Золотая заря крылья распахнула перед миром, что границ лишён

***

      Я проснулась из-за того, что живот непрерывно урчал. Встала, застелила свою половину кровати, чмокнула отото в лобик и прошла в кухню. Вчера я не особо обратила внимания на состояние уголка каждой уважающей себя женщины.       Проверила состояние столовых приборов, тарелок, чайного сервиза. Итог: всё в мойку. Намочила губку, капнула моющего и начала смывать грязь. На всё это ушло полчаса. Залезла в шкафчики и улыбнулась. Мой маленький отото постарался на славу! С какой-то гордостью я расставляла на полки чистый чайный сервиз, аккуратно, чтобы не разбудить Нару, поставила тарелки, а после протёрла оставшиеся приборы.       На обеденном столе лежал толстый конверт. Я так полагаю, это наше с Нару пособие. Так оно и оказалось. Взяла я только свою половину. Я, как обычно, накинула так полюбившийся мне плащ, что закрывает меня от чужих взглядов, натянула капюшон, написала отото записку, взяла деньги и ключи, вышла, закрыв за собой дверь и пошла на рыночную площадь.       Медленно шагая по рынку, я поняла, что могла растерять навыки готовки «подростка типичного». Я вспомнила самое простое, что умела готовить - омлет.       Я подходила к нужным мне ларькам и закупала продукты. Я купила яйца, помидоры, лук, чай и немного сладкого данго. Также прошлась по канцелярии и купила пять карандашей и ручек, а также листки для заметок. Пришла, переоделась, помыла руки и принялась за готовку. К моему удивлению, получилось всё как надо! Я аж запрыгала от счастья и запищала, чем разбудила отото.       — Отото? Извини, что разбудила. Я приготовила завтрак! — улыбнулась я, накладывая ему порцию.       Он посмотрел на моё творение и, улыбнувшись, стал уминать за обе щёки.       — Ну как? — следуя примеру этого хомячка, поинтересовалась я.       — Это так вку-усно! А когда ты научилась готовить? — Он смотрел на меня, ожидая ответа. — В приюте нас этому не учили или я чего-то не знаю? — спрашивал он меня с прищуром, уминая уже вторую порцию.       — Ха-ха-ха, да вот только что и научилась, сама в шоке! — смущенно пролепетала я. Если бы здесь были Кушина и Минато…       Так, не унывать! У меня есть мой маленький отото, ему нужна забота и любовь, а не нюни сопливой девчонки.       — Онэ-сан, а почему мы на улице постоянно носим плащи? Остальные их не носят, так почему? — спросил он с детской наивностью.       — Я не могу объяснить правил, установленных обществом, отото. — выдохнула я, смотря на Нару. — Если ты хочешь, мы можем прогуляться без плащей, но перед этой прогулкой я должна кое-что купить. И мы обязательно берём с собой рюкзаки! Хорошо? — посмотрела я чуть недовольно на Нару.       — Хорошо! — улыбнулся Нару. Ну и как его не любить-то, а?       Я вышла из квартиры, перед этим помыв посуду, и направилась к аптеке. Купила обезболивающее, обеззараживающее, бинты, успокоительное, мази, вату, ну и детские пластыри. Оставив там тысячу йен, я вышла из аптеки.       Если честно, я бы закрыла отото от всего и растила его так, но я понимаю, что не могу нагло врать в лицо моему маленькому братцу. Поэтому придётся показать ему тёмную сторону общества. Как же я этого не хочу.       Я подошла к квартире уже без плаща, его я убрала в рюкзак. Открыв дверь, я позвала Нару. Через пару секунд он, улыбаясь, перешагнул порог, и мы пошли в переулок, а уже оттуда вышли на главную улицу.       Мы шли, а люди поначалу нас не замечали. Я взяла отото за руку, и в этот момент в нас врезался один из прохожих. Я обречённо вздохнула, готовясь к тому, что вот-вот должно было произойти.       — Смотрите, куда прётесь, — выплюнул он. — Демоны!       Нару вздрогнул и прижался ко мне, а я лишь сверкнула глазами. Вот оно, это слово, что преследовало Нару всё его детство. Движение на улице остановилось, и все устремили взоры на нас. Пошли шепотки, дети указывали на нас пальцем, что-то говоря своим мамочкам, а те лишь закрывали им глаза, что-то нашёптывая. В толпе я увидела Итачи, нёсшего на спине Саске. Я улыбнулась Итачи, так его понимая. Тот мельком глянул на меня, отводя взгляд, но его губы таки дрогнули в улыбке.       