Эксперимент с душой

      В Мистик-Фоллс стояла мрачная погода, которая как никогда походила под настроение. Клаус сидел в гостиной в полном одиночестве. Ему не хотелось никого ни видеть, ни слышать. Он опустошает уже третью бутылку элитного бурбона и закрывает глаза, откидывая голову на спинку кресла. Перед ним в свете луны, на мольберте начатая картина. Погружаясь в мысли, он не понимает, что рисует. Но сейчас силуэты были до безобразия жутки для него. На холсте прорисовывались силуэты девушки и огня.       Звонок от старого знакомого продлился всего минут пять, но переполошил Клауса на век вперёд. Маг и гибрид уже встречались до этого, но второй не очень был воодушевлён той встречей. Томасу нужна Вербена, а Клаус не отдаст её ни под каким предлогом. Вавилит не знает о существовании Тома, и не узнает никогда — так размышляет Никлаус уже на протяжении сотни лет.       Первая встреча. 1907 год.       Вербена наконец-то смогла выполнить самое сложное заклинание, чему была неописуемо рада. Клаус решил не показывать гордость за её успехи… он так и не понял, кто для него эта мерзопакостная девчонка. Он нянчится с ней только четвёртый год, но уже привык, что она всегда рядом. Клаус понимает Вербену с полуслова, с полужеста. Привык к её неуклюжести, к неконтролируемому потоку слов. Только вот с годами Вербена научилась отвечать сарказмом. Первым это заметил, разумеется, Элайджа. Эту новость он сразу же донёс до Ника, но тот лишь добродушно усмехнулся. Странно, ведь девчонка больше времени проводит с Элайджей, который старается быть ещё большим аристократом рядом с ведьмой. Но, видимо, ЭмБи больше нравиться саркастичные шуточки Клауса. Элайджа с этим смирился.       В честь этой маленькой победы Никлаус позволил Вербене выйти на свободу и бродить по улицам города самостоятельно. Единственное условие — не выезжать за пределы города и, само собой, страны.       Клаус и Элайджа стояли на террасе особняка, смотря вслед уходящей ведьмы. Она часто крутилась на месте, осматривая всё вокруг себя.       — Должен признать, — начал Элайджа с чуть насмешливым тоном. — из тебя получился неплохой наставник для ведьмы. Клаус усмехнулся поморщившись. Такое словосочетание ему не нравилось. Брат принял игру.       — Предводитель?       Ник отрицательно машет головой, закатив глаза.       — Вождь?       Клаус не сдержал смешок, а Элайджа не спешил останавливаться.       — Мать?       — Ты ещё предложи вакансию Папы Римского, — посмеялся Ник, повернувшись к брату. Тот лишь развёл руками, мол, если хочешь, то почему бы и нет?       За такой маленький промежуток времени, пока ведьма под их присмотром — всё здорово поменялось. Особенно отношения Ника к ней, что Элайджа не упустил из виду. Он будто начал привязываться к девочке. Чаще стал появляться с ней рядом. Самое главное — на теле ведьмы исчезли синяки.       Их семейную беседу прервал звук подъезжающей машины. На территорию Майклсонов въехал элитный rolls-royce этого года. Он буквально вопил о том, что за его рулём сидит не хозяин большого состояния, а личный водитель. Так и оказалось.       Братья обменялись настороженными взглядами и спустились, чтобы встретить незваного гостя. Тем временем мужчина среднего возраста вышел из автомобиля, придирчиво рассмотрев свои рукава и смахнул с них невидимую пыль. Незнакомец был среднего роста, с зачёсанными назад светлыми волосами и высокомерным видом. Майклсонам он не понравился сразу.       — Кто ты такой? — Клаус вышел вперёд.       — Никлаус, Элайджа, — незнакомец склонил голову в приветствии, но не дождался ответа. — Я Томас Паркер. Предводитель ковена близнецов.       — Что Вам нужно? — в беседу вступил Элайджа, как самый рассудительный Майклсон.       — Правильнее будет сказать не «что», а «кто», — самодовольно улыбнулся Томас, сложив руки в замок за спиной.       — Хочешь убить кого-то из нас? — усмехнулся Никлаус, подойдя к магу почти вплотную, превосходя его в росте. — Вставай в очередь, бедолага.       — Не в этот раз, Никлаус, — Паркер никак не отреагировал на напористость вампира. — Я приехал за той, что принадлежит мне. У тебя моя дочь, бедолага, — усмехнулся Том, выделив последнее слово.       — Что ты сказал? — моментально вспыхнул Клаус, вцепившись в плечи мага. Элайджа среагировал быстро и успел дёрнуть на себя брата, чтобы тот не натворил глупостей.       Томас вновь придирчиво осмотрел рукава пиджака, пригладив их.       — Вербена Вавилит по какой-то ошибке оказалась у вас. Верните мне её.       — Разбежался, — фыркнул Ник, рассмеявшись. — Твоя дочь живёт под нашим крылом уже четвёртый год. Где ты был, когда её конченая мать пыталась сделать из неё монстра?       Паркер на это заявление лишь рассмеялся. По окончании веселья, он резко стал серьёзным и стал приглаживать растрепавшиеся волосы.       — Ты многого не знаешь, Никлаус, — Том смотрел на Майклсонов крайне серьёзным взглядом, — Чарли была не той, за кого себя выдаёт. Я вернусь через лет сто. Тогда Вербена уже будет полностью готова. Вы научите её всему, что мне надо.       С этими словами, Томас развернулся, сел в автомобиль и уехал. Его не видели сто с небольшим лет.       — Ещё бы столько же не видели, — сам себе буркнул Клаус, вынырнув из воспоминаний. Не успел гибрид расслабиться, как его идиллию нарушил взволнованный Элайджа.       — Никлаус!       — Что на этот раз? — раздражённый первородный вскочил с места, задев ногой журнальный столик так, что он опрокинулся и весь бурбон вылился на ковёр. — Третья мировая? Ребекка переспала с нашим врагом? Второй приход Христа?       — Вербене нужна помощь! — отрезал дальнейшие вопросы Кол, появившись в гостиной с девушкой на руках.       — Что произошло? — младший Майклсон уложил ведьму на диван.       — Головорезы, — лишь сказал Кол, и в помещение повисла тишина.       Элайджа и Клаус переглянулись. Последний был неизмеримо зол. Томас, Головорезы, клан Вавилит — всем им нужна Вербена. Кто-то хочет её убить, а кто-то закончить начатое. Майклсоны не позволят свершиться ни тому, ни другому.       Вербена совершенно не подавала признаков жизни. Казалось, кожа стала ещё бледнее, а дыхания и вовсе не было. Ведьма превзошла себя, отдав всю энергию, чтобы убрать О’Ерое и перенести себя и Кола в Америку.       Двое старших братьев стояли за младшим, скрывая за спокойными лицами тягу к мести. За столько лет такого ни разу не было. Вербена умела контролировать свои силы, могла за себя постоять. Головорезы решили действовать, их теперь не остановить. Кассандра слишком жаждет смерти, чтобы просто так отступить.       — Почему именно она? — тихо спросил Кол, сжимая холодную руку ведьмы.       Элайджа и Клаус вновь переглянулись. Первый кивнул и подошёл к Колу, положив руку на его плечо и немного сжав. Он не знал, с чего начать. История этой ведьмы слишком длинная и запутанная. Он и Ник изучали девушку годами. Они говорили с членами её семьи, собирали факты. Вербена оказалась не так проста, как кажется.       — Тут долгая история, Кол, — всего лишь сказал Элайджа и хотел уже уйти, но младший брат не позволил.       — У нас есть вечность.       —Кол, — начал Клаус, но вампир не позволил собой управлять.       — Почему каждый второй хочет её убить? — Кол опустил руку ведьмы и встал лицом к братьям. Он выглядел потерянным, загнанным в угол зверьком. До этого первородный и не понимал, что Вербене грозит такая опасность.       — Хорошо, — кивнул Элайджа, — нас ждёт долгое повествование. Сядь и слушай.       Клаус усадил брата в кресло, а сам встал за его спиной. Элайджа сел в кресло напротив. Он сидел расслабленно, но всё его тело было напряжено до предела. Вербена не была лишней в его сердце. Он относился к ней не хуже, чем Клаус. Она училась быть сильной и великой на их глазах. Вербена доверяла им свою жизнь не раз, как и они ей.       Элайджа был уверен, если кто-то из их семьи окажется в беде — Вербена поможет, несмотря на обиды и прошлое. Вавилит приходила к Элайдже за советом, зная, что он не осудит её ни в чём. Поддержит. А сейчас она лежала такая беспомощная на диване, не подавая никакого признака жизни. И ничего сделать они не могли.       — Начнём с тех, кто напал на Вербену. — спустя минуту молчания заговорил Элайджа.       — Я знаю, кто они. Головорезы.       — Ими движет месть. Клан Вавилит неплохо подпортил их жизнь. Они хотят мести, кровопролития, кровавого представления. Для этого им нужно самое последнее заклинание в книге Вавилит и изгнанник клана. На данный момент, изгнанником является Вербена и её мать. Последняя — мертва.       — Чарли Вавилит, — уточнил Клаус, — она была изгнана за связь с другим ковеном. Вербена унаследовала изгнание.       — Клан Вавилит, — продолжает старший брат, — тут думаю всё понятно. Их цель, опередить Головорезов.       — Чтобы они не истребили их клан, — догадался Кол. Он не сводил глаз с тела Вавилит, будто боялся, что она исчезнет.       — Верно. И наконец, Томас Паркер, о котором ты ещё не слышал, — загибает третий палец, — он хочет завершить то, что началось в лаборатории Чаки.       — Видишь ли, Кол, — в разговор снова вступил Клаус, — сейчас Вербена не та, чем должна быть. Чарли были охвачена безумной идеей, создать бессмертную ведьму со способностями вампира. Еретик, скажешь ты, но не всё так просто.       Гибрид подошёл к Вербене и сел рядом с ней, взяв за руку. Она была холодна, словно лёд. Ник закрыл глаза, шумно вздыхая. Он боялся, ведь это впервые, когда его девочка стоит на самом краю.       — Чарли называла это просто, Эксперимент. Вот только этот «эксперимент» должен был быть бездушным. Тогда, в начале века, я получил интересное письмо, с заманчивым предложением. Чарли пообещала мне совершенное оружие, а мне стало интересно. В итоге получилось совсем не то что было запланировано. Обращение было очень трудным. Оно длилось несколько месяцев. Вербена потеряла все свои силы, она училась жить заново. Всё было отлично, пока не появился Томас Паркер. Этот… маг каким-то образом смог стать бессмертным. Сегодня утром он позвонил, чтобы напомнить о себе. Этот пустолай уже был на пороге нашего дома, очень давно. Он пообещал вернуться через сто лет.       — Кто он? — развёл руками Кол, желаю услышать, кто же третий враг его ведьмы.       — Отец Вербены, — Элайджа склонил голову, практически прорычав эти слова, — он первый, кто задумал этот эксперимент. Такой опыт мог вынести только носитель двух кровей самых сильных кланов. Ковен Близнецов и клан Вавилит относятся к таким.       — Клан Вавилит очень силён благодаря своим внутрисемейным бракам. Поэтому до этого их невозможно было стереть с лица Земли. Но вдруг, однажды, одна из ведьм влюбилась в мага из другого ковена. Эта любовь подарила Головорезам зацепку. — с каждым словом Ник всё сильнее и сильнее повышал голос.       — Этой зацепкой является Вербена. Из-за крови Паркеров. — подвёл итог Кол, пытаясь осмыслить всю информацию.       — Томас относится к Вербене, как к предмету, артефакту. Вавилиты хотят избавиться от изгоя в семье, чтобы ни у кого не было шанса истребить их. А Головорезы жаждать мести. И центром всей этой ситуации является эта ведьмочка. — продолжал он, горько усмехнувшись.       В гостиной повисло молчание, которое прерывалось лишь тиканьем часов. Ник всё так же сжимал ледяную руку Вербены, время от времени прижимая её к губам. Клаус не хотел видеть девушку в таком состоянии. Полумёртвое тело заставило думать о том, что когда-нибудь им придётся распрощаться. Ничто не длится вечно, даже жизнь вампира. Все, рано или поздно, умирают.       Ник не мог представить, что на его телефон перестанут приходить сообщения с глупыми смайликами в конце, что ему не нужно будет гадать, где сейчас находиться ЭмБи. Она никогда не зайдёт в мастерскую без стука, чтобы огорошить его очередной нелепой новостью. Майклсон не хочет, чтобы это случилось так скоро. Сейчас ведьма не дышит, а сердце не отбивает даже крайне медленный ритм. Она выкарабкается, у неё нет выбора, так ведь?       Траурные мысли обрываются на корне, когда бездыханное тело резко садится и начинает кашлять.       — Вербена! — Кол моментально оказывается рядом, встав на колени рядом с диваном.       Вербена сжимает руку Клауса одной рукой, а второй держится за своё горло. Казалось, что в неё засыпали песок, она не могла дышать. Элайджа сориентировался быстрее всех, налив ведьме стакан воды. Вербена выпила первый, второй и лишь после третьего она почувствовала облегчение.       — О, Господи, — страдальчески сказала она, проведя рукой по волосам.       Ей не впервые приходится возвращаться из мёртвых, но этот случай был самым тяжёлым. Сил не было даже на мысли. Она пыталась докричаться до всех сидящий в помещении, но её никто не слышал. Они видели лишь бездыханное тело, даже не подозревая, что внутри велась борьба за жизнь. Неожиданно Вербена будто окаменела замерев на месте. Её взгляд остановился на руке Ника, которой он сжимал её ладонь.       — Началось, — лишь произнесла она охрипшим голосом, судорожно сглотнув. Первородные уже было начали задавать вопросы, но Вавилит их остановила.       — Идите в лес, я не знаю точно, куда, — она зажмурилась, пытаясь восстановить картинку в голове, — рядом какой-то склеп. Там Эстер. Кол вам всё объяснит по дороге. Но ни один из Майклсонов не сдвинулся с места, уставившись на ведьму нахмуренными взглядами. Она не вытерпела их стопорное состояние, разозлившись.       — Быстро!       Лишь тогда первородные решили не перечить и, быстро собравшись, ушли туда, куда указывала ведьма. Клаус знал, куда идти, поэтому особого труда это не вызвало.       — Что происходит, Кол? — Элайджа не любил неизвестность и когда ему не договаривают. Вербена и Кол были неизвестно где, первая вернулась в полумёртвом состоянии, а вампир был чем-то очень озадачен. А сейчас ведьма неожиданно просыпается и отправляет их в лес к склепу, где их мать, очевидно, готовит что-то против них.       — Когда мы ехали в автобусе, — Кол ответил сразу, начав с главного. — Вербена коснулась меня и увидела, что на нас лежит какое-то проклятие. Мы решили в этом разобраться и поняли, что наша любимая мама снова хочет нас убить. Собственно, ничего не меняется.       — Если она нас убьёт, то убьёт и всех вампиров, — высказался Элайджа, сжав ладони в кулаки.       