Золотая заря крылья распахнула перед миром, что границ лишён

      Моя школьная жизнь была намного лучше, чем в прошлой жизни. Мне было интересно учиться, но строила я из себя дуру. Не знаю почему, но мне казалось, что так у меня будет больше шансов попасть в одну команду с отото.       Нару я всё же объясняла непонятные моменты в учёбе, и он не был таким глупым. Если честно, я шантажировала его тем, что в его порциях еды будет очень много овощей. Он проникся, и вечерами мы разбирали с ним проблематичные темы.       Отвлекаясь от темы учебного процесса, я не могу не похвастаться: мы с Нару стали грозой всех учителей. Старались не повторяться, но иногда назло Ируке я проделывала один и тот же трюк раза три за урок. И никто не замечал моих передвижений. Вот тебе и будущие ниндзя, м-да.       Через шесть месяцев произошла кровавая резня в клане Учиха. Я всё же умудрилась выловить Итачи и потолковать с ним о старших детях, о том, сколько обязанностей и ответственности взвалено на наши плечи. И мне кажется, что это повлияло на него в лучшую сторону, потому что он стал размышлять над другими вариантами дальнейших событий.       Но, когда я его преследовала, он приставил к моему горлу кунай. А я ему - шпажку с данго. Он тогда выгнул бровь, мол: «Ты серьёзно?». В ответ я пожала плечами. Пришла я к нему, кстати, не с одной лишь шпажкой. На насаженные на неё шарики он смотрел печально, поэтому я отдала ему все запасы данго. В чём проблема, если позже я смогу купить ещё? Я обняла его, похлопала по плечу и на прощание подарила бенто и шарфик, белый, похожий на снег. И лишь после этого ушла.       На следующий день после этих событий Итачи объявили нукенином, а Саске попал в больничку. Его я навестила. Ну... как навестила. Присела на подоконник и загадочно пялилась на кровавую луну. Когда пациент начал ворочаться, я покинула больницу и вернулась домой. Неожиданностью стало то, что Нару я нашла на кухне. Он спал за обеденным столом, сжимая в ладони браслет. Заставила ребёнка волноваться.       Тренировки шли размеренно и приносили свои плоды. Сейчас я могла свалить дерево с двух ударов, напитанных чакрой, что, несомненно, радовало. Метать железо я могла лишь на уровне слабого генина, из-за чего я дольше задерживалась на полигонах. И самое главное: я научилась применять хенге. Ох, первая, в кого я превратилась, была я. То есть... Ася в школьной форме. Лучше бы я этого не делала, в этом облике я прорыдала под деревом около пяти часов. Не думала, что у меня будет такая истерика. Пришлось пить успокоительное.       Я думала, как увеличить количество тренировок и при этом никуда не опаздывать. Выход был только один: украсть свиток, где описывается техника с теневыми клонами. Так я и сделала на каникулах, наступивших после окончания учебного года. Столько контрольных перед этим было... Но не они были у меня в приоритете. Их приходилось писать наобум. Полтора месяца я изучала здание по ночам, рисовала карты, отмечая, в какое время ниндзя сменяют друг друга.       Время действий!        Два раза чуть не попалась, и вот я в секретном архиве. Я думала, что на меня должны были среагировать ловушки, но если их устанавливали Узумаки, то всё понятно. Я ходила между стеллажами, разглядывала свитки и искала нужный мне. Проходила мимо свитков, которые писал Хаширама. Мне стало любопытно, что же он там написал. Взяла один, и… я не поняла. Я даже прочитать не смогла, настолько его почерк был ужасен. Я достала несколько свитков авторства Хаширамы с промежутком во времени десять лет. Его почерк изменился, по крайней мере, я смогла понять его писанину. Кто же с ним поработал, мне интересно. Может, Мито?       Так, ладно, я отвлеклась. Вроде бы свиток искала... Ага, вот и он. Так, блокнот, ручка, сенсорика, и можно переписывать.       Это заняло больше двух часов. Потому что я переписала ещё и хирайшин. Не удержалась! Да и полезно будет, особенно на миссиях. А теперь пора домой.       Вот так и прошёл год в академии.

