросы, а сам все больше недоумевал. Зачем спрашивать, когда Роше все это знает наизусть? Зачем этот протокол, когда его явно позвали сюда не для протокола? Невольно представилось, как Роше скрупулезно пишет рапорт о перепихе на служебном столе, расписывая действие по минутам, и стало смешно. — Что делал в переходе? Йорвет очнулся от собственных дум и, хмурясь, ответил: — Играл. На коммерческой основе с целью получения выгоды. — Видел ли кого-то знакомого? — Роше поднял голову и впился пронизывающим взглядом. Йорвет сразу вспомнил про Герыча, но говорить о нем не собирался. Все-таки старый знакомый, хоть и мутный. По-своему, Герычу Йорвет сочувствовал. Тот, со своей неземной любовью к роскошной стриптизёрке, мог наизнанку вывернуться, зарабатывая бабло, но ему вряд ли что обломится. «Крошка Йеннифэр» и не таких обламывала, где ей очароваться небритым барыгой. — Да вроде нет... — он пожал плечами. — У меня комната в бараке в гетто, откуда бы знакомым в городе найтись? Люди какие-то шастали... Ни медяка не кинули, я не обращал внимания. Компания краснолюдов прошла... Давали мне советы, как играть. Потом вы появились. — Вот как? — Роше хищно прищурился. — А почему мы застали тебя, когда ты уже свернулся? Если пошел, так играл бы до ночи, пока народ не перестанет появляться. А если пришел, то какого черта пытался удрать? Йорвет почувствовал холодок между лопатками и хмыкнул: — Терпение лопнуло. В будний день много не заработаешь, но надеялся, что повезет. Не повезло. — Вот уж точно, не повезло, — презрительно бросил Роше. — Знаешь, у меня к тебе все больше вопросов. В первую очередь, как ты еще не подох со своей дуделкой. На этот вопрос Йорвет ответить мог. Он действительно тратил на жизнь только то, что зарабатывал флейтой. Остальные заработки шли не на это. — Жить люблю, — он даже оскалился. — Знаешь, если не жрать в три горла, вполне можно выживать и с дуделкой. — А мне вот кажется, что ты водишь меня за нос, — прямо заявил Роше. — И догадываюсь, как ты зарабатываешь. Значит, все-таки где-то пронюхал. Что ж, это было ожидаемо. Йорвет всегда внимательно подбирал клиентуру. Понимал, что приметный; понимал, что найти его — пара пустяков. Однако расчет всегда был верен — никто не желал такой известности. И все-таки... Пригласить кого-то к себе Йорвет не мог. В такие «апартаменты» никого не пригласишь. А потому приходилось пользоваться разными службами такси, а иной раз — и частниками, когда запросы клиента были таковы... Видно, кто-то все-таки опознал и проболтался. Или Роше надавил... — И что, если так?.. — Йорвет выдержал взгляд. Роше удовлетворенно улыбнулся, улыбка получилась злой. — А если так, то у тебя два пути. Сам понимаешь, что подобная деятельность трудно доказуема... до поры до времени. Так что либо ты прекращаешь — а я в это не верю; либо будешь работать на меня. В это я тоже верю с трудом, но в противном случае тебя ожидает третий путь — на нары. Знаешь, эльфам на зоне обычно... невесело. Йорвет с трудом подавил дрожь. Эльфу на зоне — да еще по такой статье... Точно, невесело. — Это смотря какая зона, — нашел в себе силы бросить Йорвет. Но проблема была много глубже. Йорвет просто не мог себе позволить на несколько лет выпасть из... происходящих событий. Не иметь возможности повлиять. — А о том, чтобы зона была подходящей, позабочусь я, — довольно мирно отозвался Роше. Сука. Йорвет понимал, что тот по всем пунктам прав. Насколько он знал, Роше всегда устранялся, когда доводил дело до суда, оставляя — как следовало по закону — службе исполнения наказаний решать, чего