Он знал, что всё не будет так просто. Их семья никогда не приобретёт покой. Эстер устроила этот показушный бал, а у самой в голове был план убийства собственных детей. Первородные быстро оказались на месте проведения ритуала. На ровной земле была изображён круг в центре которого была звезда, всё это было из соли. В центре защиты стоял Финн. Чего и следовало ожидать. Маменькин сынок.       — Сыновья, подойдите, — начала Эстер, стояла за спиной Финна.       Трое из братьев решили не говорить, что они знают всё наперёд и уже готовы противостоять всему, что случится. Ник в это время мог думать лишь о том, что в особняке осталась Вербена, которая со стопроцентной вероятностью не будет сидеть на месте — она побежит их спасать.       — Стой там, — предупредил Финн, остановив мать рукой, когда та решила выйти вперёд.       — Всё хорошо, они не войдут, — Эстер поравнялась с сыном, смотря на других отпрысков с превосходством.       Кол попытался напасть, но границы круга не дали ему пройти, как и сказала ведьма.       — Мило, — начал самый младший из братьев. — Пока мы торчим тут, наш маменькин сынок осуществляет жертвоприношение. Ты жалок, Финн.       — Помолчи, Кол, — остановила его Эстер. — У него есть мужество, которое тебе и не снилось, — она знала, на что давить.       Кол был напряжён и зол до предела. Девушка, к которой он далеко не равнодушен, чуть не умерла. Родная мать устроила танец дождя, чтобы убить первородных вампиров, а заодно и всех остальных. Он был не готов снова умирать, когда жизнь начала приобретать хоть какие-то краски.       — Что бы ты о нас не думала, — Элайджа подошёл к Колу со спины, сжав рукой его плечо, — убийство собственных детей — это жестоко.       — Я лишь сожалею, что не позволила вам умереть тысячу лет назад…       — Хватит, — перебил ведьму Клаус. — Мне наскучила эта болтовня. Заканчивай, мама, или я верну тебя в Ад, — закончил он, закрепив всё усмешкой.       Но Эстер была непреклонна. Она действовала по своим мыслям, по своим решениям, которые были лишь в её голове. Ведьма делала то, что считала нужным, её уже не остановить.       — Тысячу лет мне приходилось наблюдать за вами, чувствовать боль каждой жертвы, страдать, пока вы проливали кровь. Даже ты, Элайджа, с твоим благородством ничем не лучше. Все вы — сущие проклятия, растянувшиеся на многие столетия.       Эта речь должна была усмирить пыл первородных, но они были слишком возбуждены и злы, чтобы проникнуться отчаянием матери.       — Если вы пришли молить о пощаде, — она на время замолчала, — простите, но вы пришли зря.       Ведьма была полна решимости, но надоедливый отголосок в сердце мешал совершить задуманное. Эстер смотрела на своих сыновей и полностью осознавала свою ошибку. Она решает не медлить и приступила к выполнению задуманного.       Тем временем Вербена выполняла свой личный план. Она бежала по лесу, терпя всю боль в теле. Мышцы невыносимо ныли, ноги подкашивались, из-за чего ведьма падала ни один раз. Но она достигла цели, точнее, дома. Ещё в первые дни своего пребывания в Мистик-Фоллс она чувствовала сильную энергию в этой стороне леса. Вавилит не знала, что здесь произошло, но могущество исходящее от этого ветхого здания неизмеримо.       — Впустите меня, — прошептала Вербена, ласково проведя рукой по стенам дома.       Дом сначала воспротивился, но постепенно, не найдя в ведьме ничего вражеского, он раскрыл для неё свои двери. Девушка уже хотела войти, но вдруг на плечо опустилась рука.       — Какие лица. Я думал, что ты уже мертва, — Вербена неохотно поворачивается к Деймону лицом, закатив глаза.       — «Думал» или «надеялся»?       — И то, и то, пожалуй.       Вампир усмехнулся, убрав руку с плеча ведьмы. Деймон не ждал её так быстро, думал, она вновь пропадёт на лет сто. На пару с этим смазливым вампиром, Колом. Они смотрят друг друга. Сальваторе прошёлся взглядом по виду девушки и для себя отметил, что выглядит она очень болезненно. Будто вот-вот умрёт или прочистит желудок.       — Хреново выглядишь, — сразу же отвесил комплимент вампир, не додумал мысль.       — Соответствую своему собеседнику, — фыркнула Вавилит, скрестив руки на груди.       Они были, наверное, друзьями, но Вербене сейчас не до его глупых шуточек — где-то может умереть её новая семья. Не хотелось бы терять то, что приобрёл совсем недавно. Деймон неожиданно смел насмешливый взгляд на серьёзный.       — Ты можешь мне помочь.       Это был даже не вопрос, а утверждение. Ведьма подняла бровь в вопросительном жесте, но вампир не спешил объясняться — он просто втолкнул её в этот ветхий дом.       — Нужно немного убить одну особу…       — Елену Гилберт?       — Нет, — Сальваторе как-то возмущённо посмотрел на девушку, но быстро сменился на нейтральность, — Другую особу. Беннет.       — Бонни показалась мне милой, — с наигранным сожалением тянет Вербена, шмыгнув носом.       — Тебе надо прервать их род. Варианта два: а) Эбби, мама Бон-Бон. б) Сама Бон-Бон.       — Убить надо «немного»? — уточнила Вавилит, прислушавшись к звукам в доме.       — Как бы, недоубить, но чтобы род прервался, в каком-то смысле, — пытался попонятнее объяснить схему Сальваторе.       Прося помощи у Вербены, он думал лишь о том, что она сделает работу чище. У Деймона был план превратить Эбби в вампира, но тогда Бонни спустит на вампира всех духов. Сальваторе знал, что Вербена сделает всё проще и без лишних жертв. Сейчас, смотря на неё, он понял, что она наконец-таки начала взрослеть. Всего за несколько дней, что Деймон её не видел, Вербена будто что-то поняла для себя и опирается теперь только на это.       — Здесь три человека, а не два, — не в тему ответила ведьма.       — Стефан. Он отвлекает ведьму-младшую.       Вербена кивнула и пошла вглубь дома, а после спустилась в подвал. В доме было тихо и мрачно. Это место напоминало обычный склеп или морг в ночное время. Вавилит чувствовала, что за ней следят со всех сторон. Её будто окружили, загнав в центр круга из ведьм. Но девушка не показывала беспокойство, она просто шла на тихие шаги Беннет. Оказавшись в очередной комнате, она увидела женщину, стоящую к ней спиной.       — Бонни? — позвала Эбби и начала поворачиваться.       Беннет увидела Вербену и будто обомлела. Эбби сделала шаг вперёд, изумлённо разглядывая девушку.       — Вербена Вавилит? — рыжеволосая кивнула, не понимая эмоций женщины. — Я думала, ты вымысел. Нас в детстве пугали тобой и…       — Моей мамой, — со скучающим видом закончила Вербена. Она уже не раз и не два слышала такое в свой адрес, — да, Чарли именно та особа, которой стоит пугать мелких молокососов. Прости, но именно сейчас я и есть твой кошмар.       — Что?       Вавилит подняла с земли первый попавшийся предмет — это оказалась бутылка из тёмного непрозрачного стекла — и быстро, как скороговорку, проговорила заклинание.       — Anima a corpore ex. (Душа из тела вон)       Беннет резко затрясло, как и дом. Ведьмам не понравилось это заклинание, но уже было поздно. Эбби медленно оседала на колени, пока вовсе не упала. В комнате быстро появился Деймон. Он без лишних вопросов схватил Беннет и они покинули дом. Вербена, как можно скорее выбралась из постройки и прикоснулась к близкостоящему дереву, прикрыла глаза и прислушалась. Чувствует, как за спиной кто-то остановился, требуя её внимания.       — Ритуал прекратился, — облегчённо выдыхает Вербена, повернувшись. Перед ней стояла недовольная Бонни. Вербене казалось, что она вот-вот превратиться в пепел от такого взгляда.       — Что ты сделала с моей мамой?       — Спасла её от участи стать никому не нужным вампиром, полагаю, — хмыкнула ведьма, пожав плечами.       Она смотрела Бонни в глаза и видела в них боль и скорбь. Девушка была лишь школьницей, когда с ней начали происходить невиданные простому человеку вещи.       — Убив её? — со слезами на глазах прокричала Беннет, толкнув Вербену так, что та ударилась спиной в дерево.       — Ещё раз ты повысишь на меня голос…       Бонни отпрянула от страха, что завладел ей при взгляде в глаза рыжеволосой. Радужка глаза и зрачок начали быстро светлеть, пока и вовсе не стали белыми. Вокруг глаз начали проявляться вены, как у обычного вампира. Беннет ещё ни разу не видела трансформацию Вербены своими глазами. Это было жутко настолько, что хотелось вылезти их собственной кожи.       —… я тебя целиком в эту бутылку засуну, — под конец фразы лицо Вербены стало прежним. Она впихнула бутылку с душой Эбби в руки молодой ведьмы, устало проводя рукой по волосам.       Каким простым бы не было это заклинание, сил оно взяло не мало. Вербена надеялась, что она сможет добраться до дома на своих двоих.       — Поставишь бутылку на грудь Эбби, убедишься, что в доме кроме тебя никого нет и прочитаешь заклинание — Anima in corpore. Ничего сложного. Главное, не прикасайся к бутылке.       Бонни растерянно смотрела на бутылку в своих руках, а когда поняла, что Вербену надо благодарить, той уже не было. Беннет прижала сосуд с душой к груди, чувствуя, как по щекам бегут слёзы. Вербена спасла её мать, пусть и не из добрых побуждений, а для того, чтобы спасти свою семью, но это не так важно. Большее значение имеет то, что она пытается помощь, бежит на помощь, а это может значит только одно. У Вербены есть душа. Она не чудовище, за которое её приняли в самом начале. Бонни вновь ошиблась в человеке, что сильно било по ней.       Вербена добиралась до особняка достаточно долго. У ворот её ждал взволнованный Кол. Он вертел головой из стороны в сторону, чтобы не пропустить появления ведьмы, но её нигде не было. Элайджа и Клаус прочёсывали лес, но и от них никаких вестей не было. Когда Вербена оказалась в поле зрения, он выдохнул с облегчением.       — Где ты была?       