***

      За день я смогла освоить теневых клонов. Не знаю зачем, но мы устроили салки на полигоне. Так я пропрыгала до вечера. Не с кем поиграть - делай клонов и играй сама с собой! Во время игры за кем только я не гонялась, и наоборот. Я убегала от Мадары и Хаширамы, гонялась за Тобирамой, потом объединилась с пятнадцатилетним Наруто. Было весело.       На следующий день я отправила пятьдесят клонов на полигон, чтобы тренировались. Взяла свою заначку, применила хенге Аси, только в одежде, подходящей под здешние стандарты.       Пошла я в оружейный ларёк для приобретения чакропроводящей бумаги. И у меня глаза на лоб полезли, когда я увидела, сколько мне придется отдать за десять таких бумажечек. Каждая по двести йен. Скрепя сердце я отдала две тысячи йен и вернулась домой.       Я взяла одну бумажку и пропустила чакру сквозь неё. Листок разрезало напополам. Это было предсказуемо. Я сделала заметку в блокноте и взяла следующий листок. Опять пропустила чакру, и... проявилась вода. Я выгнула бровь с немым вопросом: «А что так можно было?». Помимо воды и ветра был ещё и лёд, но с последним произошла странность: когда я провела чакру, поменяв пальцы, бумажка покрылась чем-то чёрным, а я, блять, не ощущаю холода. Если бы бумажка не упала, я бы и не поняла.       Мы с отото продолжили ходить в академию снова (опять!). У меня пополнился запас идей, как подшучивать над учителями. Нару много дурачился и начал часто и всем подряд улыбаться своей фирменной улыбкой. А ещё он влюбился в Сакуру... После этой новости у меня случилась недельная хандра, что не укрылось от заботливой Хины.       — Нар-руко-чан? — заикаясь от волнения, позвала меня Хина.       — А, это ты, Хина! — сказала я.       — Х-хина?!       — Ну да. Ты не против? — наклонила я голову вбок.       — Нет! — отошла она от первого шока. — Я хотела спросить, почему ты ходишь всю неделю хмурой.       — Ладно. — Я устало провела рукой по лбу. — Это из-за Нару. Он каждому прохожему улыбается, и мне это не очень нравится, — я посмотрела на Хину, — но кто меня послушает. — Изменив голос под Нару, я сказала: — Ведь я самостоятельный!       Хина смотрела на меня с минуту, после чего медленно приблизилась и обняла меня в качестве поддержки. Я обняла её в ответ, и мы простояли так до конца перемены.       — Ну, Хина, теперь мы подруги! Кстати, ты первая моя подруга! — широко улыбнулась я ей.       Она сначала удивлённо смотрела на меня, а потом так мило улыбнулась, что я не сдержалась и потрепала её за щёчки. Кстати, в том самом чёрном блокноте есть пункт с названием «Кого надо потрепать за щёки». Два пункта уже выполнено!       Хандра сошла на нет после того, как я завела дружбу с Хиной. Мы обменивались рецептами, она иногда рассказывала про этикет и показывала его основы. Я делилась с ней интересными рецептами и рассказывала, что в еде предпочитает Нару. В эти моменты она делала серьёзное лицо и внимательно слушала.       Мои клоны работали очень даже хорошо. Каждый месяц я проверяла, насколько я стала, так скажем, сильнее. Результат меня удивил: я могла с помощью усиления чакры сломать два дерева за один удар. После этого я подумала: хватит калечить деревья, перейду на валуны. И здесь тоже меня встретила неожиданность. Валуны при ударе разлетались в каменные крошки. Мне оставалось лишь понять, в чём я имею недостатки. И я вспомнила, что у меня растяжка никуда не годится. Я пару раз приложилась головой о камень. Дура! После этого я каждый день вставала рано утром на пробежку, поняв, что и выносливость нужно тренировать.       Полгода я жила таким распорядком, клонов отправляла заниматься с чакрой, а сама занималась выносливостью и растяжкой. Неожиданных гостей на полигоне не допускали четыре клона, которые сканировали местность, тем самым расширяя радиус. Вот так вот как-то. Клоны исчезали в девять часов вечера, когда я уже точно лежала в кровати с Нару. Чтобы не было такой неожиданности, как падение посреди улицы, к примеру.       Через месяц мне пришла идея: а не начать ли мне разучивать хирайшин? Я пошла на полигон, сделала около десяти теневых клонов и объяснила план действий. Мы достали чакропроводящую бумагу, достали из секретных архивов метку отца, сложили это всё в кучу и сели в круг. И посмотрели друг на друга, как на идиотов. Мы же фуиндзюцу не знаем! Выход был: библиотека, в которой можно найти алфавит по фуиндзюцу. А если не получится, расшевелю Ку, может, знает чего про это.       Я принялась учить ещё один алфавит с простых печатей, вроде взрывающих и запечатывающих. Так как библиотека не могла больше дать ничего нового, я отправилась в квартал Узумаки. Везде была разруха. Я шастала по домам, но не находила ничего, кроме кисточек для правописания и свитков.       Было много провальных экспериментов. Я договорилась с клонами об очередном эксперименте: если и этот не пойдет, как надо, то мы обратимся за помощью к Ку. Я начала рисовать печать, аккуратно выводя каждую палочку, каждый штрих - и наконец-то всё! Я осторожно взяла это в руки и прошептала:       — Сизам откройся!       И, вы не поверите, метка засветилась сначала белым, а потом чёрным цветом, вокруг закружили чёрные снежинки, а из моего рта стал валить чёрный пар. Вот, теперь я дышу, как сама смерть! Бр-р-р, жуть! Это значит, что метка готова, и я могу её использовать. Позже в оружейной закажу особые кунаи, а клонов напрягу, чтобы меток наклепали. Домой пришла радостная, как не знаю кто.       В школе было скучно. Самое ужасное было то, что меня как девочку должны были учить, эм… этикету. Как правильно краситься, как составлять икебану. На эти уроки я посылала клонов.       В конце года мы, как обычно, писали контрольные. Хина волновалась и постоянно ходила с тетрадками, полными конспектов. На это я лишь качала головой.