именно заслуживает преступник. Но именно он, Йорвет, умудрился стать Роше личным врагом. Уже только за то, что много раз уходил от наказаний. — Черт с тобой, — Йорвет умел проигрывать. — Если хочешь, чтобы я работал и на тебя... Тогда давай, чего расселся? Роше хлопнул глазами раз, другой... Йорвет понял, что тот никак не ожидал, что строптивый эльф на это согласится, а потому терять преимущества не пожелал: поднялся и уверенно обогнул стол. Роше помотал головой, улыбнулся немного растерянно. — Да ты погоди. Не ожидал, конечно, но... Раз уж так... Может, желаешь выпить, покурить? Йорвет нахально уселся на край стола и кивнул. Конечно. Сначала выпить и покурить — сама доброта; а перепих на столе под сердитым взглядом Фольтеста, стало быть, потом. Роше несколько нервно оттолкнулся от стола и полез в огромный сейф, который только открывал добрых две минуты. Йорвет глядел из-за его плеча и успел отметить, что в сейфе три полки. На верхней — папки; все, как одна, с алыми штемпелями и золочеными лентами. На средней — оружие и стандартные коробки с патронами. А вот на нижней, ее как раз из-за плеча было не видно, надо полагать, прочие полезные и нужные вещи. По крайней мере, повернулся Роше, уже держа в руках бутылку с золотисто-алой жидкостью и два граненых стакана. Со звяканьем разместив все это добро на полированной поверхности стола, Роше извлек из сейфа упаковку неплохих зарубежных сигарет и с грохотом запер сейф. Йорвет машинально отметил, что ключ тот держит на поясе на цепи. И прячет в маленький кармашек. — Предпочитаю табак, — протянул Йорвет, посмеиваясь. — Но нильфгаардские сигареты тоже сойдут. — Трофейные, — хмыкнул Роше. — Коньяк? — Давай уж, чего там, — эльф скривился. — Хотя я бы предпочел поесть. — Могу отправить кого-нибудь за гамбургерами, — командир «полосок» очевидно растерялся. — Брось, — предложение Йорвету не понравилось. — Ты дверь запер? Вот и не высовывайся. Пили молча. Йорвет — со вкусом, действительно оценил неплохой коньяк. Роше — залпом. Bloede d’hoine, чего от него ждать... Закусывали «курятиной». Йорвет закурил, нахально оглядывая будущего... Ну, клиентом его трудно назвать, раз не заплатит. Но относительный покой тоже чего-то стоит, а потому Йорвет мысленно внес его в список постоянных клиентов. Пусть, скажем так, на добровольной основе, в качестве пожертвования в дело скоя’таэлей. Роше почему-то дергался. Кажется, его не устраивал мирный процесс поглощения коньяка, да и курил он как-то нервно. Йорвет даже нахмурился — что, совсем никто не дает?.. — Ну, давай, — он раздраженно отставил стакан подальше, решив, что дерганный Роше — еще хуже, чем Роше самоуверенный. — Допить можем и потом. Командир спецотряда машинально отъехал на кресле подальше и вдруг усмехнулся: — А одновременно нельзя? — В общем, можно, — подумав, согласился Йорвет. — Тебе — точно. Поскольку Роше явно не собирался предпринимать активных действий, а, напротив, развалился на кресле, Йорвет понял, что тот предпочитает, так скажем, в одни ворота. Может, оно и к лучшему — и быстрее, и не придется искать потом, чем подтереться. Йорвет глубоко затянулся напоследок, раздавил бычок в импровизированной пепельнице из банки из-под кофе, с наслаждением выпустил дым и опустился на колени перед креслом. Расстегивать мундиры ему до того не доводилось... По крайней мере, такие. Вот дорогостоящие костюмы — другое дело. Однако Йорвет справился. Роше никак не помогал, это слегка раздражало, и Йорвет не удержался, поднял взгляд. Только для того, чтобы увидеть самодовольную сучью рожу. И