И тут в нас прилетел первый камень. Я перехватила его в воздухе, хотела кинуть обратно, но остановилась. Посмотрев в небо, я отпустила камень, подняла на руки отото и скрылась в переулке, при этом используя чакру.       Мы вернулись домой через пять минут. Я закрыла дверь и усадила Нару на кровать. Он дрожал и смотрел на меня стеклянными глазами, в которых застыли слёзы. Мне стало так паршиво на душе, и я прижала отото к себе, шепча ему на ушко слова, что должны были вернуть его в реальность.       — Почему? Почему они к нам так относятся, онэ-сан?! Мы же им ничего не сделали! — срывая горло, спрашивал Нару. Он взглянул на меня глазами, полными боли и непонимания.       — Я не знаю, — покачала я головой. Сердце защемило от того, что я вру своему маленькому отото. Это так противно.       — Тогда кого любят и уважают? — спросил Нару.       — Наверное, Хокаге. Он делает так, чтобы деревня процветала, он защищает её, если потребуется, даже ценой своей собственной жизни.       — Тогда... — он притих ненадолго, но, утвердительно кивнув своим мыслям, сказал: — тогда я стану Хокаге.       — Хорошо! Но не увлекайся.       — Эй, я серьёзно!       — Верю. — Я притянула брата к себе. — Я тебе верю даже больше, чем ты думаешь, мой маленький отото.       — Теперь мы не будем прятаться, а тех, кто против нас, будем игнорировать. Им не разрушить нашего маленького семейного счастья!       — Хорошо, я услышала тебя. Думаю, тебе пойдёт на пользу обеденный сон. Ложись спать.       Он лег на кровать и прикрыл глаза, мечтательно улыбаясь. Почему-то мне захотелось навестить родителей. Я тихонько вылезла из объятий отото. Положив деньги в карман, направилась в цветочный магазин. Купив там десять белых лилий, я направилась к кладбищу.       Когда я вошла на территорию кладбища, мои переживания куда-то испарились. Я быстро нашла могилы своих родителей, они находились рядом. Я положила лилии и присела, облокотившись об надгробие. Просидела я так где-то с час, наблюдая за облаками. Прошептав одно единственное "спасибо", я пошла домой.

***

      Я долго решалась, взвешивала все за и против. Так прошло около месяца. И все же я выбрала, что все-таки спущусь и поговорю с лисом. День был такой же, как и все предыдущие. У нас менялся лишь рацион питания, а еще Нару нашёл своё новое увлечение: он стал разрисовывать лица Хокаге. Вечером он пришёл уставший и весь измазанный, но довольный.       Я подождала, пока он отмоется, переоденется, поест и ляжет спать. После я закрыла глаза и стала погружаться в подсознание. Около двух часов я пролежала так и, наконец, смогла проникнуть сюда.       Здесь было сыро, стены были то ли красные, то ли жёлтые, то ли оранжевые. Я ходила, как мне казалось, кругами. Удача улыбнулась мне, и я смогла найти, где спит Курама.       С каждым моим шагом тьма расступалась, и я все четче и четче видела очертания Ку и самой клетки. Устало улыбнувшись, я села.       — Эм… Девятихвостый лис, можешь ли ты поговорить со мной? — как-то неуверенно начала я.       Лис дёрнул ушами, приподнял веко, а когда понял, что это не сон, вскочил, размахивая хвостами.       — Что ты здесь делаешь?! Ты разве не должна была прийти позже?! — скалился лис.       — Возможно, — покачала я головой. — Но лишь при условии того, что я не помню, как отец запечатал тебя в меня, — как можно спокойнее ответила я ему.       — Если есть, что сказать, говори всё! — не унимался лис.       — Если хочешь, я устрою тебе встречу с моим отцом.       — КАК?!       — Вот так. — Говоря, я подходила всё ближе и ближе. Я встала вплотную к клетке и пожелала, чтобы вода что под ногами подняла меня на уровень печати.       Лис не отрывал от меня глаз, раздумывая, чего бы такого доброго сказать моему папаше. Я улыбнулась и начала отклеивать уголок печати, но, когда я дошла до середины, меня схватили за руку.       — Не стоит этого делать, Наруко, — с нотками тревоги прозвучал бархатный голос.       - Папа, - прошептала я, - я-я скучала~ - налетев на мужчину чуть ли не сбив его с ног, я спрятала свою мордашку уткнувшись тому в плащ. Все злорадные планы того как бы я прописала какой-нибудь смачный удар, выветрились из моей головы в ту же секунду как только моих ушей коснулся обеспокоенный голос любящего отца.       - То же мне семейка, - прорычал лис, замахиваясь лапой с завидно длинными когтями. Отец было дернулся, как я сжала его сильнее.       - Наруко, - проговорил он, - отпусти, я бы не хотел видеть то как моей дочери причинили вред, - поглаживая меня по волосам, сказал отец.       - Папа, это мое сознание, - качнула я головой не собираясь разрывать объятий. - Курама просто хочет на свободу. Признаюсь, я бы тоже не выдержала, возненавидела, прокляла бы мир за такое отношение к себе.       Рык остановился лишь на мгновение, а после по всему сознанию прокатилась волна обжигающей чакры.       - Девчонка! Откуда?! - рычал озлобленный голос, хвосты метались в стальной клетке, мечтая вот-вот согнуть ее.       Я повернула голову и посмотрела в алые... нет не так. В настоящие рубины, что были заполнены силой, ненавистью, непониманием...       Отец объятий так и не разорвал. Я аккуратно перевернулась в руках отца и сказала:       - Ну я как бы... Вторую жизнь живу. Ага, - промямлила я, стихая, потому что это пиздец как страшно! Я не вру!       - Наруко? - ошарашено проговорил отец, сжимая меня в объятиях.       - Я родилась на свет с воспоминаниями своей прошлой жизни! - пропищала я, закрыв лицо руками. Стало страшно, что если меня не примут, отвергнут, предадут...       - Ты наша дочь, мы не собираемся от тебя отворачиваться, - разнесся спокойный голос отца по помещению, после длительной тишины. Те слова, что так необходимы для меня, раскрыли гнойную рану на душе, исцеляя ее, хоть и не полностью, но я почувствовала легкость.       - Пап~, - захныкала я напрочь раскиснув. Веду себя как тряпка! Ну-ка нюни не распускать! Не получа-а-а-ается...       Лис поумерил свой гнев, смотря на меня с настороженностью.       - У нас в том мире сказка есть... - начала я обращаясь к лису. Тот задумчиво перевел на меня взгляд, ожидая продолжения. - Там рассказывается, как вы появились на свет, жили тысячу лет, стараясь жить с людьми так, чтобы и вы и они вас не донимали. Но потом людям не понравилось, что вы устраиваете э-э природные катаклизмы и решили вас запечатать, в наглую отбирая у вас силу, когда их поселениям угрожает опасность... Там же и ваши имена написаны были и описание. Поэтому я не сержусь на тебя, - закончила я, смотря в эти рубиновые глаза, что так и остались широко распахнутыми.       В мои волосы запустили пятерню, нежно перебирая блондинистые локоны. Я посмотрела на отца, что стал светится, тут и гадать нечего. Папе пора уходить.       - Рад, что у меня такая понимающая дочка, - устало улыбнулся папа. - А ты не смей обижать ее, - пожурил он Биджу, полностью растворяясь.       Теперь я вновь один на один с Курамой. Аккуратно присев, на пол я с него вскочила. Мокро, неприятно, просто отвратительно. Мокнуть хочу только тогда когда это требуется.       Я стала продумывать, что же такого сделать. Лес. Лиственный лес с пещерами, с потолков которых свисают красивейшие сталактиты, нависая над кристально чистыми подземными озёрами. На поверхности будет лежать чернозем, покрытый тёмно-зелёной сочной травой, изредка будут встречаться грибы. А место, где будет спать Ку, выглядит как четыре листа подорожника размером с самого лиса, но зеленые листы будут не простые, а очень мягкие.       Приоткрыв глаза я удивленно заозиралась. Да ладно? Получилось? Меня окружал лес, что я представила у себя в голове. Курама же не сводил с меня удивленного взгляда. Пользуясь моментом, я пощупала мягкую траву, подняла небольшие камни, размером с мою детскую ладонь, приподняла листик какой-то травы увидев там божью коровку и осталась вполне собою довольна. Замято махнув лису рукой, я покинула его компанию. Так и не услышав тихого благодарного рыка.