***

      Третий год начался с того, что Нару начал соперничать с Саске. Также у нас стали проводиться спарринги. Когда меня вызывали, я с улыбкой поднимала руку и говорила, что сдаюсь.       Учёба была лёгкой и, самое приятное, этикет и тому подобное убрали из предметов. Я, когда узнала, схватила Хину в охапку, потащила на крышу и там радостно завизжала. Ну, мне же надо было поддерживать статус полной дуры, не умеющей чувствовать. Ну или как они меня называли, я не слишком запоминала.       Нару стал ходить в лес тренироваться, а, когда я предлагала ему свою помощь, он отмахивался, мол, сам справится. Мне оставалось лишь пожелать ему удачи. Что же он вбил себе в голову, никак не пойму.       Ещё я рассказала ему о том, кто наши родители и что мы джинчурики. Рассказала о причине ненависти общества к нам. Больше я ничего не говорила. Я думала, он начнет кричать или развернётся и уйдёт, но он просто обнял меня и ткнул пальцем в браслет. А я расплакалась. У меня самый лучший отото!       Я стала часто болтать с Ку и пытаться уговорить его помочь мне с тренировками, на что он только фыркал. Даже печеньки, которые я создала в подсознании, никак не улучшили ситуацию.

***

      Четвёртый год шёл слишком мирно и тихо, но ненависть жителей усиливалась. Зато я выучила Хирайшин и всё-таки заказала особые кунаи, чтобы тренировать и применять технику Второго. В первые две попытки я чуть не умерла. Слава богу, клоны успевали меня вытянуть! Я даже проверила метки, но с ними всё было нормально. Только потом я поняла, что дело в моём восприятии и фантазии.       Нужно представить, что ты растворяешься в воздухе, одновременно с этим открывая некое пространственное окно, после чего шагаешь туда, и, вуаля, ты возле метки - жив, цел, здоров. Но мне это удалось лишь после года тренировок, проб и ошибок, а также поломанных конечностей. Из-за последних, кстати, Ку постоянно называл меня калекой. Обидно, вообще-то!       Опять экзамены и контрольные, а также практика. Практику я сдавала средне, а всё остальное... Ну, вы поняли.

***

      На пятый год я решила устроить передышку и заняться фуиндзюцу. Клонов, однако, я продолжила отправлять на полигоны. Просто большее количество времени я сидела за столом и вырисовывала печати.       Первые два месяца я вспоминала алфавит и писала его с закрытыми глазами: сначала медленно, средне, а потом быстро. Во время боя мне не дадут много времени. Так что большее количество печатей уже должно иметься при мне.       Старик Третий подарил нам комбинезоны из канона… Я, когда это увидела, чуть на русском не матюкнулась. Мне комбез не зашёл, а вот Нару первое время даже спал с ним.       Я приобрела набор метательного оружия и чакропроводящие бинты, также спортивный топ из-за того, что организм растёт и формируется.       Кстати, я поменяла комплект одежды. Купила опять же лосины с синими вставками и толстовку с капюшоном черного цвета, а также пробила уши под хенге. Я даже боюсь представить, что бы со мной было, приди я в настоящем облике.       Ещё я, как и обещала, устраивала Саске забеги. Я делала около сотни клонов, после чего каждый клон менял облик и бегал с воплями на манер «Саске-ку-ун!» по всей Конохе. ***       Шестой год был очень странным потому, что я начала петь. Да-а… Просто как-то шла и мне захотелось спеть. Я много песен вспомнила, иногда напевала просто мелодию. Это успокаивало, поэтому для себя я решила, что буду петь, когда душа пожелает. Встречала пару раз Хатаке, но меня он не замечал. Ну, или упорно делал вид, что не замечал. Скоро он станет сэнсэем (мамой :D), так что от ребятни не отвертится.       Помимо пения я уделила внимание волосам, отросшим до ляжек. Просто я их не стригла чаще, чем обычно расчёсывала.       Завтра мы сдаём итоговые экзамены, после чего мы выпускаемся и становимся генинами. Как там говорил Шика? Проблематично? Проблематично.