натолкнулся на полный изумления взгляд. Роше так и замер — и даже, кажется, не замечал, что столбик пепла того и гляди упадет на роскошный синий ковер со стилизованными лилиями. Йорвет почувствовал, что что-то идет не так. А чего Роше ждал? Стриптиза? Очевидно только одно — не того, что Йорвет делает прямо сейчас. Встать было глупо, продолжать — странно. — Ну, чего тебе не так? — Йорвет с негодованием отметил, что голос осел. — Или ты думаешь, что эльфы делают это как-то иначе? — Нет, не думаю... — Роше дернулся — тлеющий огонек обжег горячим воздухом пальцы — и поспешно затушил окурок в той же банке. Рука дрогнула, и теперь из банки раздражающе вился сизый дымок. — Ну так и чего тогда зенки пялишь? — терпение Йорвета лопнуло. — Мог бы и сам хрен достать, я на это не подписывался. Роше наконец отставил стакан и как-то уж слишком поспешно рванул ремень и застежки. Что он думал при этом, оставалось загадкой, но явно что-то думал — уж больно рожа у него была... странная. Стоило ему полностью расстегнуться и откинуться обратно в кресле, как Йорвет машинально отметил, что полностью у Роше не стоит. Может, из-за этого дергался? Может, просто осечки случаются? Йорвет не слишком задумывался, в каком возрасте у людей начинаются проблемы в этой области, но юным Роше точно не был. Или дело не в возрасте? Нервная работа, постоянный стресс, скоя’таэли, опять же, расслабиться не дают... Чтобы не разрушить хрупкую эрекцию d’hoine, Йорвет коснулся его как можно бережней и ласковей. И тут же почувствовал, что, в общем-то, худо-бедно оно работает. Может, даже что-то получится. И, склоняясь над Роше и обдавая дыханием член, Йорвет надеялся только на то, что не придется корпеть тут полчаса. Йорвет двигался методично, без изысков. Языком чувствовал, как член твердеет под ласками, и уже не опасался так, действуя свободнее и смелее. Опустился ниже, вбирая плоть глубже, соскользнул, пощекотал языком уздечку, набирая скопившуюся слюну, а потом, глубоко вдохнув, опустился настолько низко, насколько мог. По слюне член довольно легко вошел в горло, и Йорвет то ли услышал, то ли почувствовал глухой низкий стон. Перед взором мелькнуло синее сукно портков и массивная ременная пряжка. С темерским гербом, разумеется, кто бы сомневался. Это вызвало неожиданный всплеск раздражения, и Йорвет качнул головой резче, плотнее смыкая губы. Звук получился непристойный и громкий, и Роше снова застонал. Йорвет сощурился, пытаясь разглядеть, что происходит, и увидел, как командир спецотряда и гроза Флотзама прикусывает тыльную сторону ладони. Или просто прикрывается, чтобы звук был глуше, кто там его разберет. Трепетный какой. Тем неожиданней было то, что Роше резко поднял голову Йорвета за подбородок, заставив выпустить член изо рта. Йорвет полуприкрыл глаз. Таких любителей тоже хватало — полюбоваться, и Йорвет знал, как заставить таких клиентов действовать побыстрей, а платить — больше. Он облизнул губы, позволяя им раскрыться, опустил ресницы. Для полной картины было неплохо еще поднять расфокусированный взгляд, но на такой подвиг Йорвет сейчас не был способен. — Поднимайся, — хрипло приказал Роше. — И ложись. — Куда? — как Йорвет ни старался, голос пленительней звучать не стал. По-прежнему хотелось высказать все, что думалось, но сделать этого было нельзя. — Похер, — емко высказался Роше. — На стол. На ковер. Куда-нибудь. Йорвет далеко не пошел. Чего тут изобретать, когда ковер — вон он, под коленями. Если Роше догадается поднять задницу от начальственного кресла, то можно вполне удобно разместиться, и от двери не