Вавилит молча прошла мимо первородного, входя в дом. В той же тишине она прошла в гостиную и упала на диван, пытаясь привести дыхание в норму.       — Во мне слишком мало вампирской крови, — недовольно пробурчала ведьма, закрыв лицо руками. — Я помогла кое-кому.       — Это из-за тебя ритуал прекратился? — уточняет вампир, параллельно отправляя братьям сообщение, что Вербена дома.       — Фактически из-за ведьмы Беннет. Но я этому поспособствовала.       Вербена села ровно, вытянув ноги, закинув одну руку на спинку дивана. Майклсон категорично осмотрел уставшую ведьму и сел на диван, закинув её ноги себе на колени. Вербена подвинулась чуть ближе, чтобы положить голову ему на плечо. Кол замер. Он чувствовал, как в груди распространяется тепло, спускаясь ниже и в конце концов заполняет всё тело. Необъяснимое волнение овладевает вампиром. Смотря на умиротворённую девушку, он не мог позволить себе даже дышать, боясь что это спугнёт её.       Он неуверенно обнял ведьму за талию, прижимая ближе. К его счастью она оказалась не против. Против воли Кол чуть склонил голову, уткнувшись в волосы девушки. Они пахли лесом и шоколадом. Кол уже привык к запаху сладкого, что всегда исходил от ведьмы. Казалось, она как фея питается лишь шоколадом и конфетами, вместо нормальной еды. Для неё шоколад, как для вампира кровь.       Вербена прижималась к Колу, пытаясь игнорировать плохие мысли. Она утопала в тепле и нежности, которые совсем не свойственно первородному вампиру. Ведьма уже давно смирилась, что, так называемые, бабочки взлетают каждый раз, когда вампир прикасается к ней или просто смотрит долгим взглядом. Хотелось выбросить из головы прошлое и просто довериться парню и будь что будет. Она знала, что будет больно, что вновь пообещает себе не влюбляться. Но это будет потом. Сейчас важно лишь то, что чувствует она, и что — он.       Идиллия длилась не больше пяти минут, ведь в дом ворвались старшие братья. Вербена хотела отстраниться, но Кол не дал, прижав ведьму к себе. Ему плевать, что скажет Ник, и как посмотрит Элайджа.       — ЭмБи, — начал нравоучения гибрид, но замолк увидев в чьих объятиях она лежит, — Кол!       — Не кричи, она устала, — фыркнул парень, поморщившись.       Вербена чувствовала себя неловко, но разбирательства так и не начались, ведь в особняке появилась Ребекка. Ведьма, воспользовавшись тем, что Кол отвлёкся, скинула с него ноги, но не отодвинулась. Вампир немного недовольно посмотрел на девушку, но смирился, пообещав себе, что решит эту проблему.       — Где мама?       — У нас нет матери. — ответил сестре Элайджа. — Только Эстер. И Эстер была права.       — О чём ты? — не понимала Майклсон.       Она повернула голову в сторону Кола и Вербены. Увидев их целыми и живыми, она почувствовала, как тяжёлый камень падает с её сердца.       — Я говорю о достоинстве. — продолжал первородный, подойдя ближе к сестре. — Когда мне нужно, я убиваю. Калечу и мучаю. Даже сегодня я мучил невинных. Следя за диалогом сестры и брата, Клаус сел на диван, между Колом и Вербеной. Последнюю это заставило лишь усмехнуться, а вампира недовольно закатить глаза.       — Елена не невинная, — воспротивилась сестра, скрестив руки на груди.       Вербену не особо интересовала эта беседа, поэтому она начала осматривать комнату. Первое, за что зацепился взгляд — это папка с рисунками на журнальном столике. Незамедлительно берёт её в руки и открывает. Ник видит действия девушки, но не стал её останавливать. Вероятно, он хотел бы узнать мнения его девочки по поводу его нового увлечения.       То, что Вербена была удивлена не сказать ничего. На первом листе была изображена подружка Елена Гилберт, Кэролайн Форбс. Вавилит посмотрела на гибрида и поймала его вопросительный взгляд. Что она могла сказать по поводу этого? Ведьма была в замешательстве. Она не думала, что грозный гибрид может влюбиться в… Барби. В саблезубую Барби. Девушка молча вернула папку на место и снова вернулась к разговору Ребекки и Элайджи. Майклсон к тому времени уже перешла к другому брату. Ник отстранился от спинки дивана, оперившись локтями в свои колени.       — Ты должен кое-что увидеть.       — Решила похвастаться, как мучила Елену?       — Посмотри на рисунки позади Елены.       Ребекка протянула гибриду свой телефон. Клаус взял его, чтобы рассмотреть фотографию на нём, но это оказалось видео. На первом плане была недовольная взъерошенная Гилберт, а позади на каменных стенах были рисунки, про которые и говорила Ребекка. Вербена точно видела их где-то. Может в какой-то книги или на картинке, но не в живую.       — Местные рассказали историю нашей семьи, — продолжала Майклсон, — посмотрите на символы на стене.       Все собрались около Ника, чтобы всё увидеть.       — Что это? — Клаус не хотел, чтобы его опасения подтвердились.       — Местные молятся у Белого дуба.       