***

      Сегодня мы должны сдать эти несчастные выпускные экзамены. Мы с отото застелили кровать, позавтракали, переоделись и пошли в академию. По пути я рассматривала ларьки и выжигала в памяти определённые моменты. Завтра мы с отото станем генинами, и наше детство закончится. Сколько эмоций столько и мыслей, они роятся в животе, будто бабочки.       Очевидно, я нервничаю. Мне придётся сдать экзамены на отлично. Я хочу, чтобы испытание с Мизуки досталось Нару, ему будет полезней.       — Онэ-сан? Онэ-са-а-ан! — маша руками перед моим лицом, звал меня Нару. — Ты чего в облаках витаешь?       — Да так, — увильнула я, — просто немного волнуюсь. — С этими словами я посмотрела на академию.       — Хм, раньше ты об этом как-то не беспокоилась. Да и ты поумнее даже Саске, а притворяешься глупой, чтобы мы были в одной команде. Насчёт твоей силы понятия не имею, не видел, чтобы ты дралась на спаррингах.       — Может, выросла?       — Да не, мы одинакового роста! — отмахнулся Нару, а я сделала жест рука-лицо. Нару такой Нару.       Мы зашли в академию и прошли в 315 кабинет. Я приземлилась на своё заветное место, и Нару вместе со мной.       — Итак, класс! Сегодня мы будем сдавать итоговые экзамены! — Привлёк внимание класса Ирука. — Сейчас будет разминка. Вы должны показать свой уровень владения техникой хенге. — По классу пошла волна шепотков, а Ирука удовлетворённо на всех посмотрел. — Итак, первой пойдет Узумаки Наруко. Твоя задача создать хенге.       Я встала со своего места, размышляя, когда это я стала первой в списке. Наверное, после очередного подкола.       — Любого? — уточнила я. Ирука на это только кивнул.       Я сложила печать и представила образ Тобирамы.       — Хенге! — прошептала я, и после лёгкого «пуф!» перед классом с гордой осанкой появился Второй Хокаге Конохи.       Ирука покосился на меня в облике Тобирамы и задал вопрос:       — Кто это?       — Сенджу Тобирама, — пожала плечами я.       Ирука замер, а после, кинувшись к столу, принялся листать какой-то учебник. Его глаза стали размером монетками по пять йен.       — Отлично! Как ты этого добилась?       — Просто представила, и всё, — развеяла я технику.       Учиха обвёл меня взглядом и пробурчал что-то себе под нос. Нару показывал большой палец, а Хина просто улыбалась.       — Просто повезло! Тебе п р о с т о повезло Узумаки! — фыркнула Сакура. Ино тоже хотела что-то сказать, но её внимание привлёк Саске, из-за чего она так и не кинула какую-то колкость.       А я пропустила это мимо ушей и пошла к отото.       — Дальше Узумаки Наруто.       Нару прошёл к Ируке. И, чёрт, он превратился в меня со сковородой. Так вот, как я выгляжу, когда он ворует еду, пока я готовлю обед? Что ж, комично. Я лишь улыбнулась и показала большой палец.       Дальше нам раздали экзаменационные листы, после чего огласили время сдачи. Все вопросы были лёгкими для людей, читавших хроники. Поэтому уже через двадцать минут я качалась на стуле без дела. Ирука подошёл ко мне, молча забрал листок и, достав красную ручку, начал проверять прямо возле меня. С каждой минутой его глаза всё больше и больше увеличивались в размерах.       — Сэнсэй, вам плохо? — спросила я, забирая проверенный листок.       — Нет, просто неожиданно, — сказал он и ретировался с места. Отойдя подальше, он достал платок и принялся вытирать невидимые слёзы. Неужто он настолько счастлив? Я просто написала всё правильно. Эх, люди.       Когда все сдали свои работы, нас стали по очереди вызывать в другой кабинет. Я была первой. Перед тем, как пойти в кабинет, Хина обняла меня и пожелала удачи, и знаете... Это так приятно, когда о тебе заботятся.       — Итак, Узумаки Наруко, верно? — спросил Мизуки. Я кивнула.       — Ты должна создать иллюзорных клонов, — дал мне задание Ирука.       Я не умею делать иллюзорных клонов, поэтому создала десять теневых. Никто разницы не заметил, поэтому я сдала экзамен на отлично. Мне отдали повязку с протектором, поздравили и сказали позвать братца.       Я вышла к отото и сказала, что его ждут. Когда он отошёл на два шага, я предупредила, что уйду раньше него, чтобы приготовить праздничный ужин, пожелала удачи и вышла через окно. Кто-то из одноклассников подбежал к окну и, не найдя меня, начал орать, что меня забрали демоны. От этого я захихикала, а после направилась на рыночную площадь под хенге Аси.       Притащив пакеты домой, выгрузила вкусняшки и разложила всё по полкам. Торт спрятала подальше, чтобы Нару не нашёл.