будет видно, даже если ее снесут с петель. Роше догадался. Встал, поддерживая портки и замявшийся китель, и оттолкнул кресло подальше. Оно откатилось недалеко, но достаточно, чтобы двое могли устроиться. Йорвет опустился на бедро, ожидая, что Роше сам укажет, как ему больше по душе, но тот был слишком занят собственными штанами, собственным кителем, ремнем, выскальзывающим из шлевок... Йорвет вздохнул. Ну все, черт его подери, самому. Прикинув, Йорвет подвинулся и, стянув куртку и оставшись в рубахе, расстегнул и спустил штаны. Раздеваться не хотелось — перебьется. И пусть сзади — всегда опаснее, за невозможностью контролировать партнера, это позволит не видеть его рожу. Сплошные плюсы. Ничего подходящего в качестве смазки у Йорвета не было. Он четко разграничивал стороны своей жизни, не смешивая, иначе слишком велик был риск совершить роковую ошибку. Хотя теперь, кажется, это уже не имело значения. У Роше тоже наверняка ничего подобного нет, так что придется обойтись своими силами. Впрочем, Йорвет не сильно на этот счет тревожился — прошлой ночью работал, потому и в переход вышел поздно, отсыпался. Так что сегодня должно быть нормально, даже если Роше будет трахать насухую. Йорвет привычно постарался расслабиться, иначе будет больно. Боль он терпеть умел, но лучше все-таки без нее. Однако Роше действовал лучше, чем от него можно было бы ожидать — надавил, переждал, входил медленно... Позволил привыкнуть, прежде чем вошел полностью — как-то разом, большой, гладкий. Йорвет прикусил губу. Обычно он позволял себе получать удовольствие только тогда, когда клиент был знакомым и проверенным, но сейчас... Трахаясь с ментом, который даже не обещал предоставить крышу или хотя бы сквозь пальцы смотреть на отношения Йорвета с законом, так хотелось сделать этот момент хоть немного более... пристойным. Как будто двое — пусть по разным причинам — добровольно занимаются сексом. Рука на пояснице надавила сильнее, и Йорвет почувствовал, как Роше начинает двигаться. Медленно, но крепко, уверенно. Пожалуй, все-таки проблем с эрекцией у него нет, это что-то вначале помешало. Чувствовать его в себе было неожиданно приятно. Вот насколько Роше раздражал, настолько умело двигался. Возможно, он все в этом мире делает так — размеренно и толково. Йорвет опустился ниже, почти прижимаясь грудью к полу, пытаясь избавиться от томительного ощущения, но от этого стало только хуже, и он снова поднялся. На языке еще ощущался вкус любовника, и от этого казалось, что Роше имеет сразу с двух сторон. Йорвет постарался не двигаться навстречу, чтобы сохранить остатки гордости, однако все больше уступал размеренному движению, которое набирало темп. Теперь Йорвет больше понимал Роше, который прикусывал кожу, чтобы не стонать. Впору самому было вцепиться во что-то. Роше качнулся сильнее, и Йорвет все-таки не выдержал, охнул. Пальцы невольно сжались на густом ворсе ковра, и Йорвет в попытке прийти в себя рассеянно пошарил взглядом по кабинету. Ну должно же здесь быть хоть что-то, на что можно отвлечься! Но обзор был не слишком широким — кресло, стол да мусорная корзина, до половины набитая скомканными бумагами. Еще мягкий ковер и... сурово глядящий со стены Фольтест. Однако даже президентское табло не вызвало нужного эффекта. Ему хотелось показать средний палец — и только. И можно бы было попробовать сосредоточиться на этом серьезном взгляде, однако... Однако Роше начал сопеть. И сопеть шумно. И руку опустил на бедро, прижимая собственнически и уверенно. Йорвет зажмурился. Пожалуй, таких любовников среди его клиентуры