Лишь после слов Вавилит соединила паззл в своей голове. Белый дуб… Это дерево часто рисовала её мать. Она хотела найти его, чтобы сделать какой-то чудо-порошок. Чарли перебрала все книги, но ничего не нашла. Если верить её словам, то это единственное дерево, способное убить первородного. Все знали, что дуба больше нет, но не семья Вавилит.       Вербена и сама об этом не вспоминала уже больше ста лет. Девушке рассказали эту историю, когда той было всего лет семь.       — Мы сожгли тот дуб до основания, — противоречил сестре Элайджа.       — Посмотрите на знаки рядом, это древний календарь.       — Не может быть.       — Белый дуб, через триста лет, как мы покинули Старый свет. Видимо был саженец и посадили новое дерево. Этот дуб может убить нас.       Майклсоны не веря вглядывались в экран телефона. Постепенно, неверие сменилось на негодование, а после на испуг, смешанный со злостью. Глаза Ника начали приобретать жёлтый оттенок, но Майклсон быстро взял себя в руки, чтобы не рассеивать панику среди семьи.       — Мне надо…       Вербена хотела сразу раскрыть все карты, чтобы потом не стало хуже, но их прервал настойчивый стук в дверь.       — Я открою, — Вавилит сорвалась с места, до того, как первородные могли что-то понять. Клаус поспешил остановить девушку, но было поздно.       Вербена распахнула дверь перед незнакомым ей мужчиной. Он был невысоким, светловолосым и с дьявольским огоньком в глазах. Самодовольная ухмылка расползлась по лицу незнакомца и он, не спрашивая разрешения, прошёл в дом. Майклсоны столпились за спиной ведьмы. Ник рыкнув, хотел напасть на мужчину, но в очередной раз его остановил Элайджа.       — Кто Вы? — нахмурилась Вербена, отойдя от мужчины на шаг. Тот в свою очередь протянул ведьме руку, а та, после внутренней борьбы с собой, приняла её.       — Я Томас…       — Паркер. — перебила его девушка, беззастенчиво влезая в голову. Она решила не лезть далеко, от греха подальше. — От тебя так и веет убийством брата. А ещё старость, тебе больше сотни. Как ты сохранился?       — Удивительно. — Паркер с восхищением разглядывал Вербену, забирая руку. — Ты читаешь человека, как открытую книгу через одно лишь прикосновение. А про мой возраст… — он метнул взгляд на первородных за её спиной и ещё раз ухмыльнулся. —…твоя кровь творит чудеса.       Ник сделал шаг в их сторону, но нападать не стал. Кого бы из себя Том не строил, он самый настоящий трус. Маг ничего не сделает, в присутствии Майклсонов.       — Моя кровь?       Вербена зацепилась за последнюю фразу. Она понятия не имела, кто этот человек и что ему надо. Вавилит чувствовала некую связь между ними, но она сбросила это на прошлые тёрки их семей.       — Смешения двух ковенов, волшебное смешение, — продолжал говорить загадками Томас, склонив голову в бок.       — Что за бред ты говоришь?       Вербена отступила ещё на шаг, ближе к своей семье. Этот человек начал конкретно беспокоить её. Кол хотел взять её за руку и притянуть к ним, но Паркер оказался проворнее.       — Ох, я лучше покажу.       Он сделал большой шаг и прижал два пальца ко лбу девушки. Вокруг них в ту же секунду образовалось защитное поле, которое не пропускало первородных. Клаус со всей силы ударил по невидимой стене, но в ответ получил лишь огромный заряд тока. Вербена не успела ничего предпринять, как её сознание началось мутиться, а после она погрузилась в совсем другой мир.       Девушка оказалась на центральной улице города Кеннер. Вербена осмотрелась и поняла, что она перенеслась в прошлое. Старые здания, которых уже нет. Ведьма знает эти места, практически, наизусть. Ещё будучи маленьким ребёнком, она гуляла здесь под присмотром дедушки Бена или мамы. Вербена не могла понять, зачем Томас показывает ей это. Буквально секунду спустя, мимо неё промчалась знакомая фигура, весело хохоча. За ней бежал мужчина, придерживая шляпу рукой.       — Догоняй, Том, — веселилась девушка, кружась на месте. Паркер воспользовался моментом и схватил рыжеволосую, прижав к себе.       Вавилит не могла поверить своим глазам. Её мама здесь такая счастливая, искренняя и…живая. Она крутилась в руках мужчина, широко улыбалась, а её глаза горели. Они совсем не замечали ведьму, что стояла совсем рядом с ними.       — Я так счастлив, — прошептал Томас, прижавшись своим лбом к её. Чаки прикрыла глаза и ещё ближе прижалась к мужчине.       — Мне с тобой так хорошо, — ответила взаимность она. Немного погодя, Паркер отстранился и прижал свою руку к её животу.       — Мне с вами тоже.       — Ты будешь лучшим отцом для нашего ребёнка, — смотря в глаза мага, лепетала Чарли буквально растворяясь в его объятиях.       — Вербена будет лучшей дочерью, — мягко улыбнулся, Томас, подарив девушке нежный поцелуй.       