***

      Год шёл неторопливо, а я раздумывала над тем, где мне тренироваться, как тренироваться и что же делать с Учихами. К Ку я заглядывала раз в неделю, и в основном болтала только я. Он изредка интересовался разговором и задавал вопросы, что меня очень радовало и удивляло.       Насчёт Учих я так ничего и не придумала, что расстраивало меня. Я додумалась лишь до того, чтобы поговорить с Итачи на тему старших братьев и сестёр. Не уверена, что это хоть как-то повлияет на дальнейшие события.       Отото иногда бродил по деревне один. Я была против этого, но он делал глаза, будто у «кота из Шрека», и я не могла устоять. Но я всегда давала ему с собой обеззараживающее, бинты и вату, на всякий случай.       Однажды он пришёл весь побитый. Он прошёл мимо меня, остановился и развернулся лицом ко мне.       — Сегодня я заступился за девочку! — радостно воскликнул он.       Я подошла, улыбнулась, потрепала его по волосам и послала в ванную, чтобы он отмылся. Когда он закончил, я стала обрабатывать его раны. Во время этого он рассказывал подробности случившегося. Хоть я и улыбалась, на самом деле я мысленно метала бомбы хвостатого в этих уродов.       Я начала развивать свои чакроканалы, начала разучивать самые лёгкие техники из всех, что я помнила, чтобы контролировать чакру. И это, конечно же, ходьба по деревьям и ходьба по воде. С деревьями мы подружились быстро, а вот с водой не очень. Только потом я поняла, что Ку просто захотелось приколоться, поэтому в своём подсознании я устроила ливень. Думаю, часа ему хватило с лихвой.       Ночами я залезала в библиотеку и читала про боевой стиль нашей деревни. Разучивала всё это, пока Нару спал, а возвращалась домой за два часа до того, как он просыпается.       Однажды Нару меня растолкал и сказал, чтобы я собиралась на прогулку. Я встала и пошла в ванную, но, когда подняла голову, чуть не заорала. Отото где-то откопал зеркало и повесил над раковиной. На меня смотрела блондинка с небесно-голубыми глазами, как и у отото, волосы-сосульки свисали до лопаток, а под глазами темнели серые мешки, что говорило о недостатке сна. Только в этот момент я осознала, что ни разу до этого не смотрелась в зеркало. Непорядок! Самое забавное, что если подстричь волосы, как у Наруто, то я буду выглядеть совсем как он!       Я быстро помыла голову, вытерлась мягким белым полотенцем, что приобрела на днях, и принялась умывать лицо. Подсушила волосы, расчесала их и улыбнулась отражению. Ну вот, теперь совсем другое дело! Надо будет купить две оранжевых резинки и завязать по бокам хвостики. И отрастить чёлку на левый глаз.       Так и прошёл весь год в тренировках по контролю чакры, а также её сокрытию. Нару подрос и стал более понимающим.       Завтра мы впервые отправимся в академию шиноби, поэтому в обед мы идем по магазинам.