не было. Разные были — любящие побыстрее, помедленнее, на люстре. А вот просто таких, чтобы крепко трахали без затей — не было. Роше навалился плотней, и теперь уже Йорвет был вынужден опуститься, просто чтобы удерживать вес. И от этого, конечно, внутри давило сильней, а кровь по венам бежала быстрее. Терпеть это не было никаких сил. Йорвет прикусил губу до боли, шумно вздохнул и попытался удержаться хотя бы от того, чтобы не касаться себя. Но чертов Роше помешал и тут. Пальцы любовника сжались на бедре сильнее, и он выдохнул куда-то в затылок: — Можешь дрочить, я не против. Не против, сука! Йорвет был очень даже за. Чертова гордость еще теплилась где-то внутри, но Йорвет с досадой напомнил себе, что он уже лег под легавого, и теперь, возможно, придется делать это на постоянной основе. Должно же быть что-то, что хоть немного скрасит беспросветную жизнь? И, опустив руку вниз и с трудом удерживаясь на локте, Йорвет вдруг понял, что решение было поспешным. Ему хватило прикосновения. А сколько Роше еще будет... Но мыслить дальше он просто не смог, окончательно улегшись щекой на пол. Смутно чувствовал, как кончает Роше, а потом, едва все закончилось, смутно думал о том, что ковер теперь придется отчищать. Но это не его, Йорвета, проблемы. У него были проблемы посерьезнее. На Роше Йорвет не смотрел, одевался быстро и споро. Рассеянно подумал, что не только Роше придется вручную отчищать ковер, самому тоже придется свои шмотки стирать, потому что попросить хотя бы салфетки было выше его сил. Роше тоже шуршал. Гремел ремнем, шумно застегивался. Потом жадно стянул со стола стакан, опрокинул остатки коньяка в глотку и зажмурился, занюхав рукавом. Йорвет повторил то же самое, только безо всякого занюхивания. Горло обожгло, зато он наконец-то перестал чувствовать вкус естественной смазки. Он не рисковал сказать что-то сам, дожидался реакции мента. И дождался: — Ты охуел, Йорвет? Вопрос был слишком неконкретным, поэтому Йорвет только сощурился. Усаживаться на стол было не слишком разумно, так что эльф оперся на столешницу бедром и нахально вытянул из пачки еще одну сигарету. Прикурил от зажигалки в виде Городской Башни и многозначительно выпустил дым. Роше тоже потянулся за сигаретами и, подтянув кресло ногой, устало туда плюхнулся. И продолжил «допрос»: — Ты за каждую административку так будешь? Я могу к тебе каждый день ходить, что-нибудь да нарою. — Ты же сказал, что у меня два пути, — осторожно заметил Йорвет. — На нары я не стремлюсь. — Сосешь ты охрененно, — подумав, заметил Роше. — Даешь — тоже. Но я бы предпочел список твоих знакомых, которые торгуют дурью, их хаты и прочее. Йорвет едва не подавился дымом. Какая дурь? Какие знакомые? — Да нет, не предпочел бы, — хмыкнул эльф в ответ. — Дурь, хаты и прочую муть ты нароешь и без меня, тем более что у меня таких знакомств особо и нет. Может, с кем и сталкивались на узкой тропочке, но я с дурью не имею никаких отношений. И ничего рассказать тебе не могу. Впрочем, если бы и мог — не стал бы. Он действительно уже ничего не понимал, но опасался выдать себя. И без того, похоже, наворотил дел... Не хватало еще больше спалиться. — В самом деле? — Роше фыркнул, обдавая облаком сизого дыма. — А Геральт? Дилер? — Слыхал и даже видал, — откликнулся Йорвет и пожал плечами абсолютно честно. — Но, собственно, это и все. Пару раз предлагал мне свои «эликсиры», но я его послал. — Черт! — Роше так искренне треснул кулаком по столу, что его стало почти жаль. И стало бы жаль, если бы Йорвет еще не чувствовал, как из задницы вытекает чужая