Вербена застыла на месте, не зная, что чувствовать. Ей было непривычно видеть свою мать такой нежной и ласковой. А ещё этот мужчина. Томас Паркер. Этого не может быть. Сознание помутилось и вот спустя пару секунд она вновь в реальном мире.       — Ты мой отец?       Вербена не сразу отошла от ведения поэтому чтобы не упасть, она вцепилась в руку Томаса. Вавилит не могла поверить, что перед ней стоит её биологический отец. Лет до пятнадцати она жаждала знакомства с ним. Мечтала о совместных семейных прогулках. Но потом это отошло на второй план, когда её мать впервые сказала ей что-то об отце.       — Твой отец паршивая свинья, которому важна лишь твоя кровь.       Чарли думала, что её дочь уже крепко спит, поэтому так смело высказалась об неизвестном человеке. Вербена не знала, что думать после этого. Что такого в её крови? Сейчас ведьма убедилась во всём сама. С самого порога Томас начал говорит о её одарённости, способностях. О её крови.       — Эмби, не слушай его, — Клаус вырвался ближе к Вербене, оставаясь за полем.       Он очень переживал. Вероятность того, что девушка уйдёт к Паркерам мала, но она была. Вдруг Вербена захочет что-то узнать о своём происхождении и слепо последует за магом, забыв обо всём. Нет, она так не поступит с их семьёй.       — Девочка моя, я очень хотел встретиться с тобой, но я не мог найти вас. Чаки отгородила меня от тебя, милая…       Томас прижал руку Вербены к своей груди, в районе сердца.       — Заткнись, Томас! ЭмБи, он лжёт. Это он придумал этот эксперимент.       Майклсон долбил по стене, игнорируя боль.       — Наглая ложь! — воскликнул Томас, смотря прямо в глаза девушки — Если вспомнить, то это не я участвовал в нём, Никлаус!       — Стойте, — прошептала ведьма, вырвав руки из плена Томаса. Она отошла от него в сторону, оказавшись между двумя отцами.       — Вербена, я твой отец, послушай, — голос Паркера сменился на ласковый и нежный.       — ЭмБи, отойди от него, — устало произнёс Ник, с трудом удерживая себя на ногах.       К нему подошёл Кол, поддерживая его за плечи. Сейчас они ничего не могут сделать, выбор за Вербеной.       — Ты для него всего лишь эксперимент, он держал тебя на коротком поводке, вспомни, — заискивал маг, приобретя печальный вид.       Майклсоны не могли поверить, что этот хитрец мог так правдоподобно играть отчаявшегося отца.       — Нет, я…       Вербена стала хмурой. Она не знала, что произошло между Чарли и Томас тогда, много лет назад. Ведьма не могла судить ни его, ни её. Она только приобрела семью и тут узнала, что у неё есть настоящий отец.       — Ты пугаешь её, Томас, — Элайджа переживал за эмоциональное состояние Вербены, пытаясь не начать колотить по стене, как его брат. Он помог Колу оттащить Клауса подальше от защитного поля, чтобы тот не навредил себе ещё больше.       — Нет, это Клаус запугал её, — нагло разбрасывался словами Паркер, отправив первородным взгляд полный злости.       — Вербена, ты нужна Томасу лишь из-за своей сущности, а для меня ты стала дочерью, слышишь, — выдавливал из себя гибрид, морщась от ноющей боли в мышцах и кипящей крови.       — Чаки доверилась ему, потому что боялась, что я спасу тебя, Вербена.       Томас решил перейти к другой тактике, зацепив имя Чарли. Он нарочно произнёс его с грустной интонацией, чтобы тем самым надавить на жалость.       — Замолчите, — просила Вербена, обхватив голову руками.       — ЭмБи!       — Дочь.       — Заткнитесь!       Все замерли на месте, напряжённо смотря на взбесившуюся ведьму. Глаза её побелели, а по лицу пошли синие вены. Казалось сейчас грянет гром, прямо в этой комнате. Всё настолько напряжено, что страшно было дышать. Вербена повернулась к Тому и быстро подошла к нему, встав почти вплотную. Тот старался делать бесстрашный вид, но у него получалось это с трудом.       — Я вижу тебя первый раз, — начала девушка низким голосом, смотря белыми глазами на Паркера, — и, надеюсь, последний. У тебя было больше сотни лет, чтобы найти меня. Я ждала тебя. Ты не пришёл. Теперь ждёшь ты, что я упаду к тебе в ноги. Запомни раз и навсегда, я ни за что не опущусь перед тобой. Никогда.       — Никогда не говори «никогда», Вербена, — прошипел Томас.       Он был оскорблён. Какая-то ошибка пробирки указывает ему на его место, пытается унизить. Он не допустит этого. Они ещё не раз вспомнят его имя. Паркер развернулся и гордой походкой вышел из особняка, сел в дорогой автомобиль и уехал с территории первородных.       — Вербена, — Кол сделал шаг. Защитное поле исчезло вместе с Паркером.       Девушка не шевелилась, безэмоциональным взглядом смотря на распахнутую дверь. Услышав своё имя, ведьма повернулась к Майклсонам.       — Я хочу отдохнуть, — больше не сказав ни слова, она быстро поднялась на второй этаж и заперлась в своей спальне. Потребовалась всего минута, чтобы уснуть. Эти дни оказались худшими в её жизни