сперма. — Я же был уверен, что ты здесь замешан. С Геральтом тебя видели, а еще Цирилла... Йорвет пошарил в памяти, но имени такого так и не вспомнил. — А это кто? — он снова затянулся. На Роше было приятно смотреть. Тот уже вовсе не выглядел таким уверенным и несгибаемым. Напротив, сгорбился... — Цири, мелкая сучка, — произнес он таким тоном, как будто это все объясняло. — Катается на шикарных авто, снимает дорогостоящих мужиков и баб и водит дружбу с твоим Герычем. Уж почему и зачем — непонятно. Йорвет хмыкнул. Многое становилось понятным, однако не все. — Ну, что-то я, положим, слышал, — он налил себе еще коньяка и со вкусом отпил. — Про какую-то девчонку, которую Герыч вроде бы спас. То ли не в ту компанию она попала, то ли еще что... — Не в ту компанию! — Роше аж подавился. — Да эта девчонка... — Это всё, что я знаю, — отрезал Йорвет. — Но Герыч с ней не спит, если ты об этом. У него другая телка на уме, хотя так-то он трахает все, что движется. — Это я знаю, — Роше вздохнул и тоже потянулся за выпивкой. — Но меня, в общем, ни Герыч, ни эта мелкая сучка особо не интересуют. Куда больше меня интересует, кто за ними стоит. Твой Герыч бегал, как в жопу ужаленный, со своей дурью и предлагал ее налево-направо, пока эта девочка не объявилась. А девочка, надо сказать, вылезла, как из... ниоткуда, — Йорвет прямо почувствовал, как Роше подавился матерным словом. — Может, у нее есть влиятельный любовник, — предположил Йорвет. — Или любовница. — Нет, — Роше с досадой помотал головой. — Мужиков и баб она меняет, а такое могут себе позволить только те, у кого есть связи посерьезнее, чем через жопу или пизду. Йорвет раздраженно дернул плечом. Звучало отвратительно. — А при чем вообще тут я? — наконец скрипуче уточнил Йорвет. — Только потому, что я общался с Герычем? — Ну да, — Роше горько вздохнул. — Не могут же эти двое работать отдельно? Кто-то должен про них знать. А тут ты, эльф гребаный. На дуделке играет, крутится рядом... Ты просто не мог зарабатывать своей дуделкой. — А я и не ей зарабатываю, — зло бросил Йорвет. Понял, как нужно себя повести, чтобы не спалить хотя бы третью, самую важную, сторону жизни. — Как ты понял, я зарабатываю задницей. И ртом еще. — Это я уже понял, — Роше досадливо скривился. — Просто эльфская шлюха? — Не просто шлюха, — фыркнул Йорвет. — Кому попало не даю. Можешь выпить за это — и тебе перепало. Теперь отвяжешься от меня? Ни в какой организации я не состою, трахаюсь по обоюдному согласию, а детали тебя интересовать не должны. Роше улыбнулся, но от этой улыбки холодело где-то между лопатками: — Административная статья, эльф. Мне понравилось, как ты работаешь. — Мне проще заплатить штраф, — съязвил Йорвет. — И то — только по решению суда. — Вот как? — Роше вдруг нахмурился. — А зачем тогда?.. Йорвет вдруг сообразил, что своими ответами едва не выдал себя. Едва не выдал, что у него есть что-то куда серьезнее, что стоит скрывать. — Да ты же за мной уже который год тащишься, как вонь за армией, — раздраженно бросил Йорвет. — А потом привел к себе и дверь запер. Что я должен был думать? Тебе проще один раз дать. — Один раз?.. — Роше задумчиво уставился куда-то вдаль, поверх плеча Йорвета. — Пожалуй, мне стоит чаще проводить рейды. А на дуделке ты играешь зачем? — Чтобы у таких, как ты, вопросов не возникало, — бросил Йорвет. — И еще немного от любви к искусству. — Вот же угораздило, — Роше покачивал головой, как будто удивлялся собственному невезению или глупости. — Придется тебя выпустить, не держать же тут, и без тебя швали хватает. — Зато потрахался, — хмыкнул Йорвет, но от язвительности не удержался. — А штраф? За нарушение порядка? — Ага, и за насильственные действия сексуального характера, — уныло протянул Роше. — Сейчас окажется, что у тебя в кармане вошь на аркане, а официально ты праной питаешься. Ловить тебя пять раз, доказывать повторность деяний, чтобы отправить на два месяца исправительных работ? Да тебя уже ничто не исправит. Хотя... — Я понял, от регулярных свиданий в мусарне меня уже ничто не спасет, — хмуро буркнул Йорвет. — Ты хоть бы крышу предложил для виду. — А ты хоть бы поломался для приличия, — парировал Роше. — Квиты, — Йорвет нахально выбил из пачки еще пару сигарет и упрятал за острое ухо. Плеснул еще коньяка, отпил... Но счел, что стянуть бутылку на глазах у Роше — перебор. — Дверь открой. Роше тяжело поднялся, шагнул к двери и бросил через плечо: — Если что узнаешь про Герыча и Цири, расскажешь, лады? Если тебе до барыг дела нет, то почему бы не поделиться? Ну, и я со своей стороны на что-нибудь могу закрыть глаза. — Я не стукач, — отказался Йорвет. — Поймаешь — твоя взяла. До барыг мне дела нет, но и до твоих погон — тоже. — Вот же... эльф, — в никуда пожаловался Роше. — Гуляй, бикса. — Привет Фольтесту, — Йорвет все-таки на прощание показал средний палец портрету. Спускаясь по ступенькам главного управления под удивленными взглядами «полосок», Йорвет чувствовал, как руки начинают дрожать — задним числом. Он шел уверенно, стараясь не выдать походкой неприятных ощущений, а движениями или даже взглядом — нервозности. Мордовороты из спецотряда, наверное, думали, что его теперь отсюда только в браслетах и под белы руки увезут, потому и пырятся. Нельзя, чтобы они отметили что-то необычное. Первым порывом было отправиться к телефону-автомату и позвонить, но Йорвет не рискнул. Лучше уж на несколько дней залечь на дно. На всякий случай. А еще лучше — взять пару заказов, чтобы возможная наружка доложилась, что Йорвет ведет благочестивую блядскую жизнь. А дольше, чем несколько дней, никто оперов отправлять не будет: бюджет не резиновый, и штат — тоже. Вот как знал же, что с Герычем связываться — себе дороже! Мутный он все-таки тип. Иной раз встретишь — морда одутловатая, взгляд стеклянный, глаза — щелочки. А когда надо, очень даже шустрый. Девицу какую-то подобрал... Интересно, на кой? Надо все-таки шепнуть, хотя бы своим, чтобы передали. Хоть и барыга, а все-таки свой... и не человек. Как по заказу, телефон — дешевый, кнопочный — брякнул негромкой трелью. Йорвет выудил аппарат из кармана и, увидев последние цифры, номер узнал. Постоянный, проверенный. Таких у Йорвета было — по пальцам перечесть, и только они знали не безличный ник, а номер. Не без закидонов, конечно, но для наружки — самое то. — Слушаю, — коротко бросил Йорвет в трубку. — Завтра вечером, — собеседник, как всегда, тоже был краток. — Чулки и высокие сапоги. — К десяти, — привычно откликнулся Йорвет. — Буду. И нажал «отбой». Имени клиента он не знал, но — что сейчас было ценно — тот не боялся ничего: ни ментов, ни братков, ни политики. Ему это, похоже, было глубоко пофигу, а денег он не считал. Напрягала только одна его особенность — он не отбрасывал тени, но к этому Йорвет со временем привык. Может, Роше отвяжется, если узнает, с какими личностями якшается «эльфская шлюха»? Только в одном Йорвет был уверен — Роше понравилось. А значит, от обязанности его обслуживать ничто не спасет. Ну, спасибо, что на весь отряд не разменял. На этой мысли Йорвет утешился и куда бодрее зашагал вперед. Так или иначе, все могло кончиться куда как хуже.